Будь со мной

Далеко,поздно ночью, в долине, На самом дне, В городке, занесенным снегом по ручку двери, Извиваясь ночью на простыне, как не сказано ниже, по крайней мере, я взбиваю подушку мычащим «ты», за горами, которым конца и края, в темноте всем телом твои черты как безумное зеркало повторяя. И. Бродский

Здесь безумно холодно и одиноко. В мое замерзшее окно норовит ворваться вьюга. Настырная. Пламя свечи дрожит от ее дыхания, которое слышно сквозь щели в оконной раме. Зима здесь и, правда, суровая. Так что не беспокойся — шапка мой преданный друг. И я не собираю на своей шевелюре армию снежинок. Хотя бы потому, что здесь меня некому отчитать за это. Да и снежинками этот летающий безжалостный ад вряд ли назовешь. Мне, как никогда, хочется тепла. И можешь не ухмыляться. Да, признаюсь, я сижу, укутавшись в плед. Но, Драко, минус двадцать на градуснике и вьюга в придачу — это не минус пять. Хотя сейчас я согласен и на минус пять, кучу пледов, горячий, обжигающий нёбо, чай почти каждый час и твое бормотание о том, как же холодно. Знаешь, мое бегство сюда (да, я признаю, что это бегство) — самый глупый поступок за последние лет пять. А может и за школьные годы. Но не важно. Объясняться в письменном виде все же легче, но я исписал почти целую страницу и все ни о чем. Так что… Я люблю тебя, Драко Малфой. Осознание этого — единственный плюс моего внезапного отъезда. Я сбежал, когда увидел то, как поменялось твое отношение ко мне, и подумал, что так помогу тебе. Если на время уеду, ты поймешь, что это все иллюзия, и мы не разрушим нашу дружбу каким - то секундным помешательством. Но оказалось, что заблуждался я, а не ты. Да-да, Малфой всегда прав. Поначалу я старался списать все на тоску по друзьям. Но все реже вспоминал про Гермиону или Рона. Да и, не видясь с ними и полгода, я не скучал по ним настолько, чтобы видеть во снах. А с тобой…прошел всего месяц, а я засыпал, вспоминая тебя, и видел сны о позабытых школьных годах. В них ты был таким же как и раньше : заносчивым, резким, упивающимся чувством собственного величия. Ты впечатывал меня в холодные стены замка и шипел в лицо, подобно змее. Мне в спину больно впивался неровный камень стены, и в пору бы ответить, смазать кулаком довольную ухмылку с губ. Вот только о драках не думалось совершенно. Тебя хотелось целовать. И я целовал. Словно обезумевший. Ведомый тобой, бродил по коридорам, ожидал на лестничных пролетах, прятал в пустых классах и целовал, целовал, целовал… Во сне наше сознание не затуманено предрассудками, опасениями и глупыми мыслями, мы быстрее понимаем, что нам действительно нужно. Мне пришлось убежать, согласившись на командировку Мерлин знает куда, чтобы только здесь понять самое главное. Я покрепче кутаюсь в шерстяной плед, но мне холодно. Внутри. И ни один, ни два пледа, ни теплый чай и горячий душ не согреют. Мое тепло осталось в Лондоне, возле тебя, где тихо потрескивают поленья в камине, случайно пролитый грог и Кричер пытается тебя отвлечь, чтобы я успел высушить голову, оттого что моя армия снежинок вновь превратилась в воду. И, получив оплеуху по мокрым волосам, понимаю — не успел. Я безумно соскучился по этому. До скорой встречи! Твой Г.П. P.S. Если ты примешь