Вечная Темнота

      Дамблдор скрывался уже полгода. За это время очень многое изменилось. Гарри с удовольствием занимался уроками и гулял с друзьями, вспоминая, как встретился с Марволо в Тайной комнате. После побега директора и признания Гарри невиновным в преступлении, юному волшебнику вернули палочку и извинились официально. Поттер не стал откладывать встречу с Марксом в долгий ящик и попросил Добби доставить его в кабинет Салазара. Заодно и портрет посмотрит на своего несостоявшегося потомка.       Бывший Темный Лорд был крайне удивлен, это если говорить мягко. Его шок отразился на лице, и Гарри не сдержал смешок. Марволо был очень расстроен, когда узнал, почему он никогда не станет истинным наследником Слизерина, ведь кровь отца маггла обернулась для него ещё большим проклятием. Гарри же провел с ним очень продуктивную беседу. Он не стал его пытать или демонстрировать силу, он решил поговорить с ним, как с равным. Все же этот человек никогда ни перед кем не прогибался и переучивать его бесполезно — пусть думает, что его признали. А Поттер пока посмотрит на его поведение. Заодно он узнал, каким образом собрались блокировать его магию. К счастью для Гарри, зелье бы не помогло. Яд василиска не позволил бы отравить его кровь. Он улыбнулся этой мысли и обратил внимание на выражение лица Маркса, который внимательно рассматривал его. Гарри решил пояснить, что травить его совершенно бесполезно. Но это не означает, что нет других способов его остановить, и Поттер решил побыть немного в стороне и никуда не лезть, изредка разговаривая с Марволо по сквозному зеркалу.       Дамблдора искала вся магическая Британия, как и Гарри, который создал для этого специальный артефакт, и когда директор вернется на Туманный Альбион, он покажет, где именно тот находится. Поттер решил не охватывать поисками другие страны: дипломатические конфликты ему не нужны. Франция, у которой с ним были старые счёты, официально издала указ об аресте Альбуса, как и Германия, что несказанно порадовало Гарри. Газеты давно писали об истории «светлого» мага Альбуса Дамблдора и его двойной жизни. Весь магический мир шумел и злился на бывшего героя, который в свое время победил Темного Лорда, а оказалось, что он просто предал друга и ударил его в спину заклинанием, отобрав палочку и затем связав. Никакого геройства, только тонкий расчет и предательство.       Сам же Поттер наслаждался затишьем. Он понимал, что это ненадолго и рано или поздно по его душу придут, но Марволо заключил с ним добровольный договор, закрепив его магической клятвой, и с этой стороны Гарри пока не ждал подвоха. Он дал бывшему Темному Лорду то, к чему тот стремился всю жизнь: возможность пробиться к власти и чистую репутацию. Сам Поттер официально поддерживал его и дал интервью о прекрасном политике, с которым он познакомился во время путешествия по Европе. «Ежедневный Пророк» полюбил Маркса, всячески расхваливал его и прочил его на пост Министра. Гарри радовался, что их план пока работает. Главное, чтобы Дамблдор не смог помешать, остальное — мелочи.       Малфоев и Гринграссов Гарри обвешал новыми артефактами, более сильными и более действенными, по его мнению. А Дафна с Флер уговорили Гарри заниматься артефактами более углубленно, и к экзаменам он создал великолепный артефакт, который назвал Кинжалом Морганы. Это оружие было способно пробить любую броню, даже гоблинскую сталь, и имеет постоянно активный щит, когда находилось в руках волшебника. Самый высший щит. Также он отбивал практически все проклятья, кроме непростительных, и мог быть проводником для проклятий волшебника заместо палочки. Но в чем-то и более мощным, потому что некоторые проклятья пропускал куда лучше, чем деревяшка, например, связанные с молнией и электричеством.       Это был прорыв в артефакторике. И Гарри стал мастером в новогодние праздники. Об этом писали все газеты, и Гарри забросали письмами с просьбами создания артефактов для некоторых семей. Когда заказы были интересными, то Гарри соглашался, но, к его сожалению эти частые просьбы редко вдохновляли на творчество.       Зельеварение у них преподавал теперь смешной волшебник, носящий фамилию Слизнорт. От Марволо он узнал, что тот был его деканом и преподавателем. Его любимым преподавателем, который всегда его выручал, когда нужна была помощь или подсказка. Гарри тоже понравился новый декан.       Снейп с головой ушел в работу директора и собирался добавить новые предметы. В основном — для магглорожденных и полукровок. История волшебного мира и его традиции и ритуалы и их значения. Гарри тоже решил посещать эти уроки, хоть он и хорошо изучил темы, но информация лишней не бывает. К тому же историю преподавала миссис Долгопупс, настоящая леди. А Ритуалы взялся преподавать старший Малфой. Видимо, ему было скучно. Все шло своим чередом, как и задумал Гарри. Тьма была довольна, её Господин был счастлив. А большее было и не нужно.

***

      Вечером, после зимних каникул, Гарри сидел в кабинете Салазара и вырезал новый оберег для чьего-то новорожденного. Он всегда соглашался создавать что-то новое для детей. Все же дети для волшебников — это главное сокровище. Об этом они не раз говорили с Марволо, когда вели беседы о его предыдущих ошибках, и о том, какая политика будет наиболее уместной. Они решили создать детский дом для волшебников и набирать туда детей, с которыми плохо обращаются родители из-за магии, или тех, у кого родителей нет. Они оба понимали, что в свое время их сломали. Они стали такими только благодаря своему детству.       Внезапно появился Добби и доложил о том, что его хочет видеть Маркс лично. Гарри попросил его перенести в комнату. Вместе с домовиком появился бывший Темный Лорд, взглянув на Гарри, кивнул ему и уселся в кресло. Они помолчали несколько минут, разглядывая друг друга. — У нас проблемы. — Не лучшее начало для разговора, Марволо, не находишь? — Я тоже слизеринец, но сейчас не до болтовни. Дамблдор в Италии. Медичи приняли его под свое крыло. — И почему же лучшие зельевары мира приняли какого-то старика под свое крыло? — Не забывай, его учителем был сам Фламель, Дамблдор — единственный, кто был его учеником за всю долгую жизнь, а это многого стоит. — И что нам делать с этой информацией? — Я пригласил главу семьи Медичи на встречу. И я хочу, чтобы ты там присутствовал. — В качестве кого? — Ну, первый аргумент, конечно, в том, что тебя невозможно отравить. — Да, это, конечно, хорошая причина, но не единственная, как я понимаю? — Да. Ты самый молодой артефактор за всю историю волшебного мира и один из сильнейших волшебников со времен основателей. — Спасибо за рекламу. Это все? — Нет. Он сам захотел с тобой встретиться. — С этого надо было начинать, Марволо. У него есть какие-то особые пожелания о месте встречи? — Нет. Что ты предлагаешь? — Дом Блэков отлично подойдет. Уйти он оттуда без моего на то разрешения не сможет, как и прийти, а мы будем в безопасности. Тебя защищать не нужно. — Но это не означает, что я не чувствую себя ужасно, когда меня травят. Я потом не одну неделю отхожу. — Скажи спасибо, что живой. Я мог и убить тебя. — Я не об этом. Есть ли какая-нибудь возможность… — Я дам тебе артефакт. Но есть яды, которые он и не определит. Все же я не всесилен. — А ты создашь для меня свой великолепный Кинжал? — Станешь Министром — подарю на глазах журналистов, в знак моей поддержки. — Кстати, хорошо бы тебе появиться со мной на публике. — В качестве кого? — Ну, мы могли бы встретиться в кафе. Ты придешь с невестами, якобы познакомить меня с ними, как своего старшего товарища. — На весенних праздниках будет бал в поместье Малфоев, жди приглашения и приведи с собой девушку. Там мы с тобой встретимся и представим друг другу своих спутниц. — Договорились. Журналисты там будут? — Это же Малфои. Конечно, будут. — Я слышал, что Драко — твой лучший друг. — Да. Он предан мне полностью. Он доверяет мне больше, чем родителям. — Это хорошая новость. Когда позвать на встречу Медичи? — Назначь на следующие выходные. Мне нужно будет кое-что сделать в доме, чтобы мы с тобой были в полной безопасности от Фениксов и анимагов. — А ты, кстати, анимаг? — Да. — А какая форма? — Я птица. Подробностей, увы, не будет. А ты? — Змея. — Кто бы сомневался. Хорошо. Думаю, тебе пора. — Да. Пока, Салазар, пока, Гарри.       Добби взял Марволо за руку, и они исчезли. Поттер откинулся на спинку кресла, расслабляясь. — Я не очень рад, что ты общаешься с ним, ты знаешь? — Знаю. Но он мне удобен. Маркс очень умен и изворотлив. Он будет великолепным Министром и поднимет Британию на новый уровень. — А ты кем будешь? — Я мастер артефакторики. Мне будет, чем заняться. — А как к этому относится Тьма? — Ей нравится идея управления страной из тени и занятия по душе её хозяина. Осталось добраться до главного препятствия, и все будет хорошо. — Будь осторожен. Эта семья ужасна! Они травят даже собственных детей, когда те ошибаются в чем-то. — Меня невозможно отравить, как и Марволо. Так что не вижу проблемы. — А я вижу. Ты должен их уговорить, чтобы они отдали тебе Дамблдора. Живым. — Я умею уговаривать. Ты меня огорчаешь своим неверием в меня. — Ладно, павлин. Думаю тебе пора спать. — Доброй ночи, Салазар. — Доброй ночи, Наследник.       Гарри исчез в облаке Тьмы и появился в своей кровати. Полог тут же откинулся, и пред его глазами предстал Драко. — Гарри, ты опять где-то пропадаешь? — Ты знаешь, где. Что-то случилось? — Нет. Я просто хотел с тобой поговорить. — О чем? — Вы чем-то кроме поцелуев занимаетесь с Дафной? — Да. Но до главного мы не дошли. Нельзя до свадьбы. А что, тебе интересно. Тоже хочешь? — Да. Сам понимаешь, гормоны. — Видимо, поэтому можно только после семнадцати. Чтобы закончить школу без детей. — Да иди ты. Я хотел спросить, как девушкам нравится?       Гарри с улыбкой стал ему рассказывать о том, что, как и почему нужно делать, чтобы Астории было хорошо. Драко был красным, как помидор, но слушал внимательно и задавал уточняющие вопросы. Вечер прошел довольно весело.       Утром Гарри разбуди Добби. Он передал ему письмо от Марволо с уточнениями насчёт встрече с Медичи на выходных. Гарри прочел инструкцию и с улыбкой испепелил письмо. Он потянулся и сел, оглядев спальню. Драко ещё спал, забавно посапывая во сне. Поттер подошел к нему и дернул за пятку. Малфой подскочил и недовольно уставился на друга. — Такой сон испортил. — Да ладно. Скоро завтрак. Пора просыпаться. Я первый в душ.       Гарри быстро ушел в ванную под недовольный возглас Драко. Он с улыбкой стоял под душем и напевал незатейливую мелодию. Настроение было прекрасным и этого не отнять.       День прошел хорошо, уроки были интересными для всех, хотя Гарри уже изучил все это довольно давно и просто зарабатывал баллы, подтверждал свою репутацию лучшего ученика школы.       Вечером его вызвал Снейп. — Гарри, я могу звать тебя по имени? — Можете. — Тогда ответная любезность. Ты тоже можешь звать меня по имени. — Хорошо, Северус. Ты что-то хотел? — Да. Гарри, у меня есть один вопрос. Это важно. — Задавай. — Марволо Маркс — это Темный лорд? — А ты умен. Видимо, избавление от всех клятв и обетов пошло тебе на пользу. Да, это он и нет, он не причинит мне вреда. Он станет Министром, таков наш план. — Как ты смог встать на его сторону? Он убил твоих родителей. — Не тебе меня учить. И я не вставал на его сторону. Это он на моей стороне. Не то, чтобы у него был выбор. Не будем об этом говорить. Это все? — А ты уверен, что он не начнёт вести себя, как раньше? — Уверен. Я избавил его от безумия и страха. Так что он стал адекватным. Все же он умен. — Да. Я рад, что он стал таким, как прежде. Знаешь, мы же не просто так все пошли за ним. Он был великолепным лидером: ярким, умным, красивым, сильным. И главное — его политика устраивала всех чистокровных. — Политика террора их тоже устраивала. Не лучшая публика, на мой взгляд. Но все же до этого больше не дойдет. Те, кто сидит в Азкабане, там и останется. — Даже Белла? — А она что, особенная? — Они любили друг друга. Или что-то в этом роде. Она ведь была замужем. Магический брак измен не предусматривает. — Почему он тогда не убил ее мужа? — Не мне отвечать на этот вопрос. Я думаю, что она сошла с ума от того, что хотела уйти от своего мужа, а магия заставляла её быть рядом. — Возможно, ты прав. Не нам судить. Ладно, думаю, я ответил на твой вопрос? Мне не нужно объяснять? — Конечно, я никому не скажу. Даже Люциусу. Можешь идти. — До свидания, Северус.       Гарри вышел из кабинета директора и огляделся, стоя на этаже. Было странно тихо. Тут сработал его амулет, показывающий, что в школу пробрался Феникс, и Гарри потерял сознание. На его счастье, артефакты в этот раз сработали правильно и окутали своего хозяина щитами, не позволяя к нему приблизиться. Тьма закутала его ещё сильнее. Дамблдор недовольно взглянул на это, понимая, что ничего не сможет с этим сделать. Оставив записку рядом с парнем, он ушел вместе с Фениксом.       Гарри очнулся в больничном крыле и первое, что он увидел — взволнованное лицо Северуса. Увидя, что Поттер пришел в себя, он облегченно вздохнул и сел в кресло, которое стояло рядом с кроватью. — Ты напугал нас. Пока ты был без сознания, щиты не давали нам осмотреть тебя, и мы не знали, как сильно ты поврежден заклинанием. — Этого я не предусмотрел. Надо что-то сделать с этим. — Потом подумаешь? Это Дамблдор? Но как, замок не должен был пропускать Феникса? — Не забывай. У него артефакт моих предков, созданный специально для директора школы, и я не знаю всех его свойств. Записи сгорели в поместье Поттеров, вместе с бабушкой и дедушкой. Видимо, они не считались такими ценными, раз хранились не в банке. — Видимо. Ладно, мне нужно идти. Твой крестный сейчас прибежит. — Спасибо.       Директор ушел, и Гарри устало прикрыл глаза. Час от часу не легче. Нужно усилить защиту замка. Но как? В Больничное крыло ворвался Сириус. Он подбежал к кровати Гарри и заключил его в сокрушительные объятия. — Я так перепугался за тебя. Все хорошо? — Да, Сириус, все хорошо. И будет лучше, если ты передумаешь ломать мне ребра. — Прости. Я так боюсь потерять тебя. — Не потеряешь, не волнуйся. Где мои невесты? — Они сидят в гостиной Слизерина и ждут моего вердикта о твоем состоянии. Директор их не пускал. — И правильно делал. Ладно, я чувствую себя уставшим. — Хорошо, спи. Я посижу рядом, хорошо? — Ну, если для тебя это так важно, то сиди. — Спасибо.       Гарри улыбнулся крестному и погрузился в сон.