Встреча нового мира.

Pov: Автор/Джи.

Любопытство сгубило кошку.

      Скелет долго сидел в кресле размышляя о смысле существования и прочей шелухе. Нет, если подумать, то он вроде даже счастлив... должен быть. Только такого нету. Он был в го'ре, перевернутой с ног на голову. Там, где уже не просто выбраться, а выжить и то тяжело. О свободе он и не мечтал. Поэтому, что делать с ней сейчас не имел ни малейшего понятия. Тем более один. Он не хотел уходить. Не хотел оставлять Фриск... но что поделать, жизнь - сложная штука. Может ещё свидятся. Кто знает? И какой стала его Фриск... после его ухода? А Санс? Она наверняка с ним счастлива.        Скелет скучающим взглядом обведя комнату посмотрел за окно. Снег идет. Холодный. Прямо, как в Сноудинге. Давно. И небо... такое же черное, как в пещерах, только... вау... сколько же на нем звезд?! Он действительно выбрался? Он правда свободен? Как-то не верится даже...       Я долго смотрел на эти маленькие огоньки, пока они наконец не наполнили мою душу решимостью не сдаваться раньше времени. Немного растерявшись от такого настроя я оглянулся на девчонку, которая уже сладко спит, видя десятый сон и призвал душу... какого?$!?!#%! Мда... вот так сюрприз. С таким ещё попробуй проживи называется. Половинка души была красной, видимо последний подарок Фриск. Другая была синей, что и не удивительно. А серединка, словно молния разделяющая два кусочка, черной полоской шла тьма. Кусочек черной души. Они не смешались... и не смешиваются. А это плохо... скорее всего. - Отдаленно констатировал мозг, если таковой у него, конечно имелся. Ну... ладно. Чего быть, того не миновать. Оглядев комнату ещё раз он сел за стул, пододвинув его к компьютеру. Включил. Включился. И потребовал пароль. На заставке был вотерфолл... красиво... и знакомо... слегка... но пароля он не знаю.       Даже нисколько не удивленный Джи вновь выключил компьютер, чтобы его жужжание и свет экрана не разбудили владелицу комнаты. А то доведет ведь, и она реально попытается вытолкать его за дверь. Не очень хотелось бы пугать местный люд своей скромной персоной, прогуливающейся ночью по темным закоулкам. Учитывая, что в монстров люди по словам Фриск уже и верить перестали, как бы не довести кого до сердечного приступа. Ну что ж... следующим вариантом извлечения информации об этом мире было... ах, вот они где. Книжки. У девчонки целая стена была отведена под полки, на которых хранилась всякая дребедень.       На самой нижней полке были коробки. Вытащив увидел кучу каких-то золотых медяшек. Награды... Во второй были какие-то бумажки, предположительно грамоты. И в следующей коробке тоже награды. А в следующей... я даже не удивился, снова были грамоты, только... да, это точно были они. Если собрать их из тех кусочков, что остались, эти бумажки были точь в точь, как предыдущие. И написано, пусть и не пойму, что, но одинаковое. Во всяком случае первые, заглавные слова. И почему она их порвала?       Посмотрев на девочку я не увидел ничего необычного. Слегка полненькая, но не толстенькая, рыжие, неяркие, сухие и ломкие волосы, нос усыпан легкими веснушками. Совсем легкими и мелкими, но все же. Губы... не знаю... в сравнении с Фриск они были больше, а ведь она старше, но кажется все ещё тонкие. Странно сидеть на корточках возле шкафа и рассматривать человека. Глупо. Но эта девочка укуталась в одеяло, как в кокон и выглядела сейчас такой милой и беззащитной. И не грубой, в отличие от реальности. Ладно, что-то я отвлекся.       Вторая полка была забита не книгами и не коробками... альбомы. И забита ими вся полка, не считая одного пробела. Другой альбом был на три полки выше, но не суть. Мне не в личных вещах ковыряться надо. Книги, книги... следующая полка была в альбомах и тетрадках, а вот четвертая, о да, там были книги. И я сопротивлялся острому желанию разорвать их в клочья и негромко, но качественно выматериться. Мало того, что некоторые только по обложкам понятно, что не несут никакой нагрузки на мозг, кроме тупой юношеской романтики, как стоило найти нечто интересное, похожее на историю, а язык... впрочем не удивительно, что человеческий. Моей магии хватает только на язык, а на письмо, нет... слишком слабо. Не понимаю. В подземелье понимание обеспечивал барьер. Сейчас моя магия. А её после переноса, да ещё с такой душой вообще беречь нужно. Но ничего, язык вроде не сложный со временем сам научусь говорить, а вот читать.       Недолго думая я решил скрасить ночь компроматом. Детские альбомы были скучны и неинтересны, меня гораздо более сильно удивлял, привлекал и поражал задний фон этих фотографий. Сами фото девочки я и не замечал в общем-то. А что там замечать? Ребенок с двумя хвостиками годикам так к полтора-двум идет и задрав голову держит за ручки какую-то женщину, предположительно свою маму? Или вот тут она пытается сидя на какой-то странной штуке крутить ещё одну какую-то странную штуку, часть предыдущей штуки и не упасть с неё. А на заднем фоне такая чудесная травка. На следующем кадре ребенок все же упал и теперь ревет. В конце альбома ещё привлек кадр той же самой девочки только с косой до лопаток и фиолетовым рюкзаком, надувшаяся. И то, какой она пришла после школы. Коса растрепана, одежда потрепана и местами порвана, вся в грязи. Брови сведены к переносице и на всех кто видит кадр дитя смотрит, как на врагов мира. Губа рассечена, ребенок явно не ужился в новой школе. Я открыл второй альбом. Забавно. Там были чисто драки. От маленького возраста, когда дитя не имеющее зубов укусило черноволосую девочку немногим старше себя так что она вскрикнула, кадр был явно неудачный. И до момента, как они все с той же девчонкой выдирают друг другу волосы на лужайке дома. И даже качели, предположительно из-за которых и подрались девочки, вместе с деревом на котором она весела были видны на кадре. Вот, все же на качель уселась потрепанная, но улыбчивая и гордящаяся победой мелкая. Вот старшая, надутым хомячком её качает. И толкая слишком сильно сбрасывает сестру в полете с качели. Похоже она и сама не ожидала, что толкнет так сильно, но кадр запечатлил испуганное лицо старшей и летящую с открытым ртом и испугом в глазах младшую малышку выставляющую вперед руки. Угу... поможет, как же. Не при такой скорости и угле падения - подбородок расшибет точно. Задумавшись я посмотрел на оригинал. И впрямь, на подбородке проходил еле-видный маленький шрамик, хах.- Это вызвало у Джи странную улыбку.- Следующий альбом был посвящен день-рожденьям сестер. Там были и драки тортом, и слезы, и злость, и действительно кровопролитные драки. И разной высоты, формы и цвета торты, от которых текли слюнки, куча свечек вплоть до последнего кадра. Родители, как я заметил пресутствовали на кадрах минимальное количество раз и учитывая их количество появилась теория, что родители у девочек разные. Ибо пресутствовало все же две семьи. Последним кадром старшей было восемнадцать, младшей четырнадцать, никого из взрослых уже и в помине не видно. Ну что ж, хоть какая-то информация.       Больше всего мне понравился альбом с видами, лежащий отдельно от остальных на полках выше. Он был подписан, но я ничего не понял. Учитывая, что на полке, прикрученной у другой стены лежит пару камер, предположительно снимала это как раз таки эта самая девчонка... Эрика. И получалось у неё здоровски. А лежал он отдельно от остальных, скорее всего из-за незаконченности. В альбоме было пару пустых мест. Следующей подверглась просмотру полка с альбомами, да тетрадками. Тетрадки в большинстве своем были исписаны буквами их мира и украшены рисунками на полях. Где-то в серединке стопки тетрадей, которые я пролистывал по штук десять в минуту я нашел цветок... он был синим, из Вотерфолла, так же нарисован на полях. Поэтому дальше я начал присматриваться к этим рисункам сильнее. Ну да, предположительно, если бы она не знала о нас, я бы просто не смог здесь оказаться, но все-таки это странно. И я не уверен, но рисунки кажется передавали её настроение. Цветки вотерфолла с каждым разом получались все лучше и правдоподобней, грибы... не знаю, как она это сделала из обычных карандашей, но посвечивались в темноте. Так же были и не очень забавные рисунки, типа кровавых ножей, кандалов, цепей, скелетов. Да, просто разные косточки, иногда светящиеся изнутри разными цветами. Оранжевый, черный, просто кости, синие... красные... исключая эхо-цветки ещё были цветы красного и желтого цвета. Желтые чаще рисовались полянками или в вазочках, а красные всегда на фоне кирпичей. Странные вещи валяющиеся в цветках типа куска бургера, хотдога, руки скелета и прочей ерунды. Чем больше тетрадок просматривал тем больше поражался её способностям рисовать. Потом стал даже находить целые изрисованные в тетрадях листы. Чаще серединки и концовки тетрадей, а рисунки на полях, зачеркнутые красной ручкой практически исчезли. Первый рисунок был в стиле вотерфолла. Во втором скелет. Неопознаваемый, скорее всего рисовала по наитию, но странным было то, что она не дорисовав его просто начала делать точечки. Я долго смотрел на рисунок, пока не догадался что это пыль. Он рассыпается в пыль. Был ребенок. Всегда в желто-зеленом свитере, с каре. В руках держала ножик или палку. На щеке не было нарисовано лица, но всегда был пластырь. Позднее глаза стали красными точечками в полностью черном лице. Потом у дитя стали появляться черные слезы. Новая тетрадь, опять рисунки на полях. Светло-коричневые волосы черный овал лица. В тени... карандашом было закрашено лицо. Красные глаза, по щекам текут черные слезы. Дальше у тетради отсутствовали поля. Их просто вырвали. - И что это ты тут делаешь?- хрипло, но от этого не менее зло прозвучало спиной. Если бы по костям могли бегать мурашки, они бы пробежали. - А, это ты,- лениво протянул я, повернувшись и выдыхая дым ей в лицо. - Не смей курить в моем доме!- крик наверное весь этот дом и разбудил.