she should have been dead

Я уже не помню моментов, когда была по правде жива, и это больше всего расстраивает; я не помню, чтобы какое-то чувство заставляло моё сердце биться сильнее, чтобы я ощущала это покалывание в кончиках пальцев, бабочек в животе, чтобы я хоть что-то ощущала: ненависть, силу, надежду, злость, любовь, я даже безразличия не ощущаю, и это самое смешное, моё тело — это будто пакет, в бурю гонимый ветром из стороны в сторону, ветер — это события вокруг, жизнь, и она существует без меня, а я без неё — не существую, без этого ветра я не двигаю руками, не дышу, не мыслю, меня нет, мир движется вокруг, поедая меня своим водоворотом событий, слишком долго, слишком незначительно, ведь времени тоже нет, я существую отдельно от него, совсем в другой плоскости, я смотрю в зеркало, и я вижу пустоту, мне кажется, что раньше я выглядела по-другому, мне кажется, что раньше я думала по-другому, мне кажется, что раньше я дышала по-другому, а сейчас что-то вообще не дышится, никак; и у меня даже не остаётся сил, чтобы снова этому противостоять.