На все свои причины

***

      Конечно, я не сплю до утра. После ухода Дрю я еще долго лежу в постели, перебирая в голове случившееся.       Готова ли я работать с Дрю?       Нет.       Но, черт возьми, похоже, что буду!       Если это поможет вышвырнуть Бобофит из школы или хотя бы спровоцировать ее на новые пакости, то я только «за». Главное, чтобы Танака сама не подвела меня и до последнего играла против Нэнси.       Утром я сразу иду к Хлое, чтобы обсудить с ней эту ситуацию. Врать не буду, я уже все для себя решила и шла к ней не для того, чтобы она заставила меня передумать, а для того, что мне самой достучаться до подруги и убедить ее в том, что так будет правильно. Я знала, что Хлоя начнет меня отговаривать. По этой части Хлоя была слишком осторожной и рисковать не любила.       Поэтому не удивительно, что в итоге, когда я завалилась к ней в комнату и обрушила на нее последние новости, девушка до последнего считала, что я шучу, и не верила мне. Только спустя тридцать минут Хлоя понимает, что я не разыгрываю ее и на самом деле собираюсь объединиться с Дрю в войне против Нэнси.       — Ты самоубийца, Чейз. — потрясенно вздыхает Хлоя, покачав головой.       Да, она была в шоке.       И ирония в том, что я сама разделяла ее потрясение.       — На войне все средства хороши, знаешь ли.       А уж если у меня была сама Дрю Танака, то можно считать, я заполучила собственное ядерное оружие, в крайнем случае, мощнейший непробиваемый танк, который пройдется по Бобофит и не моргнёт взглядом.       Хлоя только шокировано молчит.        — Ты ей веришь?       Я понимаю недоверие Хлои и, более того, сама его разделяю.       — Я ей не доверяю.       — И все равно согласишься на все это?       Только мученически провожу рукой по волосам и устало поднимаю голову, уткнувшись взглядом в белоснежный потолок.       — Я рискну. Дрю тот самый враг, которого лучше не иметь. Поэтому лучше играть с ней против одного человека вместе, чем пытаться уничтожить его в одиночку.       — Слушай, я даже не знаю…       Хлоя садится рядом и уже нервно накручивает платиновый локон на палец.       — Но школа, определенно, взорвется от этого. Это я тебе гарантирую, Бет.       Невесело усмехнувшись, толкаю ее в бок и напоминаю ей о том, что пора на завтрак. Хлоя только качает головой и, все еще будучи в шоке, медленно собирается, попутно вынося мне мозг своими предупреждениями.       — Ты хорошо себя чувствуешь?       Хлоя снова обеспокоенно рассматривает лицо, когда видит, что я остановилась посреди комнаты и схватилась за стул. Но у меня просто было легкое головокружение в последние дни, которое было вызвано нервами и нерегулярным питанием, которым я порой пренебрегала, чтобы не быть объектом внимания всей столовой в очередной раз. Это было тяжело даже для меня. Я ненавидела себя за эту трусость, но ничего поделать с ней не могла.       — Да, сейчас все пройдет.       Хлоя недоверчиво поджимает губы и качает головой, мою приободряющую улыбку она снова не разделяет.       В ванной сегодня обходится без происшествий, если не считать того, что я сталкиваюсь с Нэнси лицом к лицу. Сдерживаюсь от того, чтобы не свернуть ей шею, но не сдерживаюсь от того, чтобы не ответь ей колкостью, когда та без всякой наигранности встречает меня с широкой улыбкой и едким замечанием относительно того, что я плохо выгляжу. Расходимся без драки, но с определенно испорченным настроением.       В столовой все как всегда встречают меня бурным шипением и злым смехом, я только сильнее хмурюсь, уловив очередную волну негодования в мой адрес. Все никак не могу привыкнуть к тому, что я здесь сейчас вроде урода.       — Доброе утро.       Нервно дергаюсь, когда сталкиваюсь у раздачи с Крисом. Парень приветствует меня спокойным тоном, но с некой осторожностью во взгляде. Он не ждет от меня сейчас какой-то теплоты или добродушности, Родригес понимает, как я отношусь к тому, что происходит. Он прекрасно понимает, что я не закрою глаза на все это дерьмо.       Отвечаю парню сухим кивком, и сразу отхожу, не желая сгорать от неудобства и неловкого молчания рядом с парнем. Тем более, когда меня придавило бетонной плитой от удушающего чувства потерянности. Я скучала по Крису. И видеть его перед собой таким чужим тоже было для меня сродни удару.       Крис только качает головой и идет следом за мной.       — Все еще злишься?       Не сразу развернувшись, одариваю его уже тяжелым взглядом.       — А ты все еще веришь Бобофит?       Крис, опустив взгляд, только сильнее сжал свой поднос.       — Я просто не понимаю, что происходит. — слишком горько выдохнул парень, сжав челюсти и поднос в руках. Я с тоской осматривала удрученное лицо парня, который переживал все не менее остро, чем я. Крис на мгновение отвел взгляд в сторону прежде чем вернуть его ко мне. — Ни с тобой, ни с Перси, ни с Тайсоном.       Я не сразу совладала со своими тяжелыми эмоциями, но все же смогла спрятаться за уже полюбившейся мне эгоистичной иронией, которая так претила Перси. Усмехнувшись, делаю в его сторону шаг, заставляя парня нервно нахмуриться и сглотнуть.       — Хочешь, чтобы я тебе объяснила?       Крис делает вид, его не задел мой сарказм. А его честность снова бьет меня прямо под дых.       — Хочу, чтобы ты сказала мне как все вернуть на свои места.       Минутная пауза, которая душила и парня и меня. Я и так сломлена. Выдерживать жгучую тоску в голосе Криса было уже попросту невыносимо для меня. Но и обсуждать это посреди столовой я тоже не собиралась. Поэтому уже без всякой холодности обращаюсь к парню, кивнув в сторону рыжей головы Бобофит возле входа.       — Нужно продать душу дьяволу, Крис.       — Почему шоколадную пасту не могут сделать низкокалорийной?       Хлоя тоскливо осматривала свои блинчики, покрытые толстым слоем пасты, которая непременно отложиться лишним килограммом на ее заднице.       — Не знаю. Но этом можно было бы срубить сотню миллионов, — вяло бурчу я, прекрасно понимая, что шоколад и прочие вкусные вещи всегда будут вести следом за собой лишний вес. Это неизбежно.       — Вот почему мы должны ограничивать себя в сладком?!       Поймав невинный взгляд Хлои только вяло вздыхаю.       — Ты не ограничиваешь себя в сладком, Хлоя.       И бросив очередной быстрый взгляд в сторону столика, где сидели наши парни, киваю Хлое и на них.       — В этой тупой школе похоже никто не ограничивает себя в нем.       Потому что Крис самозабвенно поедал пирожное, которое Лео уже третий раз приносил за их столик. Про то, что Перси всегда выставлял перед собой большую тарелку с печеньем орео, я уже просто молчу.       Хлоя недовольно ворчит:       — Ты слишком буквальна.       Это побочный эффект плохого настроения, уж простите.       Сегодня был последний день факультативов, а значит мне скоро нужно записываться к Мистеру Ди на исправление теста. А это было слишком унизительно, чтобы я ждала этого с радостью.       Хлоя, у которой не было первых двух факультативов, все же пошла провожать меня до класса, прекрасно зная, что многие только и ждут, чтобы поставить мне подножку или кинуть в меня что-то из канцелярии. Однако, когда между нами внезапно протискивается какой-то человек, мы уже обе хотим возмущенно зашипеть, пока не понимаем, что между нами втиснулась Дрю, которая взяла меня под руку.       Рот Хлои открывается с ошеломляющей скоростью.       — Ты не против, если я заберу у тебя эту несчастную?       Дрю довольно улыбается Хлое, после чего поворачивается ко мне.       — Почему опять такая кислая рожа? Не выспалась?       Издевающийся тон Дрю, как ни странно, бодрит.       — Благодаря тебе, между прочим.       Дрю сразу закатывает глаза, как делает всякий раз, когда я раздражаю ее.       — Расслабься, Чейз. Поверь, я тоже не нахожу приятным лицезреть тебя перед собой.       И, повернувшись к Хлое, да так, что ее волосы почти прошлись по моему лицу, говорит ей, что нам с ней в один класс, а значит мы встретимся с Хлоей только за обедом. Круглые, как блюдца, глаза Хлои, медленно перемещаются ко мне. Я же, успев оценить, что некоторые уже с интересом наблюдают за нами издалека, только кладу руку на плечо Хлое.       — Все в порядке, не переживай.       Дрю, хмыкнув, только надменно поправила свой приталенный темно-синий пиджак.       — Просто пожелай нам терпения. Это единственное, что позволит нам с твоей недалекой подругой не задушить друг друга в ближайшее время.       Поворачиваюсь к Дрю с тяжелым взглядом, но та только непонимающе выгибает бровь. Понимая, что у Танаки проблемы с осмыслением того, что выходит из ее рта, гашу свой гнев и снова отворачиваюсь к Хлое.       — Найди пока Бьянку. Узнай, что у нее нового.       Хлоя только кивает и, пожелав мне удачи, бросает настороженный взгляд на Дрю, которая, сдержавшись от едкого замечания, наигранно театрально ей помахала.       Когда Хлоя отходит, я поворачиваюсь к Дрю. Черные глаза девушки, сегодня эффектно подведенные черным карандашом, сразу обдали меня волной раздражения.       — Так у нас все по плану или как?       Я поднимаю плечи.       — Если ты про объединение, то да.       Дрю, удовлетворенно кивнув, снова берет меня под локоть и шипит на меня, когда я пытаюсь вырваться.       — Делай вид, что мы с тобой теперь лучшие подруги, тупица!       Закатив глаза, вяло ворчу что это невозможно.       Танака просто бесстыдно щипает меня и на мой вскрик, только едко мне улыбается какой-то устрашающей улыбкой.       — Давай, Чейз! Нам нужно вышвырнуть эту дрянь из школы!       И этого достаточно, чтобы я взяла себя в руки и вернула себе боевой настрой. Поэтому захожу в класс почти под руку с Дрю, рассмеявшись над ее совсем не смешной пошлой шуткой.       И да, я с уверенностью могу сказать, что сердечный приступ случился у всех присутствующих. Нас встретили гробовой тишиной.       Мы с Дрю сначала замялись, потому что я инстинктивно двинулась в сторону своей парты, а она — в сторону своей. Но когда Дрю сжала меня за руку со всей своей силой и едко прошипела мне «Давай сядем за моей партой», я, стиснув зубы и выдавив улыбку, позволила ей усадить меня за ее парту.       Вот стерва!       В итоге мы сели на первый ряд за третью парту, заставив ошеломленно повернуться к нам всех тех, кто сидел перед нами.       — Доска в другой стороне, Натан, — не сдержалась я, заставив нашего ботаника развернуться обратно.       Мы с Дрю не знали, как нам общаться, потому что тем для разговора у нас не было. Поэтому оставшиеся пару минут до звонка тупо молчим и делаем вид, что готовимся к факультативу. Что ж, прожигающие взгляды окружающих настолько жгли спину, что я начинала краснеть.       Дрю, искоса наблюдая за мной, только едва заметно качала головой, показывая мне свое неодобрение.       Грекхем заходит в класс под абсолютную тишину, поэтому непонимающе осматривает класс, попутно приветствуя нас и объясняя нам, что мы рассмотрим сегодня на ее последнем факультативе, и что нам ждать в следующем семестре. Но женщина осекается на полуслове, когда перемещает взгляд с моей пустой парты на парту Дрю.       Почти виновато ей улыбаюсь, и женщина, переборов шок, поправляет свои очки и, отвернувшись к классу, все-таки продолжила свой монолог, при этом все еще бросая на меня встревоженные взгляды.       — Сегодня доделываете свои лабораторные тетради и сдаете мне их на стол после звонка. В следующем семестре готовьтесь работать больше, у нас с вами будет больше практических занятий, потому что всю теорию я уже вам выдала.       Греххем снова косится в нашу с Дрю сторону, и, если я нервничаю из-за этого, то Дрю только самодовольно перебирает свои шелковые волосы и угрожает мне своими едкими улыбками.       — У тебя есть запасная ручка? Я свою, кажется, оставила у тебя в комнате.       Дрю намеренно не говорит шепотом, хотя в такой тишине и шепот показался бы слишком неуместным и громким. Слышу, как на задних рядах кто-то охает, но теперь вместо раздражения у меня это вызывает ухмылку.       А Дрю стратег! Как бы меня не раздражали ее словесные выпады, общественность на них реагировала так, как нам было нужно. Поэтому, заткнув подальше свое раздражение к ней, я с милой улыбкой протягиваю ей ручку.       — Конечно, Дрю.       Весь урок я борюсь с раздражением, смущением, неловкостью и… самодовольством. Потому что все эти эмоции было сложно игнорировать, когда я ловила на себе изучающие взгляды от учителя, косые — от Дрю, ошеломленные — от одноклассников и наших зависников.       Дрю же выражает только одну эмоцию — самодовольство. Боже мой, как эта стерва любит быть в центре внимания!       Сразу после звонка, мы сдаем тетради и, лично я, с облечением выхожу из класса. В сопровождении Дрю, конечно. Куда теперь без нее…       — Чейз, улыбайся!       Я готова свернуть ей шею, когда она снова меня щипает.       — Прекрати так делать!       Дрю это игнорирует и, взяв меня под локоть, ведет меня в сторону следующего класса. И пусть под конец семестра коридоры не были забиты толпой учеников, «публика» все равно присутствовала. И позади нас с Дрю постоянно слышалось какое-то перешептывание, от которого меня начало тошнить.       Мистер Ди единственный, кто реагирует адекватно. Скажу больше, он словно не заметил ничего странного. Да, его сложно удивить, не спорю, но, похоже, еще труднее застать его врасплох. А от нас Дрю он, наверное, ожидал уже все, что можно.       — Девушки, задержитесь.       Мы с Дрю нехотя тормозим, хотя обе собирались свалить поскорее. Мистер Ди отложил свои папки и, сев за свой стол, снял свои очки, устало потерев переносицу.       — Когда будете пересдавать свои работы? Перед каникулами или после?       Ох, черт.       Дрю бросает на меня осторожный взгляд.       — Полагаю, лучше не медлить с этим.       Я почти слышала как она не добавила сюда слово «дерьмо».       Конечно, киваю, соглашаясь с ней. Поэтому Дрю отворачивается уже без опаски и кивает Мистеру Ди.       — Тем более, что это формальность. Мы ваши идиотские ответы не крали и сдали прошлый тест абсолютно честно.       Ох, почему она не может говорить менее нагло?       Это бы раздражало окружающих куда меньше.       Мистер Ди, недовольно поджав губы, поднял на нас свой пронзительный взгляд. И если я свой почти тут же отвела в сторону, Дрю, наоборот, гордо подарила ему свой.       — Пересдача будет через неделю, за пару дней до Зимнего бала. Вы уезжаете домой на каникулы?       Я не то, что видела, я «слышала», как «громко» эта несносная девчонка закатила глаза!       — Нас с Чейз наказали и мы теперь невыездные, — Танака раздраженно смахнула свои темные волосы за спину и вернула к Мистеру Ди уже более ироничный взгляд. — Но, сдается мне, от этого больше пострадает школа, чем мы.       Дрю!       Историк гневно сверкнул взглядом в ее сторону. Танака только спокойно сложила руки на груди, уже выставляя себя против него в оппозицию. Хотя, всего-навсего, пыталась показать ему, что не боится его, и, что не участвовала в том, что ей приписали.      А то, что мы с ней невыездные это правда. Не то, чтобы я прям была этому сильно не рада, но домой, конечно, хотелось. Тем более, сейчас, когда все мои друзья отошли в сторону. В прошлый раз, когда я пришла к Рейне с повинной после отъезда Пайпер, она, не желая меня слушать, просто вынесла мне приговор, сказав, что каникулы я проведу в школе. Так как мы говорили на повышенных тонах, я поняла, что бессмысленно упрашивать ее относительно поездки домой. Рейна не говорила прямо о том, что это может быть опасно, просто дала понять, что из этой чертовой школы я ни ногой.       Да, я уже думала, как сбежать отсюда.И что-то мне подсказывало, что в этом могут помочь тоннели внутри нашей школы. Оставалось только набраться храбрости, чтобы исследовать их, а не руководствоваться протоптанным МакЛин маршрутом.       — Не сомневаюсь в этом, Дрю, — холодно согласился с ней учитель, после чего перевел свой тяжелый взгляд на меня.       — После обеда зайди к Рейне, Аннабет. Она хотела тебя видеть.       Ага, хотела она меня видеть, как же. Вечно занятая Рейна в эти недели была вообще неуловимой, а все наши редкие столкновения с ней сопровождались руганью от меня и стальной диктатурой от нее.       И что-то мне подсказывало, что это вряд ли скоро закончится.       И закончится ли вообще.