Чертова дюжина братьев

      Идя с гаража домой Эмма размышляла об ужине. Надо было зайти в магазин и купить кое-какие продукты, но она не взяла деньги. поэтому сейчас девушка медленно топала к своему дому. Прошла парк, завернула и оказалась во дворе многоэтажек, в одной из которых и была ее квартира. На улице было на удивление мало народа, всего-то пара старушек на скамейке и одна мать с коляской. Но вторая уже собиралась уходить, нагулявшись с ребенком. Эмма проводила ее взглядом, застыв в каком-то странном оцепенении рядом с качелями. Не совсем даже качели, а просто две веревки с деревянной перекладиной посередине, привязанные к турнику.       Девушке совершенно не хотелось домой и она, кинув портфель рядом с качелью, начала качаться, подлетая с каждым разом все выше, ощущая каждой клеточкой своего тела чувство полета. Подлететь, упасть и снова подлететь… Лицом вперед, так, чтобы ощущать ветер, а потом спиной, чтобы волосы полностью закрывали обзор. Девушка все качалась и качалась, не замечая никого и ничего, а на лице ее играла радостная искренняя улыбка, которую немного омрачала грусть в удивительно ярких синих глазах. длинные черные волосы блестели на солнце и подлетали, подгоняемые ветром, как будто мечтавшие умчаться в далекие миры.       Однако ничто хорошее не может длиться вечно. Как-то совершенно незаметно настал вечер и в окнах стал зажигаться свет. Сначала в одном, потом в другом, потом еще и еще… Вскоре почти во всех окнах зажегся свет, освещая еще и пространство рядом. Понемногу стали задергивать и шторы. Эмма уже перестала качаться и просто сидела, наблюдая за людьми в квартирах. Глаза ее как-то сами поднялись на уровень пятого этажа и остановились на ее квартире, в которой тоже горел свет. Первая появившаяся мысль о том, что девушка сама не выключила с утра свет, была сразу же отметена здравым смыслом. Утром было светло никакого дополнительного освещения не требовалось. Тогда пришла мысль о том, что это грабители. Но тут вмешался внутренний голос и чудовищно ехидно поинтересовался зачем им свет. На это Эмма, особо не задумываясь, ответила, что так лучше видно. Голос заткнулся, не зная что еще добавить, а Хината, подхватив рюкзак, двинулась в сторону подъезда. Она открыла дверь и, стараясь не шуметь, пошла к своей квартире.       От этого внутренний голос как будто очнулся и завопил во все горло: «Ты что творишь, дура? Смерти ищешь? Так найдешь ведь! И я с тобой за компанию!» «А ну цыц, орешь еще тут», — Эмма мгновенно заткнула внутренний голос, раздумывая над тем, пора ли идти сдаваться в псих. больницу или он сам пройдет.       Так ничего и не решив, Девушка дошла до квартиры и неслышно открыла дверь ключом. Свет горел только на кухне, куда она и направилась, не закрывая двери, чтобы если что быстро сбежать. К тому же закрывалась дверь с громким щелчком, а девушке совершенно не надо было, чтобы о ней узнали раньше времени. Внезапность казалась ей главным оружием. Самбо тоже, конечно, хорошо, но черт знает сколько их там.       Эмма тихо положила рюкзак где-то по дороге, чтобы он не мешался при драке. если таковая будет, но при этом его можно было легко схватить, если придется сбегать. Еще шаг в сторону кухни отдался в голове удивительно тяжелым звуком. Сердце глухо колотилось в груди, а коридор казался бесконечным. Вход на кухню оказался невероятно близко и Хината, ощущая себя героиней неудачного фильма, осторожно выглянула, затаив дыхание.