Стаканчик кофе, изменивший мою жизнь

Flashback [Для атмосферы трек Robert Haigh — Clear Water.]       Тихая классическая музыка и ароматный запах кофе витали в воздухе, наполняя небольшое помещение кофейни уютом и теплом. Уже остывшая, но всё ещё нетронутая чашка с кофе приятно согревала руки. Удобно устроившись на стуле, я смотрела на капли дождя, которые беспорядочно скатывались по стеклу. С улицы доносился приглушенный шум грозы. Дождь продолжал безжалостно обрушиваться на улицы города, а осенний ветер гонять над дорогой сорванные листья. Сегодняшняя непогода лишь навевала ещё большую грусть и уныние.       Раздался звон колокольчиков, и я тут же вздрогнула, возвращаясь в реальность. У входа стоял Сокджин и отряхивал сложенный зонт от капель. Закончив, он поднял голову и, наткнувшись на меня взглядом, улыбнулся. — Привет, Сухон, — произнёс он, подойдя ближе. — Извини, на работе задержали. — Ничего страшного, — спокойно ответила я.       Усевшись напротив, мужчина поддался чуть вперёд и обеспокоенно взглянул на меня. — Как ты себя чувствуешь? — Спасибо, уже лучше. — По тебе не скажешь, — покачал головой он.       Я не обратила внимание на это замечание и сразу перевела тему разговора: — Ничего не будете заказывать? — Нет. — Тогда сразу к делу? — Конечно. Спрашивай, что хочешь узнать, и я постараюсь ответить. — Джин сложил руки перед собой, приготовившись слушать. — Речь пойдёт о моей маме, — начала я, глядя на собственные пальцы, которые водили по краю чашки. — Доктор Ким, моя мама была вашей пациенткой на протяжении трёх лет, верно? — Я подняла голову и пристально посмотрела на мужчину.       Явно не ожидая услышать именно этот вопрос, он нахмурился. — Ну, да, — спокойно кивнул он, сдержав небольшую паузу. — Она и сейчас является моей пациенткой. — А вы не лжёте? — с некой надеждой, уточнила я.       Мужчина немного расслабился, поддался назад и облокотился на спинку стула. — Зачем мне это? Я могу предоставить её карту, если понадобится, — начал он, пожав плечами. — Но, надеюсь, мы не пойдём на такие крайности. — Джин поднял на меня серьёзный взгляд. — Хон, ты ведь хочешь знать всю правду, верно?       Именно эта «правда» пугала меня больше всего. Я нервно сглотнула и вместо ответа лишь неуверенно кивнула. — Хорошо, я расскажу, но прежде, если сказанные слова тебе покажутся грубыми, заранее извиняюсь. — Доктор сдержал небольшую паузу, ожидая, что я что-то скажу. Но так ничего от меня и не услышав, он продолжил: — После той аварии три года назад, твоя мама в одиночку пыталась справиться со всем, что в один миг навалилось на её хрупкие плечи. Любимый муж впал в кому, единственная дочь осталась с травмированной психикой… — после каждой фразы, он сделал небольшую паузу, будто позволяя мне осознать сказанное. — Постоянная необходимость в деньгах из-за операций и больничных счетов переросла в долги. Она в одиночку пыталась справиться со всеми сразу, и на удивление первые месяцы у неё это получалось довольно хорошо. Конечно, постоянные депрессия, стресс и бессонница давали о себе знать. Но даже так, твоя мама не падала духом и продолжала бороться, пока в один день собственная дочь окончательно не «добила» её своим эгоистичным поведением. Нервный срыв, который произошёл в день вашей ссоры, повлёк некоторые осложнения и после, вот уже на протяжении этих трёх лет, твоя мама держится только благодаря таблеткам.       Я потрясённо молчала, не веря в то, что только что услышала. Всего за минуту доктор Ким втоптал в грязь мамин образ «железной леди», который представал предо мной при каждой нашей встречи. Воздух вокруг меня словно сгустился. И долго звенел в ушах. — Но в последние полтора месяца, и они ей не помогают. Ты, наверное, не знала, но на днях твоя мама лежала в больнице от переутомления, — добавил он и это окончательно меня добило.       «А как же равнодушное лицо и строгий взгляд? Как же сильная женщина, способная справиться абсолютно со всем, которую я ненавидела? Если этого никогда не было, то тогда кого я ненавидела?» — в голове возникал вопрос за вопросом, но вслух я не могла произнести и слова. — Эй, Хон, — позвал Джин, и я вздрогнула.       Мужчина поддался вперёд и понимающе положил свою ладонь поверх моей руки. — Думаю, пока тебе будет сложно осознать правду. Но в итоге ты должна её принять, даже если ты всё ещё ненавидишь свою маму. — Мужчина слегка сжал моё запястье и посмотрел в глаза. — Хон, сейчас ей как никогда раньше необходима твоя поддержка. Поэтому подумай над тем, чтобы встретиться с ней и обо всем поговорить. Конец Flashback

* * *

[Для атмосферы трек Joe Bongiorno — Come Home to Me]       Возле ячейки с отцовским фото стояла мама. На ней было привычное чёрное пальто, которое подчёркивало и без того очень исхудавшую фигуру. Опущенная голова и поникшие плечи. Сегодня она не выглядела такой строгой как обычно, просто уставшая и измученная печалью женщина. Сразу захотелось подойти и обнять её, но что-то помешало мне это сделать. Внезапно её плечи дрогнули и послышался тихий всхлип… Один, два. Моё сердце болезненно сжалось от жалости. — Прости меня, дорогой, — тихо произнесла она. — Я наделала столько ошибок. — Мама поднесла руку к лицу, чтобы вытереть слёзы. — Теперь Хон вряд ли поверит мне или простит. Поэтому я не смогу исполнить твою последнюю просьбу, — закончила мама дрожащим голосом, протянув руку к фотографии папы.       Поражённая, я молча стояла не в силах пошевелиться. Я не отдавала себе отчёта, что плачу, пока не ощутила на губах вкус слёз. У меня сдавило грудь, дышать с каждой секундой становилось всё тяжелее. В горле совсем пересохло от нахлынувшего чувства вины. Всё это время я твёрдо убеждала себя, что ни в чем не виновата. Всё это время я искала себе оправдания. Но видя, как мама, раскаиваясь, горько плачет, я больше не могла лгать самой себе. Только я была виновата в том, что мы постоянно ссорились. Всегда кричала и вымещала на неё весь свой гнев. Не понимала и ненавидела её, вместо того чтобы поддержать. Я вела себя как капризный эгоистичный ребёнок. Я так долго обижалась и ненавидела её не потому, что она была в чем-то виновата, а потому, что так мне было легче перенести боль. — Мама, — позвала дрожащим голосом, и женщина, вздрогнув, тут же обернулась. Она недоуменно взглянула на меня покрасневшими от слёз глазами. — Хон? Как давно… — Но, не дав ей договорить, я сократила небольшое расстояние между нами и крепко её обняла. — Прости меня, — искренне произнесла я, чувствуя, как горячие слезы скатываются по лицу.       Некоторое время мама была в замешательстве, не веря в происходящее. Но, немного погодя, она неторопливо обняла меня в ответ и, зарыдав, крепко прижала к себе. — Хон, доченька, прости меня за всё, — только и смогла выдавить сквозь слёзы она.       Отстранившись, я взглянула на неё, чтобы лучше разглядеть. — Мам, хватит. Ты ни в чем не виновата… — Всхлипнув, я продолжила: — это я сейчас должна попросить у тебя прощения. — Из-за рыданий мой голос стал совсем сиплым. — Я всегда считала тебя такой сильной и думала, что мне одной так тяжело. Но я ошибалась, ведь ты тот человек, который подарил папе всю свою любовь, и который больше всех обо мне беспокоился. Именно тебе пришлось труднее всего, потому что рядом не было никого, кто смог бы тебя поддержать. Но с этого дня я всегда буду рядом. И вместе мы обязательно со всем справимся.       На уставшем лице матери появилась облегчённая улыбка. В её глазах стояли слезы, и я впервые заметила в них столько любви и понимания. Вместо ответа мама вновь сжала меня в объятиях, давая понять, что совсем на меня не злиться.

* * *

      Переминаясь с ноги на ногу и нервно прикусывая губы, я стояла напротив отцовской ячейки. Я захотела остаться наедине с отцом, поэтому, когда Чонгук с мамой вышли, в груди вновь появилась знакомая щемящая боль. — Привет, пап, — наконец начала я и на глаза вновь навернулись слезы. — Извини, что долго не навещала тебя… — Глубоко вздохнув, я постаралась успокоиться, а затем продолжила: — После того, как ты ушёл я долгое время сильно горевала. Мне было очень трудно пережить это. Но благодаря твоему письму и людям, которые меня окружают, хоть и с трудом, но я смогла встать на ноги и всё же решится шагнуть в будущее, в котором нет тебя. — Я вытерла рукавом выступившие слезы. — Пап, я очень скучаю по тебе. Как же хочу тебя снова обнять, увидеть вживую твою улыбку, услышать твой смех. Но это невозможно… — просипела я и крепко прикусила нижнюю губу, сдерживая волну рыданий. — Пап, я не знаю, что ждёт меня впереди. Но чтобы там ни было, я уверена, что буду жить так, чтобы потом ни о чём не жалеть. Поэтому, просто продолжай наблюдать за мной… Я люблю тебя, папа, очень сильно люблю...