Чертова дюжина братьев

      Людям всегда что-то мешает. Вне зависимости от места, действия или ситуации. Просто потому что так должно быть. Чтобы было оправдание. Почему не получилось достичь мечты? Мешали обстоятельства, люди или даже моральные устои. Да хоть птица, что пролетела в двадцати километрах. Не важно что. Люди придумывают множество теорий, чтобы оправдать свою неспособность к действию. Или даже придумывают действия, чтобы оправдать себя.       Только вот зачем это надо? Что от этого меняется? Кого они пытаются обмануть? Неужели они от этого чувствуют себя лучше? От самообмана, которому добровольно подвергают себя. И ведь верят! Со временем эта вера превратилась в твердую уверенность что все правильно и иначе просто быть не может. И для того, чтобы доказать обратное надо забыть об обстоятельствах и сделать невозможное.       А сделать невозможное никак нельзя в силу обстоятельств. Замкнутый круг.       Эмма тихо вздохнула и медленно поплелась вперед. Вечерело. Но до дома было еще далеко, что Хината считала плюсом. По крайней мере сейчас. Апатия никуда не ушла и портить настроение братьям не хотелось. Потому она планировала быстро проскользнуть в комнату и уснуть с надеждой что к утру такое настроение уйдет в небытие.       Из темного переулка, мимо которого проходила девушка, послышалась возня и хрипы. Стук железки, сдавленный крик. Эмма с интересом заглянула. Как она и подозревала, там кого-то избивали.       «Четверо на одного. Нечестно.»       Один из четверки размахнулся какой-то арматуриной, подобранной вероятнее всего здесь же, но ударить не успел, поскольку оказался мгновенно вырублен. Тело повалилось на землю как мешок.       «А он не промах, но с оставшимися один не справится», — отметила Хината.       Она так и осталась стоять на месте, отчасти из интереса, а отчасти из-за того, что один показался ей чем-то знаком. Точнее, его волосы. Белые, с голубоватым отливом. Такое она встречала лишь однажды.       «Седой?» Хината предположила это очень неуверенно, поскольку представить, что авторитет вступил в уличную драку было сложно.       Однако пока девушка над этим раздумывала к оставшимся троим подошли еще двое, один из которых впоследствии и заметил девушку.       Ей бы, по-хорошему бежать надо, так как обычно уличные драки она обходила стороной, но сейчас ей что-то ударило в голову и эта самая драка виделась ей отличным способом взбодриться. А то это совсем не дело — ходить живым трупом. -Шла бы ты отсюда, девочка. Глядишь и жива останешься, — усмехнулся один из них. -К сожалению, но для меня этот вариант — совсем не вариант, — громко ответила девушка, подходя ближе. -Да ладно, пусть остается, мы с ней потом поиграем, как только дело сделаем, — за этим предположением раздался громогласный гогот, от которого Эмма поморщилась.       Седой повернулся к ней, зашипев сквозь зубы: -Ты что творишь? Вали отсюда. Если останешься, то нам не выжить. Беги, я прикрою.       И он встал в одну из стоек, которые Эмма тоже изучала. Она внимательно посмотрела на мужчину, силясь понять, почему он ее защищает. В глазах была ностальгия, нежность и братская любовь. Значит, он видит в ней свою убитую сестру. В таком случае она просто не имеет права сбежать. Просто потому что тогда это будет не она.       Потому Эмма чуть насмешливо усмехнулась и встала рядом, приняв похожую позу. Седой скосил на нее глаза, но ничего не сказал. Возможно все так понял или увидел на ее лице что-то такое, что и подсказало ему: лучше не спорить. -Девочка собирается драться?       За этим предположением снова последовал смех, но Эмма заметила в глазах парней какую-то решимость и напряглась, готовясь.       Она оказалась права, поскольку сразу же после этого они бросились вперед, надеясь убить голыми руками. За что и оказались на полу, вырубленные как и первый. Двое выхватили ножи и оттеснили Эмму и Седого друг от друга. Девушка прыгала, бегала и вообще веселилась, как могла. Сознание почему-то активно сопротивлялось осознанию того, что это все реальность. Адреналин полностью захватил власть над телом и Эмма улыбнулась непонятно чему.       Хотелось смеяться и бегать так и дальше. Разве что все более и более звереющий взгляд ее оппонента в своеобразные «салочки» мешал полностью насладиться «игрой».       Осознание того, что это явь и даже не сон, наступило настолько неожиданно, что Эмма остановилась, лишь чудом избежав ножа. Это было сравнимо с тем, как будто со стекла, заклеенного пленкой, в один миг ее срывают и видно становится так хорошо, что различимы мельчайшие детали.       Следом за осознанием пришла и цель: обезоружить противника. Как это сделать Эмма представляла себе хорошо. Лишь бы не пошло что-нибудь не так.       Пропустить противника мимо себя, придав тому немного ускорения пинком и, пока он не оправился от удивления, выпнуть нож из руки как можно дальше.       Потом сделать вид, что она снова пропускает его мимо, но в последний момент передумать и ударить по болевым точкам, окончательно обезвредив.       Посмотреть что там с Седым и с небольшим удивлением отметить, что тот уже давно закончил и теперь просто ждал ее. Хотя, чему тут удивляться, он ведь не настолько дурак, чтобы играть в салочки с человеком, у которого в руках нож. -Давай я тебя провожу, — предложил девушке мужчина, после того, как они осмотрели себя на предмет повреждений и не нашли сколько бы серьезных.       Разве что Эмма нашла у себя на руках парочку царапин, но он могли быть получены и ранее, поскольку Хината совершенно не помнила как получила их. У седого же была лишь одна царапина на щеке, которую он протер обычной влажной салфеткой, что предложила ему Эмма. -Спасибо, — кивнула девушка.       Они пошли в сторону дома семьи Асахина, разговаривая по дороге обо всем. Время от времени седой хотел назвать Эмму сестрой, но прерывался, одергивал сам себя и на пару секунд затихал. Тогда Хината успевала заметить на его лице боль и сожаление, которые очень скоро скрывались и разговор возобновлялся.       По дороге мужчина успел отругать Эмму за то, что она влезла в драку и похвалить ее физические способности. Только вот Хината уже начала возвращаться в то апатичное состояние. Адреналин перестал вырабатываться, а новой встряски не предвиделось.       «Словно бы опять в сон впадаю. Точнее в спячку. Как он там называется?.. В анабиоз», — мысленно усмехнулась Эмма. Но даже это произошло как-то вяло и неохотно. Словно поднадоевший ритуал, что необходимо было исполнить. Даже полученная от Коми информация не радовала. Она просто потом отдаст ее главному из службы безопасности, как еще называют начальника охраны, и забудет обо всем об этом.       Вот уже и показался дом семьи Асахина, о чем Эмма предупредила Седого. Тот остановился. -Тогда уж я лучше не пойду дальше, потому как я не самая лучшая компания, — усмехнувшись, ответил он на невысказанный вопрос Хинаты, что легко читался в ее взгляде. -Точно? — переспросила Эмма. -Да, лучше потом позвоню и встретимся как-нибудь, поговори еще. -Хорошо. Тогда пока, — Эмма повернулась и отправилась в сторону дома, подумав о том, что она очень похожа на сестру мужчины, если судить по его взгляду.       Дома было громко. Очень. Для Эммы же, которая хотела сейчас только покоя, громко было невероятно. Сначала она хотела просто проскользнуть мимо всех в свою комнату, но потом ее совестливая часть взяла верх и девушка прошла в гостиную, откуда и доносилось большинство голосов.