Стаканчик кофе, изменивший мою жизнь

— Что ты делаешь? — возмущённо спросила я. — Беру книгу, — как ни в чём не бывало, ответил парень. — Она моя, отдай! — Я яро устремилась к нему, но он ловко уклонился. — А… а… а... — Парень покачал головой на каждое «а», передразнивая меня, а затем посмотрел на обложку учебника, где указано имя автора. — Милочка, значит, тебя зовут Сон Ынха?       Очередная дурацкая шуточка с его стороны лишь больше меня разозлила. — Да! Так что отдай! — Я вновь потянулась за книгой, но Чонгук в очередной раз увернулся и поднял её прямо над моей головой.       Использовал мою слабость. Но просто так ему уступать, я не собиралась, ведь учебник очень старый и в нашем универе есть лишь в одном экземпляре, который сейчас находился прямо надо мной, а точнее в руках одного Кретина. Поэтому я усиленно, без остановки начала прыгать, пытаясь дотянуться до книги, совсем не понимая, что тем самым, как дура повелась на уловку парня. — Сон Ынха, а ты смелая, — неожиданно произнёс он. — При первой же встрече лезть обниматься к парню.       Опомнившись, я поняла, что, совсем увлёкшись желанием дотянуться до учебника, не заметила, насколько близко подошла к Чонгуку. Я стояла, вплотную прижавшись к нему, моя левая рука беспардонно лежала на его плече, а правой я тянулась за книгой — соглашусь, не самая приличная поза. Я тут же поддалась назад, желая отстраниться, но парень внезапно обвил мою талию и крепче прижал к себе. — Знаешь, что мы в самом дальнем уголке библиотеки? Угадай, что я могу сделать? — Он обольстительно улыбнулся и начал медленно приближаться к моему лицу.       В этот момент я оцепенела, не в силах пошевелиться. Сердце учащённо забилось в груди, волоски на руках встали дыбом, и, кажется, я почти не дышала. Между нашими лицами оставались какие-то сантиметры, и я уже чувствовала его горячее дыхание на своих губах, как внезапно внутри меня будто что-то щёлкнуло, и, справившись с наваждением, я резко его оттолкнула. — Чего творишь, извращенец? Совсем совесть потерял?! — процедила я, прожигая его озлобленным взглядом.       В ответ мне последовала самодовольная ухмылка. Развернувшись, я схватила с пола свой рюкзак и поспешно ушла.       Внутри всё клокотало. Чонгук, его поведение и действия меня ужасно злили. Но моя податливость и легкомыслие просто приводили в бешенство. Вместо того, чтобы преподать урок избалованному наследничку, я стояла, как вкопанная и ждала. Немыслимо!       Сев за свободный стол, я вытащила все нужные принадлежности из рюкзака и, открыв тетрадь, принялась за уроки. — Чем занимаешься? — послышалось сверху и секунду спустя передо мной уселся Чонгук. Уткнувшись в учебник, я сделала вид, что не заметила его. — Значит, наша ванилька Ынха не хочет разговаривать, — догадался он, но я продолжала молчать. — Ты обиделась? — всё не унимался парень, но я старательно продолжала игнорировать. — Но из-за чего? Ничего же не было?       Всё же не сдержавшись, я раздражённо захлопнула книгу и озлобленно посмотрела на парня. — Послушай, ты не видишь, что я читаю, а ты мне мешаешь сосредоточиться?       Но Чонгук сделал вид, что не слышит, продолжая говорить о своём: — Странная у тебя реакция была. Ещё ни одна девушка на меня так не реагировала. А хотя постой, была одна недотрога в средней школе. Но мы с ней быстро исправили эту проблему, — усмехнулся он. — Эй, ванилька Ынха, у тебя ведь никогда не было парня, я прав? — С… с чего ты взял? — запнувшись, возмутилась я. — Заикаешься, значит, и вправду не было. — Чонгук покачал головой и наигранно поджал губы. — Надоел! — вскрикнула я, но на нас тут же покосились несколько сидящих рядом студентов. Совсем забыла, что нахожусь в библиотеке. Немного умерив свой пыл, я почти шёпотом продолжила: — Был, не был, какая тебе вообще разница? — Абсолютно никакой, — пожал плечами парень. — Просто, неподдельный интерес. А ты что так взъелась, Ынха? — Ничего. И меня зовут Сухон, а не Ынха. Так что прекрати меня так называть и лучше верни мою книгу! — Сухон? Но я не видел этого имени на обложке. Что же получается, ты мне наврала, и она не твоя, — заумно изрёк этот Кретин, наигранно хмуря брови, а подавшись вперёд, добавил: — Эх, Сухон, тебя разве не учили в детстве, что врать нехорошо? — А тебя разве не учили в детстве, что наличие денег у папы в кошельке не даёт тебе права делать всё, что вздумается? — процедила сквозь зубы я, прожигая его взглядом.       В глазах Чонгука мелькнула гамма эмоций, но лицом он остался невозмутим. Всё также, не отводя взгляда, он произнёс: — Правда, что ли? Странно, я ни разу такого не слышал.       Я устало вздохнула. — Прекращай этот цирк и верни мне книгу. — С удовольствием, но, к сожалению, я её ещё не дочитал. — Ты и читать не станешь. Так что верни. — Кстати, что насчёт моей рубашки? — Хватит тему переводить. Книгу отдай! — потребовала я. — Ой, совсем забыл сказать. В прошлый раз, когда ты меня повалила на пол, я повредил спину из-за чего некоторое время пролежал в больнице. Теперь к испорченной рубашке прибавилась сумма за больничные счета. — Книгу отдай. — Чего ты завелась — книга, да книга? Лучше скажи, как долго отдавать будешь? Если что, моё предложение с прошлого раза ещё в силе, — произнёс он и его губы медленно растянулись в ухмылке.       Я скрипнула зубами. Мне ещё никогда не приходилось сталкиваться с настолько невыносимым и раздражительным человеком. Чувствуя, что этот разговор ни к чему хорошему не приведёт, я резко поднялась, закинула все вещи в сумку и направилась к выходу. Если я осталась бы ещё хоть на минуту рядом с этим невыносимым парнем, уверена, накинулась бы на него и исцарапала всё лицо, прославившись психичкой на весь универ. Подобный исход меня совсем не устраивал, поэтому решение демонстративно уйти было самым верным. — Как он мне надоел. Больше доставать некого? — с обидой пробурчала себе под нос, топая по тёмному коридору седьмого этажа.       Уже около восьми вечера, пары давным-давно закончились и поэтому почти все коридоры девятиэтажного здания универа были пустыми. Только занудные зубрилы, как я, сидели тут допоздна. Именно поэтому я не могла понять, что здесь вообще забыл Чонгук?       Когда я вышла из универа и направилась в общежитие, за моей спиной послышались чьи-то шаги. Обернувшись, я увидела тёмную фигуру мужчины. А может парня, не знаю. Разобрать было сложно из-за капюшона на его голове, да к тому же на улице было уже не светло. Не придав этому абсолютно никакого значения, я спокойным шагом пошла дальше.       Я была спокойна вплоть до того момента, пока этот мужчина не свернул на последнем повороте по пути к общежитию и не продолжил идти за мной, не отставая ни на шаг. Дальше шла прямая дорога, без поворотов, через небольшой сквер. Это был явный признак того, что меня преследуют. От осознания этого, мне стало совсем не по себе. В голове сразу возникли картинки из фильмов и сериалов про маньяков, и по телу тут же пробежались мурашки. Я попыталась вспомнить последние выпуски новостей, и было ли в них упоминание о маньяках или серийных убийцах, но поняла, что в последний раз новости смотрела месяц назад. Надеясь, что у меня просто паранойя, я решила сесть на ближайшую лавочку, и переждать, пока незнакомец пройдёт мимо. Но, стоило мне это сделать, как мужчина остановился недалеко от меня, делая вид, что сидит в телефоне. Мне стало по-настоящему страшно. Но деваться всё равно было некуда — навстречу этому маньяку не пойдёшь, оставалось идти только вперёд. Немного переждав на скамейке, я продолжила свой путь на дрожащих от страха ногах.       До общежития оставалось меньше пятисот метров, когда мне показалось, будто незнакомец прибавил шагу. От страха сердце бешено заколотилось в груди и задрожали руки. Вдохнув побольше воздуха в лёгкие, я уже намеревалась рвануть с места и просто добежать до общаги, как внезапно чья-то тяжёлая рука опустилась на моё плечо. Дальше всё произошло рефлекторно и слишком быстро: я резко схватила незнакомца за руку, одним движением перекинула через себя. Спустя несколько секунд на земле лежал парень и, кряхтя, постанывал от боли. Я, всё ещё не отойдя от произошедшего, широко раскрытыми глазами, наблюдала, как он еле как сел. — Чёрт, ты дура что ли? — снимая капюшон, пробубнил он.       Моё лицо ещё больше вытянулось от удивления, когда я увидела знакомую мятную макушку.