Итак, мы потерялись.

- Что? - спросил Гарри. - Заколдованный лес, - повторил Драко. - Всякий раз, когда мы идем на север, мы приходим в точку отправления. Таким образом, мы видим это дерево уже в миллионный раз. - Так... Мы застряли? - сказал Рон, в его голосе читалась паника. - В заколдованном лесу нельзя застрять, Уизли. Здесь всегда есть выход. Просто мы делаем не то, что лес хочет. Гермиона медленно развернулась вокруг себя, глядя на все деревья, окружающие поляну. - Но ведь есть множество путей для того, чтобы идти дальше. - сказала она. - Да. - сказал Драко, как ни в чем не бывало. - Поиск правильного пути может занять несколько часов, и тогда нам нужно вернуться к самому началу. Но, я полагаю, на ночь мы остановимся именно здесь. - Вы с ума сошли? - воскликнул Гарри. - Мы ведь легкая добыча! Пожиратели смерти могут застрять здесь вместе с нами! Мы останемся отдохнувшими, но мертвыми. Драко нахмурился. - Поттер, клянусь тебе, даже после того, как я нахожусь с вами уже два месяца, вы не перестаете держать меня за идиота. Мне известно несколько свойств Заколдованного леса. Нас не смогут найти. Когда потерялись несколько групп людей сразу, лес теряет свою "видимость". Нас не увидят, как будто здесь поставлена защита. Во-вторых, похоже, здесь есть магические растения. Мы находимся как бы в сердцевине леса, никто не сможет пройти сюда без нашего позволения. Как только мы выберемся отсюда, вся защита исчезнет. Люди теряют себя в этом лесу. И я действительно считаю, что сейчас у нас есть неплохой шанс получить ночь крепкого сна. Нам не о чем беспокоиться. - он вздохнул и провел рукой по волосам. Гарри и Рон посмотрели на Гермиону с опаской, дожидаясь подтверждения слов Малфоя. Она кивнула. Драко закатил глаза. - Может быть, в конце концов, вы мне поверите? Между прочим, я даже не лгал вам, после того, как присоединился к вашей компашке. Почти не лгал. - Ты все еще не ответил на мой вопрос о сегодняшней ночи. - сказал Гарри многозначительно. - Ты хочешь быть легкой добычей? - Я с вами не для того, - огрызнулся Драко, - чтобы втюхивать вам что-либо в ваши бестолковые головы. И мы это, кажется, уже обсудили. - Брось, Гарри, - сказала Гермиона. - Нам нужно принять решение, иначе мы никогда не выберемся отсюда. - Вы знаете мою позицию. - сказал Малфой высокомерно. - Я согласна с Драко. Мы должны остаться здесь на ночь. - сказала Гермиона. Малфой посмотрел на нее с удивлением, ведь она только что произнесла его имя! Видимо, Гарри и Рон тоже заметили, что Грейнджер пыталась унять их пыл. - Да, все в порядке, - сказал Поттер. - Мы остаемся. Но ты точно уверен, что с нами ничего не случится, Малфой? - Да. - сказал он раздраженно. Они вместе очищали место, которое было пригодно для сна. Рон растопил снег в то время, как Гермиона чистила землю немного позади него. Гарри подошел в середину растопленного участка и развел костер. Драко пошел в лес, чтобы найти что-нибудь, что можно было поджечь. Он был очень осторожен, чтобы не трогать живые деревья, а срывать кору только с увядших. Убивать деревья в этом лесу было категорически запрещено. Как только участок земли был очищен, каждый достал свой спальный мешок и еду. Гарри и Гермиона готовили ужин на костре. Несмотря на утверждения Драко о том, что они были в безопасности, Гарри, Рон и Гермиона по-прежнему нервничали. Каждый шорох посылал им призыв для того, чтобы достать палочки, а сердце начинало бешено колотиться. Они закончили есть, а Гарри и Рон начали обсуждать необходимость дежурства около палатки. Драко заверил их, что они в полной безопасности и сказал, что все равно не будет спать сегодня, поэтому, если что, сможет предупредить всех в случае угрозы. Когда последние остатки ужина были уничтожены, ребята отправились по постелям. *** Драко всегда спал на правом боку, и сегодняшняя ночь для него не стала исключением. Все четверо лежали в разных точках территории, так, по крайней мере, было безопаснее. Гарри с Роном спали, и Драко слышал громкий храп Уизли и тяжелое дыхание Поттера. Но Драко не мог спать. Он перевернулся на спину, чтобы поглядеть на звезды, и заметил, что Гермиона тоже не спит, а сидит в своем спальном мешке. Он смотрел на нее в течение нескольких минут, луна освещала ее волосы и лицо. Она была действительно очень прекрасна. Драко подумал, что, если бы не она, он бы задушил Гарри и Рона уже сто раз. Потом он увидел ее руку, которая тянулась к лицу. Это могло означать только то, что она плакала. Он сел тоже, и тихо, на своем мешке, подобрался к ней поближе, захватив свою мантию и накрыл Гермиону ей. Она посмотрела, на него. - Эй. - сказал он тихо, чтобы не разбудить остальных. - Эй. - повторила она. - Ты в порядке? - Не могу спать, - сказала Гермиона. - Я тоже. Она посмотрела на него и улыбнулась сквозь слезы. - Безумный день, да? - Да. Но, у меня есть хорошие новости. Мы сможем выбраться отсюда в ближайшие сроки. - Я надеюсь на это. Мне приснился сон, будто Пожиратели Смерти убили нас во сне. - Мерлин, Грейнджер, мне конечно очень жаль, но нам не нужно беспокоиться, этого не произойдет. Мы поймем, если они будут близко. Она вздохнула. - Мы ведь не знаем, как выбраться отсюда. Драко заерзал на месте и ничего не ответил. Гермиона посмотрела на него, и он перестал ворочаться и посмотрел на деревья. - Почему ты плачешь? - мягко спросил он. Она посмотрела на пространство перед ней, а затем через плечо, туда, где спали Гарри и Рон. - Иногда это мне надоедает, - сказала она, глядя теперь уже на деревья, туда же, куда и он, - Мы все время бежим. Меня это поражает. Мы ведь все еще дети, которые бегут от взрослого мужчины, который хочет нас убить. Я имею в виду, сейчас нас это совсем не должно волновать. В нашем возрасте мы должны заботиться о том, что одеть на следующий поход в Хогсмид или на Святочный бал; любит ли тебя тот, кто тебе симпатичен. Но нас заботит, будем ли мы спать сегодня ночью, доживем ли мы до следующего приема пищи и достаточно ли мягкая трава, чтобы спать на ней. Все так сюрреалистично. Знаешь, иногда мне бывает особенно тяжело. Я должна поплакать или еще лучше, покричать. Вот и все. Я в порядке, правда. Он кивнул. Драко чувствовал то же самое иногда, только вместо плача, он ломал вещи, сжигал их или крушил все, что было в комнате. Гермиона рукавом вытерла лицо, а потом спросила: - Какое сегодня число? Драко вытащил карманные часы, открыл их и пробормотал: - Ха. Двадцать четвертое декабря. Гермиона ахнула. - Ночь перед Рождеством? Он кивнул, пряча часы обратно в мантию. Когда он повернулся к Гермионе, Драко увидел самое печальное выражение на ее лице. Такое печальное, что ему резко захотелось обнять ее и сказать, что все будет хорошо. - Сочельник, - повторила она. - Я знала, что он должен быть скоро, но понятия не имела, что это будет так... быстро. - она посмотрела вокруг себя, почувствовала комок в горле. Ей не хотелось плакать снова. - Это совершенно неправильно, - сказала Гермиона. - Мы не должны в канун Рождества скрываться в этом лесу, потерявшись. Драко не мог сейчас ничего сказать. - Ты когда-нибудь слышал стихотворение? - спросила она через несколько минут. - Что за стихотворение? - "Ночь перед Рождеством". - Нет, не думаю. - Я этого ожидала. Это маггловский стих, в конце концов. Она ничего не сказала, просто грустно посмотрела в сторону. - Ты можешь мне его рассказать? Гермиона посмотрела на Драко. - Если хочешь... Я узнала его, когда была еще совсем маленькой. Надеюсь, я помню его наизусть. Останови меня, если что. Она глубоко вздохнула и начала: - Кошмарная Ночь перед Рождеством, Когда в доме не услышишь даже мыши... - Эй, я слышал что-то такое. - перебил он. - Однако, я не знал, что это - маггловское творение. - Это Ночь перед Рождеством Мы мерзнем под деревом, Остановимся здесь И состаримся первыми. - сказал Драко. Гермиона посмотрела на него и засмеялась. - Что это было? Он пожал плечами. - Прости. Просто пытаюсь понять поэзию. Я никогда не был хорош в этом. - Это очевидно, - сказала она, улыбаясь. - Эй, я хотел услышать, как прекрасны мои стихи, а не твой смех! По крайней мере, я старался. - Ладно, тогда... Эта ночь перед Рождеством холодна, Как луна. Я хочу конфету И миндальное печенье. Он рассмеялся. - Миндальное печенье? Это гениально. Она грустно улыбнулась и сказала: - Все не так, как должно быть. Я должна быть дома, с родителями. У нас должна стоять елка, с посеребренными ветвями, и я должна открыть мой подарок сегодня, а не завтра. Они будут говорить мне несколько причин, почему я не могу сделать этого сейчас, но я продолжала бы их просить, и они, наконец, должны согласиться. Я хотела бы открыть свой подарок сейчас. Найти там новую пижаму, халат, новые тапочки. Я хотела бы поблагодарить своих родителей сейчас. Мы бы сидели вокруг Рождественского Дерева, поглощая горячий шоколад. Потом они уйдут в спальню, а я усну под елкой, вместе с подарками. Она почти представила себе чашку шоколадной жидкости в руках и запах Ели, как вдруг вдохнула холодный морозный воздух и очнулась от своих воспоминаний. - Как насчет тебя? - спросила она его. - Что ты делаешь в Сочельник? Он перевел взгляд и не нашел хорошего способа, чтобы ответить на ее вопрос. У него не было тех, приятных воспоминаний, как у нее. С возвращением Темного Лорда Рождество перестало быть праздником, и вся жизнь превратилась в сплошную серую тучу. - В последнее Рождество, которые было для меня праздником, было на третьем курсе Хогвартса. Накануне вечера мы ужинали всей семьей. Наш обеденный стол был около тридцати футов в длину, и, всегда, как правило, Люциус сидит на одном конце стола, Нарцисса - на другом. Я сижу в середине. Почему-то, в ту ночь, они решили нарушить свои правила. Мать и Отец сидели рядом друг с другом, с другой стороны, около них, сидел я. Мой отец шутил, а Нарцисса смеялась. Я помню, как я был счастлив в тот миг. Гермиона не знала, что сказать. Ее Рождество было совершенно другим, и это снова напомнило ей о том, какие же они все-таки разные. - Это хорошо, - неожиданно отметил он. - Что - это? - Это - говорить. Я раньше не замечал этого. - Потому что мы всегда враждуем с тобой и редко разговариваем? - Да. Я не хочу с тобой драться. - Иногда, я думаю, мы забываем о том, что мы все противники. - Наверное, - согласился он. Вдруг пошел снег. Огонь потух, освещение им давал только лунный свет. Драко наблюдал, как несколько хлопьев приблизилось к ним, но они тут же растаяли из-за наложенных заклинаний. Одним движением Драко перешел барьер, чтобы снег смог оседать ему на плечи. Гермиона покраснела от мокрого снега на щеках. Некоторые снежинки попали в ее волосы, и он снова отметил, как же она все-таки хороша. Они сидели молча, прислушиваясь к звукам природы. Когда он увидел, что Гермиона замерзла, несмотря на его плащ, он вернулся обратно за барьер, чтобы укрыть ее. Она вздрогнула, увидев его. - Раньше я думала, что снег - это магия, - сказала она. - Прежде чем я узнала, что волшебство существует. Это ведь... невероятно. Каждая снежинка такая крошечная, но вместе они складываются в такое большое белое покрывало. Снег холодный, но на щеках он горит. Раньше я наблюдала за ним по несколько часов. Драко посмотрел в сторону чащи деревьев, наблюдая за снегом. Он хотел понять, что она чувствовала. Ему показалось, что у него почти получилось это сделать, но вместе со снегом он увидел серое облако, которое нависало над ними. - Это на самом деле очень романтично, - сказала Гермиона, и Драко повернулся, удивленно на нее посмотрев. Она не смотрела на него, и Малфой понял, что романтично не именно с ним, а просто так. Ведь здесь еще Рон и Гарри. Они не касались друг друга, когда сидели вместе. Почти, но не совсем. Вдруг, глаза Драко расширились. - О! - сказал он, улыбаясь и вытаскивая что из его мантии, передавая это что-то Гермионе. Это была небольшая плитка шоколада Honey dukes. - Что это? - спросила она. - Шоколад. Я сохранил его на некоторое время, оставил на... сладкое. Она осторожно развернула обертку, внутри были два небольших кусочка шоколада. - Одна плитка с вишней, другая с кокосом. Выбирай, - сказал Драко. Гермиона закрыла глаза и наугад вытянула руку, она положила кусочек сладости в рот. Она была с вишней. Гермиона почувствовала себя в раю. Шоколад напомнил ей счастливые времена, такие веселые и безопасные. Когда Гермиона закончила жевать, она протянула плитку с кокосом Драко. Он сказал ей, чтобы она оставила это себе. Она колебалась, но после настойчивого кивка Драко уложил шоколад себе в карман. - Гермиона? - сказал он, немного поколебавшись, как будто бы экспериментальным голосом. - М? - Ты когда-нибудь задумывалась, на что это будет похоже? То, что мы тут с тобой сидим, разговаривая, ты накрыта моей курткой, а я приобнимаю тебя рукой. Ну, в реальной жизни. Она покраснела. Даже в разгар холодной зимней ночи, он мог заметить, как ее щеки залились краской. - Я признаю, я думала об этом раз или два... Прости. - Ничего. - сказал он, улыбаясь ей. - Гермиона, а это не может быть правдой, как в реальной жизни? - О, - сказала Гермиона. - Ну, я не знаю. Мы ведь "враги", и нам нельзя с тобой встречат... Он наклонился и поцеловал ее нежно, слегка. Все, что он раньше представлял себе, все это сбылось в один миг, воплотилось в реальность. Она ответила на поцелуй, и сердце Драко забилось еще чаще. Он не заметил, как запустил в ее волосы свою руку. Гермиона прикоснулась к его лицу. Он только замечал невероятную легкость, мягкость, и он чувствовал ее, ее запах вишни и шоколада.