Качели

Евгению Игорь нашел там, где и ожидал — на широких, некогда белых, но уже порядком потрепанных качелях, больше напоминающих скамейку. Вокруг них резвились дети, был погожий майский день, и все вокруг казалось таким живыми и настоящим, однако сама Евгения была будто далеко от всего происходящего — это Игорь сумел понять по ее плотно сжатым губам и глазам, пристально глядящим куда-то вдаль. — Что с тобой? — спросил Игорь, бесшумно усаживаясь рядом с девушкой. Евгения едва заметно вздрогнула, а потом медленно перевела на него взгляд. Они оба знали, что ему уже известен ответ на этот вопрос. Но тем не менее спустя секунду девушка всё же заговорила: — Эти качели дарят мне чуть ли не единственные приятные воспоминания о нем. — Голос девушки звучал очень тихо. — Наверное, это слишком глупо, — продолжала она, — любить человека, который приносил в твою жизнь слишком мало хорошего, но из песни слов не выкинешь. — Евгения крепко зажмурилась на долю секунды и отвернулась. На ветку рядом села маленькая птичка. Игорь знал практически все о прошлом Евгении, и зачастую не мог понять ее. Ведь он действительно любил эту девушку всем сердцем, чисто и искренне, и относился к ней явно лучше, чем тот, другой, тлеющий в могиле вот уже два года кряду. Но несмотря на все это, Игорь всё равно понимал, что Женя не сможет так же полюбить его в ответ. Конкурировать с мертвым — слишком сложная задача. Старенькие качели издали еще один жалобный скрип.