Любовь, враги, друзья... Ну и послать бы всех!

POVАнтон Даже не верится, что Поля так быстро меня простила! Она ведь меня простила? Это не сон? Я повернул голову и посмотрел на спящую рядом Полину. Теперь я каждые пять минут смотрю, не случилось ли с ней чего? На месте ли она? Я боюсь, что Поля исчезнет, испарится! А я останусь один, совсем один. Нет, у меня есть Ира, есть Макс и Даша - теперь уже мои друзья, но они все вместе не сравнятся с Полиной! Я люблю ее; потерять Полю, значит умереть. Жизнь без Мальцевой - ад. И последние четыре года я сгорал заживо в этом аду! А Поля, будто глоток холодный воды и свежего воздуха! Зачем жить, если нечем дышать и нечего пить и есть? Подумав о еде и питье, мне сразу этого захотелось. Смешно: я тут рассуждаю о жизни и смерти, как вдруг все портит банальный голод, приправленный жаждой! Ну, разве не смешно? Я аккуратно вытащил руку, на которой лежала голова Полины, и тихо вышел из комнаты. Пора на кухню. По дороге мне вспомнилось, как я встретил Макса и Дашу в кабинете Петра Морозова... - Максим? Даша? Что вы тут забыли?! - ошеломленно спросил я, войдя в глубь кабинета. Старкова замерла около стола, держа в руках какую-то синюю папку, а Максим - рядом со шкафом, со странной статуэткой в руках. Повисло неловкое молчание, его нарушил Макс: - Послушай, у нас нет времени объяснять. Давай ты дашь нам уйти, а мы, когда выйдем отсюда, все тебе расскажем! - парень повернулся к Даше. Та кивнула в знак подтверждения. Я вздохнул и открыл перед ними дверь. Кинув папку с документами Елены на стол, я вышел следом. Уже в моей комнате ребята оповестили меня о своем плане и о привлечении в это дело Лики - из-за того, что у нее есть способность гипнотизировать и видеть прошлое по предметам, а также девочка очень хорошо разбирается в людях... - Стоп, это наши с Вадимом способности! Гипнозом обладает Вадим, я вижу прошлое по предметам... Подождите-ка, вы что, привлекли ребенка?! Вы нормальные вообще?! - ни с того ни с сего закричал я. Даша вздрогнула и чуть не уронила стакан с водой. Максим же даже ухом не повел. Странно все это, странно... Макс вскочил и заорал на всю округу. - Никто не справится, кроме нее! Эти способности... К тому же, Лике больше нечего терять! Она умрет... Через месяц... другой... - последние слова из этой пламенной речи Морозову дались с трудом. Он стих, плавно опустился на стул и закрыл лицо руками. - Я идиот! Я... Я просто урод! Антон, что с нами происходит, а? Почему мы не подумали о том, что Анжелике всего восемь лет? Она же ребенок! Я... Я... Я не понимаю, в чем дело! Как так вышло? - Максим продолжал себя проклинать, но потихоньку его голос становился все тише и тише... - Не волнуйся, ты не виноват, это побочное действие от антидота... - я похлопал его по плечу и ушел. Из своей комнаты ушел... А ведь правда, это антидот... Я читал про побочные действия...» POVИрина - Так это, ты ничего мне рассказать не хочешь? - произнес Вадим, нажимая на паузу. Я посмотрела на него с непониманием. Уваров закатил глаза, но все же продолжил. - Ну, про то, зачем у меня твой братишка столько крови откачал? - Что? Какая кровь? Я ничего не знаю! - удивленно сказала я. Нет, конечно, он не поверит. Но это правда! Я действительно ничего не знаю! Парень скрестил руки не груди и ухмыльнулся. Что бы ему такое соврать, чтобы он поверил? И как соврать, чтобы поверил? - Ир, не притворяйся, ты не можешь не знать... Или можешь? А, да, точно! Это ведь сюрприз... - и Вадим начал рассказ о том, как взяли у него чуть ли не три литра драгоценной кровушки, и каким боком к этому причастна я. - Дедушка... Ой, то есть Константин Викторович! - сказал Денис. Я приоткрыл один глаз, все плыло, но уже по голосу я определил, что это Антошин. К нему подошел Войтевич, чего и добивался парень. Они просмотрели какие-то бумажки; мой бывший учитель повернулся на меня и стал прожигать взглядом. Я не видел, зато чувствовал. Когда он повернулся, я инстинктивно закрыл глаза; зачем - не знаю. Предчувствие. - Денис, возьми у Вадима кровь, пока он спит. Он не должен понять, что мы брали кровь, - произнес Войтевич. Что за... Зачем мою кровь? В чем дело? - На анализы, что ли? А почему он не должен знать? - недоуменно спросил Антошин. Вот-вот, мне тоже интересно знать. - Нет, Денис, не на анализы. Ты меня понимаешь? - заговорщицким тоном сказал Войтевич. Я прислушался еще сильнее. И как они до сих пор не поняли, что я очнулся? А еще ученые! Ай-ай-ай, как не стыдно! - А, я понял, да. Больше нормы брать? Ну, для переливания... - радостно произнес Денис. Так, что значит больше нормы? Какое переливание, вашу мать?! Мать вашу, что здесь происходит?! Я никак не могу определиться, чью мать я имею ввиду. Наверное, Ирину, да и Дениса заодно. У них же одна мама?.. Что-то я не догоняю слегка... - Да, больше. И ничего не говори Ире, это будет для нее сюрпризом! - победно сказал биолог. Так, пора оповестить их о том, что его величество проснулось и желает укол! Мне плохо, не видно? Я собрался открыть глаза, как мысли куда-то двинулись, и все закружилось... А потом тьма... - В-вадим... Я... Я понятия не имею, зачем у тебя брали кровь... - заикаясь, промолвила я. Я, разумеется, уже догадалась обо всем. Эта кровь для Лики. Я несказанно рада, что моя дочка не умрет... Но есть проблема: что сказать Вадиму? Соврать. А поверит? - Нет, не поверит. Так что готовь обезболивающие, бинты, перекись... И йод не забудь! - с наигранной серьезностью произнесла Поля. Да, несмотря на столь грубые слова она все-таки права. И хорошо, что Поля общается так. Если бы она продолжала сюсюкаться, мне бы приходилось обливаться холодной водой, дабы прийти в себя. А так - у меня есть Поля, которая выдернет из любого рая! Будьте уверены! - Ира! - злобно прорычал Вадим. - Я правда не знаю! - сердце заколотилось сильней, скоро прорвет грудную клетку и убежит. Я бы на его месте точно убежала. - Точно! Давай сразу скорую вызовем! - Поля указала на телефон. - Ира! - еще более грозно крикнул Уваров. Он что, другие слова забыл? Ира да Ира! - Я не знаю, Вадим, честно! Только не бей меня, пожалуйста! - я закрыла лицо руками и залилась слезами. Вадим усмехнулся. - Пожалуй, обойдемся без скорой... Школьного врача хватит? - Поля села на стол и скрестила руки на груди. - Не бить? Ты скажи мне правду, и я не стану тебя трогать! - парень убрал мои руки от лица и крепко сжал. М-да, скажу - мне будет плохо. За сестру, за тайны... Не скажу - не лучше, просто покалечит! И что выбрать? Лучше промолчу... - Я... ничего не знаю... Пожалуйста, не надо меня бить. Я не могу больше! Вадим, не надо... - умоляюще промолвила я, всхлипывая и глубоко дыша. Вадим посмотрел на меня, как на ничтожество. Неужели я настолько жалкая? - Ты ведь сама виновата. Я дал тебе шанс, ты им не воспользовалась. Вставай, - спокойно, но почему-то с неким сожалением сказал Вадим. Я слезла с кровати и встала перед Уваровым. Он пробежался по мне взглядом. Я была в просторном спортивном костюме серого цвета. Сейчас я могу носить только просторные и закрытые вещи. Не дай Бог, кто-то увидит раны от плети и беспощадных ударов. - Вадим, что бы ты не хотел сделать... Не надо! Я прошу тебя... - напоследок произнесла я, уже тихим осипшим голосом. Вновь ухмылка с его стороны. Черт, мне страшно! Мне очень-очень страшно! - Пойдем со мной. Успокойся. Мне по-прежнему нужно твое тело. Удары отработаю на боксерской груше... - Вадим встал и коснулся губами моих губ. Я закрыла глаза, ожидая, что же будет дальше. Он прошелся языком по моим щекам, уничтожая соленые слезы. Я сглотнула. Я не могу открыть глаза... Мне страшно! Вадим потянул меня за руку, увлекая за собой. Судя по направлению, мы идем в душ. Я наконец распахнула глаза. Да, в душ мы идем. Вадим открыл дверь и подтолкнул меня. - Знаешь, я сегодня добрый. Пожалуй, поверю тебе... А теперь иди ко мне! - парень притянул меня к себе и жадно впился в мои губы. Я ответила на поцелуй. Я слегка прикусила го губу, на что Вадим, в свою очередь, прокусил мою до крови. Ничего, я привыкла, он просто не может по-другому... Вадим обнял меня за талию. Странно, я бы не сказала, что это больно. Относительно... В общем, я могу дышать! Такое редко бывает... Я обняла его за шею. Вадим усадил меня на ванну. Я потянулась к его губам и все же получила поцелуй. Вадим, как ни странно, не стремился причинить мне боль. Не заламывал руки, не бил, не оставлял укусов и вообще - старался быть аккуратным. Я это чувствую. Парень позволил мне стянуть с себя футболку, в то время как он расправлялся с моими штанами. Кое-как Вадим расстегнул мою кофту, пытаясь не порвать молнию или ткань. Все это более чем странно... Вадим избавился от остатков одежды, все они полетели в сторону двери. Уваров раздвинул мне ноги, его уже горячий и опухший член оказался внутри меня. Вадим резко вошел, поэтому я взвизгнула и чуть не упала. Парень вовремя подхватил меня, не давая удариться об ванну. Одной рукой он придерживал меня за спину, другой наминал грудь. Я застонала и откинула голову назад. Боже, что с ним? Он никогда таким не был. Я вижу, насколько трудно ему... Быть таким. Не бить, не сжимать грудь и бедра до синяков, не двигаться слишком быстро, причиняя невероятную боль. Вадиму это нравится. По-другому он не умеет. Парень двигался медленно, что поначалу еще больше возбуждало меня, а потом стало бесить. - Вадим! Двигайся быстрее! Я... Не могу так! - заорала я, тяжело дыша. Уваров усмехнулся и задвигался с бешеной скоростью. Сейчас мне кажется, что стоны и крики слышны всем обитателям школы Логос. Интересно, и что же с ним такое? Явно что-то здесь не так... POVАнтон Сижу. На кухне. Ем. Пью. Думаю. Люблю на кухне быть один! Такая прелесть! Можно подумать, поесть спокойно, без приставаний, делать, что хочу! А не то, придут... И пошло-поехало! Например, Галина Васильевна. Вот, придет она на кухню и непременно спросит, почему меня не было на завтраке. Услышав стандартный ложь наподобие «я проспал», - удовлетворится, и я секунд на десять обрету покой. А если ее нет, никто не скажет мне: не чавкать, потому что некультурно, не говорить с набитым ртом, все потому же, не сутулится - горб вырастет! Нет, я люблю Галину Васильевну, конечно, но это перебор. Разумеется, она спросит, мыл ли я руки. Я совру, что мыл, но она не поверит и скажет, чтобы я помыл. Микробы! А еще она улыбнется и потрепет меня по волосам, будто ребенка. Я не маленький! Меня это раздражает! А вот, представим, что сюда придет Маша. Это сущий кошмар! Накричит на меня за то, что я накрошил и намусорил. А потом очень смешно возмутится, когда увидит, что я забыл закрыть холодильник. Я всегда про него забываю! Еще со школы! А, ну, разумеется, нельзя забывать про то, что я съел печенье, которое она приберегла для малышей! Я тоже хочу, может быть! А малыши скоро лопнут от ее печенья и конфет! Володя Соколов - вообще отдельный разговор! Стоит ему попасть на кухню и завидеть, что я ем, он тут же воскликнет: «Ну что ты ешь, а? Это же гадость!», - и моментально отберет надкусанный бутерброд с колбасой, целый бутерброд с майонезом, кетчупом и колбасой, выкинет их в мусор. Чай - как иначе? - отправится в раковину. Сок из пачки - это вообще отрава! Его нужно отправить следом за чаем. И как это я умудряюсь пить и то, и другое одновременно? Прям не знаю! Это, если что, сарказм. Потом Володя-Илья заведет песню о своих фееричных пирожных, потрясающих пирожках и великолепном кофе. А, ну и чае, не менее великолепном! Нет, я не против всех этих вкусностей, но без лекций о моем неправильном питании. А стоит нам остаться одним (нет, вы не то подумали!), как он пристанет с расспросами: «Ты был у Вадима в комнате? Документы нашел? А карточку?». О, черт! Я совсем забыл про это! Сроки скоро истекут, а у меня нет ни карточки, ни документов, ни сведений, где это все хотя бы может быть. Илья-Володя заживо меня съест и не подавится! К счастью, их здесь нет... - Антон, а ты почему на завтраке не был? Проспал или что посерьезней? - я подавился бутербродом, который почти целиком засунул в рот, и поднял глаза на только что вошедшего человека. - Я же тебе всегда говорила, не запихивайся! Подавишься, да и не культурно это! - Галина Васильевна, вы не представляете, насколько вы предсказуема! - И все-таки - почему тебя не было на завтраке? - Попал, Гана Василена... - с набитым ртом неразборчиво промямлил я, пытаясь прожевать. - Не разговаривай с набитым ртом! И не чавкай, понял? - я не маленький уже! Хватит со мной носиться! Сам разберусь, где и как мне себя вести, а как не есть и не пить! Вот сейчас я ей все и скажу! Все-все-все выскажу! - Хорошо, Галина Васильевна, не буду... - сказал я, прожевав. Черт, ну и что я высказал? - Руки мыл? - строгим тоном спросила Смирнова. Ну вот, начинается! Я закатил глаза. - Мыл... - соврал. Как и всегда. По-другому не умеем. Зачем мыть руки, я же вагоны не разгружал, туалеты не мыл, землю не рыл, на стройке не работаю. У меня относительно чистые руки. - Когда, вчера? Иди помой, а не то... - начала она, но я ее перебил. - А не то, у меня начнется аллергия на грязные руки! - с иронией произнес я. - Ну, я же не маленький уже! Мне тридцать лет... Будет... Через семь... лет. Неважно, короче! - Говоришь, что не ребенок, а ведешь себя? - завхоз улыбнулась потрепала меня по волосам. Вот, я же говорил! И зачем ей мои волосы? - Уваров, это что такое?! - меня окликнула Вершинина, только что появившаяся на кухне. Нет, ну надо же! Дежавю... - Ты опять намусорил! Сейчас сам у меня убирать будешь! - мне в лицо полетела тряпка. Маша скрылась в другой стороне кухни... О-о-о, что сейчас будет... - И холодильник не закрыл! Так, а где конфеты? Я их для Нади, Алисы, Мити, Юры и Таси покупала! Антон... - возмущенно вскричала она. И еще очень смешно выпучила глаза и открыла рот, как в старых комедиях и мультиках. Сейчас еще за щеки надо схватиться, или за сердце. В дверях замелькала темная/светлая фигура. Постепенно силуэт человека приблизился, это был повар. - О-о-о, опять всякую гадость ешь! Отравишься ты, а виноват будет кто? Правильно, хозяин кухни! - я проследил за руками Соколова, когда тот взял мой надкусанный бутерброд и выкинул в мусор. Стоп, а целый-то зачем, ну! Затем он понюхал мой чай, скривил отвращенную рожу и отправил его в путешествие по водосточным трубам, то бишь в раковину. - Давай я чего-нибудь нормального приготовлю. Ешь одну дрянь! Знаешь, что от этого бывает? Я сейчас расскажу... - Так, Уваров А.! Тряпку в зубы, и чтобы ни одной крошечки, ни единой капли чая! Понял? И съезди в город, купи конфет детям! - разъяренная Вершинина отправила в меня еще одну тряпку. - Я, пожалуй, пойду руки помою! - сказал я и со скоростью сто пятьдесят километров в час направился прочь. Дежавю... POVИрина Я и Вадим лежали в ванной. С пеной. Горячая ванна с пеной - и я могу в ней просто расслабиться, а не... Неважно, в общем. Я лежала у Уварова на груди. Одной рукой он прижимал меня к себе, чтобы я не съехала по его скользкому и мускулистому телу в воду, а второй держал мою руку - где-то над моей головой. Он то ли любовался ею, то ли просто игрался, перебирая мои тонкие пальцы. Впервые он не издевается, не требует продолжить с ним... Извините меня, трахаться! Не бьет, не за что-либо, не просто так, из-за того, что хочет. Совсем не бьет. И волосы мои не трогает... Странно, мне почему-то кажется, что он вовсе не изменился... Вопрос в том, что его толкнуло на это? Уже достаточно долгое время он ничего не говорит. Я тоже молчу, боюсь услышать: «Заткнись! Я тебе слово не давал!» или «Без моего приказа ты должна молчать. Запомни это раз и навсегда!». Он начнет злиться, и вся его сегодняшняя доброта сменится вчерашними жестокостью и холодом. Я хочу еще хотя бы чуть-чуть побыть с таким Уваровым... - Чего молчишь? - вдруг спросил он, очень спокойно. - Ты не сказал, что я могу говорить... - растерянно промолвила я. - А ты не спрашивала. Я не экстрасенс, мысли читать не умею! - Вадим сдул с моей руки пену, которую сам туда и положил. Я закусила губу, из нее засочилась струйка алой крови. Парень, увидев кровь, смыл ее той рукой, что прежде обнимала меня. - Вадим, что с тобой? Ты какой-то... Хороший, что ли... - тихо спросила я. Вадим рассмеялся... - Не привыкай. Я такой только сегодня! - он откинул голову назад и взял бокал шампанского. Кстати, и шампанское, и фрукты он принес сам. А не мне приказал. Вот так. И что значит, что он такой только сегодня? Что сегодня за день-то такой особенный? - А почему... - я не успела договорить. - Считай, что это мой подарок на твой день рождения! - Вадим вручил мне бокал. Хотя я не хочу пить, я все же отхлебнула немного. Нельзя не делать то, что он сказал... Стоп! Какой еще день рождения? - Постой, Вадик... Ой, прости... Прости, Вадим... Я случайно... - сразу замельтешила я. Он ненавидит, когда его зовут Вадиком, Вадюхой или Вадюшей. Так можно его называть только Лере, а раньше - Антону. В общем-то, раньше всем его можно было называть как угодно. НО это было раньше. Сейчас можно сильно схлопотать за такое вовсе не обидное слово. Сердце заколотилось, как сумасшедшее... Я села и испуганно посмотрела на парня. Он был абсолютно беспечен, даже слишком. Парень уложил меня на место. Он чувствует, как мое сердце бьется, в то время как его будто стоит. Или его нет? - Успокойся. Оговорилась, с кем не бывает. Только не называй меня так больше. Отвечаю на твой неудавшейся вопрос: сегодня двадцать второе декабря, твой день рождения. Тебе исполняется двадцать три года. - черт, а я совсем забыла об этом... Мое лицо озарила улыбка. Он помнит, ему не плевать! - Ты никогда так не делал... Тебе было плевать... - произнесла я. Лучше бы молчала уже... - Забудь. Ты знаешь, я не отвечу на все твои вопросы. Хотя мог бы, но не хочу. Намек понят? - Вадим повернул мое лицо к себе. - Да, понят. Прости... И спасибо... - парень поцеловал меня в губы. А когда отпустил мой подбородок, оказалось, что он не держит меня, и я очутилась под водой. Теперь весь Логос слышал звучный смех... Оставляем отзывы) Мнения/Критика/Пожелания) Полина Мальцева, просьба найти в своем графике местечко и оставить комментарий, пожалуйста:3 А не то, у меня уже у самой скоро возникнет желание заморозить фанф, так как без твоих отзыв совершенно нет вдохновения!