Я буду помнить...

-Уилл?! - слезы хлынули из глаз Диппера уже не ручьями, а Ниaгарскими водопадами. - Мой принц...       Советник подбежал к кровати шатена и опустился на колени. Руки голубоволосого дрожали, а глаза блестели. Мужчина склонился над парнем, укутал его в одеяло и осторожно взял на надежные руки. Слезы продолжали течь из глаз Диппера. - Не плачьте, мой молодой принц... - За что?! За что он так со мной?! - голос парня дрожал и хрипел от постоянного крика. Все тело трясло. - Успокойтесь. Он... - Просто тиран! Я- залог мира, а не очередная блудная шлюшка. - Диппер вновь залился горькими слезьми. - Вы мне напомнили Вилла. Знаете, я вам сейчас кое-что расскажу. Хотя за это Билл мне голову и отрубит, но я все же рискну.       Уилл донес Диппера до ванной комнаты* и осторожно, вместе с одеялом, погрузил его в деревянную ванну, которую приготовили по возвращению советника. Вода была горячей и это немного ослабило боль в вытраханном до краев теле шатена. - Так кто же такой Вилл? И почему Билл "загнал его в могилу своей любовью"? - Вилл Дримс - наш старший брат. - начал советник, сев на край ванны. - Но в отличии от нас, Вилл был чистокровной омегой. Парень имел зеленый цвет волос и изумрудные, проницательные глаза. Многие альфы за ним ухаживали, некоторые делали предложение руки и сердца... Но Вилл отказывал всем. Несмотря на угрозы со стороны отца, мой брат не желал никому отдаваться. Это было странно, но больше меня настораживали его отношения с Биллом. Даже в подростковом возрасте младший братец мог соблазнить любую омежку. Омеги толпами за ним бегали... - Уилл засмеялся. - Но Биллу они были не нужны. Я, конечно, подозревал о склонностях блондина, но отцу ничего не сказал, ведь он так любил своего младшего сына. Возможно, и Вилл знал... -Знал о чем? - неуверенно спросил Диппер. - О "влюбленности" Билла. - Советник хмыкнул. - Блондин ухаживал за Виллом, но добивался лишь обычного поклона. Конечно, Биллу этого было не достаточно... - Неужели он... - Глаза принца вновь заблестели. - Я думаю, что да. - Поймав на себе удивленный взгляд шатена, Уилл добавил. - Билл говорит, что все было взаимно. Мне мало верится. - Немного помолчав, продолжил советник. - Я случайно застал их. Не помню, зачем я шел к Виллу, да это и не важно сейчас. Когда подошел к дверям, услышал стоны. Ночь. Я смекнул, что там происходит. Распахнул двери и замер... Тут же я захлопнул двери и побежал прочь из замка. У меня был явный шок. Я сел в саду и протяжно заплакал. Образы не выходили из головы. Через некоторое время услышал голос Вилла. Он звал меня. Я еще сильнее заплакал. Брат нашел меня, заплаканного и с огромными глазами. Хотя у Вилла был вид не лучше, ведь у него тоже были заплаканные глаза. Мне было страшно и я прижался к брату. Он объяснил и попросил, что бы я ничего не говорил отцу, то будет плохо. Потом он взял меня на руки и отнес в замок. - А что с ним случилось? - спросил Диппер, приподнявшись. - Как и обещал, я ничего не сказал отцу. - Томно сказал Уилл. - Мне было плохо, образы не выходили из головы. Слишком впечатлительным был я в юности. Так я еще и видел, как Билл приставал, нет, лучше сказать домогался до Вилла, тот просил не делать этого, но блондин будто его не слышал... Мне приходилось терпеть. Так еще и... Я любил блуждать по замку ночью, и, проходя мимо покоев Вилла, иногда слышал стоны, хотя, по сути, они старались делать все тихо. Не знаю, сколько это могло продолжаться, но наступил тот роковой день, изменивший все. Ничего не предвещало беды. Я бегал по замку, ища Вилла. Нашел его в покоях Билла. Братья о чем-то спорили, а точнее - они ругались. Я не слышал причину ссоры, но Билл сказал, что это не его проблемы, и Вилл выбежал из покоев в слезах. Я спросил, что случилось, но отмахнулся и предложил поиграть. Пожав плечами, я согласился и мы весь день играли в рыцарей в саду. Вилла не было с нами. И за ужином брата не было. Его слуга сказал, что Вилл не желает есть. Никто не обратил внимание на это... - слезы показались на глазах Уилла, но он легко смахнул их побледневшей рукой. - А на следующее утро его нашли в саду. Вилл повесился. Отца тут же схватил приступ и вечером он скончался. Моему гневу не было предела! Я кричал на Билла, находясь в истерике, агонии, говорил, что он виноват в смерти Вилла. Брат отрицал и говорил лишь одно: что он его любил. Тут вошел лекарь. Мы посмотрели на него, глаза его были огромными. Мужчина сказал, что умерло три человека. Мы с братом не понимали о чем он. Лекарь сказал, что умер отец-король, Вилл и его ребенок. Мужчина тут же выбежал и захлопнул двери. Только спустя пару минут повисшего мертвого молчания, я понял, что Вилл был беременн от Билла. В гневе я ударил блондина по лицу, сказав, что он полная конченая мразь. Брат упал и сказал о своем не знании, мол Вилл ему не сказал. Я ударил Билла еще раз. Он свалил меня с ног. Завязалась драка. Брат наклонил меня над камином. Огонь обжег подбородок, часть волос и нос... Я же, в целях защиты, ударил его первым попавшимся предметом. Это оказался кинжал. Удар пришелся по глазу. Билл упал. Кровь полилась по лицу и перетекала в него на пол. На его крики сбежались все слуги. Лекарь прибежал последним. В итоге: Билл лишился одного глаза, я...потерял обоняние. Поэтому, не чую истинного. Я просто не могу по физическим причинам. С тех пор прошло много времени... Я отказался от трона, Билл стал королем, сделал меня советником. И ни один из нас до сих пор не нашли истинного. Я не могу, а он... Возможно, Вилл и был его истинным.       Уилл закончил свой рассказ, а Диппер снова протяжно заплакал. Советник прижал шатена по ближе к себе, от чего его одежда стала мокрой. Голубоволосый вытащил принца из воды, укутав несколькими полотенцами, отнес его в покои. Уложив Диппера на кровать, он потушил слабо горящие свечи. - Уилл... - Сказав впервые имя, позвал шатен. - Спасибо тебе!       Ласково наклонив советника к себе, принц осторожно поцеловал его в краешек губ. Уилл в мгновение залился краской. - Благодарю тебя! - прошептал Диппер и улегся по удобнее на кровать.       Уилл неуклюже, от смущения, поклонился и вышел из покоев. Облокотившись на стену, советник легонько коснулся дрожащей рукой губ и улыбнулся как всегда: искренне и тепло, как он умеет.