Любовь, враги, друзья... Ну и послать бы всех!

Поверь в тот факт, что есть ради чего жить, и твоя вера поможет этому факту свершиться. Уильям Джеймс POVАвтор Мальцева заметно напряглась, видимо, решив, что вошедший - Вадим, но тут же расслабилась, взглянув в глаза парню, стоявшему у входа. - Блин, Антох, нельзя же так пугать! - возмутился Максим и спрятал папку с документами под кардиган. Уваров держался за ручку двери и недоуменно смотрел то на свою девушку, то на Морозова. - А что вы здесь делаете? - наконец спросил он, вызвав замешательство у ребят. Полина и Максим переглянулись и начали мямлить, что-то нечленораздельно бормотать, как вдруг Макса будто осенило: - А ты-то что здесь забыл? Не можешь сказать? Вот и мы не можем! Давайте забудем об этом инциденте... - Морозов быстрыми шагами вышел из комнаты и направился куда подальше от учительского крыла. Мальцева хотела воспользоваться его примером, но Антон остановил ее. - Поль, что это значит? - как можно более серьезным тоном поинтересовался парень, но все равно была слышна мягкость и нежность в его голосе. Полину иногда, как, например, сейчас, поражала его доброта и непонятная любовь ко всем и вся... POVИрина Уроки кончились несколько часов назад, а я так и не появилась ни на одном из них. Все это время я просидела у себя в комнате, стараясь хорошенько обдумать события последних дней. Хм, странно, но я не плакала. Мне, в принципе, пора прекращать плакать, нервы и так ни к черту. В этот момент невольно вспоминаю, какой я была раньше. Веселой. Беззаботной. Наивной. Счастливой. Сколько времени прошло с тех пор? Четыре года... Я могу сосчитать на пальцах одной руки, сколько раз за это время я была по-настоящему счастлива. И это грустно... Я пришла на наше с Вадимом место. Это был берег реки, здесь находились большие камни и высокая трава. Красиво... Обычно глубокой ночью отсюда хорошо наблюдать за луной... Мы часто приходили сюда именно ради луны. А еще мы искали созвездия: у Вадима это хорошо получалось, а у меня нет. Поэтому я больше любила считать их - считать звезды. Ты называл это пустой тратой времени, а я искренне верила, что смогу сосчитать все-все звезды, каким бы глупым это не казалось. Еще я помню, как весной решила искупаться в реке, ночью. Ты с берега кричал мне, что я либо утону, либо простужусь, а я плюнула на все это, ведь мне было весело! Я хотела, чтобы ты тоже веселился, мы все хотели... Но после того, как ты убил... ты изменился. Ты стал угрюм и задумчив, почти не улыбался своей фирменной, искренней улыбкой, зато все чаще на твоем лице красовался оскал или насмешливая ухмылка, а в глазах бегали чертики. Тогда я не замечала, что ты изменился, а может, просто не хотела в это верить. В характере Вадима всегда было что-то отрицательное, отличное от Антона. Он был импульсивен и несдержан. Полина, которая гораздо лучше меня разбиралась в людях, почему-то изначально знала, что нечто, вроде случайного убийства охранника в целях самообороны, сломают его. Нет, он не расклеится, а наоборот - станет более жестоким, агрессивным, злым. Она знала об этом и неоднократно говорила мне, что мы не сможем вернуть прежнего Вадима полностью. Единственное, что мы можем, - это оградить его. Если бы мы смогли оградить его от Ингрид, они бы не смогли сделать из него чудовище. Но разве мы могли? Вряд ли шестнадцатилетние подростки способны противостоять такой огромной компании. Это тоже грустно. Тогда, в школе, я не верила, что Уваров раскроет темного себя. Я не думала о том, что у него есть та самая, темная сторона. Мне кажется, что даже Полина не знала о том, что все настолько плохо. Она думала, что он просто больше не будет таким же веселым, таким же добрым, может, будет чаще срываться... Но все дело в том, что Поля говорила: «Мы не сможем вернуть его полностью» Вот оно, ключевое слово - полностью. Я думала, что у меня выйдет заставить его веселиться! Заставить почувствовать вкус настоящей жизни! Я хотела показать ему, что на том, что он сделал, жизнь не кончилась, что он может радоваться простым вещам... Но Вадим продолжал говорить, что ему плевать на все: на эту жизнь, на подземелье, на фашистов, что ему все равно. Как-то раз он сказал мне: «Смысл жить, если ты отнял жизнь другого человека? А вдруг я завтра пойду и убью еще пару-тройку людей? Тогда ты по-прежнему будешь считать, что я достоин счастья, или все же оставишь меня в покое?!» Это был его первый срыв. Он чуть не ударил меня тогда, и это сильно ранило меня. Я долго плакала (не зря меня называли хрустальной), но после этого я еще больше захотела вернуть его настоящего... Тогда я даже не подозревала о том, каким он стал... 2006 год. Недалеко от школы-пансиона «Логос». - Вадим, я уже полчаса тебя жду! Где ты был? - запричитала я, слезая с огромного камня и подходя поближе к парню. Он молчал, и взгляд его был устремлен в никуда. Он снова в плохом расположении духа, впрочем, как и всегда. - Чего ты хотела? На улице ужасная погода, скоро дождь начнется! - Снова ворчит, но я уже привыкла. Уваров потуже завязал шарф на шее и укутался в плащ. В последнее время он заметно изменил свой стиль. Его новый стиль не был похож на молодежный. Теперь Вадим походил на взрослого человека, с долей загадочности, с большим жизненным опытом и непреодолимой грустью во взгляде... Вскоре этот взгляд стал стальным... Но мне нравился этот стиль, разве что грусть стоит убрать. - Вадик, ты посмотри, как красиво вокруг! Листья опадать начинают, такие красивые! Знаешь, как на картинках: яркие, красные, желтые, оранжевые! - Я принялась поднимать с земли разноцветные листья, как бы доказывая ему, что они очень красивые. - Ты ведешь себя, как ребенок, - равнодушно заметил он. - Листья как листья. - Эй, Вадь, тебе ведь раньше нравилась осень! Я улыбнулась, но Вадим отвернулся и стал смотреть вдаль. - Что с тобой происходит? - Скоро дождь начнется, на улице прямо буря настоящая, пойдем в школу, - проигнорировал мой вопрос парень. Он взял меня за локоть и уже собрался идти по направлению в школу, но я выскользнула из его рук и запрыгнула на камень. В этот момент начался дож... ливень. Да, самый настоящий ливень! Я начала смеяться и подставлять лицо к каплям, это было действительно весело, хоть и безумно. - Ир, камень скользкий, ты упадешь в воду и утонешь, а я потом окажусь виноватым! Слазь! Ира! - недовольно и немного обеспокоенно крикнул Вадим. Поднимался сильный ветер, мне в лицо летели листья. - А мне нравится! Я вообще осень люблю! А хочешь, я закричу на всю округу о том, что я люблю осень? - Нет, не хочу. - А я все равно закричу! Я ЛЮ-Ю-БЛЮ-Ю О-О-О-С-Е-Е-ЕНЬ! Не удержавшись на камне, я соскользнула с него. Но вместо того чтобы испугаться, я начала смеяться. Вадим залез на камень и подал мне руку, а я скинула его в воду. - Черт, она ж холодная! Что ты... - Как я и подозревала, начал ругаться. - Эй, расслабься! Разве это не весело? - Это безбашенно! - Но ведь весело! - Ну, немного... Разве что чуть-чуть... - Парень улыбнулся, а вскоре и вовсе начал громко смеяться. - Вот, таким ты мне нравишься гораздо больше. Улыбайся чаще! Кстати, а знаешь, что еще я люблю, кроме осени? - Я взяла Вадима за руки. - Я люблю вас, своих друзей. И... Мне очень грустно, если грустно кому-то из вас. Пойми, я люблю... вас. Я не хочу, чтобы ты мучился, поэтому сделаю все, чтобы улыбка на твоем лице появлялась гораздо чаще... Вадим снова засмеялся и взял меня за лицо. - Это значит, что ты от меня не отстанешь? Ладно, я согласен. Расстояние между нашими лицами было равно всего нескольким сантиметрам, Уваров притянул меня поближе к себе, наши губы почти соприкоснулись... - Вадим, Ира! Буря начинается! Что вы тут делаете?! Вылезайте быстро! - возмущенно кричала Полина с берега. - Твою мать... - прошептал Вадим и отстранился... С тех пор к нам вернулся прежний Вадим. По крайней мере мы думали, что вернулся... Хм, странно, но после того неудавшегося поцелуя он даже не пытался вернуться к теме наших отношений, а в итоге... Ну, в общем, дальше вы знаете... Когда же уже он придет? Сегодня я решусь на один очень опасный шаг. Я расскажу Вадиму правду. От первого до последнего слова. Возможно, он разозлится. Может, воспримет это спокойно... Хотя о чем это я? Спокойно и Вадим - вещи, никак между собой не связанные! Поэтому мне стоит подготовиться к худшему... А вот и он... Вадим. Наконец-то. Я вскочила с места и собралась было что-то сказать, но Уваров усадил меня обратно на камень, а сам сел на соседний. Я снова собралась начать свою речь, но он меня опередил. - Скажу сразу: я передумал насчет твоего отъезда, но больше извиняться не намерен, я это уже сделал, - произнес Вадим тоном, не требующим возражений. - Послушай, я люблю тебя, это не секрет, но я постоянно вспоминаю все, что я сделал тебе... м-м-м... плохого. А знаешь, что самое страшное? - Я покачала головой. - Мне не жаль. Я не жалею о содеянном, хоть больше и не хочу повторять этого. Нет чувства вины. Это плохо. Я должен это чувствовать, но... не чувствую, а значит - не жалею. Это безумие какое-то! Безумие! Вадим зло посмотрел куда-то в небо. Зло и задумчиво. А я почему-то была предельно спокойной. - Ты закончил свой монолог? Теперь моя очередь. Итак, я должна сказать тебе то, что тебе не понравится, то, что тебя разозлит и, возможно, направит против меня... Анжелика не моя дочь, ее настоящее имя Лера. Твоя сестра Лера все это время была жива и находилась у меня. Т-ш-ш! Не перебивай меня, дослушай. Четыре года назад ее пытались убить, ни тебя, ни Полину, а ее. Одна чокнутая тетка, работающая в Ингрид. Ты ведь помнишь, что Лера родилась во время пожара в одном из официальных офисов Ингрид? - Он едва заметно кивнул, а я увидела в его глазах ярость и шок. Что ж, самое интересное еще впереди. - Так вот, твоя мама и еще одна женщина, ее подруга, находились в офисе, в одном помещении. Они обе были на девятом месяце беременности, кажется, даже сплотились на почве предстоящих чуть ли не совместных родов... У той женщины начались схватки, и твоя мать хотела помочь, но поняла, что за дверью дым... - голос вдруг начал дрожать, мне было сложно произносить все это, - В общем, их в этой комнате чуть не сожгли, а когда вытаскивали, поняли, что успеют спасти только одну. Выбрали твою маму, так как ее ребенок уникален, а ту вторую бросили умирать! В итоге все решили, что она сгорела, а на самом деле она осталась жива, хоть ребенка и потеряла. Она решила отомстить твоей матери, Ингрид и всем остальным, подстроив аварию Лик... Леры. Обо всем узнал Вульф, еще он понял, что у этой женщины есть деньги и связи, она хорошо скрывалась, было сложно от нее избавиться. Они придумали план, как спасти своего уникального ребенка: отдали Леру, с условием, что, когда потребуется, я отдам ее на опыты. Тогда я на все была готова, пойми! Лишь бы мне девочку отдали! Я хотела сбежать от них, у меня почти получилось, но вдруг выяснилось, что Лик... Лера больна, ей нужно переливание крови от близкого родственника, а я-то каким боком ей близкий родственник? Никаким, правильно. Именно поэтому я приехала сюда, а дальше... А дальше ты и сам знаешь. Я замолчала и посмотрела в глаза Вадиму, пытаясь понять его реакцию. Он шокирован, но... Черт, создается впечатление, что он больше ничего не чувствует. А где гнев? Где вспышка ярости, всплеск эмоций? Я что-то ничего не пойму... - Я знал, что разговор предстоит тяжелым, и, чтобы не сорваться, накачал себя успокоительным. Почему ты не рассказала все сразу? Все могло быть по-другому. - Я боялась. Сначала боялась того, что ты можешь... отреагировать неадекватно, а потом, что... - Не успела я договорить, как Уваров сорвался с места и ушел. - Потеряю тебя... Он не смог понять! Ему нужно время. Если бы не успокоительное, он бы прибил тебя! Нет, он изменился! Он пытается измениться! Он не понял тебя, а значит, не любит. Любит. Просто по-своему... Первое мое внутреннее я мне нравилось больше... Я все слышу! POVЛера После разговора с Катей мне стало легче. Нет, правда. Я не думала, что психологи реально помогают. Не важно, что она сказала мне, но это было убедительно. Теперь я даже не злюсь на Вадима... что странно. Я должна злиться, ведь это нормально, но я не злюсь. Боже, мне пора отдохнуть. Хватит думать о чем-то серьезном, мне же восемь лет, как-никак! Лучше поиграть в куклы или мягкие игрушки! Или почитать что-нибудь детское и ненавязчивое... Черт, Лера, стань нормальным ребенком, в конце-то концов! Я назвала себя Лерой? Мне точно нужен отдых. Я вошла в свою комнату и, с разбегу запрыгнув на кровать, подняла с пола плюшевого мишку. Это по-детски. А значит - это правильно. Но мне неинтересно играться в эти глупые игрушки! Я отшвырнула медведя в сторону. Осмотревшись по сторонам, я обнаружила, что на моем столе что-то лежит. Какая-то папка. А вот это уже интересно. Я взяла ее и открыла, пробежавшись взглядом по нескольким строчкам... - Что?! Но это невозможно!