she should have been dead

Лето касается кожи почти осенним дождём, это странно, странно, как сезоны подменяют друг друга, странно, что ты так любишь танцевать под дождём, ты говоришь, что есть своя эстетика в мокрых волосах, одежде, в том, как сияет мокрый асфальт, как всё наполнено водой и кажется, что небо — это тоже вода, но твои танцы давно закончены, я сейчас стою здесь одна, в один из многочисленных, ничего не значащих июньских дней, по моим плечам бьёт проливной дождь, и мне вдруг до безумия хочется, чтобы этот день что-то значил, так что я начинаю кружиться, хватать ртом капли дождя, я смеюсь так долго, насколько хватает воздуха, распахиваю свои объятия, готовая тебя в них принять — и ты, конечно же, не появляешься, чудо не происходит, потому что чудес нет, есть только огромное серое небо и непрекращающийся ливень, и всё это, конечно же, так напоминает тебя, будто такие дни — твоих рук творение, будто ты придумал этот мир (серый, серый, серый, с вкраплениями красного и жёлтого, но только тогда, когда слишком плохо или хорошо, что в принципе является одним и тем же, и) капли воды на моих пальцах наконец смывают всю грязь, и я понимаю, что это очищение — твой подарок мне, благословение с небес, и когда дождь заканчивается, я начинаю плакать.