Приключение наемника

Из трактира меня выгнали. Ну как, выгнали? Культурно попросили поискать другое место для ночлега – двухметровый рост и меч за плечом очень способствуют вежливости оппонента. Не любят они, видите ли, шарийцев! А кто нас любит? Мы – лучшие воины и первоклассные наемники на всем континенте, но, как бы помягче выразиться, не отличаемся почтением к авторитетам. Проще говоря, если что не по нраву, можем и по башке стукнуть. Взглянул на свои кулаки. Не-е, тому тощему трактирщику и щелчка бы хватило. От удара у него бы хребет в трусы ссыпался, хотя сомневаюсь, что он их носит. Дикари, что с них взять! Пора стояла летняя, ночь была теплая. Влажный воздух и тучи мошкары подсказывали, что поблизости должен располагаться водоем. На карте он вроде значился как Зеленое озеро. Проломившись сквозь небольшую рощицу, вышел на топкий, заросший камышом бережок. М-дя, наверное, когда-то эта лужа и впрямь была озером, пока не обмелела. Зато название свое оправдывала полностью – за ковром ряски воды не видно. Эх, на безрыбье и баклан – рыба. Найдя местечко посуше, скинул котомку, уложил сверху перевязь с мечом и пояс с ножом. На них заклятье специальное, не отсыреют, хоть под дождь попади, хоть купайся, но оружие привык беречь и лелеять. Оно мне и кормилец, и защита, и единственный друг. Других друзей наемнику заводить нежелательно. Стянул рубашку и кожаные штаны, с удовольствием подставляя спину прохладному ветерку. Надо проверить глубину этой заводи и отмыться заодно, а после и стирку устроить. Целый день по пыли и жаре топал, ко мне уже мошкара подлетать близко боится. С гиканьем влетел в теплую мутную воду, распугав романтично квакающих лягушек. Ух, хорошо! Что поделаешь, привык мыться хотя бы раз в пару дней. Это только северные варвары считают, что от воина должно пивом и потом разить за версту. Наверное, что бы враги в страхе разбегались, едва учуяв. Поплавав в лягушатне и отскоблив себя песочком, выбрался на берег, по-собачьи отряхиваясь. С сожалением натянул пропыленные штаны, постирушку решив отложить на утро. Перекусил остатками завалявшегося в котомке хлеба с вяленым мясом, запил водой из меха и завалился на мягкую траву. Костер разводить было лениво, да и ненужно – ночью не замерзну, а внимание лишнее привлекать дурных нет. В Ничейных землях разный народец шастает. Над головой в ветвях тренькала какая-то мелкая птаха, звезды размером с кулак подмигивали с темного неба, лягушки снова завели свои брачные песни. Жизнь удалась! Годичный контракт с лирейским князем отработан успешно, в кошельке звенит золотишко, на шкуре не прибавилось новых заплат. Князь этот, Маркус хрен-знает-какой-по-счету, кстати, хорошим дядькой оказался. Жилы зазря не тянул, в самое пекло не бросал, в шмотки дурацкие ради хвастовства перед гостями наряжаться не заставлял. Отслужил годик в его личной гвардии, поучаствовал в паре воспитательных рейдов на обнаглевших соседей княжества, получил жалование и предложение продолжить службу. Первое приятно удивило – скрягой князь не был, от второго я отказался. Ну не могу долго на одном месте сидеть, тоска в сердце появляется. Наставник, правда, говорил, что это шило в заднице покоя не дает, а как по мне, то все равно. Вторую неделю я путешествовал по Ничейным землям, не придумав пока, куда направиться дальше. Может домой заглянуть? С братишками-сестренками повидаться, самому младшему в этом году обряд совершеннолетия проходить, семнадцать годков стукнет. Небось, уже порог в доме изгрыз в ожидании свободы и первого найма. По себе помню, сам таким два года назад был. Заодно у маменьки новый меч выпрошу. Она у меня лучший кузнец рода, за ее оружием через полмира едут. Жаль, папенька с мореходами за Багровое море подался на неопределенный срок, новые земли открывать. Зато голову готов прозакладывать, у тамошнего населения плодовитость резко в гору пойдет – папаня мой тот еще герой. При маме не рискует – рука у нее тяжелая, а молот еще тяжелее. В приятных мыслях я валялся на травяном ложе, довольно потягиваясь. Сейчас бы еще девчонку ладную по бочек или парня посимпатичнее. Я в этом плане непереборчивый, в походах не всегда девицу найдешь, а к соотечественницам на хромой козе не подъедешь, можно и отгрести. Шарийки – дамы сурьезные. Бойтесь своих желаний. Эту простую мудрость вспомнил, проснувшись среди ночи и почувствовав, как что-то ползет по голой спине. Только б не змея! Терпеть не могу этих чешуйчатых тварей, норовящих обшипеть и залезть куда не надо. Мозги вышли из спящего режима, и я понял три вещи. Первое – простенькое заклятье барьера, выставленное перед сном, взломано. Второе – пошевелиться я не могу, поскольку обстоятельно связан по рукам и ногам. И, наконец, третье, и самое поганое – ползущее по спине явно не змея, если только змеи Ничейных земель не отрастили себе руки. Так, будем рассуждать логически. Если это воры, то какого хрена они меня лапают? Штаны им, что ли, приглянулись? Кроме них с меня взять нечего. Убийцы наемные тем более сантиментов разводить бы не стали, да и на кой я им сдался, не такая уж важная птица. Другие варианты в голову не приходили. Мелькнула мыслишка, что кто-то мог соблазниться мирно дрыхнущей одинкой тушкой, и была отметена, как неправдоподобная. Не самоубийцы же они, в самом деле – приставать к мускулистому парню зверского вида? Теплые небольшие ручки, трогающие лопатки, между тем поползли ниже, ненавязчиво подбираясь к филейной части. Не-не-не, это уже перебор! Набрав в легкие побольше воздуха и скорчив страшную рожу гаркнул: - А ну убрал грабки, долбоеб болезненный! - Почему болезненный? Я здоров, - обиженный голосок из-за спины явно принадлежал подростку. Значит «долбоеба» мы проигнорировали. - Братец, не пугай подопытного, будь добр, - второй голосок отозвался откуда-то из района затылка. Так их двое! Скосив глаза и вывернув шею, я ухитрился рассмотреть одного из вещавших. Худенький пацан, по виду ровесник моего младшего братца. Темные волосы обкорнаны рваными прядями, падающими на кукольно-смазливую мордашку. Оружия не видно, одежда незнакомая, черная с серебром, облегающая до неприличия. Чуть было не принял его за соотечественника, только у шарийцев не бывает такой светлой кожи и хрупко-рахитичного телосложения, да и глаза, хоть и карие чаще всего, но не с вертикальными зрачками. Копать-хоронить! Демон! Вот же ж меня угораздило, придурка! Демоны у нас – редкие гости, и слава Богине-матери. Магия на них не действует, оружия, ни простого, ни заговоренного, они не боятся, при их- то скорости реакции, а к людям испытывают самый пламенный интерес. Гастрономический. И то, что пацан хлипкий с виду, ничего не значит. Он десяток таких как я положит и не заметит. Мягкие поглаживания по пояснице отвлекли мозги от истерического биения об черепную коробку. - Успокойся, пожалуйста. Мы не сделаем ничего плохого. Будет приятно. Ага, приятно! Вопрос только, кому? Это обещание из разряда не больно прирезать, что ли? Тем временем, пока одна пара рук выглаживала меня как домашнего кошака, вторая настойчиво стягивала мои штаны. Ну да, я бы их тоже жрать не стал, еще отравишься ненароком. За последнюю деталь одежды я сражался как голодный людоед за бедрышко девственницы. Однако со связанными руками много не навоюешь. Штаны с меня попросту срезали, развеяв надежду на то, что ноги освободят хоть на пару минут. Продуманные сучата! - Какой красивый! – вздох восхищения за спиной окончательно сбил с толку. У меня что, ромашки на заднице внезапно выросли? Нашли, блядь, произведение исскуства! Не, уродом я себя не считаю, но демоны-эстеты как-то напрягали. Может, они проникнутся моей неземной красотой и потеряют аппетит? - Ри, ты масло не забыл? – невидимый демон завозился, усаживаясь на онемевшие ноги. Гурманы, что б их, сырым жрать им невкусно! - Ди, идиот, ты слишком нетерпеливый. Для начала подопытного нужно подготовить, - наставительно отозвался второй. – Мы же читали про людей, с ними надо ласково. В доказательство вычитанного меня начали гладить по голове, запуская тонкие пальчики с острыми коготками в отросшую шевелюру, потом переместились ниже, разминая скованные от напряжения мышцы плеч. Я поймал себя на том, что чуть не начал урчать от таких манипуляций, напрашиваясь на продолжение. Дурманная магия, не иначе! И о каких опытах они толкуют? - Видишь, Ди. Все правильно в книге написано. А ты вопил – фигня, фигня. Меня перевернули на бок, задирая связанные руки над головой. Мелкий демон, вроде Ри, встал надо мной и неожиданно начал раздеваться, выкручиваясь и медленно стягивая свои тесные шмотки. От непредвиденного стриптиза я завис ,как контуженный рыцарь, получивший булавой по шлему. Зря я его жертвой рахита обозвал. Тоненький вроде, а мышцы под белой кожей играют заметные. Талию двумя ладонями обхватить можно, ноги стройные длинные, попка округлая, аппетитная. Я б такому присунул за милую душу, если б не его происхождение. Что мне попались какие-то неправильные демоны, понял, когда меня начали целовать. Малолетняя зараза присосалась пиявкой, кусая губы и шуруя языком чуть ли не в глотке. Возмущенный подобной наглостью попробовал вытолкнуть наглого вторженца, однако в результате был втянут в противостояние, потому что намеков пацан не понимал, а кусаться в ответ я опасался. Увлеченный игрой «кто кого» не заметил, что братец юного экспериментатора без дела не сидел, водя коготками вдоль позвоночника и гоняя по спине стада мурашек. От двойной атаки я начал пылать, причем, отнюдь не праведным гневом. Ноготки царапнули поясницу, и на первый план вышла мысль, что позор в виде полноценного стояка скрыть никак не получится. Демонят реакция подопытного организма неожиданно порадовала. Ри оторвался от моих губ, давая вздохнуть, и накинулся на шею, вылизывая и урча как стыривший колбасу кот. По ходу, есть меня не собираются, по крайней мере, пока. Странные демоны. Ни рогов, ни хвоста у них не заметил, клыки не больше человеческих. Может они дефектные, демоницы им не дают, вот и бросаются на первого попавшегося человека? А что, я не против. Виденный братец симпатичный, второй, думаю, не хуже. А насчет происхождения, так у меня однажды хатрианка была. По сравнению с ее четырьмя руками и кольцами во всех частях тела пацаны просто милашки. Хотят эксперимента – устроим. Уговорить бы еще руки развязать, а там покажу им, что человеки тоже не пальцем деланные. Уловив смену настроения, Ри прижался плотнее, провокационно отираясь об бедро нехилым стояком и нежно запуская коготки в бочину. Его братец обнял со спины, судя по ощущениям, тоже полностью раздевшись, и двое юных натуралистов принялись тискать, обцеловывать и облизывать с удвоенным запалом. Я малость поплыл от такого научного энтузиазма, проморгав как шаловливые пальчики сменили место дислокации, пробираясь между ягодиц. - Ты что творишь, мелочь?! Крик души откровенно проигнорировали, продолжая свое черное дело. По позвоночнику прошла волна холодка, в кишках защекотало, в ноздри шибануло запахом корицы и еще какой-то неизвестной пахучей хрени. Пальцы, кружащиеся вокруг поджавшегося от недобрых предчувствий ануса, размазывали эту самую маслянистую хрень, разогревая чувствительную кожу. Конвульсивные дерганья в попытках скинуть мелкого вражину, видимо, восприняли как проявление удовольствия, потому что невинное кружение сменилось нажимом, и я взвыл дурниной, чувствуя протиснувшийся внутрь чужой палец. Твою налево! У него же когти, мама не горюй! Однако, против ожидания, боли не было, горячий палец по-свойски хозяйничал на запретной территории, выглаживая и нажимая как-то по-особому. Э, нет! Мы так не договаривались! Давя непрошеную мысль, что телодвижения демоненка достаточно приятные, резко напряг мышцы, стараясь вытолкнуть из неположенного места инородный предмет. Никому не подставлялся и не собираюсь, тем более тощему иномирному засранцу. - Братец, он сопротивляется, - обиженно протянули из-за спины. – А учитель точно узнает, если немного помагичить? - Я тебе помагичу! – Ри грозно сверкнул глазами. – В задании четко было сказано – соблазнить невинного человека, без применения магии. На этой фразе я прифигел. Это я- то невинный?! Не-е, меня реально оскорбляют. - Эй, парни. Вы часом ничего не перепутали? Какой я вам, нафиг, девственник?! Я трахаться начал, когда вас еще в проекте не было. Как говорит моя маминька, даже на поле боя есть место конструктивному диалогу. Не знаю, что оно значит, но, по-моему, сейчас именно тот случай. - Правда? – Ри уселся, поджав ноги, темные брови сложились трогательным домиком. Ну, прямо святая наивность! -Но ты так пахнешь, что.. - Мы тебе не верим, - мурлычуще закончил на ухо второй братец, отираясь всем телом о разгоряченную кожу спины. – Времени искать нового человека у нас нет. К тому же сомневаюсь, что здесь кто-то бывал. В анус ввинтились уже два пальца, рассылая по телу волну тяжелой, муторной дрожи. - Ри, ты чего заснул? Опять мне все делать? Любитель поцелуев отмер, улегся, обнимая как голодный последний кусок хлеба. М-м, от него самого здорово пахнет, пряниками со специями и еще чем-то вкусным… Чердак начал медленно срываться с насиженного места, мышцы растекались киселем, сладкий запах кружил голову. Развяжи меня сейчас, не факт, что смог бы оказать достойное сопротивление. Мелкий, заметив отсутствие агрессивных действий с моей стороны, пополз вниз и чувствительно цапнул за сосок. Я в ответ зашипел, грозя ему откусить что-нибудь важное. На удивление зубастик внял, зализывая место укуса, осторожно оттягивая губами вершинку, а потом отстранился и подул. От резкого контраста тепла и холода в животе возникла приятная щекотка, организм окончательно наплевал на моральные устои и принципы хозяина, приходя в полную боевую готовность. У мелкого вражины слюна походу ядовитая. С чего бы иначе меня так растащило от нехитрой ласки? Второй сосок был обласкан вслед за собратом, черноволосый змееныш плавно скользил губами по животу, прикусывая и вылизывая ставшую безобразно чувствительной кожу. Его маньяковатый братик продолжал упорно шуровать пальцами в моей заднице, вылив на ладонь столько масла, что оно уже текло по ногам. - Тебе приятно, человек? – кусачий демоненок поднял взгляд, трогательно заглядывая мне в лицо. - Ы-ы-ы,- очень осмысленно выдал я в ответ, дергаясь и пытаясь избежать проникновений, но получалось только насаживаться сильнее. Убиться молотом! Меня, прошедшего не один бой, собираются оттрахать двое малолеток. И, блядь, самое худшее – меня это как-то перестало пугать. Инстинкты, долженствующие вопить, как недорезанные, еще при появлении демонов, молчат, не воспринимая пацанов реальной угрозой. Увлекшись пространными размышлениями выпустил из виду момент, когда моих предполагаемых насильников тоже неслабо повело. Ри исчез из поля зрения, а через секунду я порадовался, что местность вокруг пустынная и моего голоса никто не услышит. Губы малолетнего развратника сомкнулись на самом дорогом, теребя уздечку, длинный влажный язык обвился, вокруг ствола, скользя, потирая каждый участок нежной кожи. Горячая ладошка легла на бедро, успокаивающее поглаживая. Ха! Дурак я что ли, вырываться?! С таким энтузиазмом мне ни одна шлюха не отсасывала, и главное, было видно, что пацан не меньше меня кайфовал от происходящего. Демоненок натянулся на мой член до основания, коснувшись носом поджавшегося живота, и подал голос. Вибрация отдавалось резонансом в костях, гуляя и сталкиваясь в теле, пальцы на ногах свело судорогой. Я моргнул, разгоняя замелькавшие перед глазами белые точки, и мысленно взмолился, чтобы Ри не вздумал останавливаться. Вот так…Ага… И еще чуточку… Второй братец решил внести свою лепту, проворачивая внутри согнутые пальцы, отчего я подавился очередным вдохом, выдавая совершенно непотребный стон. - Хорошо, правда? – томно поинтересовался мелкий пакостник, наваливаясь на спину и дыша в ухо. Я неопределенно махнул головой, способность говорить временно отключилась. Ниже пояса все горело и сжималось, ловкие пальчики нашли нужную точку, заставляя непроизвольно выгибаться, глубже погружаясь в горячий рот мастера оральных ласк. Мозги плавно стекли по позвоночнику, по пути прихватив страх и возмущение произволом. Ох, мать, как же хорошо! Наверное, я сказал это вслух, прибитый непривычными ощущениями. И тут меня жестоко обломали за мгновение до полного блаженства. - Ри, кажется, он готов, - в охрипшем голоске слышалось что-то… многообещающее. Демоненок прекратил играться с моим членом, выпуская из плена своего волшебного рта с пошлым чмоканьем, и одновременно его братец оставил в покое мою промасленную задницу. Меня с неожиданной силой перевернули на живот, дернули вверх, ставя на четвереньки. Освобожденные от веревки онемевшие ноги разъехались, под колено попался острый камешек. Дурман в мозгах малость развеялся, сменяясь запоздалыми нехорошими догадками, не успевшими толком оформиться. Когтистые ручки уверенно легли на ягодицы, раздвигая, и в задницу на всю длину разом въехал чужой хер. Из вариантов просто заорать или матерно, я выбрал второй, честя этого… этого… так, что сапожник со стажем удавился бы с зависти и переквалифицировался бы в белошвейку. - Блядь! Твою демоническую мать! Слезь с меня, утырок мелкий! Я боролся как издыхающий тролль, мышцы на руках чуть не полопались в попытках порвать путы и объяснить пацану, насколько он был неправ. Как я жить после этого секс-терроризма буду? Узнай кто, что меня отымели, как захотели, двое мелкотравчатых уебков, и останется только повеситься на собственных подштанниках. Разницу в силе между человеком и демоном мне продемонстрировали наглядно, прижимая к земле, вынуждая задрать филей в зенит. - Успокойся, мы не навредим тебе, -Ри гладил меня по голове как ребенка, боящегося целителя с чашкой микстуры. – Ди будет осторожен. Правда, братец? - А то, - в подтверждение ебарь-террорист замер, то ли позволяя привыкнуть, то ли опасаясь остаться без чего-то важного от моих дерганий. – Будет улетно, не боись. И на пробу двинул бедрами, толкаясь глубже. - Я вас убью нахер, - обреченно взвыл, чувствуя ритмичные толчки и нарастающую внутри пульсацию. – Только руки освобожу и вам не жить. - Не сердись, пожалуйста, - продолжал уговаривать Ри , нажимая на плечи, чтоб не утек от атак его братца. – Нам, правда, очень нужно сдать этот экзамен, иначе нас вышвырнут из академии. Нормально,а?! У них завал в учебе, а моей заднице отдуваться?! И что за школа маньяков-извращенцев, где такие задания детям дают? - Ты такой классный, - Ди улегся мне на спину, шепча куда-то между лопаток. – Красивый, сильный и пахнешь одурительно. Может не зря северные варвары не моются? Вот до чего доводит приверженность к чистоте – пахну я, видите ли, одурительно! Надо было ложиться спать грязным и вонючим, никакие озабоченные гости и на версту бы не подошли. Влажные губы выцеловывали дорожку по позвоночнику, изредка прихватывая острыми клычками, внушительные коготки царапали живот, дразняще задевали соски. Не смотря на абсурдно-унизительную ситуацию у меня стояло, хоть гвозди забивай. Магия не магия, демоны не демоны – похеру. Я расслабился, утыкаясь лбом в луговую травку, позволяя душному, стыдному удовольствию затопить до кончиков ушей. Ди, до этого двигавшийся медленно и размеренно, перемену уловил моментально и вошел в режим кролика, просидевшего год в одиночной клетке. «Мать моя воительница, если б знал, что это так охренительно, не отказывался бы раньше»,- промелькнуло где-то на задворках разума одновременно с ревом рассудка: «Повтори, чего ты вякнул?!!» Демоненок толкался под разными углами, ища видимо самый улетный, то прижимаясь, то откидываясь назад. Я пускал слюни и кусал губы, лишь бы не стонать как последняя блядь. Тело вышло из под контроля, в ушах звенело от биения крови, в паху полыхал пожар. Связанные руки не давали возможности оказать себе неотложную помощь, просить мелкого гаденыша было бы уже запредельным унижением. Такое чувство, будто это демоническая зараза не экзамен сдать хотел, а довести меня до разрыва сердца. - Давай, красивый, кончай, ну же, - интимно мурлыкнул Ди. Тоненькие сильные пальчики сжали соски, выкручивая. Вспышка колкой боли столкнулась с накатывающей волной удовольствия, и мир перевернулся. Мышцы скрутило судорогой, лицо свело оскалом. Кончал я с полным ощущением, что помираю. - Ох-х, здорово-о,- выстонал демоненок, отваливаясь. С трудом собрав себя в кучу, выпрямил ноги, перевернулся на спину, унимая запоздалую трясучку. Изящное тельце свалилось рядышком, опуская на плечо темноволосую башку, и тихонько засопело. Обалдеть! Так они близнецы. Ди – точная копия Ри, только рваные прядки волос собраны в куцый хвост на макушке. Глазки закрыты, губки приоткрыл, на мордахе выражение полного умиротворения. Ну, прямо дите, умаявшееся после трудного дня! Наверное, меня все же одурманили. Ну как нормальный человек в здравом уме может испытывать умиление при виде насильно поимевшего его в задницу? Хотя надо признать малый не зверствовал, наоборот старался сделать приятно. Неправильные они демоны. - Тебе не больно? – заботливо поинтересовался Ри, вуайерист юный. Как ни странно, больно действительно не было, внутри немного саднило, и раздражала стягивающая кожу смесь масла и спермы. Демоненок развел мне колени, внимательно осматривая, провел ладонью по промежности. На стыд уже не осталось моральных сил, я просто наблюдал за действиями неправильного демона. - Ты действительно бесподобно пахнешь, - на бледной мордашке появился румянец. Пацан поднес испачканную ладонь к губам, медленно проводя по ней длинным, узким как у змеи, язычком. – И на вкус приятный. Умереть не встать! Я понял, что краснею как монашка, попавшая в мужскую купальню. Ничего развратнее и эротичнее в жизни не видел. Член со мной полностью согласился, вставая в боевую стойку. Ри втиснулся между раздвинутых ног, устраиваясь для долгого комфортного пребывания. Не-а, о втором раунде мы не договаривались! Моя задница – не учебное пособие для потусторонних двоечников. Братец-демон наклонился к моему лицу, щекоча растрепанными волосами, гипнотизируя темнотой расширенных зрачков. - Я не такой бешеный как брат. Ты мне нравишься, человек. Позволь мне подарить тебе удовольствие. Удивительно, но Ри похоже действительно ожидал моего согласия. Ладони ласково оглаживали тяжело поднимающуюся грудную клетку, обводили контуры мышц с каким-то благоговением. Демоненок часто облизывал губы, бросая вопросительные взгляды из-под длинных ресниц. - Не бойся. Я буду очень стараться. Я умею, правда… Изящное легкое тело улеглось сверху, Ри елозил по мне, беспорядочно целуя, куда доставал, и едва слышно постанывал. - Давай уже, хватит сантименты разводить. Это я сказал? Не верю! Обрадованный разрешением, пацан несколько раз на пробу провел членом между ягодиц и начал втискиваться буквально по миллиметру, вцепившись мне в бедра и закатив глаза, словно собирался брякнуться в обморок. Я устроился поудобнее, упираясь пятками согнутых ног в землю. Все едино, поздно пить из целебного источника, когда печень отказала. Осталось расслабиться и получать удовольствие, а на утро забыть как бредовый сон. Окинул взглядом поминутно замирающего, выгнувшегося натянутым луком демоненка. Глаза полуоткрыты, полная губа прикушена, сосочки призывно розовеют на светлой коже, вся поза - чистое воплощение разврата. Эх, жаль, руки связаны, не облапать этот соблазн ходячий как следует. - Эй, Ри, развяжи меня, - попросил, не особо надеясь на успех. - Драться не будешь? – мелкий мастер поцелуев не открывал глаз, плавая в своей нирване. Какой драться? Я соображать не могу, вместо мозгов каша, из тела будто все кости вынули. - Не буду. Ты же удовольствие обещал, так я привык, что бы это взаимно было. Отросший черный коготок подцепил веревку, легко рассекая. Качественно ребята связали, правильно – кровоток не нарушен, даже онемения почти не чувствуется. Потянулся, проводя ладонями по худым бокам. Мягкая, горячая как в лихорадке кожа, сердце заполошно стучит об ребра… Второй рукой приобнял непроснувшегося братца. На секунду показалось, что так и должно быть. Что мы – боевое трио, сплетенное телами и душами, и сейчас просто предаемся приятному отдыху после очередного задания. - Я тебя чувствую, - Ри застыл, ошарашено хлопая глазами. – Ты принял нас в узор…нас обоих… О чем это он? А-а, побоку! Я двинул бедрами, намекая, что неплохо бы продолжить. Демоненок отмерз, решительно положил мою руку себе на плечо, мимолетно отершись щекой. А потом… Не знаю, почему нас так накрыло. Кто кого трахал было уже неясно, да и не важно. По мне, Ри оказался еще бешеней своего братца, выкладывался с полной самоотдачей. Я сжимал ногами тонкую талию и стонал, не сдерживаясь, откликаясь на его стоны, видя, как демоненка ведет и выгибает от каждого движения. - Не могу больше, - Ри дышал, как загнанный, очумело мотая головой. – Ох-х, я сейчас… -Эй-эй, потерпи еще чуток, - прохрипел, чувствуя, что и мне осталось всего ничего. Внутри все сжималось, член прижался к животу, умоляя о внимании. Заботливая ладошка нежно сжала страдальца, с нажимом проводя вверх-вниз. С хрипом издыхающего дракона я выгнулся, вставая на лопатки, прижимая к груди бьющегося в оргазменных судорогах Ри. - Ни хрена себе экзамен, - донеслось откуда-то издалека сквозь писк в ушах. Ри скатился с меня и устроился под свободным боком. – Тебе понравилось? - Спи давай, ебака грозный,- пробормотал, пригребая умаявшихся насильников-двоечников поближе и проваливаясь в сон.