she should have been dead

Моё сердце разряжается, сели батарейки, грязь комьями падает на подушку, и я закрываю глаза и представляю, будто я лечу на комете мимо твоего дома и приземляюсь подле куста сирени (если мир и светится, то только в твоих глазах) и ты открываешь дверь, она скрипит мелодию моей любимой песни, и ты говоришь привет, и я отправляю сообщения в космос с просьбой остаться в этом моменте ещё секунду, чтобы вдоволь налюбоваться сиянием твоей кожи, словно блёстки рассыпаны по скулам и вены светятся золотом изнутри, а глаза твои — серебро, а мои — малахит, я кручу медью волос из стороны в сторону, кусаю костяшки пальцев и смеюсь, потому что это так смешно — смотреть, как золото твоей кожи превращается в песок (золото дураков) я никогда не понимала, почему твои руки пахнут лавандой, а волосы — дымом (и домом), но я всегда знала, что нахожу каждое созвездие на изгибах твоей спины и шеи (нереально быть таким красивым, Вернон, нереально) я умирала каждый вечер, чтобы дать тебе жизнь хотя бы на минуту в моих прогулках во сне, и теперь я умираю каждый день, чтобы не уменьшить твою концентрацию в моих венах (это звучит как болезнь) мне всё равно, милый, меня ничего не волнует... только не забудь на спинке стула свою куртку, когда уйдёшь.