Скрытая камера

Янг бы так никогда не поступил, будь у него иное решение проблемы, касающейся одного небольшого, но проблематичного человека на корабле, не желающего следить за своим здоровьем, как все нормальные люди. Впрочем, назвать Раша нормальным человеком смог бы только тот, кто ни разу его не видел и не слышал, что приравнивается к «никому». Не было на свете человека, который посчитал бы Раша нормальным. Может быть, он просто Янга так сильно раздражал, имея с ним взаимную неприязнь, ведь полковнику частенько приходилось сдерживать себя, чтобы не выкинуть засранца в шлюз при первой же возможности. А что? Такой поворот событий пошёл бы всем на пользу. Нормальные люди не морят себя голодом, забывая поесть. Не проводят двое суток подряд за работой, которая может и подождать, пока Раш поспит хотя бы часов пять. Не кричат на всех подряд, словно бы в истерике. И, в конце концов, нормальные люди не падают в обморок во время обсуждения важного решения, касающегося всего экипажа. А так же не теряют сознание посреди коридора, в столовой, на мостике, в зале Врат, в чужих каютах, туалете и душе. Нормальные люди не раздражают его, Янга, своим адски тяжёлым характером. В общем, если бы не события одного вечера, когда Раш, помимо того, что чуть было не взорвал корабль из-за недосыпа, так ещё и сконструировал какую-то взрывоопасную никому не понятную конструкцию, то Янг бы не приставил к нему суточное наблюдение, что, естественно, последнему было не в радость. Рашу ничего не оставалось, как пожаловался на полковника Камилле, но та в этот раз была на стороне Янга, как и все остальные на «Судьбе», кому надоело находить бессознательного шотландца в самых разнообразных местах корабля. Да и после нападения на «Судьбу» Люсианского Союза, после того как Раш был в плену у Киры достаточно долгое время, чтобы ему успели промыть мозги, шотландцу теперь не то что не доверяли, ему запрещено было трогать консоли корабля без надзора кого-то из команды учёных. Илая, например. Да ещё и та история с Симеоном. Не то, чтобы Янг был против смерти того люсианского поддонка, нет, просто Раш, не смотря на все запреты, проигнорировал его приказ и каким-то образом сумел убить профессионального убийцу. Ну, а поскольку Раш всё же был, каким ни каким, но человеком, он имел право на личное пространство, то бишь свободу от наблюдения хотя бы в своей собственной каюте, в чём ему отказать не могли. Янг приставил к нему военных и приказал им следить за каждым его шагом, за питанием и сном, и чтобы тот не делал ничего без его ведома. В результате чего Раш был ужасно на него зол. При каждом их разговоре полковнику всё чаще и чаще приходилось мысленно успокаивать себя, чтобы не скрутить Рашу его тощую и хрупкую на вид шею. — Что случилось? — спросил Янг у ТиДжей. Врач перебинтовывала спящего на медицинской койке учёного. — Всё как всегда, — пожала плечами лейтенант. — Взорвалось какое-то из неизвестных нам устройств, которое Раш тайно протащил в свою каюту с последней планеты, — ответила за неё Камилла. Она стояла возле стола с лекарствами, когда вошёл Янг, и задумчиво всматривалась в лицо шотландца, словно бы надеялась, что это поможет понять все скрытые мотивы поступков этого человека. — За ним же велось круглосуточно наблюдение, — удивлённым тоном сказал полковник, бросив мимолётный взгляд на пострадавшего. Вечно хмурое и чем-то недовольное лицо имело выражение уставшего и спокойного человека, мирно спящего и совсем не похожего на того, кто бы пытался в одиночку захватить корабль или сделать какую-либо пакость кому-либо из экипажа. — И всё же он сумел пронести это устройство через врата и мимо ваших людей, — осуждающий тоном сказала Камилла, намекая на то, что от военных мало толку, если они не могут уследить за одним хилым и уже далеко не молодым учёным. — Кто был на посту, когда это случилось? — спросил Янг, проигнорировав замечание женщины. — Это не имеет значение, — сказала Камилла. — Мы не можем следить за ним везде, это вмешательство в личную жизнь. Так же мы не можем арестовать его и навечно запереть только из-за подозрений, что Люсианский Союз, возможно, мог сделать из него шпиона, как было с полковником Телфордом. — Не думаю, что он может оказаться шпионом, — высказала своё мнение Тамара, откупорив баночку с антисептиком. — Доктор Раш один из тех людей, который отдал свою жизнь науке. Он бы ни за что не продал «Судьбу» контрабандистам, потому что этот корабль для него что-то вроде выигрыша в лотерею. Вряд ли возможно каким-либо способом заставить его продать то, что он превозносит выше своей и…наших жизней.  — Как же тогда прикажете толковать его последнюю выходку? — спросила Камилла, не желая верить в добрые намерения человека, который уже не раз поступал так, как ему выгодно, ввергая в опасность других. — Может, он просто нашёл инопланетное устройство и, как всегда, занялся его изучением в одиночку, потому что… — тут Тамара задумалась, не зная как закончить своё предположение в защиту Раша. — Потому что он — эгоистичный психически нездоровый засранец с манией величия, — помог ей Янг, игнорируя осуждающие взгляды обоих женщин. — Он же нас не слышит? — тут же спросил он, кивнув в сторону спящего, который вроде бы должен был находиться под снотворным. — Нет, не слышит, — ответила ТиДжей, всё ещё занимаясь лечением своего пациента. Усыплять Раша было не обязательно, раны не смертельные, хватило бы простого обезболивающего, но ей нужно было испытать на ком-то новое снотворное, которое она смешала из ядов инопланетных растений. — Допустим, в этот раз он не хотел навредить ни кораблю, ни кому-то из экипажа, — заговорила Камилла, спустя пару минут раздумий в синхронном молчании, во время которой ТиДжей закончила бинтовать ожоги на руках Раша, а Янг перебирал пустые стеклянные колбочки и баночки на столе. — Откуда нам знать, что он не выжидает нужного ему момента, чтобы потом предать нас?  — С его небрежностью к собственному здоровью он загонит себя в могилу быстрее, чем успеет кого-либо предать, — сказала ТиДжей, укрыв Раша покрывалом. — Ему нельзя доверять и на этом точка, — командирским тоном высказался Янг, уронив на пол сразу две стеклянные колбочки, которые в итоге разбились. ТиДжей наградила его взглядом сердитого родителя, чей ребёнок только что разбил дорогущую вазу. — И что же Вы предлагаете? — с вызовом спросила Камилла, вонзившись в полковника взглядом а-ля «я не одобрю любое ваше предложение, потому что вы не имеете грани, когда дело касается небритых лохматых шотландцев». Янг промолчал, чтобы подумать. Выносить испепеляющий взгляд Камиллы было простым и уже привычным для него делом, но вот найти выход, как уберечь корабль от Раша, а Раша от себя самого было задачей из ряда невыполнимых. — А что если поставить в его каюте скрытую камеру? — тихо предложила ТиДжей, как только оттолкала Янга и Камиллу подальше от койки Раша. — Заметьте, что не я это предложил, — хмыкнул Янг. — Будь Ваша воля, Вы бы уже давно это сделали, — сказала Камилла, сцепив руки на груди. — И сделаю, потому я командую на этом корабле и мне решать, что делать с той или иной проблемой, касающейся всеобщей безопасности, — в голосе Янга прозвучали командирские нотки, указывающие на серьёзность его решения. — Мы не имеем права лишать его свободы, — сказала Камилла, скорее ради того, чтобы оспорить решение полковника, чем вступится за Раша. — А мы и не будет, — снова вмешалась ТиДжей. — Никто не узнает. Янг одобряюще кивнул и глянул на Камиллу, которая, судя по выражению её лица, всё ещё не была согласна с этим решением. Хотя, где-то в подсознании, она понимала, что идея всё же неплохая. Если Раш и вправду задумал что-то неладное, то скрытое наблюдение поможет узнать им, что именно. — Это нарушения прав человека, — она должна была сказать это хотя бы ради того, чтобы в последний раз упрекнуть Янга в его некомпетентности, как лидера этого корабля. — Разве Раш у нас не исключение всех правил? — в шутку сказала ТиДжей. — Что же, тогда дело в Ваших руках, — сдалась Камилла. — Я в этом участвовать не буду. С этих пор Раш, сам того не зная, находился под полным контролем полковника. Поместить Кино в каюту шотландца было не сложно, как и найти подходящее место, чтобы спрятать её. И уже спустя пару дней Янг успел пожалеть, что решил вмешаться в личное пространство столь скрытного и сложного человека, как Раш. Полковник понял, почему тот так не любил спать, предпочитая работать до упаду. Рашу снились кошмары. Во сне он то и дело ворочался, что-то шептал и иногда даже кричал, вскакивая с кровати в холодном поту. Это повторялось почти каждый раз, как он ложился спать. Помимо этого Раш часто просто сидел на краю кровати и смотрел на пустой лист блокнота, замирая так на неопределённое количество времени, после чего брал в руки карандаш и записывал всё то, что надумал. В основном это были цифры, уравнения и отдельные ни чем друг с другом не связанные слова. Во всём этом Янг не увидел угрозы, опасной для жизни его людей. Поэтому спустя ещё пару дней, он отменил свой приказ и Раш снова мог ходить по кораблю без сопровождения военных. — Кажется, я не разрешал Вам трогать консоли без присутствия кого-то из команды учёных? — сказал Янг, обнаружив шотландца одного на мостике. Раш стоял к полковнику спиной, склонившись над одной из панелей управления. Почти всегда сгорбленная спина заметно натянулась, подобно струне, а тонкие пальцы вцепились в края консоли до побеления. — Что ты делаешь? — спросил Янг, заметив напряжённую позу Раша. Тот развернулся к нему лицом, устало потёр переносицу и ответил: — Составляю план работы по ремонту дальних секций. — Надо же, ты умеешь отвечать без грубости? — наиграно удивился Янг, что, видимо, вызвало у Раша раздражение, судя по тому, как тот насупился и скрестил на груди руки. — Надо же, Вы решили попрактиковаться в сарказме? — в сварливом голосе прозвучала видимая издевка. — Но Вы бы, полковник, выбрали себе равного по уму соперника, например, сержанта Грира. — Тебе обязательно вести себя так? — серьёзно спросил Янг. — Неужели нельзя хотя бы раз отключить в себе функцию «надменного подонка». Раш одарил его заносчивым взглядом, как бы намекая, что какой-то там полковник не достоин его обходительной речи. — И потерять возможность лишний раз поиздеваться над Вашим интеллектом? — на тонких губах растянулась кривая ухмылка. — Тебе так нравиться выводит меня из себя? — в голосе Янга не было злости, всего лишь усталость после долгих и тяжёлых часов ходьбы по заросшей лесами планете. — Это приносит мне особое удовольствие, — съязвил Раш и улыбнулся, как-то уж слишком по-человечески. Янг такого не ожидал. Оказывается, Раш это умеет — улыбаться без намёка на злорадство. — И как такого как ты подпустили к работе в КЗВ? — спросил Янг, вальяжно двинувшись в сторону командирского кресла, чтобы под скептическим взглядом учёного устало присесть, облокотившись спиной о высокую спинку. — Всё ещё думаете, полковник, что я шпион Люсианцкого Союза? — Раш развернулся к военному боком, вновь склонившись над консолью. — Надеюсь, что это не так, — Янг внимательно следил за его движениями, что было не уместно в данной ситуации. Захоти Раш как-то навредить кораблю, Янг бы не смог проконтролировать его действия так же, как бы это сделал Илай или кто-то другой из учёных, знающихся на технике Древних. Они оба это понимали. — Что же я, по-вашему, должен сделать, чтобы Вы мне поверили? — спросил Раш, наверняка только ради интереса. Его взгляд блуждал по экрану, правая рука нажимала на клавиши на панели, а левая — придерживала на уровне глаз сломанные очки. Янг уже давно заметил, что одного заушника не хватает. То ли Раш не находил времени на их починку, то ли просто не хотел этим заниматься. — Не быть засранцем, — грубо ответил Янг, заметив, что поза Раша выглядит несколько напряжённой. С чего бы это? — Хмм, — усмехнулся Раш, облокотившись одной рукой о край панели, и надменно глянул на полковника, опустив очки вниз. — Выходит, что Вы определяете людей по тому, нравятся они Вам или нет? Их взгляды встретились. Лицо Янга помрачнело, как это обычно бывало, когда он вступал в разговор с самым невыносимым в мире шотландцем. — Я определяю людей по их поступкам, — ответил он. — Ты сам поставил себя в такое положение, Раш, своими сомнительными действиями и скрытностью. — Неужели? — с иронией в голосе переспросил Раш. — Что же Вы себя до сих пор не посадили под арест? С Вашими-то деяниями! Или правило «хорошего поступка и плохого» не касается узурпаторов вроде Вас? Как-то это не честно, не находите? Янг двинул желваками, вцепившись пальцами правой руки в подлокотник кресла. — Моя задача состоит в том, чтобы защищать людей на этом корабле, устранять угрозы и не прекращать попыток вернуть людей домой, живыми. Вот и всё. Я выполняю приказы свыше, это моя работа и я её выполняю. — Не думали уйти в отставку? Экипажу бы это пошло на пользу, — в голосе Раша было столько яда, что хватило бы на целую ораву. — Хватит, — холодно сказал Янг. — Не нравится правда, полковник? — всё не унимался Раш. — Не имею никакого желания пачкать руки, — Янг отвернулся, проигнорировав презрительное хмыканье со стороны. — Вы всем, кто Вам не нравится, угрожаете расп… — Хватит! — рявкнул Янг, заставив Раша замолчать от неожиданности. — Или работайте, молча, пока я здесь, или я проведу Вас в Вашу каюту и запру там до утра. Выбирай. Их взгляды снова встретились. Янг смотрел отстраненно и со сдерживаемой злостью, искрившейся в тёмных зрачках, а Раш — затравленно и оскорблено. В помещении воцарилась тишина, нарушаемая тихим жужжанием неисправной консоли. По Рашу было видно, что в запасе у него осталось ещё пару подколок, которые он не решился озвучить. Его поза, то, как он натянуто держал спину и поглаживал большим пальцев оправу очков в левой руке — со стороны это выглядело, будто Раш нервничал. Но поскольку этот человек не любил особо следить за своим здоровьем, то Янг принял эту напряжённость за обычную усталость. Он бы отправил его спать, но поскольку ему было известно, что Раша мучают кошмары, полковник решил позволить ему поработать в его присутствии, чтобы, хоть и ненадолго, но отсрочить те ужасы, которые Раш видит в своих снах. Простое сочувствие, ничего больше. И судя по неестественно затихшему Рашу, такой поворот событий устроил обоих. Просидев в молчании минут пять, Янг устало откинулся на спинку кресла и расслабленно закрыл глаза, чтобы дать им отдохнуть от блеклого света ламп. Он не ожидая того, что стоило его векам сомкнуться и мозг тут же отключится, а когда он откроет глаза, Раша на мостике уже не будет и полковник отправится спать в свою каюту, не забыв напоследок глянуть в монитор от Кино, на экране которого будет спящий в беспокойном сне бледный шотландец.

***

Спустя всего пару дней Янгу стало известно о Раше куда больше других и, как ему показалось, он даже начал понимать, от чего у того такой невыносимый характер. Во сне Раш слишком часто говорил и Янг не мог удержаться, чтобы не послушать не всегда понятные обрывки слов. Именно так он и узнал, что Раш до чёртиков боится того, что полковник снова оставит его на какой-нибудь из планет. Видимо именно поэтому он и не ходил через врата последний месяц так точно. — Раш тоже идёт, — сказал Янг, как только выяснилось, что на планете, на которую они открыли врата, помимо большого количества воды, в виде множеств широких озёр, просто отличный климат для того, чтобы подышать свежим воздухом и расслабится под яркими и тёплыми лучами солнца. Раш определённо не был доволен таким поворот событий и усердно отнекивался, втирая полковнику что-то о том, что у него есть незаконченные дела и что он не любит песочные пляжи, да ещё и в сочетании с палящим солнцем. — Всем иногда необходимо расслабится и подышать свежим воздухом, Раш, так что ты идёшь, и это не обсуждается, — командирским тоном, сказал Янг, поставив на этом жирную точку. Раш очередной раз одарил его взглядом полным вражды и ненависти, а так же чего-то ещё, что полковник принял за обиду. Спустя час Раш уже спал под деревом недалеко от озера, в котором плескалась большая часть экипажа «Судьбы». Остальные же собирали провизию и исследовали местность.

***

Спустя ещё неделю Янг тайно починил Рашу очки и оставил их у того на столе. Он больше не мог смотреть на то, как Раш устаёт придерживать их рукой и просто-напросто откладывает в сторону, чтобы в итоге мучиться и каждые пять минут потирать переносицу от усталости глаз. — Спасибо, — небрежно бросил Раш в столовой, проходя мимо стола, за которым сидел полковник. Несколько заинтересованных лиц синхронно покосились в сторону шотландца, севшего за дальний пустой столик, после чего перевели взгляд на полковника, на лице которого мелькнула едва заметная улыбка. Янг проигнорировал чужие взгляды и продолжил приём пищи. Глупо было надеяться, что Раш не догадается, кто починил его очки.

***

— Ух ты, это же прекрасно! — прозвучал женский голос из закрытой двери одной из кают, мимо которой проходил Янг. — Как тебе? — прозвучал второй женский голос уже за углом, где обнаружилась Хлоя, перед которой стоял Илай и смотрел на неё, как на богиню. — Это…круто, — смущённо ответил он. Девушка торжественно улыбнулась и смахнула с плеч распущенные волосы, от чего у Илая засияли глаза. Янг прошёл мимо, так и не поняв, чем это Хлоя хвасталась перед Уолесом, что бедный парень застопорился от смущения. Не став останавливать своё внимание на этой парочке, полковник, пройдясь чуть дальше, услышал голос доктор Парк, которая рассказывала лейтенанту Джемс что-то о волосах. Он слышал лишь обрывки слов, поэтому главную суть разговора ему было не понять, хотя он и не слушал, целенаправленно шагая в столовую. Люди всегда о чём-то шушукались по углам, рассказывали друг другу о себе, просто общались, но за последние дня два до ушей Янга стали часто долетали такие фразы как «мои волосы», «так пахнет» и «душ». На это он тоже не обращал особого внимания, пока однажды не заметил небольшое изменение в одном конкретном человеке. — Что с Вашими волосами? — спросил он у Раша перед тем, как отправится на очередную вылазку через врата. Док склонился над консолью в зале Врат, от чего его длинные и, на удивление Янга, не зализанные волосы закрыли сосредоточенное лицо. Все присутствующие покосились на Раша, когда тот окинул Янга удивлённым взглядом, самодовольно хмыкнул и, так и не ответив, продолжил клацать по кнопкам. — Броди изобрёл шампунь, — подсказал ему Илай, стоявший за второй консолью. — Дня три назад. Янг задумчиво нахмурил брови, после чего удивлённо спросил: — И Раш решил испытать его первым? — Ну, вообще то, — заговорила ТиДжей, которая стояла возле Янга и ждала, пока тот пройдёт через врата, чтобы отправится следом, — этот шампунь испытала уже большая часть экипажа, — она сняла кепку и указала на свои чистые, пахнущее чем-то похожим на ромашку волосы. Раш ещё раз хмыкнул, не отрываясь от консоли. — Ясно, — кивнул Янг, мельком глянув на стоящую рядом женщину, после чего перевёл взгляд обратно на Раша, волосы которого больше не свисали с головы, подобно сосулькам, а плавно и изящно ложились на неширокие плечи. — Так лучше, — сказал полковник, перед тем как развернуться и пройти через Врата. ТиДжей и все остальные, присутствующие в зале, проводили его взглядом, после чего все разом глянули на доктора Раша. — Невероятно! — сказал Илай. — Я вообще-то тоже мыл волосы этим шампунем. — Полковнику до тебя нет никакого дела, — прокомментировал высказывание последнего Грир. — Как и до остальных, — парировал ему Илай, остановив свой взгляд на ТиДжей, которая выглядела слегка расстроенной. — Кроме Раша, — спустя полминуты молчания, добавил Уолкер. Все снова покосились на шотландца, который, склонившись над клавиатурой так, что волосы полностью закрыли его лицо, едва заметно улыбнулся.

***

Спустя ещё пару дней, полковник перестал подозревать Раша в шпионаже. Доверять учёному — он пока не доверял, и до сих пор это было взаимно, но Янг всё чаще стал приходить туда, где Раш проводил большую часть своего времени: мостик, секции, где велись ремонты, зал Врат. Просто приходил и наблюдал, всё чаще и чаще замечая, что Раш ведёт себя чуть иначе в его присутствии, более скованно и напряжёно. Знать, где Раш, что задумал, куда идёт — Янгу нравилось контролировать этого человека. Ему было так спокойнее, за корабль и самого Раша. Бывало такое, что учёный засиживался в своей каюте за расчётами или попытками сконструировать что-то стоящее из ненужных кораблю деталей. Если такое случалось, и Янг замечал это на экране монитора, что Раш вот-вот свалится с ног от тяжёлой и долгой работы, полковник вызывал его по рации с предложением поиграть в шахматы или обсудить проблемы с продвижением починки корабля. Или поговорить на любую другую тему, которую Янг только мог выдумать. И что удивительно, Раш почему-то соглашался. Если же нет, то полковник самолично припирался к нему в каюту и мешал работать. Так что получается, у Раша не было свободы выбора. — Вам что, заняться нечем? — однажды всё же не выдержал тот, будучи не рад компании полковника. — А ты как думаешь? — не глядя на него, переспросил Янг, сам не понимая, почему тратит своё свободное время на этого всё ещё засранца. По крайней мере, они больше не ругались, как раньше. Хотя и до нормального общения им было далеко. — Я думаю, что Ваш надзор меня уже достал! — повысив голос, воскликнул Раш. — Вы бы ещё скрытую камеру мне в каюту засунули! Но тогда бы я решил, что Вы помешались на мне, полковник. Янг двинул желваками, но промолчал, а Раш тем временем продолжил: — Ходите за мной повсюду, пытаетесь завести разговор, ищите повод, чтобы вытащить меня на свежий воздух, — Раш презрительно прищурился. — Что ответите на это, полковник? Я в Вашем вкусе, что Вы прилипли ко мне подобно мухе к навозу? — У тебя больная фантазия, Раш, — спокойно, без грубости в голосе ответил Янг. Раш пробуравил его гневным взглядом, за которым, как показалось Янгу, промелькнуло разочарование, что было уже странно. — Как мне заставить Вас убраться из моей каюты и больше не возвращаться? — гневно выпалил учёный, намеренно стараясь не встречаться с полковником взглядом. Не уж то ему стало стыдно за свои слова? — подумал Янг. Это что-то новенькое. Либо дело в чём-то другом? — Стоит только попросить, — пожал плечами Янг, решив, что он в действительности слишком уж много усилий тратит на то, чтобы не дать Рашу сгорбатиться от собственного полоумия. Вряд ли тот этого заслужил, как и едва ли этот жест Янга будет оценен. — Будьте так добры, — Раш, не глядя, указал на дверь. Нет, этот лохматый определённо не был тем человеком, на которого стоило тратить своё свободное время. Янг, молча, встал, и вышел за порог. После этого краткого разговора Раша оставили в покое. Полковник больше не приходил к нему и не наблюдал за его работой в полной тишине, к чему Раш уже успел привыкнуть. Но Янгу об этом знать было не зачем. Всё вернулось на круги своя, как это было до нападения Люсинацев. Доверия к Рашу не было у большей половины экипажа, а у остальных просто не было нужды с ним общаться. Сам же Янг решил не заводить с Рашем разговоров на вольные, не касающиеся корабля. Соответственно и виделся он с ним только в столовой или Зале Врат, и иногда на мостике. Раш сам напрашивался на одиночество, насильно к нему никто не лез. Но вообще не пересекаться с кем-то на корабле было сложно. Хоть «Судьба» и велика в своих размерах, но всё же не планета.

***

Спустя полторы недели, Раш предложил Янгу сыграть в шахматы. — Вы неплохо играете, полковник, — сказал он в конце второй партии, тем самым ответив на молчаливый вопрос Янга, почему ему, великому математику и гениальному учёному, не поиграть в эту интеллектуальную игру с кем-то другим, например, Илаем. — Я проиграл уже две партии, — хмыкнул полковник. — Вряд ли это можно назвать хорошей игрой. Раш только пожал плечами, мол, истинной причины, по которой он позвал играть в шахматы именно его, Янга, полковник не узнает никогда. Да Эверетт как-то и не стремился это выпытывать. Пока всё шло гладко, без опасных для жизни людей происшествий, командир мог жить спокойно, иногда поглядывая за Рашем на мониторе Кино. — Думаю, что… ээээаааммм…на этом пора заканчивать, — устало протянул Янг, зевая уже каждые пять минут. Они сидели за столом, друг напротив друга, в каюте Раша. По часам, стоявшим на тумбочке, было три часа ночи, и большинство людей на корабле уже спали. Хотя в космосе и нет разницы, когда спать, экипаж «Судьбы» жил по законам Земного времени. — Бросьте, полковник, у Вас уже неплохо получается, — сказал Раш, одной рукой расставляя фигуры на доске, а во второй листая свой исчерканный карандашом блокнот. Он умудрялся одновременно, и играть с Янгом в шахматы, постоянно выигрывая, и решать уравнения. — Кажется, ты говорил это шесть партий назад, — сказал Янг, положив локоть на стол и уперев кулак в подбородок. Веки так и норовили закрыться. И почему он просто не уйдёт? — Это — последняя, — с воодушевлением уверил его Раш, сделав первый ход пешкой, не отрывая взгляда от блокнота с расчётами. — И это ты тоже уже говорил, — сонно пробурчал Янг. В комнате царил полумрак. Яркий свет Раша раздражал, поэтому горела лишь одна настольная лампа, света которой едва хватало на освещение стола. Эверетт сделал свой ход и уткнулся лбом в скрещенные на столе руки. Раш словно бы специально думал над своим ходом так долго, что полковник успел задремать, а вскоре и уснуть крепким сном. Наутро, а точнее когда Янг проснулся, часы, что всё ещё стояли на тумбочке у изголовья кровати, показывали час дня. Мало того, что он проспал утреннее собрание, которое сам же и назначил, так ещё и проснулся в чужой каюте, за столом и укрытый тёплым одеялом. Хозяина каюты поблизости не было. Янг медленно поднялся на ноги, разминая затёкшие после длительного сна в сидячем положении плечи, шею и спину. Он чувствовал себя скульптурой из камня, будучи не в состоянии двинутся с места. Всё тело ныло, словно бы после пятичасовой усердной тренировки. Как он мог проспать? Разве его не должны были вызвать по рации, когда он не пришёл на собрание? И где его рация? Не найдя прибор связи в карманах, Янг осмотрелся по сторонам, так как точно знал, что не мог пойти куда-либо без рации, которая обнаружилась на краю стола. Она была выключена. Раш. Аккуратно сложив одеяло на помятую и не застеленную постель учёного, Янг положил рацию в нагрудной карман и вышел за дверь. Раш обнаружился на мостике, в компании Броди, Илая и Хлои. — Добрый день, сэр, — поздоровался с ним Грир, который возник, вот прям из неоткуда и заставил полковника дёрнуться от неожиданности. — Всё в порядке? Вас не было на собрании. — Всё хорошо, — ответил Янг, потирая заспанное лицо с красным пятном на щеке от жёсткой ткани военной куртки. — Я проспал, — честно признался он, чем удивил всех присутствующих, кроме одного шотландца, который сидел за панелью управления и даже не смотрел в сторону полковника. — Но Вас нигде не было! Ни в Вашей каюте, ни в зале отдыха, ни в смотровом зале — сказал Грир. — Мы искали Вас по всему кораблю! Где Вы были? Янг мысленно чертыхнулся, и, кажется, это отразилось на его лице. Лицо сержанта тут же приняло виноватое выражение. — Простите, сэр, это не моё дело, — извинился Грир, не сразу сообразив, что последний вопрос был не уместен. Судя по выражению лиц Броди и Илая, им было не сложно догадаться, почему полковник проспал назначенное им же собрание и явился на мостик в столь уставшем виде. И Янгу было наплевать, о чём они там подумали, потому что всё, что он сейчас хотел, это узнать, какого чёрта Раш отключил его рацию. — Поскольку меня не было на собрании, его должна была провести Камилла, — сказал Янг, на что Грир кивнул головой и доложил своему командиру, что большую часть вопросов последней недели они разрешили без него. — Повторное собрание состоится завтра в то же время. Извести остальных, — приказал Янг. — Есть, сэр, — отчеканил сержант и покинул мостик. — А Вас, доктор Раш, я попрошу пройтись со мной. Янг был не в настроении, увидеть это можно было не вооружённым взглядом. И то, что полковник пожелал поговорить с Рашем наедине, слегка насторожило всех присутствующих. — Если это касается прошедшей ночи, — своим обыденным тоном заговорил Раш, не отрываясь от консолей, — то разговор подождёт. Я занят. Броди подавился своим горьким чаем, а Хлоя и Илай просто застыли в недоумении. Янг и сам не ожидал, что Рашу взбредёт в голову такое ляпнуть, поэтому был слегка обескуражен. Что бы он сейчас не сказал, после слов Раша это будет звучать двусмысленно. — Через тридцать минут в зале Врат, и не заставляй меня ждать! — командирским тоном, бросил Янг, перед тем как выйти за дверь. Ему не было дело до тех взглядов, что покосились в его сторону. Вернувшись в свою каюту, Эверетт переодел футболку и взял в руки карманный монитор, на котором промотал видео до того момента, где он уснул и… Раш отложил свой блокнот, укрыл его одеялом, выключил рацию, которую весьма ловко вытащил из кармана полковника, и сам лёг спать. Янг повёл плечами, которые, как и шея, изнывали от тупой боли в окаменевших мышцах. И что это было? Раш специально, что ли, заманил его в свою каюту, чтобы усыпить долгой игрой в шахматы и отключить рацию? И в итоге самому лечь спать? Что за бред! Как бы Янг не пытался понять этого поступка Раша, в голову ничего толкового не приходило. Он вообще не мог даже предположить, зачем Рашу такое понадобилось. И только после пятнадцати минут прокрутки видео, сообразил, в чём тут дело. Раш впервые за всё время, что Янг за ним наблюдал, спал спокойно. — Я бы попросил Вас больше не устраивать таких диверсий, — мирным тоном сказал полковник, как только шотландец вошёл в дверной проём в Зал Врат. В тёмных глазах мелькнуло удивление. Судя по всему, Раш ожидал более яростного упрёка. Янг и сам не ожидал, что окажется таким снисходительным. — Не понимаю о чём Вы, полковник, — пожал плечами Раш. — Я всё сказал, — на этом Янг покинул Зал Врат. В конечном итоге он сам виноват, что засиделся вчера за игрой допоздна. Он мог уйти в любое время, но продолжал играть только по просьбе Раша. Его никто не заставлял. Погодите, он что, выгораживает Раша? Этот вопрос заставил Янга задуматься над тем, что пора бы уже заканчивать со скрытым наблюдением. Раш не был шпион Люсианцев, остаточно он в этом убедился ещё неделю назад, когда тот чуть было не погиб на одной из планет, наплевав на свою жизнь, чтобы спасти других, включая Янга. Тогда это поразило не только полковника. Чтобы Раш, да пожертвовал собой? Да он бы в жизни этому не поверил, если бы не увидел сам. Благо Грир тогда успел вовремя, иначе не играл бы вчера полковник с доком в шахматы. В общем, Янг решил отключить и забрать Кино из каюты Раша…но не сегодня. Этой ночью док снова метался во сне и бормотал что-то неразборчивое.

***

Закончив с докладом на Земле, Янг вернулся на «Судьбу» и быстрым шагом побрёл в свою каюту, пока никто не завалил его повседневными вопросами. Не так уж и легко быть командиром, на которого все полагаются и который должен решать всевозможные проблемы, возникающие на корабле. Иногда хотелось бросить всё и свалить этот груз на чужие плечи, Камиллы, например, но совесть не позволяла. Янг ничком упал на кровать и совсем позабыл, что не выключил пульт управления от Кино в каюте Раша. В последнее время дел и вправду было немало, поэтому он всё никак не мог выждать момента, чтобы незаметно забрать эту чёртову камеру не попавшись на глаза дока. Вряд ли Раш поведёт себя мирно, если узнает, что в его каюту была установлена скрытая камера. Из динамика пульта, вместо привычных шуршаний, полковник услышал голос Раша. Обычно тот работал молча. Но странным был не сам факт того, что Янг услышал его голос, ибо во сне Раш таки часто бормотал или выкрикивал не связанные друг с другом слова, а то, что в этот раз Эверетт услышал своё имя. Не фамилию или военное звание, а именно имя. Что уже было до жути странно. Слышать своё имя из уст этого сварливого и едкого шотландца. Полковник нахмурил брови, устало вставая с кровати, чтобы глянуть на экран. Раш спал. — Эверетт… — вновь послышалось из динамика, да ещё таким хриплым и пошлым голосом, что Янг покраснел, словно бы подросток, случайно открывший страницу порно сайта. Эверетт застыл минуты на две, откровенно пялясь на тощего небритого шотландца, чуть ли не стонущего его имя во время сна. И чётко видимая выпуклость на джинсовых брюках дока доказывала, что сон этот далеко не детского рейтинга. Спустя адски длинные две минуты, Янг положил монитор на столешницу, экраном вниз, и выключил звук. Чёртов Раш! Янг с трудом заставил себя подняться из-за стола и начал ходить по комнате, в попытке отвлечься от картин, которые нарисовало его воображение в попытке представить, что же там снилось Рашу. Чёртов Раш! Присев на край кровати, Янг положил руки на колени и уставился в пустую стену напротив себя. Нужно было всё же забрать камеру из каюты Раша. Вряд ли он сможет играть с доком в шахматы, зная, что снился ему в эротическом сне. Янг чувствовал себя до непривычности паршиво. После последней выходки Раша, когда Янг опоздал на утренние собрание, и увиденного сегодня на пульте Кино, можно было сделать предположение, что док к нему неровно дышит. Нет, возможно, это просто его больная фантазия, но если подумать, то Янг мог вспомнить пару моментов, когда Раш вёл себя немного двусмысленно в его присутствии. И то напряжение, которое висело в воздухе каждый раз, когда они оставались одни. Янг запустил пятёрню в свою непривычно заросшую кучерявую макушку, чтобы с измученным видом скользнуть ладонью ото лба до подбородка, в попытке убрать с лица усталость. Как он мог не замечать, что, как это ни странно звучит, нравится Рашу? Сложно вообще представить, чтобы этого вечно небритого и лохматого шотландца интересовало что-то кроме науки и технологий древних. Погодите-ка! Раш что ли из-за него, Янга, начал бриться по утрам? Янг откинулся на спину, скинув с ног берцы. А ведь он даже не обратил на это особого внимания. Да и с чего бы это? Его-то Раш не интересует в этом плане. Но тогда почему он об этом сейчас думает? Янг залез на кровать с ногами и закрыл глаза. Он слишком устал, для размышлений на такие темы. Да и вообще, вряд ли он сможет когда-либо понять этого странного, не из мира сего, вредного шотландца.

***

Спустя неделю в каюте Раша всё ещё была спрятана скрытая камера. И кто бы мог подумать, что Янг настолько привыкнет слушать сонное бормотание дока, что в итоге сам не сможет без этого спать. — Вот, — Янг свалил на стол кучу книг, прямо на блокнот Раша. Последний скептически приподнял бровь, окинув полковника подозрительным взглядом. — Что это? — прозвучал глухой вопрос. — Книги, — прозвучал простой ответ. Теперь Раш одарил Янга взглядом, а-ля «вы не перестаёте удивлять меня своей тупостью». — Я имел в виду, откуда Вы их взяли и что я буду должен за этот добросердечный жест с Вашей стороны? — недоверчиво протянул шотландец, потянувшись за одной из книг, чтобы прочитать название, и тут же отбросил её на край стола. Книга легла обложкой вверх, так, что Янг смог прочитать название «Заговор невест». Всё же стоило перебрать книги перед тем, как предлагать их Рашу. — Я подумал, что ты захочешь почитать что-нибудь из этого, — сказал он. Не сложно было догадаться, что просить у кого-то что-то, даже такую вещь, как книга, Раш не стал бы ни под каким предлогом. Учёный посмотрел на Янга снизу вверх, и, не вставая со стула, коротко поблагодарил, после чего отложил выбранные книги в сторону и продолжил чертить какую-то непонятную Янгу схему на чистом листе своего блокнота. Полковник просто, молча, развернулся и ушёл. А вечером Раш снова предложил ему сыграть партийку другую в шахматы, и Янг снова уснул за чужим столом в чужой каюте, а когда проснулся, Раша там уже не было. — Полковник? — удивился Илай, застав Янга выходящим из каюты Раша. — Доброе утро, Илай, — ответил Янг, потирая затёкшие мышцы. Длительный сон, сидя, да ещё и на твёрдом стуле, весьма плохо сказывался на его спине и шее. — А я…эммм…это…ищу доктора Раша, — сказал парень. Янг поморщился от раздражительной и бессмысленной жестикуляции, без которой Илай не мог обойтись ни в одном диалоге. — Я не знаю, где он, — хмуро сказал Янг, будучи в сонном состоянии. — Но Вы же только что вышли из его каюты, — на лице Илая отобразилось странное выражение, не знакомое Янгу прежде. — Я…спешу, Илай, спроси у кого-то другого, — торопливо сказал Янг и поспешил отдалиться от каюты учёного. Чёртов Раш! Всё время он из-за него оказывается в неловких положениях. Раш обнаружился в столовой, как всегда за крайним столиком и в полном одиночестве. Возил ложкой в каше, отрешённо глядя куда-то перед собой. Янг подсел к нему с тарелкой той же каши в руках. — Доброе утро. — По Вам не скажешь, — хмыкнул Раш. — Спать за столом не самый лучший вариант для отдыха, — сказал Янг. — На кровати места хватит для двоих. Янг закашлял, положив ложку с кашей обратно в тарелку. Это Раш на что сейчас намекнул? — Всё в порядке? — спросил Тэлфорд, подсев за стол рядом с Янгом и похлопал тому по спине. — Да, — прокашляв, ответил Эверетт. Раш в этом время оставил свой завтрак и вышел из столовой, явно не желая сидеть за одним столом с двумя полковниками. — Он всё такой же невежа, — мрачно сказал Дэвид, проводив Раша взглядом. — Да, тяжело с ним, — устало выдохнул Янг, скользнув взглядом от худой спины до задницы дока. Чёрт! — ругнулся он про себя, остаточно решив, что уберёт камеру из каюты Раша сегодня же, как только выполнит все запланированные дела. И как-то получилось так, что он освободился только под вечер. Вновь уставший и морально и физически, Янг бухнулся на кровать лицом вниз. И пролежал бы так до самого утра, если бы кто-то снял ему ботинки и укрыл одеялом. Но поскольку таких услуг никому на корабле не предоставлялось, пришлось действовать самому. Сняв ботинки и китель, Янг хотел залезть под одеяло и уснуть, но голос Раша снова заставил его замереть и прислушаться. — Эверетт… — послышался хриплый голос из пульта Кино. Янг смял в ладони одеяло, не решаясь встать и подойти к монитору. И не зря. Увиденная картина вызвала у него неправильную реакцию. Чёртова физиология! Раш опять говорил во сне, хрипло и протяжно, ёрзая по мятой простыне. Да ещё и в одних трусах, со скомканным у ног одеялом, что взору Янга открылся обзор на худые, ровные ноги, впалый живот и узкие плечи — всё, что раньше было скрыто под несколькими слоями одежды. И зря, должен был заметить он. Кожа на бледном теле учёного выглядела упругой и безволосой, не имела никаких дефектов, помимо одного небольшого шрама на груди. Непослушные и спутанные пряди волос разметались по подушке, что выглядело не менее завораживающе, как показалось Янгу. У него в голове не укладывалось, что вечно сгорбившийся за консолями и ворчливый шотландский псих мог быть таким…экстраординарным. Да, пускай будет так. С каких это пор Раш спит в одних трусах? Ответ не заставил себя долго ждать, как только Янг смог оторвать свой взгляд от соблазнительно растянувшегося на кровати всезнайки. Мокрая и постиранная, хотя скорее просто прополощённая одежда дока висела на спинке металлического стула в углу комнаты. Янг прикрыл глаза в мольбе, что это сон. Но нет. И как же ему теперь уснуть? Чёртов Раш! Глубоко вздохнуть и медленно выдохнуть. И каким боком это может способствовать успокоению? Янг резко встал со стула и начал ходить по комнате, коря себя за то, что не убрал Кино из комнаты Раша. Хотя он же не мог предположить, что случится ТАКОЕ. А что собственно случилось? В сущности — ничего. Взгляд Янга остановился на его военной куртке, весящей на спинке стуле, из кармана которой торчала антенна от рации. Внизу живота тут же затянулся узел, а в горле образовался ком. Мысли двинулись в запретном направлении, как и ноги, что сами собой зашагали к стулу, а руки потянулись к карману куртки. — Доктор Раш, зайдите ко мне, срочно! — как только он это сказал, тут же откинул рацию на стол и закрыл лицо ладонью. Ладно, а это-то он зачем сделал? Совсем мозгами двинулся, что ли? Да и к чёрту! Скорее всего, Раш его не услышал, будучи спящим. По крайней мере, Янг на это надеялся. А надежда, как говорится, умирает последней. Но нет, полковник оказался чертовски невезучим, и спустя минут пять из рации прозвучал лукавый, совсем не сонный голос: — Может, лучше Вы ко мне, полковник? — Зачем? — растерялся Янг, запустив ладонь в кучерявую шевелюру на макушке. — Это уж Вам решать, — прозвучал серьёзный ответ, в котором Янгу послышалась издевка. Да что же это такое? Чёртов Раш! Немного постояв на месте и подумав, Янг толком ничего не надумал. Лишь взглянул на себя со стороны, чтобы осознать, что выглядит сейчас крайне глупо. По крайней мере, так бы сказал Телфорд, застав его встревоженного и босого. Стоит себе посреди комнаты, размышляя непонятно о чём. Или о ком. Зачем, спрашивается, он это делает? Не легче ли просто пойти и трахнуть этого чёртового манипулятора? … Погодите-ка, о чём он только что подумал? Янг уставился в пространство перед собой и представил эту картину. Зрелище оказалось не то чтобы противное, скорее просто необычное, как для того, кто ни разу в жизни не задумывался о том, чтобы трахнуть мужика. Да ещё и такого шизанутого психа, как Раш. Пожалуй, тут будет уместным выражение «С кем поведёшься, об того и наебнёшься». С другой стороны, если подумать… Впрочем, о чём тут можно думать? Янг опустил взгляд вниз, на свои штаны, и снова закрыл лицо ладонью, раздвинув средний и указательный пальцы. Да, у него стояк. И на кого? На чёртова, мать его, Раша? Это проблема. И как её решать? Янг хмуро уставился в пол. Случись такое на Земле, он бы пошёл в бар, выпил бы там добрые бутылки три хорошего виски и завалился бы к своей жене…ну или к ТиДжей. Вариант саморазрядки он бы даже не рассматривал как вариант. Давно уже не подросток, в конце концов. Но сейчас были совсем иные обстоятельства. И вообще, какого чёрта он всё ещё над этим думает? Нужно снять напряжение? Так вперёд! Если, конечно, он правильно понял намёки Раша за всё это время. Выкинув из головы назойливые мысли, Янг прошёлся к кровати, натянул ботинки и надел свою куртку, не застёгиваясь. Положил рацию в нагрудной карман, без неё он не мог никуда идти, и поспешил к двери, у порога которой снова остановился и ещё раз задумался. А если он ошибся и Раш выставит его за дверь, да ещё и посмеётся? От этого чертяки можно ждать и не такое. Янг устало вздохнул и стиснул челюсть. Что-то он совсем расклеился, как для командира корабля Древних. Как девчонка топчется на одном месте вместо того, чтобы просто пойти и взять, что хочет. С такими мыслями Янг нажал на кнопку открытия дверей и…снова растерялся. — Пока Вас дождёшься, весь настрой уйдёт, — фыркнул Раш, быстро проскользнув за порог в каюту полковника. — И замёрзнуть легко, — чуть тише добавил он, сильнее кутаясь в белую простыню. Янг мельком пробежался по незваному гостю заинтересованным взглядом, даже скорее оценивающим. Ведь этот чудик припёрся в его каюту без одежды, в одних только ботинках, что выглядело довольно забавно в сочетании с белой и длинной, тянущейся по полу почти прозрачной простынёй. — Дверь долго ещё будешь открытой держать, или хочешь насобирать зрителей? — ворчливо высказался Раш, глядя на него ответным, не менее заинтересованным взглядом. Янг машинально нажал на кнопку на стене, закрыв, а после и заблокировав дверь изнутри. Раш лишь самодовольно хмыкнул, подтянув сползшую с плеч совсем тоненькую простыню. В такой не то, что замёрзнешь, пройдясь по холодным коридорам «Судьбы», в такой можно дубу дать. Первой мыслью Янга на этот счёт было отдать Рашу свой китель, укутать его в одеяло и напоить горячим чаем. — Кажется, я зря пришёл, — мрачно заключил Раш, окинув застывшего на месте полковника неоднозначным взглядом. Янг заставил себя собраться и улыбнулся. Не хватало ему ещё вести себя по-идиотски перед этим довольно-таки соблазнительным чертом. Мысль о том, чтобы заполучить Раша в свою постель показалась уже не такой уж и безумной. — Почему это зря? — хмыкнул полковник. — В кои-то веки Вы, доктор Раш, пришли очень даже вовремя. Раш самодовольно фыркнул, мельком осмотрев комнату. Его взгляд остановился на пульте Кино, лежавшем на пустом столе экраном вниз. — Любите подглядывать, полковник? — в голосе прозвучала насмешка, от чего Янг нехотя напрягся. Неужели он думал, что всё будет так просто? Наивный! — Ты знал? — властно спросил он. — Знал ли я, что Вы наблюдаете за мной из Кино, спрятанного в моей каюте? — ехидно переспросил Раш. — Естественно! Не ставьте меня на одном уровне развития с Вами. Раш произнёс последние слова с высокомерием и явной насмешкой, но после нескольких секунд молчания, во время которого на лбу полковника выступила пульсирующая жилка, док нервно облизал губы и отвёл взгляд в сторону. Янг с видимой обидой на лице решил промолчать. Ещё не хватало оправдывать свои действия перед гражданским! — Ты пришёл издеваться надо мной в таком виде или за чем-то ещё? — напрямую спросил Янг, устав стоять на месте без дела. Его почти не смущал тот факт, что даже после прозвучавших подколок он всё ещё хочет попробовать заняться сексом с Рашем. Но был обескуражен от самой ситуации, когда док просто стоит и смотрит на него в ожидании чего-то туманного, а он не знает, что делать. Не в том смысле, что делать с Рашем, тут-то всё просто: повалил на кровать, отрахал и отпустил на все четыре стороны. Он пытался думать наперёд, как секс изменит их дальнейшие отношения. Или так ничего и не поменяется? Хотя он и привык действовать спонтанно, по воле случая, как лягут обстоятельства, но в последний раз, когда дело касалась Раша, и он поступил необдуманно, всё обернулось не в лучшую сторону. — Зачем я ещё мог придти сюда, закутанный в простыню? — тем временем съязвил Раш. — Раздевайтесь, полковник, будем стоять, и мёрзнуть оба! — Как же тяжело, — выдохнул Янг, потирая затылок. Судя по очередному фырканью, Раш хотел сказать что-то остроумное и определённо обидное, но Янг шагнул вперёд и притянул к себе этого закутанного в простыню, замерзшего и непривычно бритого шотландца. Вначале Янгу показалось, что тот был покладист. В этот раз он подумал о более приятном способе, как бы быстро согреть этого саркастического ублюдка. Раш в его объятиях ощутимо напрягся, но всё же первый потянулся за поцелуем. Хотя это больше было похоже на попытку захватить контроль над ситуацией. Всё что делал Раш, движение губ, наклон головы и секундные замирания, чтобы насладится моментом, всё это пришлось Янгу по душе. Чёртов манипулятор целовался подобно человеку, зарабатывающему на этом на жизнь. Янг закрыл глаза и запустил ладонь в растрепанные и, судя по приятным ощущениям, чистые пряди волос на чужом затылке. Вторая ладонь легла на жилистую кисть, в кулаке которой был зажат край простыни, что только мешала. Требовалось полное освобождение от лишней ткани, чтобы согреть засранца, нагло заявившего свои права на роль ведущего в их первом поцелуе. И судя по пылкому настрою, Раш пытался заставить Янга бороться за эту роль. Не то, чтобы последнему это не нравилось, просто он хотел поскорее затянуть дока в кровать, чтобы снять напряжение внизу живота, что туманило рассудок. Хотелось быстрее приблизить этот момент к реальности, но так же ему нравились растягивать и так чертовски медленные минуты и ощущения, из-за которых дыхание сбилось у обоих крайне быстро, вынуждая на время оторваться от желанных и довольно скоро покрасневших от несдерживаемой тяги губ. И пока Раш нервно сжимал в ладонях края простыни, топчась на одном месте, судя по всему всё ещё от холода, Янг потянул его за волосы на затылке, заставляя откинуть голову назад, почему-то не ожидая того, что Раш вот так просто позволит ему это. Всё происходящее казалось нереальным сном, в котором Янг перестал думать о последствиях и коснулся языком холодной кожи на шее Раша. Прозвучал томный выдох, смешанный с одобрительным мычанием. Тонкие пальцы отпустили ткань простыни и вцепились в края военной куртки, с намерениями помочь полковнику быстрее скинуть её на пол, как и остальную одежду, но были остановлены крепким перехватом. Судя по ворчанию, донёсшегося до левого уха полковника, Раш был этим недоволен. Хотя особой роли это не играло, ведь Янг бы не остановился сейчас только из-за капризов дока. Тот сам раздразнил его, до сих пор непонятным полковнику образом заставил его изгорать от желания, и Янг теперь не отступится. Он прижал шотландца к себе крепче, заставляя прогнуться в спине, и прошёлся кончиком языка от острых ключиц до мочки уха, местами покусывая солоноватую на вкус кожу. От его действий Раш теперь чуть ли не заурчал, цепко вцепившись в ткань на чужих плечах. — Что мне сделать, чтобы Вы наконец-то разделись, полковник? — с раздражением проворчал последний. — Стоит только попросить, — шепнул Янг ему прямо в ухо. Тёплое дыхание обожгло ушную раковину, и Раш что-то невнятно промычал в ответ. Тепло медленно, словно бы подразнивая, начало растекаться по всему телу. Док ощутимо вздрогнул. Поцеловав его в завиток уха, Янг заставил себя резко отстранится, и начал раздеваться, аккуратно складывая форму и вещая на спинку стула. Раш внимательно наблюдал за этим процессом, скользя пристальным взглядом по каждому новому открывшемуся кусочку голой кожи. Он мял в руках края простыни от нетерпения. Если бы Янг уже давно не привык к этому пронизывающему насквозь взгляду, то, скорее всего, разозлился бы от неловкости. — Не честно играете, полковник, — фыркнул Раш, когда Янг раздевшись лишь до пояса снова обнял его, и прижал к своей широкой груди. — Всего лишь не даю тебе замёрзнуть, — сказал полковник с непривычным для него теплом в голосе. Он аккуратно подтолкнул Раша к столу, придерживая за плечи, и, не встретив сопротивления, усадил его на край столешницы, встав между тощих ног и положив левую руку на оголённое колено, с которого соскользнула белая ткань. — Хмм… — мрачно издал Раш, погладив ладонями каменные плечи военного, чтобы потом опустить их до локтей. — В чём дело? — спросил Янг, наклонившись вперёд, чтобы снова припасть губами к чужой шее, которую Раш так соблазнительно подставлял под ласки. — Чувствую себя неженкой, — брезгливо ответил он, после чего закусил нижнюю губу, сдерживая стон наслаждения, когда грубая, но тёплая рука Янга коснулась его плоти внизу. В глубинах тёмных зрачков сверкнуло удовлетворение. Янг усмехнулся, удивляясь и наслаждаясь отзывчивостью на его ласки. В груди всё сильнее разгорался огонёк, образуя пожар. Вскоре должно было стать жарко, так что холод им больше не грозил. С таким-то пылким настроем. Янг даже на мгновение забыл, что целует того самого человека, которого чуть было не убил дважды. Он огладил внутреннюю сторону бедра Раша, скользнул рукой чуть выше и обхватил пальцами нуждающийся во внимании орган. Это было слегка непривычно, ласкать чужой член, но страстные поцелуи почти что полностью перекрывали все недостатки этой странной близости. В ответ на его незначительное действие, док прогнулся в спине и…дал ему пощечину. Янг тут же отстранился, чтобы хмуро спросить: — Какого чёрта? — Я тебе баба, что ли? — возмутился Раш, соскочив со стола и поправив сползающую простыню на плечах. Янг успел только хмыкнуть. — Хватит нежиться! — раздражённо добавил док, пронзая Янга не совсем уверенным в своих словах взглядом. Хотя в глазах его, словно белым по чёрному, читалось неоспоримое желание, что так же виднелось из простыни в районе паха. Сам же Янг уже давно изнывал от тесноты в штанах. Он привык, что с женщинами нужно быть нежным и осторожным, действовать аккуратно, доставлять им удовольствие медлительными ласками и поцелуями. Здесь же не стоило так напрягаться. — Ну что ж, — заговорил Янг грубоватым тоном. — Приступим сразу к делу? И почему он сразу так не сделал? Это же Раш! С чего это он вдруг решил с ним нежиться? Тем более, когда тот сам этого не хочет. Или хочет? Задав прозвучавший вопрос, Янг заметил на лице дока нерешительность, и, не дав тому ответить, повалил на кровать. Раш привык не отвечать за свои слова, так что Янг не стал тратить время на разъяснение правды. В другой любой ситуации, где нет места личным отношениям, он бы добился честного ответа, ведь ему не привыкать выпытывать у людей правду, это часть его работы. Но сейчас не тот случай. В следующий раз, если такой будет, возможно, он и понежится с Рашем чуть дольше, не смотря на его мнимые протесты, но не в этот. Едва сдерживая рвущееся наружу похоть, Янг по-армейски скинул с себя берцы, носки и брюки, а после — с Раша ботинки и простыню. Затем грубо поцеловал его в шею, опустился к выпирающим ключицам, после к плечу, оставляя влажную и поблескивающую в блеклом свете ламп дорожку, и обхватил вставший орган в своей ладони. Раш издал тихий стон, сдвинув колени и скользя шершавыми подушечками пальцев по крепкой спине, плечам и груди, после чего двинул бёдрами навстречу руки Янга. — Эверетт, — с видимым наслаждением произнёс он. У Янга от этого голоса, прозвучавшего не из динамика пульта, а в живую, у самого его уха, снесло крышу. Оказывается, этот чёртов маразматик может вызывать в нём не только злость и жажду разбить кому-то нос, но и необъяснимое желание поиметь засранца, в прямом смысле этого слова. А судя по ответной реакции Раша на его действия, тот был совсем не против такого расклада, что вызывало у Янга ещё большее возбуждение. Грубыми, круговыми движениями рук он погладил худые бока, живот и гладкую грудь дока, после чего поцеловал того в губы, жадно, проникая языком глубоко в рот, и обрывая на корню жалкие попытки того перехватить инициативу. Раш мог только прижиматься к нему теснее, топорно толкаясь бёдрами вверх, желая заполучить больше внимания в одном конкретном месте, чего Янг пока делать не собирался. Ему не хотелось, чтобы Раш кончил до того, как он сам получит желаемое. — Не дёргайся, — сказал он, приподнявшись на локтях над неожиданно замершим шотландцем. На лице Раша отобразилось недовольство от столь резкой остановки. — Скорее всего, будет больно, — предупредил его Янг, облизав два пальца под пристальным взглядом глубоких глаз. — Так не медли, — ответил Раш требовательным тоном, заранее вцепившись в плечи полковника ногтями, от чего лицо Янга исказилось в кривой гримасе. В столь интимной обстановке их разногласия набирали более крупный оборот. В глазах каждого искрилась охота как-нибудь досадить друг другу, смешанное с вожделением заполучить как можно больше всевозможных ощущений, что должны были нахлынуть в самый пик их возможностей. Рывком, без лишних сантиментов, Янг перевернул Раша на живот, с ухмылкой заметив, что тот тут же вцепился своими цепкими длинными пальцами в края подушки. С такой точки обзора учёный выглядел куда привлекательнее, в основном из-за того, что не было видно его надменного выражения лица. А так же Янг должен был заметить, что картина обнаженного Раша со спины, с его длинными до лопаток волосами и упругими ягодицами, пришлась ему очень даже по вкусу. На мгновение оба замерли в неловкой тишине. Воздух снова переполнился напряжением. И только спустя минуту в неловком молчании, Янг наклонился и поцеловал Раша в правую лопатку. С подготовкой он медлить не стал, лишь только вначале, когда вогнал в Раша сразу два пальца, ненадолго замедлился, растягивая узкое кольцо мышц и покрывая бледную и напряжённую спину поцелуями. Судя по заглушённому стону в подушку, этот процесс не доставил Рашу никакого удовольствия, поэтому Янг, не обращая внимания на тихое мычание, резко вытащил пальцы, прижал дока к кровати всем своим весом и вошёл в приятную и узкую тесноту. Раш под ним застонал, сжавшись ещё сильнее, и судя по его лёгкой дрожи, наслаждение от этого получил только Янг, который уткнулся носом в ложбинку между плечом и шеей дока. Он хотел дать Рашу привыкнуть к своему присутствию в нём, поэтому не двигал пока бёдрами, покрывал лёгкими поцелуями упругую кожу, успокаивая. — Дьявол тебя раздери, ты двигаться будешь? — проворчал Раш куда-то в подушку и сам первый толкнулся бёдрами вверх. — Чшшш, — шепнул Янг, сильнее прижимая его к постели, чтобы тот не двигался так резко. — Не спеши, — выдохнул он и медленно качнул бёдрами назад, чтобы потом ещё медленнее толкнуться вперёд, раз уж тому так не терпится, чтобы его поимели. От этого Раш снова промычал что-то невнятное, а после и вовсе выругался, как только Янг начал набирать темп, всё сильнее и сильнее вбивая его в кровать. Он извивался под ним, толкался навстречу и откидывал голову в стороны, открывая доступ к шее, которым Янг пользовался, чтобы целовать и оставлять своим метки на жилистом теле.

***

Где-то в Зале отдыха у стойки с самогоном. — Кто додумался поставить камеру в каюту Янга…ииик? — спросил сержант Грир, допивая стакан противной на вкус, но помогающий подзабыть увиденное, жидкости. — Я лишь хотел удостовериться…уффф…а в чём я хотел удостовериться? — Илай уселся в кресло и задумался. — Ты же выпил всего один стакан, — сочувствующе протянула совершенно трезвая Хлоя. — Зато какой! — торжественно воскликнул парень. — Да что же вы там увидели такого? — не унимался так же трезвый Скотт, который, прознав про скрытую камеру в каюте полковника, тут же приказал Илаю отключить её и удалить всю запись. Он не осмелился глянуть на монитор из-за уважения к своему командиру. — Суть не в увиденном, брат, — по-философски заговорил Грир, закинув руку лейтенанту на плечо, — а в том, как это развидеть! — и ткнул пальцем в потолок, предварительно ещё раз икнув.