Подумаю об этом завтра

— Дорогая моя, мне теперь на это наплевать, — Скарлетт молча смотрела ему вслед. По ее щекам медленно катились слезы. Она не может допустить, чтобы он ушел! Не может! Нет такого человека, которого Скарлетт О`Хара не могла бы вернуть. Она обязательно вернет Ретта! Он будет ее, она вновь вскружит ему голову, и он, как мальчишка, вновь будет у ее ног. Скарлетт, поддерживая трясущимися руками подол платья, стала медленно подниматься по широкой лестнице. Тонкие каблучки стучали по деревянным ступеням, и это невероятно раздражало хозяйку этого дома. Она сорвала с ног туфли и яростно скинула их вниз и пошла выше босая, не обращая внимания, что Присси уже подобрала сброшенную ей обувь. Служанка хотела было что-то сказать, но тут же сама осеклась и закрыла рот ладонью. Негритянка удалилась, не то хозяйка и правда выпорет ее, как уже давно обещает. Миссис Батлер поднялась наверх и вошла в свою комнату. Ей невыносимо захотелось вернуться домой, в Тару. Там она точно придумает, как вернуть Ретта. Там Мамушка, которая, наверное, единственный близкий человек, оставшийся в живых. Хорошо, что Эллин этого не видит. Хорошо, что она не знает, в кого превратилась ее дочь, которую воспитывали как истинную леди. Скарлетт схватила бутылку коньяку и плеснула себе в бокал. Женщина выпила, но ее тело обожгло не так сильно, как обычно. После смерти Френка было по-другому. Это и вправду ей помогало, а сейчас — нисколько. И неужели это она, Скарлетт О`Хара? В кого она превратилась? Она хотела, чтобы Ретт, как и другие, валялся у нее в ногах, чтобы он принадлежал только ей. Неужели это она, молодая кокетка, за которой бегали все джентльмены Джорджии? Она осушила еще один бокал коньяку и села на кровать. Завтра она поедет в Тару. Завтра подумает, как вернуть Ретта, и она его вернет, обязательно вернет. "Я подумаю об этом завтра. Сегодня я уже не могу ни о чем думать," — смерть Мелли, смерть Бонни — всё это навалилось на плечи молодой женщины. Еще вчера она похоронила дочь, как сегодня умирает Мелани, которая отстаивала ее перед всей Атлантой, когда все отвернулись от нее, Скарлетт. Плевать она хотела на Старую Гвардию! Пусть они все горят синим пламенем! Скарлетт упала на кровать. Завтра будет новый день, завтра она обязательно придумает, как вернуть его. Он будет ее. Впервые встретила она человека сильнее ее. Которого она не смогла сломить, не смогла вертеть им, как ей захочется. Ничего, он еще вернется, она его вернет. Но это завтра... завтра... Утром Скарлетт проснулась и услышала писклявый голосок Присси. Что нужно этой, ни на что не годной, девчонке? Стоило ее выпороть, пока янки не освободили негров. Зачем они это сделали? Кто поймет этих янки, для которых нет ничего святого. Миссис Батлер только хотела позвать Присси, чтобы та помогла ей одеться и начала собирать чемоданы для переезда в Тару, как услышала шаги. Она прислушалась. Может, Генри решил зайти, или Эшли? Но Эшли слишком убит горем, чтоб навещать ее. Как же она была глупа, что всю жизнь тешила себя иллюзиями о любви к Эшли Уилксу. Пойми она раньше, что ей нужен только Ретт Батлер, быть может, все было бы по-другому. Дверь в ее комнату отворилась, и вошел он. Скарлетт приподняла бровь и победоносно посмотрела на него. Перед ней стоял Ретт. — Кто разрешал Вам входить в мою спальню? — будто она и не взволнована его появлением проговорила Скарлетт. — Кошечка моя, мне плевать на вас, я просто не мог уехать, пока не закончатся похороны миссис Уилкс. Она намного благороднее Вас, и не попрощаться с ней было бы оскорблением, — он с издевкой посмотрел на нее и отмерил взглядом, что коньяку в бутылке поубавилось. — Ну что же, тогда я попрошу Вас покинуть мою спальню, — задрав подбородок вверх, указала на дверь Скарлетт. Опять он о Мелли! Опять лишь о ней! Мелани всегда была дурочкой, неужели он уважает ее лишь за ее никому не нужное после войны благородство? А благодаря кому они выжили, Мелли и Бо? Кто не бросил их в Атланте, когда поступила весть о болезни Эллин? — Разумеется, это же святая святых! Только мистеру Уилксу разрешено переступать ее порог, — и он, не скрывая смеха и издевки, вышел, громко захлопнув за собой дверь. Скарлетт надула губы. Внутри нее бушевала и ненависть, и обида, и ярость. Она готова была кинуть ту самую вазу прямо в него, жаль, что тогда промахнулась!

***

Скарлетт спустилась к завтраку и не без удивления обнаружила, что Ретт сидит в кресле и курит сигару. Она подняла голову вверх, выказывая ему свое безразличие, и гордо прошла мимо него. Он усмехнулся, чем заставил ее обернуться и устремить свой взгляд на его ехидную усмешку. — Скарлетт, у вас всегда был дурной вкус. Не вздумате в этом прощаться с мисс Мелии, я не выпущу вас из дома, — окликнул он ее и затушил сигару. Скарлетт окутала злоба. Он как всегда пытается унизить ее, даже тогда, когда ей так тяжело, когда она теряет одного близкого человека за другим, когда все ее самые близкие люди ушли в мир иной, лишь Мамушка еще жива, и скоро она будет в Таре, дома. — И надолго Вы здесь задержитесь? —перебирая в руках подол платья, взмахнула ресницами Скарлетт. Она медленно приближалась к мистеру Батлеру, а на ее щеках начинал играть задорный румянец. — После похорон я уеду в Чарльстон, дорогуша, — он встал с кресла и подошел к ней. Стук его шагов отстукивал в ушах Скарлетт, и она смотрела лишь на его передвижения. Он взял ее за локти, и его яростный взгляд окутал женщину в смятение. По ее телу пробежала небольшая дрожь, такая же, как и при любой встрече с ним, при любом его прикосновении ее бросало в жар. Он резко прижал ее к себе и поцеловал. Тогда Скарлетт не могла думать ни о чем, кроме того, что, быть может, он лжет, что уедет в Чарльстон, что он решил поиздеваться над ней, как любил всегда делать. Она таяла от его прикосновений и, когда он отпустил ее, посмотрела на него зелеными немного раскосыми глазами, которые когда-то были главным оружием самой популярной молодой леди Скарлетт О`Хара. — У Вас глаза, как у голодной кошки. Вам следует поесть. И он отошел от нее, будто ничего и не произошло. Скарлетт медленно зашагала в столовую. Ничего не изменилось. Слишком долго он жил в грязи, чтобы даже в такой момент стать хоть немного джентльменом. Слишком долго общался с проститутками и меряет всех одной мерой. Ретт вошел в спальню Скарлетт, вновь ослушавшись запрета никогда не переступать этого порога. Она лежала на кровати и, кажется, не собиралась идти прощаться с Мелани Уилкс. — Дорогуша, вы собираетесь сегодня выходить отсюда? — усмехнулся Ретт Батлер и медленно вошел внутрь. Ее лицо было бледным, как мел, а искрящиеся глаза дикой кошки погасли. Черные волосы были беспорядочно разбросаны по подушке. — Пошли за доктором Мидом, прошу тебя, — увидев посетителя, попросила Скарлетт. После завтрака ей стало дурно, и она, решив, что само быстро пройдет, прилегла, но легче отчего-то не стало. Благо, Ретт в доме, сейчас она сможет уговорить его остаться. О, как все вовремя! — Не уходи, прошу. Останься... Вцепившись в его руку, которой Батлер опирался на ее кровать, взмолилась Скарлетт. Ретт обвел глазами это обессилившее существо и присел на кровать. — Хорошо, моя дорогая, но только до Вашего выздоровления... И он вышел из ее спальни, плотно закрыв за собой дверь.