Глава 35. Изъян в кодексе. Часть 2
7 ноября 2019 г., 15:00
Время в камере тянулось ожидаемо медленно, особенно спустя первый час после попадания в это скучнейшее помещение. Кира за это время успела пересчитать все заклёпки и неровности в металле, поэтому сейчас ей не оставалось ничего, кроме как начать медитацию и попытаться усилить свою связь с Силой с ее помощью, тем самым совмещая неприятное с полезным, так сказать. Однако, в какой-то момент, девушке пришлось отвлечься от созерцания различных абстрактных образов будущего в глубине бездонного пространства, что именовалось Силой, и открыть глаза. Всему причиной стала абсолютная тишина, воцарившаяся в коридорах тюремного блока. Она была неожиданной и, в некотором роде, ненатуральной. А еще здесь ощущалось чье-то невидимое присутствие…
Однако все стало на свои места, когда воздух перед силовым барьером слегка дернулся. Оптический камуфляж, вот в чем было дело. И только один разумный, знакомый Кире, пользовался им и обладал схожим ростом.
— Ты не боишься, что попадешь на камеры? — Кира потянулась, давая отдых костям и позвоночнику, которые долгое время были в одном положении.
— На них зациклено изображение пустого коридора. То же самое и с записывающими устройствами. — Голос был искажен помехами камуфляжа, однако Кира уже прекрасно знала, кто перед ней.
— Тогда чего маскируешься? — каримка поднялась с пола и шагнула в сторону выхода. А спустя минуту перед ней уже стоял полностью снявший маскировку Релка, облачённый в одеяния, отличающиеся от джедайских только темным цветом. Он выглядел спокойно и сосредоточенно, однако на лице то и дело была готова появиться улыбка. Он провел ладонью над запирающим механизмом, и барьер, что разделял их, за пару секунд испарился, позволяя юному аколиту — Кира вдруг осознала, что мальчишке всего около пятнадцати лет — пройти внутрь.
— Учитель направил меня к вам, так как Вы долго не выходили с ним на связь, — озвучил он причину своего весьма неожиданного появления. — Почему Вы находитесь в камере? Ваше прикрытие было раскрыто? В таком случае нам сейчас ничто…
— Стоп-стоп-стоп! Помедленнее, не-мой гиперактивный аколит. Мое прикрытие всё ещё исправно работает, и никто не догадывается о моем двойном статусе. А в камере я лишь из-за стечения обстоятельств. Кстати, раз граф послал тебя, то у тебя должен быть коммуникатор. Свяжись с ним, я хочу поговорить.
Релка послушно кивнул и снял с пояса небольшой голографический проектор. Присев на одно колено в жесте почтения перед учителем, мальчик положил его на раскрытую ладонь и в таком положении принялся ждать ответного сигнала, который не заставил себя долго ждать.
— Ученик, что заставило тебя связаться со мной по защищенному каналу? — голос Дарта Тирануса был, как всегда, спокойным, но прослеживались и некоторые нотки недовольства.
— Я, мастер, — Кира переключила на себя внимание бывшего учителя, давая юноше вздохнуть спокойно. — Ваш ученик связался с Вами по моему настоянию. Я оказалась в заключении на Мандалоре из-за Дозора Смерти. Скажите, они действовали по чьему-либо приказу?
Несколько секунд граф задумчиво смотрел в какую-то точку, видимо, прокручивая в голове недавнее собрание лидеров КНС, чтобы вспомнить хоть какие-то планы на Мандалор.
— Да, они просили нашей помощи, но, в итоге, начали действовать вне наших интересов, поэтому, на данный момент, они никак не связаны с нами…
— То есть, они оказались настолько слабы, что попросили чьей-то помощи в возвращении Мандалора к прежним порядкам? «Настоящие мэндо»… — Кира была уверена, что услышала в голосе юноши отвращение, будто бы это касалось и его напрямую или как-то затрагивало.
— Тебя это беспокоит? — девушка склонила голову на бок, смотря на юношу.
— Мои родители были его участниками, — Кира чуть не уронила челюсть, а вот ситх сохранял предельное спокойствие, будто бы был в курсе уже долгое время. Хотя не удивительно, раз он был его учителем…
— Раз уж с тобой, Кира, все в порядке, то пусть мой ученик возвращается обратно ко мне. Но и ты свяжись со мной, как только разрешится вопрос с этим… Дозором.
Голограмма медленно потухла, позволяя юноше подняться с колена и выпрямиться. Однако пристальный взгляд девушки, что стояла теперь, опираясь о стену спиной и скрестив руки на груди, заставил его поежиться. И он был готов поклясться, что на какую-то секунду увидел, как голубые глаза наливаются ярчайшим золотом, чего он не видел даже у своего учителя, хотя прекрасно знал, что это показатель того, что перед ним адепт Темной стороны.
— Мандалорец, значит? А ты «настоящий мэндо»? И как же тебя угораздило попасть на скользкую ситхскую дорожку? — Кира слегка усмехнулась, давая возможность Релке расслабиться.
— Мои родители происходили из двух древних мандалорских родов. Вот только им не нравилось то, что в их жизни было мало военных конфликтов, в которых они могли бы участвовать. Поэтому они присоединились к Дозору Смерти, в это же время промышляя наемничеством.
— Дай угадаю: на одной из миссий они и погибли? — Кира почти сразу догадалась о довольно печальном исходе для родителей Релки.
— Верно, — юноша кивнул и слегка сжал тунику на рукаве, что не ускользнуло от взгляда девушки, — они успели многому меня научить, но их смерть стала для меня… — юноша умолк на пару секунд, а потом продолжил, но теперь не касаясь темы своих родителей. — Потом я как-то случайно наткнулся на графа Дуку на одном из рынков внешнего кольца, куда добрался на случайных кораблях. Он не убил меня, хотя хотел, а потом взял в ученики.
— Значит, видел в тебе потенциал. Учи… — девушка одернула себя, — граф всегда был достаточно избирательным в учениках, — каримка усмехнулась, наблюдая, как улыбнулся Релка уголками губ. Однако уже спустя несколько мгновений девушке пришлось стать вновь серьезной. — Сюда направляется стража. Тебе пора уходить, Релка.
Мальчик молча кивнул и, поклонившись, активировал маскировку, после чего аккуратно выскользнул из камеры, вновь активируя силовой барьер, запирающий каримку внутри. У нее вновь появилось много времени на обдумывание всего, что произошло.
***
Оби-Ван занимался бы самообманом, если бы начал отрицать то, что был взволнован, сидя в приемной герцогини и ожидая того момента, когда ему разрешат войти. Джедай усмехнулся своему поведению: он вел себя как пятнадцатилетний мальчишка, впервые встретивший столь красивую девушку. Определенно сказывался столь долгий период, в течение которого они не виделись. — Слушай, ставлю призрачные десять кредитов, что ты начнешь заикаться, когда придется говорить с ней, — Марев расположился на соседнем диване, натурально растягиваясь на нем и слегка постанывая от удовольствия вытянуться во весь рост, а после поясняя для удивленного джедая: — У тебя в голове негде прилечь. Все кровати, которые я там создаю, переделываются в стулья. Ты чертов садист… — Я уже разговаривал с ней. И не заикался, — ответил Кеноби, предварительно убеждаясь, что сейчас здесь никого нет и можно говорить более-менее открыто: камеры все равно смотрели в несколько иную сторону, а Кияр, оставив его здесь, удалился для оформления официального отчета о текущем положении расследования джедая. — Ты разговаривал с ней, когда кто-то был рядом. Вы не были наедине, — ситх поиграл бровями. — Но на завершение разговора поцелуем ставить не буду. Сдается мне, что ты не так ее любил, чтобы прикрыть глаза на ваш бредовый кодекс и отдаться чувствам… — «Бредовый»? Ты… — Не начинай, Кеноби. Давай не будем продолжать тысячелетний спор о том, чьи многостишья лучше, — теперь призраку пришлось закатить глаза. — Чего ты так печешься о моей личной жизни? Ты вообще в моей голове, грубо выражаясь, пролетом… — Залетом, блин. Я уже сказал, что ты садист. Не только по отношению ко мне, но и к себе. Я был в твоей голове, Кеноби, и видел состояние мыслей и воспоминаний о Сатин. И знаешь, что? Они сияют чистотой: ты обращаешься к ним гораздо чаще, чем считаешь, так что ее светлый образ даже запылиться не успевает. И меня просто-напросто бесит, когда человек говорит об одном, а делает совершенно иное. Или притворяется. Поэтому было бы прекрасно восстановить справедливость… — Я не… — джедай хотел возразить, однако прекрасно понимал, что спорить с бестелесным ситхом бесполезно. Но в чем-то он был прав: Оби-Ван не забывал Сатин все эти годы. Пытался, тут уж глупо врать самому себе, но не смог. Марев, который на несколько секунд успел пропасть и вернуться, сейчас сидел и безостановочно чихал. — Что это с тобой? Кира вспоминает? — Безусловно, и это тоже. Но тут причина в тебе: у тебя там в подсознании нехилая такая пылевая буря. Ты со стольких воспоминаний смахнул пыль, что в пору говорить о появлении нового сезона в календаре — пылевого. Хотел отдохнуть от твоего общества, но придется тут быть с тобой, пока ваша встреча не закончится. Оби-Ван явно хотел что-то сказать про то, что стоило бы ещё очистить пару сотен воспоминаний, как в этот же самый момент двери в тронный зал открылись, позволяя джедаю войти внутрь. Помещение было полностью залито светом, проникавшим через стеклянные стены, так что создавалось ощущение, что у этого помещения просто нет границ. Мраморный рисунок на полу вел в самую дальнюю часть помещения, к небольшому пьедесталу, в центре которого стоял трон, на котором восседала Сатин Криз. — Герцогиня, рад, что у Вас нашлось время для разговора, — почтительно начал джедай, приближаясь к женщине. — Счастлива видеть Вас в добром здравии, генерал, — Сатин величественно улыбнулась и едва заметно кивнула. — Вы хотели рассказать о ходе расследования? Правительница поднялась с трона и не спеша прошла к одному из окон. Кеноби проследовал за ней, правильно поняв ее желание отойти подальше от гвардейцев. — Да. У нас наметились некоторые сдвиги. Мы проверили показания Киры, и они отчасти подтвердились: согласно информации, предоставленной нам хозяином одной из закусочных, что располагалась в непосредственной близости от места взрыва, через несколько минут после инцидента к нему зашла женщина в мандалорских доспехах и с этим символом на наплечнике. Джедай снял с пояса голопроектор и активировал его, демонстрируя герцогине до боли знакомый ей символ. — Не может быть! Это «Дозор Смерти», — женщина замолчала на несколько секунд, но затем собралась с силами и продолжила: — Мне казалось, что сейчас они не более, чем сборище хулиганов, портящих общественные здания. Выходит, что группа стала более организованной и оснащенной, чем мы могли представить. — Выходит, что так, — согласился джедай, наблюдая за дневным автомобильным трафиком. — Еще нам удалось узнать, что подозреваемая направилась на Конкордию. Это место или какой-то район? — Это одна из лун Мандалора. Там когда-то добывали бескар, Мандалорское железо, а до этого она была аграрным спутником. У Конкордии есть свой губернатор, мы можем узнать у него об аномальной активности где-то на планете… — Но при этом он сам может быть замешан в делах с этой организацией. Не стоит лишний раз посвящать в наше расследование посторонних. Достаточно, что в курсе будете Вы, джедаи на этой планете и ваш личный гвардеец, — высказал свою позицию Оби-Ван, и герцогиня, подумав некоторое время, согласилась с доводами старого друга. — Генерал Кеноби, я так понимаю, что вы отправитесь на Конкордию с целью найти террориста? — Да, герцогиня. Нам нужны четкие доказательства причастности к нападению Дозора Смерти, — джедай догадывался, к чему ведет Сатин, но до последнего надеялся, что ошибается. — Тогда я отправлюсь с вами. Вы заинтересованное лицо, а значит, можете интерпретировать найденные улики так, как выгодно вам, хотя я уверена, что вы этого не сделаете, — величественно ответила герцогиня, полностью оборачиваясь к джедаю. — Как пожелаете, ваше величество. Если вы считаете это необходимым… — Оби-Ван почтительно склонился, уже собираясь уходить, однако, герцогиня неожиданно нарушила воцарившуюся тишину: — Жаль, что наши встречи проходят только при таких неспокойных обстоятельствах… — Оби-Ван вновь обернулся к женщине и успел заметить в ее глазах неподдельную печаль. — К сожалению, я не распоряжаюсь своей жизнью, — Кеноби прекрасно понимал, куда идёт разговор. И как раз его мысли подтверждал на периферии зрения Марев, который махал рукой и показывал ладонями сердечки, явно намекая джедаю, чтобы тот не тупил, однако у Оби-Вана были свои четкие моральные устои. И нарушить их он не мог. Не мог ли?.. — Джедай должен быть всегда там, где он нужен, Ваше Высочество. — Ты нужен мне здесь, рядом со мной, Оби-Ван… — произнесла после некоторого молчания Сатин, отводя взгляд в сторону окна, чем ошарашила и джедая, и ситха. — Вот те на… Если ты ее зафрендзонишь, я тебя возьму под контроль и скинусь с небоскреба, — пригрозил ситх, подходя ближе и всматриваясь в лицо герцогини. — Знаешь, по румянцу на щеках, я бы сказал, что она искренне любит тебя, — Марев обернулся к Кеноби и закатил глаза, видя его никак не изменившееся выражение лица. — Ты серьезно?! Вот… Однако договорить никому из присутствующих не дал входящий звонок на коммуникатор джедая. Активировав его и поднеся к лицу, мужчина спросил: — Слушаю. — Мастер Кеноби, это Калеб! На совет только что напали! Мы с гвардейцами успешно отразили нападение, но они скрылись, успев улететь на кораблях, — мальчик говорил отрывисто, видно было, что он только что бежал. — Жертвы есть? — спросил Оби-Ван, хмурясь. Раз они уже почти в открытую напали на совет… В каком же они отчаянии? — Нет, мастер. Все целы. Пострадала лишь пара дроидов, в которых прилетели рикошеты от меча… Все высокопоставленные лица сейчас в охраняемом помещении с гвардейцами, а я на посадочной площадке… — Оставайся там. Я… — джедай быстро посмотрел на Сатин, — … и герцогиня скоро будем. После этого он отключил передатчик и посмотрел на женщину. — Ваше величество, вы точно уверены, что желаете направиться со мной на Конкордию? — мужчина был хмурым и несколько сбитым с толку такой открытой атакой, что не ускользнуло от взгляда ситха. — Она ДОЛЖНА лететь с тобой. Здесь для нее будет не менее опасно. Скорее всего, эта атака была совершена, чтобы мотивировать тебя быстрее улететь с Мандалора и оставить Её Высочество под присмотром менее опытного джедая. «А может они как раз и хотят, чтобы она осталась под защитой всего одного джедая» — резонно заметил мужчина, смотря в след удаляющейся герцогине, которая попросила время на смену официального платья на более подходящий наряд. — Но они не знают, что у тебя есть я, — Марев расплылся в широкой улыбке, которой лишь немного не хватало до оскала. — Поверь, от меня они не скроются.***
Калеб нервно ходил из стороны в сторону, не находя себе покоя: учитель все еще оставалась под арестом, хотя оба джедая могли с уверенностью поклясться, что это не она, да и террористы, которые только что совершили нападение, бесследно скрылись. Ну и как в подобной ситуации сохранять спокойствие?! — Мастер Кеноби! — сразу воскликнул падаван, как только увидел джедая, выходящего на посадочную площадку из дворца, после чего подбежал к нему и учтиво поклонился ему и герцогине. — Вы выяснили, где искать виноватых в первом взрыве? — Да, мы как раз с Её Высочеством сейчас направимся туда, — джедай, пока отвечал падавану, следил за заходящим на посадку шаттлом, видимо, вызванным герцогиней и предназначенным для того, чтобы доставить их на Конкордию. — Дайте угадаю: мне следует остаться приглядывать за Советом? — энтузиазм падавана быстро убавился, а на лице возникла кислая мина. — Именно так. Не хотелось бы оставлять столь важных людей без должной защиты, — Оби-Ван похлопал юношу по плечу, проходя мимо него вслед за Сатин. — Мне сообщить учителю, что вы напали на след? Мне кажется, что ей стоит знать… — спросил Калеб, скрещивая руки на груди и ожидая ответа. — Сообщи. И передай ей, что её старый знакомый — та еще заноза! — на эти слова ситх, все время находившийся рядом, презрительно фыркнул, еле сдерживаясь, чтобы не сказать джедаю парочку слов на нелицеприятном хаттском. Путь до Конкордии, который занял всего пару часов, джедай и герцогиня проделали в относительной тишине, не имея желания поднимать незаконченную тему в присутствии пилотов, которых не было смысла посвящать в личные дела правительницы Мандалора. — Все ли шахты сейчас работают? — поинтересовался Оби-Ван, когда шаттл заходил на посадку. В ангаре их уже ждал губернатор луны в сопровождении двух телохранителей. — Нет, сейчас они все закрыты, производство остановлено на время восстановления лесов Конкордии. Ты хочешь проверить их? В это время корабль мягко сел, позволяя прилетевшим, наконец, покинуть тесное помещение. — Да, герцогиня. Если вы пообещаете не попадать в неприятности, пока меня не будет, — попросил генерал, шагая вслед за женщиной к встречавшей их делегации из трех человек. Все время, пока между губернатором и Сатин шел разговор, Оби-Ван молчал и не вмешивался, ведь это были дела Мандалора, и он не мог диктовать собственные условия расследования. — Ты знаешь, где стоит искать хоть какие-нибудь улики? — спросила герцогиня, когда Пре Визла покинул посадочную площадку. — Нет, доверюсь Силе, — джедай снял с пояса небольшой переговорное устройство и протянул его женщине, а после того, как она его взяла, прошел к одному из спидербайков, что стояли вдоль стены, и активировал его. — Я постараюсь не создавать проблем, обещаю! — двигатели транспорта взревели, и мужчина на всех парах помчался из посадочного ангара. От места посадки вели три давно вырытые и укрепленные дороги, каждая из которых, как подсказывало чутье Оби-Вану, шли вплоть до самых шахт. Сила вела его к ближайшей, а джедай не привык спорить с ней, полностью доверяя её видению. — Сила — вещь переменчивая. Как по мне, она подсказывает правильное направление лишь в исключительных случаях, — заметил появившийся Марев, когда Кеноби остановился около металлических дверей, ведущих на одну из выработок. — Я думал, что ситхи не полагаются на Силу. Только на свои негативные эмоции, — один удар световым мечом по панели управления сработал лучше любого ключа. — Кеноби, ты мыслишь стереотипами, которые на протяжении поколений вбивали в ваши и в наши головы. Ситхи, по твоему мнению — это безжалостные убийцы, готовые на все ради личной выгоды, власти и утоления своих садистских наклонностей. Джедаи же, по моему мнению — это безрассудные фанатики, убивавшие всех без разбора, кого подозревали в содействии ситхам или проявлял интерес к темной стороне Силы, прикрываясь долгом и стремлением очистить мир от зла. Но ты не такой. И я не такой. Так что же не так? — Это ты сейчас себя изгоем назвал? — джедай невольно усмехнулся, вновь активируя меч, чтобы освещать себе путь вдоль остановленной ленты, по которой к выходу доставлялась порода. — Нет, инакомыслящим. Я продвигал идею, что Силе не нужна односторонность. Она перестанет быть Силой, если станет только Светлой. Или Темной. Так что да, возвращаясь к изначальному посылу, я полагался на Силу в разных случаях. И лечить Силой умел. У ломать шейные позвонки Силой тоже умел. — Странный ты, — Оби-Ван оглядел призрака с ног до головы. — О, поверь, я полон сюрпризов, мой джедайский… напарник. Например, таких, что я сейчас слышу, как сюда идут двое. Выруби свою светошашку и спрячься куда-нибудь… Мужчина не стал спорить с ситхом, так как сам почувствовал, что мимо коридора сейчас должен кто-то пройти. Это оказались двое человек в такой же броне, в которую была одета та женщина, виновная в первом взрыве. — Значит, мы пришли по адресу, — прошептал мастер, теперь уже осторожно прокрадываясь в большое помещение, что служило некой развилкой для множества транспортировочных лент, которые шли из дюжины разных пещер. И она была хорошо освещена. Подойдя к одной из таких лент, джедай с удивлением обнаружил на ней… шлемы. Мандалорские шлемы, оформленные в черно-синем цвете. — Дай посмотрю, — призрак склонился к броне и присвистнул. — Из Мандалорского железа. Герцогиня говорила, что шахты не работают, но Ночной дозор, видимо, прибрал их к себе и начал клепать себе топовый шмот… — Что? — Оби-Ван не совсем понял смысл фразы собеседника, не разбирая, что это за диалект такой или наречие. — Они решили наделать себе брони такой, что не всякое оружие возьмет. Даже световой меч. Это, конечно, не картозис, но тоже обеспечивает хорошую защиту… Джедай, пока ситх рассказывал, осмотрел все помещение, высматривая в нем как джетпаки, так и большое количество различного вооружения. А это было ой, как не хорошо… — Если они вторгнутся на Мандалор под личиной какой-то третьей организации… — начал Оби-Ван, а Марев за него закончил: — У текущего правительства не будет шансов. Герцогине придется принять помощь Республики или Сепаратистов, что разрушит её образ пацифистского лидера. — И тогда многие обратятся к Дозору Смерти, который выступит защитниками населения, — невесело заключил мужчина, в последний раз осматривая окружающее пространство. — Нужно сообщить Сатин, чтобы сюда прислали гвардейцев для конфискации… Договорить он не успел, поскольку его стремительно атаковал внезапно появившийся рядом с ним один из мандалорцев, облаченный в ту же броню, что сейчас производилась здесь, и который, судя по всему, до этого момента использовал маскировку. Воспользовавшись эффектом неожиданности, нападавший сбил джедая с ног, тут же уходя из-под возможной атаки и скрываясь между множества переборок, что выступали временным хранилищем руды. — Я член дипломатической миссии и нахожусь под защитой герцогини, — громко высказал свою позицию мастер, активируя световой меч. — Не прокатит… — покачал головой призрак, что сразу подтвердил появившийся между ящиков мандалорец, с ходу стреляющий в джедая. Форсъюзерам оставалось только уважительно отметить стремительность перемещения противника, которой, впрочем, лучше бы не было… — Мы не признаем ее власть! Враг одновременно использовал как свое оружие, так и навыки ближнего боя, сокращая расстояние для удара при помощи джетпака на спине. Однако он оказался здесь не один: второй, до этого момента сидевший в засаде, одним точным выстрелом выбил световой меч из рук Оби-Вана, отчего тот отлетел достаточно далеко в сторону. Первый почти сразу после этого решил лезть в рукопашную, однако навыки Кеноби не ограничивались только фехтованием: силовая волна сбила обоих противников с ног, давая джедаю немного времени, чтобы вернуть себе оружие. Однако, в этот самый неприятный момент в драку вмешался третий мандалорец, неожиданно распыливший в непосредственной близости от мужчины неприятно пахнущий газ. Не успев среагировать, Оби-Ван вдохнул его, после чего ощутил головокружение и накатывающую сонливость. Перед глазами быстро разрасталась тьма, и последнее, что он услышал, стало мандалорское наречие: — Сообщи Визле, что джедай у нас. Нам нужно знать, что с ним делать… Через сколько времени он очнулся, Кеноби не знал. Однако то, что он был в плену, не вызывало сомнений: об этом красноречиво намекало то, что он находился в перевернутом вверх ногами положении в фиксирующем поле, которое медленно приближалось к дробящему прессу для горных пород по подающей ленте. По беглой оценке Кеноби, у него оставалось в запасе всего десять минут, может даже пятнадцать, и то в лучшем случае. Хотя, само понятие «лучшего случая» было в текущей ситуации достаточно неопределенным… — Блеск… — джедай закатил глаза, с трудом доставая до передатчика на руке и вызывая Сатин на помощь. На ситха рассчитывать было нельзя, он был лишь призраком, который не мог, по мнению джедая, взаимодействовать с материальным миром. — Вообще-то это не совсем так, — пояснил Марев, материализуясь около панели управления и демонстративно изучая её. — Как я и говорил, я могу быть вполне физически ощущаемым, вот только это, боюсь, умеет делать только Кира. У тебя сейчас не выйдет. — А это знание мне сейчас как-то поможет?! — Оби-Ван наклонил голову, чтобы хоть как-то видеть своего собеседника. — Абсолютно никак, — честно признался ситх, улыбаясь и тыча пальцами в разные приборы. — Это дробилка, ты в курсе? На выходе ты окажешься во множественном кубическом состоянии. — Ты, что ли, удовольствие от издевок получаешь? — это был, скорее, риторический вопрос, ответ на который был предельно очевиден. — Угу, ловлю оргазмы каждую секунду, — ситх посмотрел на джедая исподлобья и хмыкнул. — Нет, пытаюсь отвлечь тебя от мыслей о неминуемой болезненной смерти, если твоя дорогая Сатин не успеет вовремя. Но и издеваться над тобой мне тоже нравится. Конечно, Марев мог бы легко манипулировать рубильником самостоятельно при помощи Силы из небольших собственных запасов, вот только он надеялся, что до этого не дойдет, и на выручку джедаю явится его прекрасная любовь. Ведь на почве спасения из смертельной опасности гораздо проще построить отношения. Ну, так утверждали старенькие романтические фильмы, которые он имел несчастье когда-то посмотреть. Сам он, разумеется, старался не докатываться до столь абсурдной ситуации. — Она не… — именно в этот момент лента сменила направление, выходя на финишную прямую перед двумя толстыми прессами, что должны были прикончить джедая, но только в случае, если бы в этот момент на задворках сознания не показалась знакомая аура: герцогиня. — Ладно, я поспешил с выводами. Приближающийся перестук каблуков оповестил мужчин о том, что герцогиня находится в непосредственной близости, после чего они увидели и саму женщину, пребывающую во взволнованном состоянии. Впрочем, это не мешало ей поступать максимально холоднокровно. — Оби-Ван, как ты умудрился оказаться в таком… состоянии? — спросила Криз, взбегая на платформу, где располагалась панель управления. Она изучающе пробежалась взглядом по рядам кнопок и тумблеров, логически прикидывая их назначение и выискивая нужные. — Расскажу чуть позже, если останусь жив. И, Сатин, выруби, пожалуйста, пресс! — В голосе джедая слышалась едва уловимая паника. Все же, оказаться раздробленным на маленькие кусочки не хотелось. — Я пытаюсь! Тут слишком много разных кнопок и рубильников! — женщина нажала на одну из кнопок, но вместо полной остановки ленты, части пресса начали сходиться с удвоенной скоростью. — Сатин! — уже безысходно крикнул Кеноби, оказываясь почти между плоскостями пресса. На помощь пришел Марев, с помощью Силы направивший руку герцогини к нужной кнопке. Та поспешила нажать на неё, отчего машина остановилась буквально в паре сантиметров от лица Кеноби. Кнопку же отключения силового поля женщина нашла даже без помощи призрака, после чего поспешила на помощь к мужчине. — Ты в порядке? — герцогиня помогла джедаю встать, а потом и отряхнуться от рудной пыли. — Да, теперь в порядке, — джедай огляделся вокруг в поисках своего светового меча, вот только чутье ему подсказывало, что его оружие было сейчас в руках неприятеля. Переключив свое внимание на изучение окружения, мужчина отыскал глазами лифт на другой стороне конвейера. Ведь, как подсказывало ему чутье и Силы, в первую очередь их будут искать тем путем, которым они пришли, а значит, надо выбираться другим способом… — Сатин, возвращайся в рези… — однако магистр умолк на полуслове, когда он вспомнил губернатора. — А как зовут управляющего луной? — Пре Визла, а что такое? Ты думаешь, что он тоже в опасности? — поспешила узнать причину смятения джедая женщина. — Нет, думаю, что именно он стоит за Дозором, — и на вопросительно-скептический взгляд герцогини, мужчина поспешил пояснить: — Те, кто меня схватили, упомянули некого Визлу, думая, что я уже отключился. Нет, может это какой-то его родственник… — Нет. У него нет семьи или родственников. Живых, по крайней мере, — Сатин этим ответом подтвердила слова джедая. Нахмурившись, она посмотрела на мужчину, и в ее глазах легко читался вопрос: «И что нам делать теперь?». — Что ж, логичным будет постараться выбраться с этой Луны и добраться до Мандалора… Оби-Ван уверенно взял Сатин за руку и потянул за собой к лифту. Этот жест был спровоцирован соображениями о безопасности герцогини и попыткой не отпускать от себя, защитить, однако по факту отозвался трепетом под ребрами, будто двадцать лет назад, когда они были ещё подростками. Нажав на кнопку вызова лифта, джедай попытался успокоиться, чтобы привести мысли в порядок: он понимал, что может защитить дорогого ему человека, только будучи холоднокровным, чему не способствовал адреналин, вызванный осознанием ситуации, в которой они находились. Сатин, сохраняя на лице беспристрастное выражение, переплела с джедаем пальцы, и это тоже не способствовало сохранению последним спокойствия. Они зашли в подошедший лифт, и Оби-Ван занервничал ещё больше, осознавая, что безоружен, а наверху их может ждать засада, и защищать женщину ему придется только с помощью Силы. — Мне казалось, мастера-джедаи не поддаются своим эмоциям, — заметила женщина, слегка приподнимая бровь. Это была попытка в некотором роде разрядить обстановку, потому что герцогиня прекрасно видела, что мужчина был на взводе. — Мне казалось, что лидеры Мандалора быстрее принимают решения в стрессовых ситуациях, — не сдержался от ответной шпильки джедай, намекая на длительность своего освобождения. Глубоко вздохнув в попытке окончательно успокоиться, он продолжил: — Спасибо, что спасла. — Негоже такому хорошему джедаю умереть во всеми забытой шахте на задворках Мандалора… — женщина улыбнулась. Однако улыбка быстро сошла с ее лица, когда двери лифта открылись. Они находились в огромном пологом многоярусном горнодобывающем кратере. Каждый ярус являлся, по сути своей, дорогой, по которой в рабочее время перемещались специализированные машины, и на которые выходили несколько лифтов, ведущих, судя по всему, на разные уровни подземных сооружений. Сейчас герцогиня и джедай находились на несколько ярусов выше дна кратера, на котором находились три шаттла, и на пару ярусов ниже середины глубины кратера в целом. Но причиной расстройства герцогини стали двое Дозоровцев, которые в данный момент стояли к ним с Кеноби спиной. Оби-Ван среагировал предельно быстро, насколько вообще позволяли человеческие рефлексы, подпитываемые Силой, осторожно толкая Сатин в сторону, за ближайшие камни, что периодически возвышались на некоторых ярусах. Здесь бы их сразу не увидели, что позволило бы попытаться выбраться незаметно и угнать один из шаттлов, что сейчас загружались членами Дозора разным оборудованием. Если предоставить его совету Мандалора, то этого было бы достаточно для доказательство чрезмерной опасности этой радикальной группировки. Впрочем, они не учли лишь одного: область за скалой не просматривалась с одной стороны, но была, как на ладони, с другой. Именно поэтому, прежде чем герцогиня успела задать закономерный вопрос джедаю, им в спину ткнули холодным металлическим стволом бластерной винтовки. — Без резких движений, — сказал один из двух мандалорцев, что схватил горе-лазутчиков, ловко сдернул с пояса Сатин подсумок с миниатюрным дамским шокером бластерного типа: хоть герцогиня и была пацифисткой, но не была дурой, чтоб сунуться в однозначно опасное место совершенно безоружной. Дозоровец посильнее толкнул женщину винтовкой в спину, и та вынужденно пошла вперед. Они шли в сторону посадочной площадки на дне карьера, где отдавал приказы остальным членам Дозора Смерти никто иной, как сам Пре Визла в полном боевом обмундировании. Когда он и герцогиня встретились взглядами, последняя не могла сдержать презрения. Ей стала очевидной причина столь долгого периода невозможности отследить и наказать эту террористическую группировку. — Герцогиня. Не думал, что вы решитесь лично пробраться на нашу базу… — спокойно и размеренно сказал мужчина, жестом указывая своим соратникам завершить погрузку на корабли и улетать для дальнейшего выполнения его указаний. Он не сомневался, что его и двух приспешников с лихвой хватит для противостояния джедаю и женщине. — Никак решили спасти генерала-джедая? — он смерил Оби-Вана изучающим взглядом, а потом горделиво хмыкнул. — Кеноби, — мир вокруг начал двигаться в сотни раз медленнее, будто бы джедай смотрел замедленную съемку какого-то фильма. Перед ним появился призрак, и от мужчины не ускользнуло то, что ситх был зол. — Мне надоело, что ты тянешь сарлака за щупальца и затягиваешь расследование. Ты сейчас думал о том, как выкрутиться из сложившейся ситуации и спасти герцогиню. Но ты при этом забыл, что нам нужны еще и доказательства невиновности Киры! — призрак при этом будто бы стал более прозрачным, чем обычно, а цветовое разнообразие в его силуэте сузилось до оттенков синего. А еще через секунду он растворился, будто бы устав и не сумев больше ничего сказать. Кеноби закусил губу. Он и правда забыл, что им требовалось доказательство того, что не Кира устроила взрыв, и что она не причастна к Дозору смерти. Но чтобы это точно узнать, надо было разговорить врагов. А это «Переговорщик» умел лучше всего. Воспользовавшись Силой, а потому незаметно для окружающих, он включил запись на коммуникаторе на запястье и обратился к лидеру Дозора: — Значит, от мелких пакостей перешли к взрывам и покушениям? Не выглядите вы способными на это, — джедай пожал плечами, насколько ему позволял упирающийся в лопатки вражеский бластерный ствол. — Генерал Кеноби, вы серьезно? — Пре Визла не поверил своим ушам. Этот джедай действительно сомневался в силе и мощи истинных детей Мандалора?! — Мы единственные, кто способен на это! Это наш вызов, наш сигнал всему Мандалору, что герцогиня и её подданные слабы и беззащитны! — Ах, ну да, я же забыл, что у вас в команде есть джедай. Ну тогда да, способны… — Кеноби закатил глаза. — Мы ненавидим джедаев! И никогда не объединимся с ними! — со злостью выплюнул мандалорец, в секунду переходя с мыслей о восстановлении мандалорского величия до банальной злобы. — Отлично! Мы получили доказательства! — ситх прищелкнул пальцами, вновь появляясь и подходя к джедаю вплотную, заглядывая ему за спину через плечо, при этом шепча на ухо: — А теперь, если позволишь, я сдвину чашу весов в этой безвыходной ситуации в нашу сторону. Марев круто развернулся и протянул руку в сторону ближайшего космического корабля. Течение времени восстановилось, и джедай с удивлением наблюдал за манипуляциями призрака. Шаттл, стоявший позади Пре Визлы, медленно поднимался над землей, в то время как его части сминались, будто под сильнейшим давлением: металл скрежетал, гнулся, а там, где проходили топливные элементы, раздавались взрывы. Впрочем, это зрелище привлекло не только внимание Кеноби, но и всех окружавших его людей, и герцогиню мандалорцев в том числе. Это был отличный отвлекающий маневр, которым джедай не преминул воспользоваться: резко развернувшись, он ударил оппонента локтем по шлему, сбивая его, а потом, схватив за руку мужчину и притянув к себе, использовал инерцию, чтобы кинуть его во второго члена Дозора Смерти, что держал на прицеле герцогиню. Та боялась даже пошевелиться, понимая, что находится на мушке, и если ее убьют, то к власти придут не лучшие претенденты, и она будет ответственна за это. Впрочем, Кеноби прекрасно контролировал ситуацию, так как сумел забрать при помощи Силы свой меч с пояса Пре Визлы, после чего подхватил женщину на руки и, используя Силу, совершил прыжок в сторону, оставляя между собой и противниками как можно большее расстояние. Рядом с ним находилась груда камней и довольно больших кусков скальных пород, которые могли стать отличным укрытием. — Сатин, найдите безопасное место! Я отвлеку их на себя, — крикнул джедай, активируя меч. Герцогиня помедлила лишь секунду. Конечно, она была пацифисткой, но, в первую очередь, правительницей Мандалора, а потому отсиживаться в укрытии было для нее мучительно, однако она понимала, что сейчас безоружна, а потому должна оставить всё на джедая, которого воспитывали как солдата и готовили к подобным ситуациям. Проследив, как женщина быстро скрывается за камнями, Кеноби вышел навстречу Пре Визле. А в том, что тот захочет его убить, и дуэль неминуема, «Переговорщик» не сомневался. — Bal tion’jor did gar betray te duchess, governor? Зачем вы предали герцогиню, губернатор? — спросил Оби-Ван на довольно неплохом Мандалорском, краем глаза замечая появившегося рядом Марева. Ситх выглядел осунувшимся и уставшим, но довольным своей пакостью, будто кот, объевшийся сметаны. — Слышать от тебя мандалорское наречие отвратительно! Не позорь наш язык, джедай, — прошипел Визла, приближаясь к мужчине вместе с двумя подручными. — Она в союзе с тобой и твоим Орденом. Это уже одна из причин, почему она позорит звание мандалорца. Мы ведь веками сражались с вами. И убивали таких, как вы. Мандалорец занёс руку над плечом, скользнув ладонью назад, туда, где была верхняя часть ракетного ранца, и отцепил с него нечто, напоминающее рукоять светового меча… Так показалось на первый взгляд, и, хотя Оби-Ван засомневался в увиденном, ошибкой это не было: Визла активировал черный световой клинок. Было странно видеть в руках этого человека единственное в своем роде и столь легендарное оружие. — Это кто тут еще кого позорит, — призрак презрительно фыркнул, наблюдая за тем, как топорно, по сравнению с чувствительными к Силе, движется меч в руке мандалорца. — Это оружие не достойно его. — Защищайся, джедай! Визла стремительно атаковал, нанося быстрые и мощные удары, держа меч то двумя, то одной рукой. Казалось, удары сыпались со всех направлений, но Оби-Ван безошибочно блокировал или уворачивался от каждого удара, не стремясь атаковать, хотя душа и изнывала от желания начистить мандалорскому изменнику лицо. Максимально, что он позволял себе, так это ответить несколькими ударами в рукопашной, когда предоставлялся удобный момент, а также задевать и перетягивать на себя внимание оставшихся двух дозоровцев, тем самым тяня время для того, чтобы Сатин наверняка нашла безопасное место. У Пре Визлы, в отличие от Кеноби, в данный момент была только одна цель — уничтожить противника, а потому сражался он в полную силу, используя весь свой арсенал в битве с джедаем: ракетный ранец предоставлял ему достаточную маневренность, чтобы атаковать форсьюзера неожиданно, а огнемет не давал тому приблизиться для рукопашной атаки, ведь мандалорец хоть и был мастером ближнего боя, пока не мог сравниться с лучшим фехтовальщиком Ордена. Однако весь запал губернатора спутника на более-менее честную дуэль моментально иссяк, когда Оби-Ван, сократив расстояние между ними, полосанул мечом по его руке, лишая его возможности полноценно сражаться дальше. Конечно, рука осталась на месте, по большей мере защищенная броней, однако световой меч джедая все же повредил ее. Из-за травмы Пре Визла на секунду потерял концентрацию, ослабил оборону и закономерно получил два увесистых удара в челюсть, из-за чего отлетел назад. — Убейте его и герцогиню! — буквально выплюнул приказ лидер Дозора и, стерев кровь с подбородка, отступил назад, предоставляя расправу над республиканцами своим самым преданным соратникам. Дозоровцы, в свою очередь, не стали медлить, подлетая на своих ранцах вверх и принимаясь поливать джедая бластерным огнем из своих винтовок. Один из них, не прекращая огня, отлетел в сторону, выискивая при помощи визора Сатин. И безошибочно нашел на два яруса выше Кеноби: герцогиня не теряла времени и под прикрытием крупных камней забиралась все выше, регулярно проверяя комлинк, который держала в руке: даже на таком расстоянии от шаттлов Визлы связь не работала, поскольку Дозор имел привычку перестраховываться, а потому держал глушилки всегда включенными. — Подрывай джедая, я за герцогиней! Совершив резкий маневр, тот самый нападавший направился напрямую к женщине. И он убил бы её, если бы неведомая сила не остановила его в воздухе и не впечатала с размаху в землю, моментально выводя мандалорца из строя, но не убивая. Второй же нападавший, внимание которого до сих пор было сосредоточено на Кеноби, отлетел в сторону, врезаясь спиной в скалу. Оби-Ван не стал терять времени, подпрыгивая и придавая себе ускорение Силой: он всего в пару прыжков преодолел расстояние, отделявшее его от Сатин. Он был благодарен Квинлану Восу, который когда-то на спор учил вместе с ним эту технику, поскольку сейчас она была как нельзя кстати. Кеноби и Криз разделяли всего несколько шагов, и джедай уже протянул к ней руку, однако прямо перед ним в землю врезалась ракета, взрываясь и откидывая джедая назад. В ушах стоял звон, а перед глазами немного двоилось. Он не был ранен, так как в ином случае он бы почувствовал это, но при этом боец из него в ближайшие пару минут был никакой. Но как только зрение восстановилось, боль он все же почувствовал, хотя далеко не физическую: Сатин была на мушке у мандалорца. Джедай не видел способа, как спасти ее: в текущем состоянии он мог не рассчитать Силу и навредить герцогине, вместо того, чтоб оттолкнуть из-под огня, а преодолеть те несколько метров, что сейчас разделяли их, чтоб закрыть ее собой, он бы чисто физически не успел… Мир пошел рябью и трансформировался. — Ты как аколит, Кеноби! Трясешься, словно только придется пройти первое испытание, — усмехнулся Марев. Сейчас они оба стояли посреди темного, ночного леса, окутанного туманом. Здесь не было никаких звуков, запахов, только мертвая тишина. И это откровенно пугало джедая, заставляя оглядываться по сторонам. Глупец тот, кто считает, что джедаям неведом страх. Да, порой они его испытывают, но контролируют. Однако здесь, среди деревьев, что, казалось, дышали самой Силой, чувствовалась опасность. — Где мы? Что… — Не переживай, в реальном мире время остановилось. А это, — ситх сделал несколько шагов вперед, одновременно оборачиваясь вокруг своей оси и разводя руки в стороны, — твой внутренний мир. Точнее, одна его маленькая часть. Я постарался его представить, как можно более понятно, но моя фантазия уперлась в твой… Короче, в твое отсутствие фантазии. Так что принимай такую визуализацию. — Это часть меня? Здесь довольно жутко, — Оби-Ван не стал врать и лукавить с характеристикой этого места. — Ну, я не эксперт в твоем подсознании, но подозреваю, что это из-за твоего воспитания. Видишь ли, — Марев расслабленно убрал одну руку в карман, а второй указал на несколько особо высоких и толстых деревьев: — Это — твои боевые навыки. Все деревья, что ты сейчас видишь — это то, чему ты когда-то научился. А так как джедаев с юного возраста учат миру, то столь… первозданная и прекрасная боевая мощь вызывает у вас страх. Страх потерять контроль. — Почему здесь так темно? Ведь ты наверняка и это знаешь, — джедай переборол свой страх и осторожно коснулся ближайшего и самого толстого дерева в этом лесу. Перед глазами пробежали годы тренировок Соресу, полные неудач и успехов в освоении этого стиля. — Сейчас ты не используешь ни одного из изученных тобой боевых умений, поэтому эта часть твоего сознания дремлет. Но я привел тебя сюда не для рассказа об этом месте, — Марев кивком указал джедаю следовать за ним. — А зачем тогда? — Оби-Ван нахмурился, но покорно пошел вслед за мужчиной. Странно было осознавать, что ситх знал о его внутреннем мире гораздо больше его самого. — За этим, — Марев остановился и указал кивком на небольшое углубление в земле среди множества корней, что шли от других гигантов. — За ямкой? — джедай приподнял бровь, пытаясь понять, что за странные шутки у этого призрака. — Да, Кеноби, за ямкой, — ситх вздохнул. — Дослушай, а потом уже придумывай искрометную шутку. Дождавшись, пока джедай кивнет, он продолжил: — Тут такое дело: я осмотрел все твои деревья, и ни одно из них сейчас не поможет в данной ситуации. Даже толчок Силы, поскольку в текущем состоянии ты можешь промахнуться. Но, я знаю несколько боевых приемов, что пригодились бы сейчас… — Так покажи мне их… — резко прервал Оби-Ван ситха, но тот только горестно застонал и смерил джедая тяжелым и раздраженным взглядом: — Я не могу! Меча тут нет, Силу не использовать! А в реальном мире я не смогу и показывать тебе, и время замедлять! Но я могу поделиться с тобой своими навыками. Моя эгоистичность бьет в набат, но я готов в этот раз ей пожертвовать и дать тебе те же навыки, что были у меня во время моей… жизни. И прежде чем ты начнешь бузить на несовместимость наших техник, я уверяю тебя, что они не принадлежат ни к темной, ни к светлой стороне. Только специфичное взаимодействие с физическими предметами и законами. — Почему сам не поместил мне их… в голову? Зачем тебе мое разрешение? — Оби-Ван сощурился, а Марев в очередной раз тяжко вздохнул. — Чтобы потом не жаловался Кире, что я своевольничал. Так что? Узнаешь что-то новое? Или пробуешь своими силами? — Делись уже, — Оби-Ван кивнул, а потом проследил все более и более завороженным взглядом за тем, как ситх кончиками пальцев касается себя под самыми ключицами, словно к душе прикоснуться хочет, а потом отводит руку от груди, извлекая что-то светящееся, напоминающее маленькую бледную звездочку. Символ Знаний? Ситх осторожно сместил руку, и когда его кисть оказалась над углублением в земле, звездочка сорвалась с кончиков пальцев и медленно упала вниз. Первые секунды соприкосновения с землей ничего не происходило, но потом звездочка начала увеличиваться и вытягиваться вверх, принимая очертания небольшого деревца, не более полуметра в высоту. — Ты интуитивно поймешь, как им пользоваться. Мой совет только — запомни вес своего меча, потом будет легче ловить. Джедай хотел возмутиться тому, что в принципе что-то новое надо объяснять, но темный лес постепенно начал светлеть и растворяться, в то время как мир вокруг принимал знакомые очертания горнодобывающего карьера. И здесь все было так же, как и десять минут назад: мандалорец и Сатин у него на прицеле. Вот только Кеноби теперь точно знал, как поступить. Джедай перехватил меч и запустил его в нападавшего, подгоняя и раскручивая с помощью Силы, однако лезвие он активировал при помощи все той же Силы только в момент выстрела, чтобы меч до последнего не привлек к себе внимания. Снаряд отразился в сторону, но при этом клинок тут же погас, чтобы не задеть Сатин при вращении. Оби-Ван выдохнул, окончательно приходя в себя, а затем рванул в сторону стрелявшего, сбивая его с ног, после чего нанес точный удар по открывшемуся лицу, что стало причиной потери сознания у противника. Других дозоровцев вокруг не было, но они могли появиться в любой момент, так что Кеноби предпочел не терять время: схватив Сатин за руку, он повлек ее обратно к лифту, на котором они сюда поднялись, поскольку на деле он оказался ближайшим к ним. И он как чувствовал, что их просто так не отпустят: сам Пре Визла, явно не обращая внимания на свежую травму, взлетел на своем ранце в воздух и выпустил по ним основную ракету, что была закреплена на нем. Кабина лифта еще не открылась, а значит спрятаться им, по сути, было некуда. Световой меч не смог бы отразить столь большой снаряд. Но и принять смерть джедай был готов. — Сатин, вызывай лифт, быстрее! — Кеноби посильнее уперся ногами в каменную поверхность и выставил перед собой руки. Единственная возможность счастливого исхода для них — остановить на время ракету с помощью Силы. Или отразить в стрелявшего, но джедай не был уверен, что сможет без подготовки провернуть столь новый для себя прием. Женщина стремительно метнулась к панели вызова лифта и нажала на кнопку. Лифт издал низкий лязг, но не открылся, а лишь мигнул желтым индикатором, призывая к терпению. На это ушли секунды. Ракета неумолимо приближалась, и герцогиня видела это, словно в замедленной съемке, и с каждым мигом надежда на благополучный исход таяла, как воск от свечи. Именно поэтому она не раздумывая подбежала к Оби-Вану, буквально врезаясь в него, обнимая со спины за пояс и прижаться щекой к лопаткам. Если ей и было суждено умереть, то она хотела умереть рядом с ним, с человеком, в которого влюбилась еще будучи малолетней девчонкой, и за жизнью и успехами которого ревностно следила по отрывочным фактам из слухов и официальных новостей. Секунды текли друг за другом, одна, две, три, но они были все еще живы. Взрыв так и не раздался. Женщина осторожно открыла глаза и выглянула из-за спины джедая: снаряд висел в нескольких метрах от них, остановленный одновременно и знакомой, и неведомой ей Силой. По тому, до какой степени был напряжен Кеноби, а также по блеснувшей капельке пота у него на виске было видно, что это забирает большую часть его сил. Лифт издал тихий сигнал, оповещая о полном открытии дверей. — Медленно… отходим в кабину лифта, — генерал постепенно начал делать маленькие шаги назад, при этом не спуская взгляда с ракеты. Он не знал, почему Пре Визла сейчас не осыпает его градом бластерных снарядов, чтобы сбить концентрацию, но надеялся, что его что-то отвлекло. И скорее всего, это «что-то», а скорее «кто-то» — это Марев. Когда они оказались внутри кабины, джедай начал осторожно наклонять ракету, чтобы она, как только продолжит движение, врезалась не в лифт, а в землю перед ним, что послужило бы в некотором роде прикрытием их побега. И все произошло именно так, как и планировал Оби-Ван, единственное, что было не запланировано — это сильная тряска и возможное повреждение направляющих, обеспечивающих движение подъемника. Впрочем, Сила была сегодня на их стороне, и до нижней шахты они доехали без проблем. Весь путь до выхода из пещерного комплекса прошел в молчании. Визла не преследовал их, и Оби-Ван не задавал вопросов, когда рядом появился самодовольный и криво ухмыляющийся Марев, который, впрочем, почти сразу оставил его с герцогиней вновь наедине, уходя в подсознание джедая. — Что ж, теперь по части спасений друг друга мы квиты, — Сатин остановилась около небольшого мотоспидера, на котором она приехала сюда, и поправила выбившиеся из-за уха пряди. — Да, только две мои жизни стоят одной Вашей, — джедай, когда адреналин больше не бил в голову, снова перешел на «Вы». Оби-Ван также активировал свое транспортное средство. — Не надо недооценивать свою значимость, генерал Кеноби, — герцогиня предпочла не акцентировать внимание на том небольшом инциденте вверху, благо джедай был того же мнения. Женщина активировала комлинк для вызова подкрепления: тут уже ничто не глушило связь.***
Киру смогли отпустить только на утро следующего дня, когда были соблюдены все бюрократические формальности. Да, здесь даже слова непосредственно учувствовавшей в расследовании герцогини должны были быть заверены и задокументированы во множестве документов. — Ох, свобода! — каримка потянулась, насколько могла, так что даже встала на носочки. Не то, чтобы в камере было тесно и невозможно пройтись, но все же ограниченность в передвижениях угнетала. — Чтобы такое противозаконное совершить, чтобы всем напакостить за необоснованное задержание? — девушка попеременно посмотрела на друга и падавана. Впрочем, все её другие шутки были пресечены на корню неожиданными объятиями со стороны магистра. — Я рад, что все закончилось хорошо. Да, в один из моментов я повел себя как эгоистичный придурок, но твой друг вправил мне мозги… — Оби-Ван чмокнул каримку в макушку и ощутил, как ранее ощущавшееся чужое присутствие в голове пропадает, оставляя тишину и некоторую… пустоту. — Ух, наконец-то! Родная библиотека, родная любимая КРОВАТКА! Чертов Кеноби-садист! — Марев решил не появляться сейчас рядом с Кирой, ограничиваясь лишь указанием того, что он вернулся на свое место. — Он уже скучает по тебе, — прошептала девушка, тихо смеясь. — Ух, а вот в это точно не поверю, — джедай скривился, будто от зубной боли. Однако их разговор прервал тактичный кашель падавана, который бы еще кучу времени смотрел радостное воссоединение лучших друзей, но желание герцогини поговорить с джедами было важнее. — Ах да, встреча с герцогиней… Я слышала краем уха, — Кира отпустила мужчину и отошла на два шага назад. — Ну мы с Калебом пошли на корабль, а ты иди к Её Величеству. Кеноби не сразу осознал сказанное, а когда понял, то нахмурился и скрестил руки на груди. — Она позвала нас всех. — Неа, она сказала, цитирую, «Я хочу получить ваше мнение относительно сложившейся ситуации». — Ну это напрямую и значит, что герцогиня хочет узнать наше мнение, — Кеноби все еще не понимал, как Кира смогла углядеть в этой фразе отличный от однозначного смысл. — Она смотрела на тебя и обращалась к тебе на «Вы». Так что это было персональное приглашение. А кто мы такие, чтобы перечить высшим чинам, правда, Калеб? — каримка подошла к своему падавану и закинула руку ему на плечо, улыбаясь при этом от уха до уха. — Ага, — Дьюм и сам не любил разговаривать с сенаторами и им подобным. А все это вылилось из постоянных отчетов перед Советом, которые в большинстве случаев больше напоминали допрос о действиях его учителя на миссиях. — Учитель, на корабле есть отличный верстак, я мог бы улучшить свой меч… — О, отличная идея! А еще там есть кровать! Я могла бы улучшить свое психологическое состояние длинным сном. В общем, мы пошли, а ты поговори с герцогиней. И не только о случившемся… — Кира подмигнула другу и вместе с Калебом пошла в сторону ангара, откуда бы их доставили в космопорт. Кеноби оставалось лишь вздохнуть и покачать головой. Каримка, как всегда, была в своем репертуаре.***
Сатин вновь сидела на своем троне, в окружении лишь двух охранников. Рассветное солнце придавало её текущему желтому одеянию некоторые огненные оттенки, что позволяло её сравнить с переродившимся фениксом Мандалорской культуры. Да, именно им она и являлась, символом перерождения этого мира, нового начала, которое родилось из пепла Гражданской войны. Залюбовавшись столь чарующим образом, генерал не сразу услышал, что герцогиня предложила ему вновь подойти к панорамному окну. А еще то, что она отозвала охрану, так что теперь они оставались наедине. — Герцогиня, мнения о чем вы хотели спросить у джедаев? — Все же его позвали с официальной целью, а не для созерцания прекрасного образа женщины. — Я хотела скорее не узнать мнение, а то, какую характеристику Мандалору вы представите в Совет, а оттуда уже и в Сенат… — Вы успешно подписали мирное соглашение, а Дозор Смерти спешно покидает Конкордию. Мое мнение — ситуация на Мандалоре более, чем стабильная, и не нуждается во вмешательстве сил Республики, — джедай сцепил руки за спиной и вполоборота повернулся к женщине. Он практически всю ночь обдумывал то, что произошло вчера на спутнике. Он не мог найти себе места, терзаемый сомнениями. Оби-Ван испытывал чувства к Сатин, и то, как он готов был спасти её любыми методами, говорило само за себя. Но Кодекс… Кодекс… Когда дело дошло до, поистине, камня преткновения любых отношений в Ордене Джедаев, руки Кеноби опустились, а сам он обессиленно рухнул на диван в комнате, что выделили им с Кирой и Калебом. — Ух, вид у тебя такой, мой джедайский друж… напарник, — быстро исправился Марев, — будто бы ты выпивал вместе с хаттами несколько ночей к ряду. Любовные мысли? — ситх сел на стул напротив напарника и закинул ногу на ногу, скрещивая руки на груди. — Итак, кайтесь в чувствах своих, магистр-джедай. — Ты ведь и сам все знаешь, зачем спрашиваешь? — простонал Оби-Ван, вытягиваясь на диване во всю возможную длину своего роста. — Я много чего знаю, в том числе и цвет нарисованных у тебя на трусах банту. Но я бы предпочел услышать все из твоих уст. Давай, Кеноби, не тяни сарлака за щупальца, ночь не резиновая… Мужчина, к величайшему, но хорошо скрываемому, веселью ситха, покраснел на факте о нижнем белье, однако все же решил, что поделиться, а то и посоветоваться, с кем-то из мужчин надо, а то самокопание сведет его на погребальный храмовый костер. — Я давно люблю Сатин. Вот прямо сильно. Вчера, как ты и сам видел, я готов был сделать все, что угодно, чтобы спасти её, — джедай вздохнул и провел руками по лицу. — Даже пойти на сделку со мной, ситхом. Пусть она и была односторонней и выгодной только тебе. — Да, даже на такое, — согласился джедай и замолчал после этого. Марев подождал несколько секунд, а потом закатил глаза. Вот все ему щипцами из него вытаскивать, что ли? — Странно выходит: ты любишь её, она тебя. Но при этом ты ей признаться не хочешь. Почему? — Кодекс, — ответил Оби-Ван, заметно поникая. В начале ночи он был готов признаться и поведать Сатин о своих чувствах. И даже оставить Орден. Но долг… — Нет эмоций — есть покой, нет неведения — есть знание, нет страстей — есть ясность мыслей, нет хаоса — есть гармония, нет смерти — есть Сила. Я что-то не вижу тут строк о браке и любви… — ситх пожал плечами. Кеноби неожиданно сильно удивился тому, что призрак знает джедайский кодекс, однако свалил все это на факт нахождения в его собственной голове. Конечно, Марев долгие годы делил одно тело с Кирой, однако сам Оби-Ван отлично знал свою подругу, а потому крайне скептически относился к сопоставимости ее и дословного знания Кодекса, сомневаясь, что она оттуда помнит хоть строчку, поскольку Кира дословной зубрежкой не заморачивалась, попросту кое-что игнорируя, а кое-что трактуя по-своему. И именно поэтому ей частенько прилетало от Совета. — Верно… — Так объясни мне, непутевому, где ты это прочитал? — Любовь вызывает привязанность. Привязанность может породить ревность, а ревность — вытекающие темные эмоции, ведущие к падению. — Да ну? — Марев едко ухмыльнулся. — Позволь, я расскажу тебе исторические примеры того, как любовь и брак не привели никого на темную сторону. Причем джедайские примеры, прошу заметить. — Мужчина постарался вызволить из памяти кирины воспоминания о Старой Республике. — Итак. Самый наглядный пример — Бастила Шан и Реван, — на каждый пример призрак подкидывал Оби-Вану соответствующие образы. — Дальше мне приходит на ум семья Санрайдер. Там целая чета джедаев и просто чувствительных к Силе была. Кстати, коруны, к которым относится и ваш шоколадный магистр, произошли от джедаев, потерпевших крушение на тогда еще дикой планете. Ух, сколько там было любви и браков! А теперь ответь мне на вопрос, Кеноби: если бы любовь всегда вела к Темной стороне, то были бы джедайские династии? Думал Оби-Ван недолго, ведь показанные примеры однозначно указывали ответ на этот вопрос. Но тут вставал другой: а правда ли то, что показал ему ситх. Может, он так пытается склонить его к Темной стороне… Додумать джедай не успел из-за громкого хохота со стороны призрака. Тот уже согнулся пополам от смеха, тщетно пытаясь вытереть призрачные слезы у глаз. — Серьезно? Мне, по-твоему, заняться больше нечем, как склонять тебя на Темную сторону? Не, мне на этой стороне такой праведник, как ты, не нужен, можешь расслабиться. Но ответ я все еще жду. — Нет, их бы не было. Точнее, не так много… Тогда зачем запрещать браки и любовь? — Для послушания и лучшего манипулирования. Без обид будет сказано, но что ситхский, что джедайский Ордены — это секты. Чистой воды. Просто в нашей секте меньше запретов. Задумайся, вам нельзя любить, но заниматься сексом не запрещено, и это широко практикуется, иначе откуда бы брались одаренные дети? Это уже похоже на открытое бл…ство. Двойные стандарты, круто, да? Кроме того, вас учили тому, что ваша жизнь ничего не стоит, что вы должны положить её на алтарь общества. Даже если общество этого не заслуживает. А если есть человек, которого джедай искренне любит и прислушивается к его мнению, то этот человек может посеять в душе джедая сомнения в правильности законов, что установил Орден. А вот прислушаться к моему мнению или послать, куда подальше — это будет уже твой выбор, Кеноби. Не ошибись с ним, — Марев подмигнул джедаю и растворился в воздухе, оставляя того наедине со своими мыслями и только что услышанным. Не сказать, что подобное было чем-то новым для Оби-Вана… Такие мысли иногда посещали его, но были крайне смутными и неуверенными, тогда как сейчас, после разговора с ситхом, они приобрели логику и порядок… Любить по Кодексу было можно, но осторожно: людей в целом, а если лично, то лишь отстраненно, как друга, как брата или сестру, как наставника, но никак не той любовью, какую он испытывал к Сатин. Он любил ее как женщину. Конечно, он, в силу воспитания, не осквернял ее чистый образ грязными мыслями, не позволял себе страстную тягу, напротив: его любовь была чистой и искренней. Разве это плохо? Разве, это не то, чему всех учит всеобщая мораль, которая почему-то отрицается Кодексом? Память, как нельзя к месту — а может, и не без помощи Марева — подкинула происшествие некоторой давности… Кто-то из наставников застал двух падаванов в объятиях друг друга. По факту, это был максимум, который влюбленные подростки позволили себе: крепко обнять друг друга. Вот только скандал, разыгравшийся вокруг этого, был грандиозным и закончился плачевно: после мозгомывки со стороны всего Совета, обоих влюбленных отослали на миссии в разные концы Галактики с бессрочным запретом на общение… Сильнее всего в память въелись слова девушки: «Разве любовь может быть грехом?!». По мнению Кодекса и Совета — может. По мнению Оби-Вана… Раньше бы он ушел от ответа, не зная, что будет правильным, искренним, тогда как теперь на языке вертелся пусть неуверенный, но ответ: нет. Любовь естественна и… прекрасна? Разве правильно, заставлять двух людей страдать от невозможности быть вместе? Наказывать за подобное? Идти против… человеческой сущности? Разве любовь может быть грехом? Вся культура гуманоидных и не очень рас так или иначе построена на образе нежной любви и идеальной семьи, это то, что нормально, то, к чему стремятся абсолютно все. Это то, что у него… украл Кодекс? — Я люблю ее. Я хочу быть с ней, — на выдохе произнес джедай. Он принял для себя свои чувства. Он принял самого себя. Вспомнив ночной разговор, Оби-Ван собрался с силами и повернулся к герцогине, заглядывая в её бездонные голубые глаза. Он… принял решение, но Криз оно могло не понравится. — Я хотел бы затронуть тему, которая… не относится к политике. Гер… Сатин, я думал, над тем, что произошло вчера, — джедай старался тщательно подбирать нужные слова, — и над тем, что ты мне сказала несколько дней тому назад. О том, что хотела бы видеть меня рядом с собой… Я безгранично люблю тебя, любил все это время с момента расставания. Каждый день я боялся, что, прилетев однажды на Мандалор, я не увижу тебя и… не успею сказать, что чувствую к тебе, — Оби-Вану было тяжело говорить о столь новых для себя чувствах, которые он подавлял долгие годы. — Но я джедай, и на меня возложен серьезный долг по поддержанию мира в Республике. Я уже готов был оставить Орден и остаться с тобой, здесь, на Мандалоре, но я понял одно: чувство невыполненного долга будет тогда мучать меня всю жизнь, не давая покоя… Поэтому я спрошу тебя, Сатин: что мне делать? — мужчина прикрыл глаза и потер переносицу. Он не знал, что для него страшнее: услышать отказ Сатин или её желание, чтобы он покинул Орден. Однако женщина не спешила с ответом. Подойдя к джедаю, она взяла его лицо в свои ладони. Кеноби затаил дыхание, боясь даже пошевелиться. — Не нужно выбирать, мой дорогой Оби-Ван. Я, как никто другой, понимаю, насколько весомым бывает чувство долга. Поэтому, я буду рада даже мимолетным встречам с тобой. А когда ты посчитаешь, что твой долг выполнен, я буду ждать тебя, ждать, как никто иной в этой вселенной. Кеноби не верил своим глазам, ушам и остальным органам чувств. Сердце в груди билось, словно высокочастотный репульсионный двигатель, а сам он, как ему казалось, полыхал, словно огонь. Поддавшись сиюминутному порыву, он осторожно и крайне неуверенно наклонился, касаясь сухими губами лба герцогини, после чего прислоняясь своим лбом к тому же месту. — Я боялся, что… Спасибо, Сатин. Женщина улыбнулась, подходя ближе и обнимая джедая за пояс. — Я люблю тебя, мой дорогой Оби-Ван… Тем временем Кира откровенно высыпалась на корабле, предоставляя своему ученику возможность заниматься на верстаке тем, чем ему хотелось. Сама же она погрузилась в свой внутренний мир, где довольно быстро нашла Марева. — А, девочка моя, я уж думал… — договорить ему не дал тот факт, что каримка просто-напросто врезалась в него, практически сбивая с ног и повисая у него на шее. Устоять ему дал лишь стол, за который он успел ухватиться в нужный момент. — Вау, я не помню, чтобы по мне кто-то так скучал, — ситх расплылся в улыбке, позволяя девушке… обнять его. Мужчина похлопал глазами, наблюдая, как каримка отпускает его шею и обнимает за пояс, прижимаясь щекой к тунике у него на груди. Она никогда сознательно не обнимала его, не прижималась так близко, что можно было услышать, как стучится её сердце. — Ты сейчас расплачешься? — Кира подняла голову и с улыбкой посмотрела на ошарашенного ситха. — Я в принципе растекусь умилительной лужицей. Неужели ты так по мне скучала? — ситх погладил улыбающуюся девушку по волосам, заглядывая в её радостные глаза. — Конечно! Без голоса в голове как-то непривычно… — Кира отпустила ситха и перебралась на диванчик, который располагался у стены. — Расскажи все, что там было! Я не могу смириться с тем, что отсутствовала при столь значимых событиях! — На диване? Могу предложить более удобный предмет для этого — мою кровать, — призрак подмигнул каримке, а та неожиданно рассмеялась. — Не сегодня, мой дорогой ситх. — Но ты не отрицаешь самого факта! Неужели, это моя маленькая победа? — Мечтать не вредно, Мар, — Кира хмыкнула и, когда Марев сел с ней рядом, прижалась к нему под бок, позволяя обнять себя за плечи. Марев честно рассказывал в подробностях всё произошедшее до тех пор, пока не заметил, что его больше никто не слушает: Кира, пригревшись у него под боком, уснула. Мужчина предпочел не мешать ей, а потому осторожно поднялся и уложил Киру на диван, после чего осторожно удалился в глубь сознания девушки. Его давно здесь не было, поэтому стоило проверить, что все барьеры, удерживающие Валкориона, целы и невредимы. Да, Кира старалась удерживать его сама, не давая Мареву контактировать с ним, чтобы он вновь никак не повлиял на призрака, но все же он старался быть неким негласным наблюдателем. Убедившись, что все в порядке и никакой из «замков» никак не пострадал, ситх решил удалиться к себе. После внутреннего мира Кеноби ему не хватало чего-нибудь веселого, энергичного, запрещенного… Вот только в какой-то момент он остановился, находя новую, неизвестную ему дверь. Она была прикрыта, но не заперта полностью, а кроме того, имела цвет и фактуру стен библиотеки, в которой находилась, что говорило о том, что этот проход был раньше просто-напросто сокрыт от его глаз. Но существовал. Значит, за все то время, пока его не было, Кира расслабилась, а её ментальные барьеры истончились. Остановившись, он прикоснулся к металлической круглой ручке, не решаясь на дальнейшие действия. В нем боролось любопытство и внезапно проснувшаяся совесть. Раз эти воспоминания были скрыты, значит Кира считала их крайне личными, а он зарекся от влезания в такие глубокие данные. Но с другой стороны, это помогло бы больше понять Киру, её мотивы, поступки, возможные желания. Собравшись, он прокрутил ручку и открыл дверь, делая шаг вперед, в яркое свечение. Он не знал, как охарактеризовать это место, но другие воспоминания Киры участливо подкинули нужное слово: аэропорт, посадочная площадка в яркий солнечный день. Маленькая русоволосая с легкой рыжинкой девочка удерживает в руках небольшую мягкую игрушку, указывая склонившейся к ней женщине, облаченной в форму стюардессы, на заходящие на посадку… самолеты. Ситх похлопал глазами, впервые наблюдая так близко столь архаичные аппараты. Хотя, они походили на некоторые шаттлы, они летали так медленно и так… топорно. Впрочем, ситх быстро переключил внимание обратно на девочку. То, что это Кира, он ощущал на уровне инстинктов, хоть и выглядела она иначе, чем он привык ее видеть… Ситх подозревал, что облики Кириной души и нового тела, в котором она пребывала в его вселенной, изменились, подстраиваясь друг под друга и текущие условия. В любом случае, эта девочка была только частично похожа на ту, привычную, Киру. Ребенок тем временем оказался на руках женщины, уцепившись за её шею крохотными руками. Сколько ей здесь было? Пять… Шесть лет? Такая маленькая и улыбчивая. — Мама, вы сегодня с папой опять полетите далеко-далеко? И папа будет вести са-ма-лет? — Кира неудачно выговорила это слово, заставляя и ситха, и женщину улыбнуться. — Да, папа сегодня поведет самолет. Тебе что-нибудь привезти? — женщина сняла с головы пилотку и надела на голову девочки, так что та почти скрылась в ней, но при этом крепко ухватилась за неё, боясь, что мама сразу заберет обратно. — Да, слона! — Кира сжала покрепче свою любимую мягкую игрушку. — А можно с вами полечу? — Нет, вот подрастешь, и обязательно с нами полетишь… А, смотри, вон и папа! — женщина указала в противоположную сторону. Марев обернулся, но вместо мужчины неожиданно увидел привычный нежно-кремовый потолок библиотеки, так как упал на пол, грубо выдернутый из воспоминания за шкирку. Вот только непривычным было выражение лица джедая, что сейчас смотрела на призрака со смесью злости и непонимания. — Ты говорил, что не трогаешь мои личные воспоминания! Ты врал мне? Сколько ты уже успел посмотреть?! — каримка была поистине в ярости. И ситх это прекрасно понимал, чувствуя, что допустил очень большую ошибку, потому что мог просто спросить разрешения у девушки, а не бездумно идти на поводу у любопытства. — Честно, это единственное… — но девушка его уже не слушала. В уголках глаз уже стояли слезы. — Я верила тебе, Мар… Я не лезла в твои воспоминания, но ты… ты… — Кира психанула и, развернувшись, быстро растворилась, оставляя призрака в одиночестве и с неприятным чувством вины. Что он наделал?..
