Стирая границы

       — Мы сделали все возможное. Теперь все зависит от вашего напарника, — устало произнес доктор после четырехчасовой операции.       Все это время я стоял около отделения реанимации, нервно сжимая в руках куртку Скотта, которую успел снять в машине скорой помощи. Там, за холодной металлической дверью, лежал он. В том, что произошло, я винил себя. Он должен был предупредить меня об обрушении, но опять предпочел решать сам. Удар пришелся по голове. И теперь врачи не осмеливались делать прогнозы. Какой-то омега из медперсонала сочувственно посмотрел на меня и негромко произнес:        — Сейчас подойдет врач, он объяснит вам ситуацию, — и направился было прочь, но я схватил его за руку и попросил:        — Постойте недолго со мной, — в этот момент мне остро требовалась поддержка. Чувствовал себя таким разбитым, что даже присутствию незнакомца был рад.       Омега мягко улыбнулся и кивнул. Нередко он, наверное, вот так стоял рядом с теми, чьи близкие люди находились между жизнью и смертью. Вот и сейчас он осторожно обнял меня и успокаивающе провел рукой по спине. Я вздохнул. И сам не знаю, почему сказал:        — Скотт, он… — я замолчал. В голове был полный бардак. Кто он теперь? Напарник? Герой? Друг? — Он не должен быть там, — закончил я.       Медбрат грустно кивнул, понимая, что у Хейза мало шансов выжить. Я видел это в его глазах, но не хотел верить. Скотт… он сильный, он не может вот так вот просто взять и умереть.        — Джек Райт? — раздался мужской голос. — Приятно познакомиться, я Роберт Нортон, лечащий врач Скотта Хейза.       Говорящий оказался альфой с неприметной внешностью. Черные волосы, серые глаза, волевое лицо.        — Роберт Нортон? — уточнил я, продолжая судорожно сжимать ни в чем не повинную вещь. Я понимал, что должен задать вопрос, но боялся получить не тот ответ. Дождавшись кивка, тихо спросил: — У него есть шансы?        — Шансы есть у всех. Вопрос в том, насколько они велики. Травма серьезная.       В душе все заледенело. Я взъерошил пятерней грязные волосы.       — Но все же, я хотел бы знать…        — Не знаю, — еле слышно сказал врач. — Если бы на его месте оказался менее крепкий альфа, такой как вы, то шансов выжить не было бы. Но в его случае… Я боюсь ошибиться.        — Спасибо за честность, — хрипло произнес я и устало опустился в неудобное больничное кресло.        — Не благодарите меня, ваш напарник даже не пришел в себя, — грустно улыбнулся Роберт. — Я попрошу медбрата, чтобы он сделал вам кофе. Я так понимаю, вы не захотите уйти?        — Нет, я хотел бы остаться, — устало потер я глаза. — А за кофе спасибо.        — Тогда прямо по коридору есть душевая комната, где вы можете привести себя в порядок.        — Да, я обязательно воспользуюсь, — рассеянно проговорил я. Для меня сейчас было важно, чтобы со Скоттом все было хорошо.        — Джек, у Скотта стабильное состояние, но… — врач неловко замялся.       Шли уже вторые сутки. Я перестал понимать, когда ночь сменяла день и наоборот. Все смешалось в сплошную череду процедур, смены медицинского персонала. Кто-то что-то спрашивал, что-то говорил…        — Продолжайте, — сжимая край кровати, на которой лежал еле живой Хейз, кивнул я.        — Боюсь, ему потребуются дорогостоящие лекарства, а страховка не покроет эти расходы, — негромко произнес Роберт.        Я напряженно смотрел в его глаза, будто пытаясь найти там ответ на все вопросы.        — Сколько? — тяжело спросил я. Врач назвал сумму. — Вы разрешите позвонить? У меня телефон разрядился.        — Да, но только не здесь.       Врач отвел меня в свой кабинет и хотел выйти, но я махнул рукой, мол, оставайтесь.        — Тедди, ты сейчас где? — едва послышался на том конце провода голос брата, спросил я. — Мне нужна помощь… Я в больнице. Нет, со мной все нормально. Мне нужны деньги. Не волнуйся, говорю же, у меня все хорошо, — отключившись от разговора, я посмотрел на альфу. — Через десять минут подъедет мой брат. Где у вас тут можно курить?        — Выйдем на улицу, — улыбнулся врач. — Удивительно, вы готовы пожертвовать всем ради напарника. Нечасто такое увидишь. У него есть родственники?        — Я не знаю… — я вообще почти ничего не знал о нем.       На улице было довольно темно. В прохладном воздухе витал запах дождя. Я немного поежился и накинул куртку Скотта на себя. Свою я забыл в машине у Майкла перед заданием. Боялся, что она будет только сковывать движения. Я вспомнил, что эта одежда не моя, и немного покопался в карманах в поисках сигарет и зажигалки.       Врач обратил внимание на мои неуверенные действия, но промолчал.        — Это куртка Скотта, — мягко улыбнулся я, объясняя свое поведение.        — Прошу прощения за вопрос, сколько вы вместе работаете? — спросил Роберт, наблюдая за мной.        — Несколько месяцев. Самых тяжелых в моей карьере, — грустно уточнил я, вспоминая наши непростые отношения со Скоттом.       Подъехал черный автомобиль, из которого вышел высокий широкоплечий альфа. Полная моя противоположность. Тедди, в отличие от меня, был воплощением всех желаний отца. Большой, сильный, военный — три составляющие идеального сына. Едва он увидел меня, тут же направился в мою сторону.        — Джек, с тобой точно все хорошо? — спросил брат.        Я грустно посмотрел на него. Ком подкатил к горлу. Хотелось выть в голос. Но я должен был быть сильным, пусть получалось и с трудом. И Тедди это заметил. Он всегда с легкостью читал меня.        — Плохо, поэтому я и попросил тебя приехать. Тед, это Роберт Нортон, врач одного близкого мне человека. Роберт, это Тедди. Этому близкому человеку необходимо дорогостоящее лечение.        — Не волнуйся, я все понял. Ты постой тут, а мы с врачом в кабинете все детали обсудим.       Роберт пригласил Тедди в свой кабинет, а я остался на улице. Вертя в руках так и незажженную сигарету, я поднял воротник от сильного ветра. Стоял и смотрел, как в луже отражались проплывающие облака, будто небо на земле. Они медленно скользили по коричневой от грязи воде. Все стремилось прочь, медленно, широко и неудержимо, как жизнь Хейза. От такой мысли у меня закружилась голова, и я отвел взгляд.       Знакомый запах Хейза, сохранившийся на его одежде, успокаивал меня. Я судорожно тремя очень короткими резкими толчками втянул в себя запах, как будто от этого зависело все, и тут же выдохнул, глубоко пряча лицо в воротнике, и в заключение сделал глубокий вдох и медленно, с задержкой выдохнул. По телу прошла легкая дрожь, даря внутреннее облегчение.        — Так что случилось? — спросил брат, вернувшись от врача.        — Он спас мне жизнь. Я почти ничего не понял, он накрыл меня собой. От взрыва обрушилась перегородка, и если бы не Скотт, я бы сейчас перед тобой не стоял.        — Так, ясно. Врач заверил, что они сделают все возможное для него. Тебе не стоит винить себя. Он поступил правильно, и ты бы сделал так же.        — Да, наверное, ты прав… — задумался я. Мы теперь квиты. Но лучше бы он мне оставался должен.        — Джек, тебе надо поехать домой. Ты ужасно выглядишь. Своим присутствием ты ему не поможешь.        — Тед, я не могу. А вдруг он… — нет, об этом я не хотел думать. — Вдруг он очнется, а меня не будет, — изменил я мысль.       Мы замолчали. Брат смотрел на меня, а потом, хлопнув по плечу, сказал:        — Хочешь, я заеду к тебе и привезу сменную одежду?       — Было бы неплохо. Спасибо.

***

       — Джек, у меня для вас хорошие новости.       Больше месяца врачи боролись за жизнь Скотта. Иногда казалось, что вот, еще немного… Но его состояние опять ухудшалось. Я уже и не надеялся увидеть Хейза живым и здоровым. Но слова Роберта приободрили меня.        — Кажется, ваш напарник идет на поправку. Показатели постепенно приходят в норму, и скоро Скотт придет в себя.        — Роберт, я ваш должник, — серьезно произнес я, пожимая руку врачу.       Разговор проходил в кабинете Нортона. За это время я изучил это помещение до мельчайших деталей. Письменный стол из темного дерева, мягкий ковер цвета кофе с молоком, шкафы. Да что там говорить, меня уже весь персонал больницы принимал за своего.        — Джек, успокойтесь. Я сегодня делал обход и хочу вам сказать…       В кабинет внезапно зашел медбрат, прерывая наш разговор.       — Больной Хейз очнулся!       Я бросился к напарнику. Скотт лежал на кровати. Провода опутывали его тело, а голубые глаза казались единственными яркими пятнами на осунувшемся лице. Увидев меня, он еле заметно пошевелился и тут же поморщился.        — Джек… — тихий шепот заставил вздрогнуть. Я уже не надеялся услышать его хриплый голос. — Как ты? — и даже чуть живой он думал не о себе.        — Как видишь, — пожал я небрежно плечами. — Самое плохое позади.        — А как Тотс? Взяли? — чуть нахмурился напарник.       Я рассмеялся. Наверное, от нервов.       — Ты невозможный. Ты можешь хотя бы несколько минут не думать о работе? Взяли, не волнуйся.        — Джек, — уже сонно произнес Скотт, закрывая глаза, — ты жив…       Я повернулся к врачу. Он быстро проверил показания приборов и успокаивающе улыбнулся.        — Он просто уснул. Здоровый сон ему сейчас необходим.       — А, хорошо, — я посмотрел на спящего Хейза. Самого клонило в сон.       Но эти несколько минут сделали меня счастливым. Я смог вздохнуть с облегчением.        — Думаю, теперь вы можете спокойно отдохнуть. Он, скорее всего, проспит до завтра.