Просто смотри на меня

Остановившись в коридоре, чтобы немного отдышаться, ребята переглянулись, как бы считая, всем ли удалось сбежать. — Я проголодался после такого! — начинает Аллен. — Да, я тоже. Этот молот не такой легкий, как мой, — показывает младший книгочей безделушку, лежавшую у него в кармане. — А что это тогда? — удивленно спрашивает Уолкер. — Комуи сделал его специально для меня, но единственной его функцией является увеличиваться и уменьшаться в размерах, да и то ограничено. Кажется, он еще что-то говорил о том, что из-за этого он достаточно хрупкий и молотить им по бетонной стене нельзя, — задумался Лави, припоминая, что он был так рад новой безделушке, почти все пропуская мимо ушей в тот момент. — Так твоя чистая сила все еще в ремонте, да? Почему тогда…? — не знал как потактичнее задать вопрос экзорцист, чтобы не задеть их чувства, но выдать колкое замечание в адрес Канды. — Юу потребовал свой меч пару дней назад. Пусть даже Муген был чуть меньше поврежден, чем мой молот, этого времени слишком мало для полного восстановления. Возможно, он чувствовал себя беспомощным и бесполезным, зная, что не имеет доступа к своей чистой силе. Я пытался с ним поговорить и заставить вернуть ее Хевласке, но он даже слушать меня не желает, — стал намного серьезнее Лави, опустив взгляд. — Какой же он сложный человек, — возмутилась Ева. — Зачем Хевласка вообще пошла у него на поводу и отдала ему сломанный меч? — Понятия не имею, но знаю, что если Юу чего-то хочет, то он этого добивается, а еще он о многом умалчивает. — Ты сейчас про то, как он использовал свой Муген? — Не уверен, что состояние его чистой силы не отражается на нем. Ева, может ты заметила что-нибудь странное, когда дралась с ним? — Да нет, обычный разъяренный мечник, который пытался нашинковать меня на салат, — пожала плечами девушка. — Если вспомнить, то Канда никогда не сдерживается. Почему он не использовал свои иллюзии на Еве? — Ты забыл, как мы только что от них же и убегали?! — не выдержал Аллен, раздраженно указывая на коридор, из которого они выбежали. — По-моему, он живее всех живых со своим Мугеном. — А стоило ли от них убегать? — поняла Линали, о чем пытается сказать книгочей. — Думаешь, он очень ослаб? После фразы Уолкера все затихли. Дело ведь могло обстоять куда серьезнее, чем на словах. Кто вообще следит за Кандой последнюю неделю? Все внимание уделялось новенькой, прозябающей в лазарете, когда она могла бы уже бегать марафоны. Ох уж эта гиперопека Комуи, который едва ли не приписал ее к культу вечно больных и ослабших, не желая следить за каждым ее передвижением по приказу Ватикана, а точнее Мариана, который благополучно переложил всю ответственность на него. — Мы этого не узнаем, если не проследим за ним, — предложила гениальную идею светловолосая. Раздался неодобрительный вздох. Каким нужно быть самоубийцей, чтобы пытаться вытворять такое? Вновь направляясь на нижние этажи, молодые люди шли молча. По ногам бил поток холодного ветра, от стен пахло сыростью и грязью из-за продолжительных дождей, но это никак не сказывалось на настроении этих двоих. — Спасибо, Аллен, — вдруг говорит светловолосая. — А? За что? Она и сама не знала, за что ей хотелось благодарить его, поэтому в ответ лишь улыбнулась. Лави и Линали отправились на поиски мечника, дабы убедиться, что поводов для волнений нет, пока эта парочка будет занята тренировкой. Ева сама об этом попросила, вспоминая, как много времени она потеряла в больничном крыле. Стоит ли говорить, как драгоценна каждая минута в ее жизни? Пусть по плану Мариана она и не отставала, так как он предполагал, что эта неделя понадобиться, чтобы вернуть ей прежнюю форму, тем не менее, ее можно было потратить на то, чтобы начать опережать его график. Дверь с протяжным скрипом открывается. — По-моему, это не наш этаж, — заходя в темное помещение, девушка ощущала незнакомую местность. — Да, это общий спортзал, — щелкает он выключателем на стене. Зал был действительно огромным. Белые стены, очень высокий потолок и яркое освещение придавали эту месту еще более громоздкий вид. В центре настелено матов, рядом с которыми стоят разные брусья, у стены турники, но больше всего в глаза бросалась куча наваленного в углу инвентаря: блины, балки, несобранный тренажеры и прочая лабуда. — Здесь что, ремонт? — указала она на непонятную свалку. — Да я бы не сказал, — издал нервный смешок Уолкер. — Это там давно уже валяется. Главное управление больше по части науки, чем спорта, к тому же, это еще одна причина, по которой днем тут почти всегда никого нет. Не поверишь, но на разминке с утра здесь достаточно шумно. Верно, именно поэтому Мариан выбрал для нее какое-то подсобное помещение. Совсем никакой веры. Думал, я его позорить буду перед людьми, — сжала она кулак, когда поняла, в чем причина. — Ух, я бы ему сейчас…. Интересно, я тоже так выгляжу, когда вспоминаю учителя? — наблюдал за ее реакцией экзорцист. — Все, я успокоилась, — выдохнула девушка. — С чего начнем? — Проверю кое-что. Ударь меня, — встал он напротив нее, выставляя правую ладонь вперед. — Чего? — Ударь, говорю. Девушка нерешительно замахивается рукой и бьет. — Ты не ударила, а толкнула. Не бойся, бей, — она немного хмурится на его слова, но слушается. Аллен останавливает ее руку, сжимая пальцами. Она вроде как даже пытается пересилить его и упирается всем телом в пол, опираясь на кулак, который он крепко держит. Буквально повиснув, ей никак не удается сдвинуть его руку с вытянутого положения. Какой он сильный, — начинает она помогать себе уже второй рукой, но дело не идет с мертвой точки. — Видишь? Толкать весом бесполезно. Ты слишком легкая, я тебя и одной рукой поднять могу, — разжимает пальцы он. — Не удержался ведь от того, чтобы покрасоваться, — смеется она. — А ты перестань дурачиться, — улыбается юноша. — Давай, последний раз. Ударь со всей силы. Он меняет руку, чтобы ей было удобнее. Немного собравшись, она сжимает пальцы и бьет. Его рука по-прежнему не двигается с места. Она обреченно опускает голову и выдает: — Все настолько плохо, да? — Как будто комар об руку бьется, — делает экзорцист издевательское замечание, давно зная, что на нее действуют только подколки. — Спасибо, что хоть не ветерок, — смеются они вместе, расходясь. Уолкер полностью расслабился, понимая, что он намного сильнее и очень даже вряд ли получит хотя бы синяк. — Ладно, теперь давай с ноги. — Ой, я бы не советовала, — качает девушка головой. — Боишься? — пытается раззадорить ее он. — Это тебе стоит бояться. Последняя фраза была сказано несколько самоуверенно, и она без предупреждения бьет его по левой руке, которой он прикрыл ухо, да с такой неимоверной силой, что парень отлетает к стене, слегка прижавшись к ней лопатками при остановке. Оглядев пройденный им путь, юноша был в приятном замешательстве. — Впечатляюще. Теперь я, правда, не понимаю, как тебе удалось руками остановить меч. Ведь все, что доводилось делать Еве в своей жизни — бегать. Убегать от проблем, неприятных чувств, плохих людей. Не важно, что было раздражителем, она никогда не бралась за решение сложных ситуации, предпочитая не обращать на них внимания, а в критической ситуации просто сверкать пятками. Как удивительно ее жизнь можно было отследить по физическому состоянию тела. Сейчас она не готова была что-либо менять, поэтому отсутствие силы в руках вполне ее устраивало, хоть и бесило иногда. Непослушные банки с любимым яблочным вареньем без посторонней помощи редко удавалось открыть. — Экстремальная ситуация, — пожимает она плечами, подходя к нему. — Стоило бы потренировать руки. Мягкий намек действует на девушку как-то странно. Она хитро улыбается, складывая их на поясе. — Что прикажете? Юноша, мягко говоря, потерялся от такого взгляда. Опять же, скорее, из-за того, что никогда не оказывался в такой ситуации: симпатичная подруга откровенно флиртует с ним, ожидая каких-либо действий с его стороны. Ради интереса она пытается забраться в его мысли и понять, что он сейчас о ней думает. Может, так легче будет узнать, чего он хочет? Аллен краснеет на глазах, но поддерживает зрительный контакт. Кажется, он совсем забыл о ее таланте. Почему я ничего не слышу? — недоумевает светловолосая, после чего ей удается понять: все так сильно путается и мешается в его мыслях, что даже сам он слушает в своей голове лишь белый шум. Чтобы хоть как-то проверить свою догадку, она с улыбкой добавляет: — Я же просто пошутила. Ты очень мил, Аллен. Я? Милый? — наконец ей удается привести его мысли в норму. По его лицу становится ясно, он не очень понимает, что происходит, но ему было приятно услышать комплимент в свой адрес. Кажется, я не интересую его как девушка, — немного грустнеет она, вспоминая пустоту в его мыслях. — Но это ведь не повод сдаваться без боя. — Как на счет спарринга? — чуть утихает задорный огонек в ее глазах. — Конечно, — одобрительно кивает он, не понимая подвоха. Девушка берет его за руку, утягивая на маты за собой. Медленно шагая спиной вперед, она смотрит ему в глаза. Что она задумала? — Не хорошо читать чужие мысли, — вдруг говорит он. — Прости, пожалуйста, — скромно извиняется Ева, отчего он слегка краснеет, замечая ее виноватый взгляд — ему не хотелось заставлять ее чувствовать себя неловко. Неужели он все это время знал, что я проверяю его? Она отпускает его руку и чуть отходит. Полностью позабыв о том, что происходило, экзорцист пытается сосредоточиться: удары с руки у нее очень слабые, их опасаться не стоит, а вот с ноги неплохо прилетит. Если получится ее быстро скрутить, то бояться будет нечего. Снова эта улыбка. Она что-то скрывает от меня? Аллен прекрасно понимал, что есть какой-то подвох в ее действиях, манере поведения и осознавал, что веселее будет играть по ее правилам. — Хорошо, начинай, — отпускает он, доверяя ей роль ведущего. В конце концов, она не давала повода усомниться в себе. Девушка уверенно замахивается и пытается ударить в грудь. Она всегда добра и открыта по отношению к нему, не скрывая своей привязанности. Уолкер уворачивается, слегка отталкивая ее плечо. Почему сейчас она не хочет говорить такие очевидные вещи? Светловолосая бьет уже ногой, но парень перехватывает удар, вцепившись в ее лодыжку. Ей страшно, что он не разделяет ее чувств? Вспыхнув от негодования, предпринимает попытку оттолкнуть его — все бестолку. А знает ли она, что сейчас испытывает, оставшись с ним наедине? Светловолосая резко сгибает ногу, подтягивая к себе экзорциста, застигнутого врасплох. А если это взаимно? Они падают на маты. Он не боится и уверен, что сможет легко ее остановить малейшей просьбой, которую Ева ни в коем случае не проигнорирует. Уолкер успел отпустить ее, и упал на свои локти, почти не коснувшись ее тела. Она смотрит на него, как и прежде, взглядом, преисполненным доверием и добротой, он на нее — с вопросом. Так вот в чем дело, — она ловит себя, наконец, понимая, что на самом деле с ней происходит. На ее лицо наползает пошлая улыбка и парень невольно ежится и смущается. Ева ласково кладет свои руки ему на лицо, опуская их все ниже: по изгибу шеи, ключицам, грудь задевает лишь холодным пальцами и останавливается на животе. — Что… Что ты делаешь? — нервно краснеет Аллен, все еще ничего не предпринимая. — Вот ты и попался, — с придыханием, сбивчиво шепчет она ему почти в губы. Уолкер сначала не понял, что она сказала, слишком увлеченный ее взглядом и непередаваемыми ощущениями от контраста температуры, но тут же напрягся и стал заваливаться на бок, почувствовав, как ее наглые ручонки щекочут его живот. Воспользовавшись моментом, она переворачивает его на спину, усаживаясь сверху: — Я победила, — улыбается девушка, упираясь руками в его торс. — Сдаюсь, — пытается отдышаться он, приходя в сознания после приступа неконтролируемого смеха. — Хотя ты сжульничала. — На войне все средства хороши, — невинно пожимает плечами в ответ. Двусмысленная фраза в сложившейся ситуации, не находите? Ева слезает с него, усаживаясь совсем близко, прижимаясь спиной к его согнутым коленям. Как камень с его души упал, возвращая прежнее чувства уюта и комфорта рядом с ней. Ничего криминального, она просто дурачится, — парень, наконец, расслабляется и закрывает глаза, укладывая руки себе под голову, чтобы лежать было удобнее. Каждый думает о чем-то своем, но она первая прерывает молчание и делится своими переживаниями: — Ты сильный, Аллен, не такой, как я, — Ева говорит крайне тихо, но по-прежнему в голос. — Я никогда не заканчиваю начатое. Не берусь снова, если у меня не получилось с первого раза. Как можно назвать экзорцистом такую как я? Я даже себя защитить не смогу. — Может, твое предназначение не в этом? — приподнимается он на локтях, чтобы видеть ее глаза, искренне улыбаясь. — А если дело дойдет до драки, ты всегда можешь положиться на меня. — Спасибо, — растрогавшись, она стискивает его шею в объятьях и прижимается всем телом, быстро преодолев расстояние между ними. Почувствовав как ее грудь давит ему на ребра, в голову снова лезет та утренняя неприличная картинка. Перебор. Однозначно. Аллен снова чувствует жар и неприятное смущение. Его тщетные попытки скрыть лицо ладонью и отвернуться почти никак не помогают: кровь прилила к лицу настолько, что едва ли не пошла через нос. Теперь он уже окончательно поднимается, принимая сидячее положение и придерживая ее за талию свободной рукой, отчего она сползает ему на бедро. — Не могла бы ты слезть, пожалуйста? — едва выдавливает он из себя. — Ой, да, прости, — вскакивает она, понимая намек. Ах да, затесавшийся между строк вопрос по-прежнему остается без ответа. Так да или нет? — Линали, подвинься, — шепотом возмущается книгочей, подпихивая подругу в кустах. — Нет здесь места, — поднимает руку девушка, показывая что совсем рядом стенка. — Я же вижу, что есть! — продолжает он настаивать на своем, добавляя громкости. Юу, который пришел помедитировать в этом крытом саду, обычно не оборачивался и не обращал внимания на посторонние шумы, которые в коридоре всегда царили в полной мере, но на этот раз источник раздражения ему казался ближе, отчего он открыл глаза и поднялся. — Перестань, Лави! — последний раз возмущается девушка, прежде чем перед ее лицом пролетает лезвие. — Канда, так ты тоже тут? — вскакивает рыжий парень на ноги, приветливо ему улыбаясь. — Что вы тут забыли? — направляет на него меч Юу. — Да мы просто гуляли и я упал. В кусты. Вместе с Линали, — нес какую-то околесицу тот. Понимая всю безвыходность ситуации, девушка утомленно выдыхает. Отряхнув грязные от земли колени, она говорит: — Мы переживаем за тебя. С тобой все хорошо? — Как видишь, — грубо бросает мечник. — Тогда прости, что помешали. Мы уже уходим, — смиренно кланяется она, утягивая за собой книгочея. — Не нуждаюсь я в вашей заботе, — бросает он вслед, складывая потрескавшийся у основания Муген в ножны. Буквально протащив парня по коридору за плечо, несмотря на все его возмущения и препирания, Линали останавливается. Заметив ее странное поведение, он в миг перестает буянить. — Мы не сможем ему помочь? — спрашивает Лави. — Пока он сам этого не захочет, мы ничего не сможем сделать. Нависло скорбное молчание. Может, они и не заметили ничего странного в его поведении или действиях за целый день, но так и не получили желаемого ответа. Поводы для волнения были серьезными. Сломанной чистой силой никого не одолеешь, да еще к тому же это быстро приводит к рассинхронизации. Риск стать падшим всегда неоправдан, даже если тебе понадобится быстро принимать решение ради спасения чужих жизней. Сейчас подобное было излишним из-за прихоти и чрезмерной самоуверенности обладателя, да и когда Канду что-либо останавливало? Было достаточно поздно. Члены Черного ордена медленно разбредались по штабу после ужина. Ребята очень долго тренировались, пока оба не почувствовали нестерпимый голод, но Лави и Линали в столовой уже не застали. Придя к выводу, что выпытывать результаты у них будут завтра, направились к заветным местам отдыха. — Спасибо, что согласился проводить до моей… палаты, — оглядела девушка коридор больничного крыла. — Ты себя хорошо чувствуешь? — Аллен любил надоедать этим вопросом, все еще грызло чувство вины по всей видимости. — Да, прекрасно. Жду не дождусь, когда меня уже оттуда выпустят и я смогу спать в собственной комнате. Медсестры очень милые, но вот старшая меня немного пугает, — поежилась светловолосая, вспоминая ее хищную улыбку. — Не удивлен, — улыбается Уолкер. — Прежде чем ты уйдешь, я хочу показать тебе кое-что. Девушка мягко тянет его к перилам за руку, он послушно подходит. — Теперь закрой глаза. Неожиданности начинали потихоньку раздражать тем, что он не знал, чего ему ждать теперь. Сейчас он слишком устал, да и она тоже, чтобы что-либо делать. — Расслабься и послушай, — отпускает она его руку, закрывая глаза. Дождь бьет по крыше, по коже бегут неприятные мурашки от холодного потока воздуха, продувающего ноги, а в нос бьет неприятный запах сырости. И что я должен услышать? Проходит всего пара секунд и доносится протяжный вой. — Что.? — пытается задать вопрос Аллен, раскрывая глаза. — Тсс, — прикладывает она палец к своим губам. Немного успокоившись, он продолжает прислушиваться. Будто тысячи ангелов поют, — доносящийся звук будоражит разум, ласкает уши и дарует приятное спокойствие. Пение усиливается и он чувствует, как поток воздуха проходит мимо него, подпихивая в спину, ероша непослушные волосы, наваливающиеся на лицо, и захватывает все его мысли. Ева наслаждается не меньше, чем он, приятной свежестью, ударившейся ей о лицо и грудь. — Это ветер? — удивленно спрашивает Аллен. — Ничего подобного в жизни не слышал. Улыбаясь как два умалишенных идиота, они с восторгом открывают глаза. — Я сама только вчера это услышала. Кажется, когда поднимается сильный ветер на улице, он проходит по всем вентиляционным шахтам, издавая этот божественный звук. Что за гений это придумал? — Может, это Хевласка поет? Нечеловеческий голос очень похож на ее. — Думаешь, она бы согласилась дать нам пару уроков? — смеется Ева. Попрощавшись, они разошлись каждый в свою сторону. Повиснув на ручке двери, она заваливается в привычную белую комнату. Девушка медленно раздевается, чтобы отправиться в душ. После горячей воды тело так расслабляется, что буквально проваливается в матрац на ее кровати. Она протягивает руку и открывает маленький ящичек в тумбочке. Аккуратно достает подаренный браслет и сжимает его в теплых ладошках, погружаясь в сон.