Часть 3
6 октября 2016 г., 11:26
Выходные были близко. Теперь омега переживал втрое сильнее. Родители не только увидят метку, но и почувствуют на своем сыне чужой запах. А еще беременность… Почти полтора часа пара находилась в сцепке, а на следующее утро Себастьян тонко намекнул, что им пора узаконить свои отношения браком. Сиэль согласился. Все равно как такового выбора не было.
Да… Не так он ожидал получить предложение руки и сердца. По залету.
А выходные все ближе. Сиэля охватила вселенская паника. Он даже ночью на кануне не мог уснуть, а утром метался по квартире, как загнанный зверь. Зато когда пришел его благоговейный, дар речи потерял. В костюме, такой солидный, с укладкой и голивудской улыбкой. А в руках держал букет цветов.
— Доброе утречко, Сиэль.
— Ты решил окончательно добить моих родителей? — вроде бы омежка был обескуражен, и альфа ему безумно понравился, о чем говорили сверкавшие восторгом глаза, но поворчать для проформы надо.
— Да, своей красотой, — кивнул альфа и протянул букет. — Омеге моего сердца.
— Спасибо, — щечки Сиэля порозовели от смущения. Никто не дарил ему цветы, не считая родителей, когда ему исполнилось восемнадцать.
— А ты почему еще не одет? Договаривались же, что в одиннадцать поедем.
Сиэль оглядел свой внешний вид: обычные джинсы, серая футболка.
— Я хотел так пойти, — озадаченно произнес, потирая смущенно шею.
— Не пойдет, — качнув головой, Себастьян стал разуваться. После чего бесцеремонно направился в спальню.
— Я не ношу костюмы, — только и успел крикнуть Сиэль. Вздохнув, он отправился следом.
Костюм для омеги и не был обязателен. Себастьян стал рыться в шкафу и искать милые светлые вещи. На кровать сразу откинул бежевые зауженные брюки, следом две кофточки нежно-голубого цвета и чисто белого. Верх можно посмотреть, какой будет лучше, а вот низ идеален.
— Померь это.
— И откуда у меня это? — удивленно хлопал глазами.
Нежели папа когда-то заставил купить?
— Давай-давай, время тикает, — альфа постучал указательным пальцем по запястью.
Сиэлю ничего не оставалось, как с горем пополам подчиниться. Что поделать, если он предпочитал более темные и нейтральные вещи. А тут сразу и такое.
Не особо стесняясь, он принялся стягивать с себя выбранную им одежду, и надевать то, что наказал жених. Начал с белой кофты.
Миленько смотрелось, но как-то хотелось разбавить слишком белый верх. Себастьян стал рыться еще, пока не нашел светло-зеленый тонкий шарфик. Именно для таких случаев, когда нужно украсить шею, а не утеплить. Альфа сам повязал эту красоту.
— Вот так еще ничего. Ну, а теперь давай со второй кофтой.
— Тебе кукол надо было в детстве подарить.
— Я просто подчеркиваю твою красоту, — пожал плечами альфа и сел в рабочее кресло.
— Красоту? — удивился омежка.
Никогда ему такого не говорили. Родители не в счет. А когда у него началось половое созревание, хотелось это услышать от сильного пола.
— А что ты так удивляешься? — улыбнулся Себастьян, поднявшись с кресла. Сиэль как раз надел вторую кофту. А альфа подошел поправить рукава и края. — У тебя красивое лицо и красивая фигура. Одевался бы еще для подчеркивания ее, а не скрытия, было бы вообще прелестно. Но я не заставляю тебя. Сегодня просто особый случай.
— Ты просто первый мне об этом говоришь, — слабо улыбнулся омежка. Да, родители будут, мягко говоря, в шоке от его преображения.
— Правда? — настала очередь удивляться альфе. — Вау… Что за придурки тебе попадались?
— Не в плане, что меня называли уродом, — поспешил исправиться омежка, — просто комплименты я получал только от родителей.
— Ну, родители — это святое, — с тихим смешком. — Но как-то слабо верится, что за двадцать лет так никто и не сказал, что ты красивый. Симпатичный на крайний случай. Что, кобели только взглядом раздевают, а рот на замке?
— Было что-то вроде «сладкий, — поморщился Сиэль.
— Горький, — усмехнулся альфа, скрывая за этим легкую злость. — Все равно придурки. Ты у меня очень красивый.
Себастьян отошел на два шага, оценивая бежевые брюки с голубой кофточкой.
— Нет, давай белую с шарфиком.
— Я тебе манекен? — проворчал Сиэль.
Оденься. Разденься. Ужас. Но, как бы он не был недоволен, все равно послушно переоделся. Больше ворчания. Но даже эта сторона нравилась Себастьяну.
Омегу можно понять, он не привык так одеваться. А судя по удивлению в голосе и то, что альфа нашел эту одежду на верхней полке, ее покупали либо очень давно и забыли про нее, или же кто-то купил. Но Сиэль все равно забыл об этом. Как бы то ни было, выглядел он потрясающе.
— Ее мне папа купил, — вспомнил омежка, крутясь у зеркала. И все-таки выглядит неплохо.
— Налюбуешься еще собой. Поехали скорее, — взял под руку альфа свою пару и потащил подальше от зеркала. Вообще прочь из комнаты.
Сиэль поспешил следом. Им действительно пора. Он уже чувствовал, как в кармане вибрирует телефон. Родители явно волнуются. А Сиэль трясется от страха, ведь сегодня он ведет свою половинку с ними знакомиться.
— Сиэль! — сразу возмущение папы-омеги на другом конце провода. Никакого приветствия. — Ты уже выехал или нет?
— Выехал, папуль, — Сиэль улыбнулся, взяв альфу под руку.
— Все, мы тебя ждём.
И Адам первый отключился. А чем ближе пара подъезжала к дому, тем сильнее начинал паниковать Сиэль. Себастьян тут же стал успокаивать. Теперь омежка в положении, оберегать альфа должен вдвое сильнее и по возможности оградить от переживаний, даже на раннем сроке.
— Я впервые готов развернуться у самого подъезда, — прошептал омега. Они уже минут пять топтались на одном месте.
— Давай, звони в домофон, — приобнял за плечи альфа. — Помирать, так вместе и с музыкой.
Сиэль, еще немного помявшись, все-таки набрал номер квартиры.
— Кто там? — подал голос Адам после несколько секундных звонков.
— Это я, — ответил Сиэль. Пока об альфе он не говорил.
Очень сложно, просто невыносимо было торчать в лифте, наблюдать, как цифра на экране становится все больше. А звук, оповещающий о нужной этаже, прозвучал как приговор к смертной казни. По крайней мере так считал омега. Коленки вдруг затряслись, руки затряслись, и только благодаря тому, что альфа обнимает за плечи приносило немного сил.
Дверь для них была открыта. Сиэль привык к этому. Когда приезжал раньше, всегда открывали заранее. Так что когда зашли, родители уже стояли у порога, встречали. И только Адам хотел первый стиснуть в объятьях, как с удивлением замер на полпути и посмотрел на незнакомого альфу.
— Привет, родители, — Сиэль попытался улыбнуться, чтобы разрядить напряженную атмосферу. — Я сегодня не один.
— А ты…, а Вы… — не знал как сформулировать Адам, открывая и закрывая рот. И это еще метка сына была скрыта за шарфом.
— Себастьян, кажется, — подал голос Винсент, заинтересованно оглядывая пару. — Сын Джеймса, если я верно помню.
— Здравствуйте, мистер Фантомхайв, — с улыбкой кивнул альфа.
— И что же ты тут делаешь? — заинтересовался Винсент, кидая взгляд на сына, который явно стоял к альфе ближе, чем при обычной дружбе. Да и сам Себастьян выглядит очень уж представительно для простого прихода в гости.
— Пришел официально с вами знакомиться.
Молодец парень, держался хорошо, все с той же беззаботной улыбкой. А ведь еще такие новости впереди.
— Себастьян, — Сиэль набрал в грудь побольше воздуха, — мой альфа.
Адам окончательно потерял дар речи, но поспешил взять себя в руки и не выдавать шока. Их младшему сыну давно пора обзавестись альфой, старший вон уже свою семью имеет. Но так непривычно видеть кровиночку с парнем.
— Что ж, давайте не будем стоять у порога. Расскажете все за чашкой чая.
Винсент, кивнув в знак согласия с супругом, приобнял того за плечи. Сиэль же, взяв своего альфу за руку, провел его в квартиру. Как-то неуютно было из-за раскрытия всех тайн.
Хорошо у них было чем угостить гостя. Орешки со сгущенкой, да пирожное. Готовились к приходу сына, но не ожидали, что тот со своим альфой придет.
— Так, как вы познакомились? В тот день, когда Себастьян трубы чинил? — спросил Адам, разлив всем по чашкам чай.
— Угу, — буркнул Сиэль, смущенно опуская взгляд.
— Да, верно, — так же подтвердил Михаэлис, скушав первый орешек и запив чаем. — Я был свободен, Сиэль был свободен, почему бы и не узнать друг друга поближе.
— Не похоже на Сиэля, — приметил Винсент. Он не был против того, что его сын нашел себе пару, но как-то слишком странно все выходит.
— Может, потому что раньше ему никто не нравился? — осмелился предположить Себастьян.
— Не пойми неправильно, — ухмыльнулся Винсент, сделав глоток чая, — но так резко понравиться человеку, который на альф не смотрел даже…
— Пап! — прервал красный, как рак, омежка. — Просто поверь на слово.
Адам, только сейчас готовый сесть за стол, рядом с сыном, застыл в шоке. И ему не могло показаться. Он наклонился к макушке сына и вдохнул запах. Новый. Запах альфы. И смешаться с его естественным он может лишь в одном случае.
— Ты поставил моему сыну метку?!
Винсент отставил кружку, так и не глотнув еще немного чая. Сиэль кинул на папу немного испуганный взгляд. Стало страшно и не по себе. А старший омега стянул с шеи сына шарф, чтобы удостоверится в своих словах. И был прав. Стояла, родимая.
— Да, я поставил вашему сыну метку. Я влюбился в него.
— Дела, — протянул немного озадаченно Винсент. — Это, конечно, приводит к последствиям. Ты ведь теперь с ним связан. И не сможешь уйти. За две недели трудно узнать человека.
— А может я влюбился с первого взгляда. Откуда вам знать.
— Влюбляются во внешность, — Винсент покачал головой. — С первого взгляда ты не узнаешь о человеке.
— У меня две недели было впереди, — не сдавался под напором старшего альфы Михаэлис.
А вот Сиэля все сильнее начинало трясти. Себастьян взял его за руку и нежно сжал. Конечно, это не стало полным успокоением, но чувствовать заботу любимого альфы было приятно.
— И? — Винсент вновь сделал глоток. — Какое мнение у тебя сложилось?
— Что он именно тот омега, который мне нужен. Поэтому скоро мы узаконим наши отношения браком. А еще мы ждем ребеночка.
Винсент ошарашенно хлопал глазами. Чашка выпала из онемевших пальцев. Вот это поворот. Вот это новости. Но это еще слабая реакция. Адам так вообще в обморок свалился. Сиэль испугался, что родитель свалится со стула и едва успел придержать. Да только из-за тяжелого веса сам чуть не навернулся. На помощь моментально подорвались альфы. Каждый к своей паре.
— Скажите, что вы сейчас неудачно пошутили, — Винсент приводил в чувства супруга. К таким резким поворотам жизнь их не готовила. От Сиэля такое вообще было неожиданно.
— Нет. Мы действительно ждем ребенка.
И Себастьян слегка подтолкнул свою вторую половинку, чтобы тот не молчал и тоже сказал пару слов.
— Мы понимаем, — Сиэль весь сжался, — что это очень неожиданно. Но у нас все будет хорошо.
Второй родитель так и не приходил в чувство. Видимо, новость настолько его шокировала и он не хотел с этим мириться, что не выдержал. Что Винсент, что Сиэль начали волноваться о здоровье Адама.
— Сиэль, сходи за нашатырем, — попросил Винсент.
Омега беспрекословно выполнил просьбу. Когда вернулся, Винсент перехватил небольшой пузырек с ваткой и повел ею около носа супруга. С взятым через рот глотком воздуха, Адам открыл глаза. Сначала и не понял, что происходит, но информация быстро стала перевариваться и причина его потери создания оказалась ясна.
— Ты чудовище, — тихо прошептал он, вновь прикрыл глаза. — Даже месяца не прошло, а ты лишил моего сына невинности, поставил метку, так еще и ребенка ему заделал.
Винсент поглаживал любимого по голове, пытаясь успокоить.
— Я не был против, — неожиданно осмелел Сиэль, решая, что именно сейчас самый подходящий момент все сказать. — Я люблю Себастьяна. Он заботливый и чуткий. Все, что между нами происходит, происходит с моего согласия. И бросать его я не собираюсь.
— И чем ты думал, когда соглашался на брак и ребенка?! — неожиданно взорвался Адам, открывая глаза и дернувшись в руках супруга. — Ты еще учишься! Кто за тебя образование получать будет? Тебе голова для чего?!
— Я отучился уже три курса, — Сиэль сложил руки на груди. — Я уже узнавал, мне вполне могут предоставить свободное посещение. Преподаватели к беременности лояльны. Все конспекты у меня будут. Я еще на первом курсе перекопировал их у старших.
Адам поднялся с пола, приняв помощь супруга, но не стал оставаться на кухне и без слов ушел. Ему нужно успокоиться, свыкнуться с мыслью. Но из-за безрассудства сына и его ухажера, он был так сильно зол, что готов руку поднять.
— Все-таки с ребенком вы поспешили, — Винсент улыбнулся.
Да, он тоже не совсем еще понимал, как все так произошло, но раз уж сын в положении, то его надо поддерживать. Все-таки в Фантомхайве старшем все еще были свежи воспоминания, как Адам был в положении.
— Вы простите нас, — виновато улыбнулся Себастьян. Все таки он чувствовал себя не хорошо, увидев реакцию старшего омеги. Хорошо хоть второй родитель понимающий. — Но мне так сильно захотелось, чтобы ваш сын родил малыша. С жильем и средствами проблем не будет. Я заканчиваю последний курс, подрабатываю сантехником. Когда малыш родится, уже устроюсь на работу. Да и мы договорились с Сиэлем, что квартиру, в которой он сейчас живет, сделаем съемной. Будем получать доход каждый месяц.
— Да это пока не самая основная проблема, — Винсент подтолкнул к паре еще вазочку с орешками, — с деньгами, если вдруг что, поможем. Но просто вы слишком быстро на такое пошли. Но, как альфа, я тебя понимаю. Самому хотелось после метки увидеть Адама в положении. Но он был против, пока не закончит учебу, чтобы иметь в будущем возможность после родов выйти на работу.
— Через три месяца мне будет двадцать четыре. Я вполне готов стать отцом. Хотя все еще не уверен, что мой омега этого хочет. Много что-то он молчит, — с улыбкой перевел взгляд на Сиэля, обняв за плечи.
— Стыдно немного… Папа расстроен.
— Так может пойдешь его успокоишь? — предложил Себастьян. — А я с твоим отцом пообщаюсь с глазу на глаз. М?
— Да, надо бы, — неуверенно кивнул омежка, поднимаясь со своего места.
Хотя ему было немного боязно идти к папе. А если он не захочет с ним разговаривать? Он ведь явно не ожидал такого поступка от Сиэля. А нашелся он, как это странно, в бывшей спальне Сиэля. Только из-за того, что дверь была приоткрыта, омега заглянул туда, и удивился, увидев родителя сидящего на постели и держащего в руках фоторамку. Их семейное фото. Фотографии было уже лет десять. На ней все четверо. Родители держали своих мальчиков на руках, Адам девятилетнего младшего сына, а Винсент четырнадцатилетнего старшего, и те обнимали родителей и друг друга.
— Пап, — тихонько позвал Сиэль, немного страшась подойти ближе.
— Что? — не поворачивая головы спросил Адам, осторожно поглаживая стекло фоторамки.
— Давай поговорим? — как побитый щенок, понурил голову младшенький омега.
Родитель ничего не ответил. Не ясно, своим молчанием давал он свое согласие или же наоборот.
— Пап, я правда люблю Себастьяна, — Сиэль прижался спиной к двери. — И ребенка тоже уже люблю. Представь, какого это, когда на тебя никогда не смотрели альфы. Никто не воспринимал меня как омегу. А тут Себастьян — вежливый, заботливый. Я до сих пор не всегда могу поверить, что я не сплю.
— Но ты никогда так не поступал, — наконец перевел взгляд на сына. - И три недели с того дня прошло, Сиэль. Это даже не месяц, а ты уже ребенка ждешь. Отец ведь прав, ну что вы друг о друге знаете? Что? Даже я с твоим отцом пожил несколько месяцев, прежде чем согласился на метку и брак. А уж дети и того позже.
— Все получилось совершенно случайно, — Сиэль со вздохом присел на диван. — Это я соблазнил Себастьяна. Оба поддались инстинктам. Моя течка началась на две недели раньше. И тут приходит сантехник. Я не знаю, что мне ударило в голову. Я открыл дверь. Это было яркое сумасшествие. Но я не жалею. К тому же, после всего этого, Себастьян действительно придерживается принципа о свадьбе. Он выводит меня на улицу, на свидания. Даже вот это вот, — окинул взглядом свой вид, — попросил надеть к сегодняшней встрече с вами. Его не пугает, что я люблю затворнический образ жизни. Наоборот, нам очень нравится сидеть вечером дома, он после учебы и работы, я после учебы, и разговаривать по телефону. За эти две недели я узнал о нем больше, чем узнал о своих знакомых за три года обучения.
Слушая рассказ сына и периодически поглядывая на фотографию, Адам испытывал странные смешанные чувства. И вроде как понимал сына, а с другой стороны, хоть тресни, готов был придушить. Но сделанного ведь не воротишь. Если связал свою жизнь с альфой и забеременел от него, так тому и быть. И если приглядеться, сыночек-то счастлив. На лице сейчас это не виделось из-за грусти, да и когда оказался в доме, слишком много нервничал, но на инстинктивном уровне Адам это чувствовал.
— Прости, что не оправдал твоих надежд, — с невеселой улыбкой произнес Сиэль. Он с трудом сдерживал слезы. Было горько из-за сложившейся ситуации.
Отложив фоторамку, Адам пересел к сыну на диван и вдруг обнял. И Сиэль не выдержал, разревевшись у родителя на плече. Он был счастлив, что нашел альфу, но ситуация с семьей… Так противно было, что расстроил самых близких людей.
Адам со слабой улыбкой держал своего ребенка в руках и успокаивающе поглаживал по спине. Пусть поплачется. Смоет весь негатив и станет легче. Все равно Адам его любит. И внука полюбит, обязательно. Не ожидал он, правда, что младшенький подарит ему с Винсентом внука раньше чем старший сын.
— Я закончу учебу, — пообещал Сиэль, — обещаю, что получу лучший диплом. А потом вполне могу работать на дому. Ребенок совсем этому не будем мешать.
— Еще как закончишь. На иной расклад я не согласен.
— Злюка, — буркнул по-детски омежка. — Не сомневайся в моей голове. Я даже умнее братика.
— Как видно не умнее, раз так рано забеременел. Еще жизни не видал, а уже семьей обзавелся. То ничего, а то сразу все.
— Зато я не гуляю по барам и клубам, — сдал брата. Ну обидно было, что его так обижают.
— Какие еще бары и клубы? — ошалел Адам, отстранив от себя сына и заглядывая ему в глаза.
— О чем ты?
— Ты сказал, что не гуляешь по барам и клубам. Значит, Алоис гуляет?
— Ну, — Сиэль вздохнул, почесав затылок, — по пятницам он туда наведывается. У него опять с Клодом что-то не ладится.
— Винсент! — неожиданно закричал старший омега и быстро вышел из комнаты.
— Пап! — Сиэль бросился за родителем, мысленно прося у Алоиса прощенье, ведь теперь влетит ему.
Альфы, что до этого вели вполне неплохую беседу, чуть не подскочили на месте, услышав голос старшего омеги. Только слегка вздрогнули.
— Ты чего? — опешил удивленный Винсент, смотря на разгневанного супруга и топчущегося за его спиной сына.
— Один залетел в двадцать лет, а второй по барам шастает! Зла на обоих не хватает!
Адам, похожий в своей злобе на фурию, выложил лишь в небольшой форме свой негатив и рванул обратно, теперь уже в свою спальню, где лежал мобильный. Ну, поговорит он со старшим сыночком.
— Пап! Он сейчас не возьмет! — попытался докричаться Сиэль. — Алоис меня пришибет, — шумно выдохнул омежка.
— Э-э… что я упустил? — с улыбкой поинтересовался Себастьян. Он один не понимал, что за бары и что за «второй» такой.
— Мой старший брат, — Сиэль закатил глаза. — Я имел неосторожность сейчас ляпнуть, что он зависает в барах и клубах, когда разругается со своим альфой.
— Вот оно как…
Миленько у них так разговор прошел. Мало для старшего омеги было новости о новом парне, браке и беременности младшего сына, так еще такие пикантные подробности о старшем сыне. Бедный Адам. Ему точно придется успокоительные принимать.
А тем временем все втроем услышали гневный голос старшего омеги. Дозвонился все равно до сына.
— Вот интересно, — Сиэль поморщился от громкого голоса и поспешил устроиться в объятиях любимого альфы, как бы закрываясь от внешнего мира. — Почему ты не сердишься? — взгляд на Винсента.
— Так я знал, что он гуляет, — альфа сделал глоток новой порции чая. — Клод периодически звонит, спрашивая, где находится тот или иной клуб. Обычно Алоис не задерживается там больше чем на час. Был случай, когда мне пришлось еще и везти их домой, потому что Алоис просто гневно покрывал Клода такими словами, что даже я не слышал, работая в суде.
— И ты не останавливал его? — удивился Сиэль.
— А ты? — хитрая улыбка.
— Будто бы он брата, неопытного девственника, слушал, — фыркнул омежка. — А вот ты как родитель…
— Должен был его учить уму разуму? — закончил фразу Винсент. — Поверь, Клод и без меня ему хорошо голову прочищал.
В разговор отца и сына Себастьян не стал лезть. Достаточно было обнимать своего омегу, устроив подбородок на правом плече. Да и руки как-то сами легли на живот и стали гладить. Порой не верилось, что они через девять месяцев станут родителями. Сейчас в животике омеги уже начинала зарождаться новая жизнь.
— Его все равно не хватает больше, чем на две недели, — вздохнул Сиэль. — И ведь Клод реально подумывает, чтобы пометить Алоиса. А тот упрямится, идиот.
Винсент только пожал плечами. Он прекрасно слышал, что к кухне приближается маленькая грозовая тучка в лице его супруга.
— Ты знал и молчал? — гнев перешел на супруга. Адам стоял мрачный и угрюмый. Страшно было взглянуть. Даже его прекрасные длинные волосы оказались в каком-то беспорядке. А в руках старший омега сжимал телефон, да так сильно, словно хотел раскрошить.
— А зачем вмешиваться настолько сильно? — Винсент приподнялся на ноги и подошел к любимому.
— Ты мог мне об этом сказать! Почему молчал?!
— Чтобы ты вот так вот сейчас не нервничал, — Винсент нагло обнял омегу и потащил его к столу, слегка приподняв над полом.
Но омега все равно похлопал по плечам и дал несильный подзатыльник. А его обида сейчас была очень сильно похожа на обиду ребенка. Себастьян усмехнулся, подмечая это, и осторожно поцеловал метку, пока этого никто не увидел.
— И что Алоис тебе сказал? — Винсент усадил любимого на диванчик и всучил свою кружку с чаем. Пусть выпьет и успокоится чуток.
— Что у него проблемы с Клодом и своего младшего брата прибьет за длинный язык.
— Я не посягаем на девять месяцев, — гаденько хихикнул Сиэль. Только рожек ему недоставало.
***
Разговор более менее сглаживался. Адам почти успокоился и уже мог спокойно пообщаться о дальнейших перспективах семейной жизни как с сыном, так и с его молодым человеком. И под конец разговора изменил свое мнение о Себастьяне. Неплохой парень. И видно, как заботится о их сыне. Такому, хоть и с огромным трудом, но отдать можно. А Сиэль все больше переставал быть скованным. Теперь за чаем проскальзывали шутки и взаимные подколы. Так они просидели до позднего вечера. А пришли ведь к обеду. Но хорошо то, что завтра еще один выходной. Родители настояли на том, чтобы пара переночевала сегодня у них. Отказа не принимали. Пришлось согласиться. — Тебе одолжить во что переодеться? — Винсент, уже успевший открыть бутылочку вина, скептически осмотрел костюм будущего зятя. — Было бы неплохо, — согласно кивнул младший альфа. — Надоело уже в этой красоте сидеть. — Не, ну это правильно, я тоже знакомился с родителями Адама при полном параде, — рассмеялся Винсент. — Идем, подберем тебе что-нибудь, пока Сиэль усвистал в ванную. — И как вас приняли? — ухватился за разговор Себастьян. Они ведь примерно на этом и остановились, когда стали общаться наедине, да только крик Адама прервал. — С третьей попытки, — припомнил свои не совсем удавшиеся беседы с родственниками. — Адама даже на домашний арест садили, чтобы он не мог со мной видеться. Скажем так, тогда у меня была не самая радужная слава. — Ну, скажите уже до конца, мне же интересно. — В общем тогда я вел весьма разгульный образ жизни, мог не появляться дома сутками, прожигая свои дни в дурных компаниях. Адам жил в том же районе, что и я. Познакомились забавно. Набил морду своему же товарищу за то, что он полез к возвращавшемуся с учебы Адаму. Хоть и был слегка навеселе, но что-то у меня в голове тогда щелкнуло, что этого омегу трогать я не дам. Проводил Адама до подъезда. Утром, протрезвев, встречал того с букетом и извинениями за своего товарища. Естественно родители Адама знали, откуда я, где я ошиваюсь. Поэтому не сразу поверили в мое исправление. — Какая интересная история, — усмехнулся Себастьян. По времени разговора, они дошли до спальни и Винсент дал свою футболку и домашние штаны. Фигура у них вроде одинакова, разве что в росте Себастьян был пониже немного. — А что же Ваш супруг? Он Вас опасался? — Адам? Ты бы знал, какой у него сильный удар. Мой бывший товарищ один раз и от него огреб по полной программе, — рассмеялся Винсент. — Он этому и наших мальчиков научил. Бойся ругаться с Сиэлем, — в манере историй о монстрах предупредил старший альфа. — Хорошо, буду иметь в виду. Неплохо так взять это на заметочку. — В общем, не так просты наши омеги, как кажутся на первый взгляд, — Винсент хлопнул по плечу. — Хорошо еще за мной дурная слава не ходит. — Твой отец о тебе всегда отзывался положительно, — пожал плечами Винсент. — Ты так и не успел сказать, когда со своими родителями будешь знакомить Сиэля. — Их ведь еще собрать вместе нужно, — нахмурился Себастьян, ослабляя галстук. Пиджак наконец снял. И еще немного расстегнул пуговицы и вытащил края рубашки, что заправлены в брюки. — Все равно на свадьбу собирать. Твой папа ни с кем не сошелся больше? — Ну, — неуверенно начал Себастьян, потирая шею. — Есть один мужчина. Только он бета. Вроде как вместе работают. И я стал часто видеть их вместе. — Бета? — удивился Винсент. — Забавно. Твой отец теперь съест свой галстук. — С чего бы ему переживать вообще? — Из всех омег, о которых он рассказывал, о твоем папе он отзывался теплее всего. Да и о тебе тараторит без умолку. — Идиот он, вот кто, — вздохнул Себастьян, — не удержал папу, а теперь получает сполна. — Не бери в голову, все в этом мире поворачивается весьма забавно. Авось решится попробовать все с нуля, кто знает, что из этого выйдет, — попытался приободрить Винсент. — Ты главное не повторяй его ошибок, вот и все. — Я уже поставил Сиэлю метку, так что априори, не смогу бросить. — И все-таки, — Винсент улыбнулся. — Что тебя сподвигло на это? Какие омеги у тебя были до Сиэля? Если не секрет, конечно. — Если коротко, то полные ему противоположности, — усмехнулся младший альфа. — Только отношения долго не держались. — Сиэль не такой уж и тихий мальчик, — улыбнулся Винсент. — Но он очень преданный. — На самом деле нас связала его течка. Когда я пришёл чинить трубы, у него начался цикл. Он впустил и набросился на меня. Сначала я даже посчитал его шлюхой. Но позже изменил своё мнение. Он был таким милым, что инстинкты сами включились и я пометил его. И после такого абсурдного знакомства я стал его узнавать ближе, ухаживать, на свидания водить, пока он не пригласил остаться на ночь. И вот тогда у нас и произошла сцепка. Вот и вся история знакомства. — Абсурдная, — Винсент почему-то даже не удивился, — но, скажу я тебе, обычно такие пары сохраняются на долгие годы. — Как-то вы спокойно отреагировали. — Я ничего не подстраивал, — сразу открестился Винсент. — Просто не вижу ничего такого. Если бы ты просто с ним переспал и сбежал, то я бы тебе открутил голову, — на лице появилась жуткая улыбочка. — Жаль, что я бы не смог тогда вести судебный процесс об изнасиловании. Как-то не сильно на шутку тянуло. И не возникало чувство о приувеличении. Себастьян сглотнул небольшой ком в горле. По возможности, ему вообще не стоит злить семейку Фантомхайвов. — Себастьян, — в спальню вошёл Адам. — Диван разложен, чистое бельё я вам постелил. Если Сиэль не будет спать в своей кровати, а он не будет, то на диване вам будет не тесно. Какой понимающий родитель. Себастьян не сдержал улыбки. — Спасибо. — Так шуруйте спать уже, — Винсент помахал зятю ручкой, — и смотрите, не шумите. — Хорошо, — прихватив вещички, Себастьян стартанул к двери. — Спокойной вам ночи. Сиэль уже вышел из душа, обмотанный явно не в свой халат, а по размеру больше напоминавший отцовский. Столкнулся с альфой как раз около входа в комнату. — С лёгким душем, — не сдержал улыбки альфа, оглядывая свою пару. — Вас с папой даже из душа слышно, — Сиэль заулыбался в ответ. — Из-за чего он так хохотал? — Да были темы, — немного отошёл от точностей, их просто куча было, этих тем, все говорить не хотелось. — Но твой папа-омега постелил нам на диване. Так что спать будем вместе. Или ты все же хочешь в своей кровати поспать? — Издеваешься? — Сиэль скептически приподнял бровь. — Чтобы я спал отдельно от своего альфы, находясь с ним в одной комнате? — Нужно ведь мне было удостовериться. Наконец Себастьян притянул к себе тепленького, вкуснопахнущего и мягенького, из-за халата, омежку к себе. Такой домашний, хорошенький. Так и хотелось затискать. И почему раньше он не обращал внимание на таких омег? Они ведь милы до невозможности. В одного такого умудрился влюбиться. — Не задавай глупых вопросов, — Сиэль легонько толкнул любимого в бок. Как же в сильных крепких и в то же время нежных объятиях было хорошо. — Прости, — с улыбкой ответил альфа, хотя в голосе сквозило веселье. А ещё немного постояв так в объятьях, он вдруг поднял свою пару на руки и потащил в комнату, где они будут спать. Сиэль, совсем к такому не привыкший, даже пискнул от удивления, мертво вцепившись в плечи альфы. — Тише, я не уроню тебя. На сердце так тепло стало, увидев немного испуганную мордашку. И то, как сильно пальчики впились альфе в плечи, умиляло. — Ты хоть предупреждай, — стушевался парень. — Я все забываю, что раньше за тобой никто не ухаживал. А ведь носить альфе омегу на руках — это нормально. — Я привыкну, — скорее сам себе ответил омежка. Его удобно устроили на расправленном диване. После душа и в прохладную постель. Надо срочно оказаться в чем-то тепленьком, например, вновь в объятиях альфы, который отправился выключать свет. Себастьян юркнул к нему в постель, сразу же обнимая и почти придавил собой. — Ты тяжелый, — пропищал сдавленный омежка. — Неженка моя, — с тихим смешком альфа осторожно перекатился на правый бок и прижал к себе вторую половинку, так что он уткнулся носом в грудь и уперся ладошками. Пусть Винсент давал одежду, но спать Себастьян решил в одних штанах. — Ты на живот ложишься, — недовольно проворчал Сиэль, — поэтому я и возмутился. А вообще ты, и правда, тяжелый. — Ну так восемьдесят девять килограмм на тебе лежали, — куда громче засмеялся альфа, уткнувшись носом в макушку. Руки поползли исследовать территорию. Нежная кожа омеги так и притягивала погладить. — Боюсь представить, сколько буду весить, когда ребеночек будет развиваться быстрее, — невольно заулыбался Сиэль, прикрывая глаза от поступающих ласк. — Уж это последнее, о чем ты должен волноваться. — А если я буду колобком? — Ты и будешь колобком, — заулыбался альфа, руками спустившись к пояснице, но пальцы гладили пониже, между аппетитными половинками. — Моим нежным колобочком с ножками. После родов вернешь свой изначальный вес. — Зато бедра станут шире, — прикинул в голове свой дальнейший вид груши. — Так это же прекрасно. — Что прекрасного? Я стану непропорциональным, — тихо рассмеялся омежка. — У тебя будут красивые бедра, — шепнул на ушко и вдруг смял попку. — Почему ты так в этом уверен? Я же стану грушей, — тихо простонал омежка. — И я с удовольствием тебя скушаю. — Я ядовитый. Себатьян немного отстранился, только чтобы заглянуть на смущенного омегу. Как в детстве, с папой частенько такое проворачивали, альфа потерся носом о носик омежки. А вот поцелуй Михаэлис с родителем не проворачивал, но зато со своим омегой мог. Припал к теплым губам, мягко проталкивая язык в чужой рот. Сиэль почти мгновенно обнял за плечи, позволяя целовать себя. Слишком уж у альфы были вкусные губы. Омега был готов целовать их вечно. Один только их поцелуй растянулся на долгие минуты. Они не заходили дальше, имели все же совесть не заниматься пошлостями в доме родителей. Только поцелуи и легкое тисканье со стороны альфы. Даже когда отстранялись глотнуть воздуха, вновь возвращались к прерванному, целуя то мягко и неспешно, то быстро и со вкусом. Сиэль просто млел от сильных, теплых, ласковых рук. Он никогда не пожалеет, что связал свою жизнь именно с ним. Простая случайность полностью изменила его жизнь.***
Следующий день был полон сюрпризов. Начать хотя бы с того, что с утреца, часов так в десять, в дом Фантомхайвов приехал еще один член семьи. Тот, кто уже как два года живет отдельно от родителей со своим молодым человеком. Тот, кого вчера нагло спалили и кому пришлось выслушивать нотации папочки-омеги. Дверь открыл ему глава семейства. И не успел удивится приезду старшего сына, как тот полез с объятьями, повиснув на шее. — Привет, папа! — У кого-то отличное настроение с утра пораньше? — Винсент с улыбкой приобнял старшего отпрыска. — Я давно тебя не видел, — слегка отстранился омега, заглядывая родителю в глаза. — Скажи мне, мелкая пакость у вас? — Сиэль в своей комнате, — Винсент не стал упоминать, что тот не один. — Ой, как это чудно! По нему тоже так соскучился, что готов задушить в объятьях. И Алоис, отстранившись от отца и разувшись, быстро полетел в комнату младшего братца, на ходу избавляясь от легкой ветровки. Утром сегодня прохладно. Только он открыл дверь и хотел с криком наброситься на младшего, как обалдел от увиденного. Сиэль нежился с каким-то мужиком на диване. И не просто нежился, они сосались, бесстыдники! — Эй! Алле! Что за дела?! — ошалел от картины блондин. — Да что б тебя! Пара оторвалась друг от друга. Сиэль, радостное пробуждение которого хорошо подпортили, зыркнул на вошедшего. — Ты кто вообще такой?! — обалдено спросил Алоис. И его ультра голос с утра так сильно раздражал. Себастьян хоть и не был лично знаком со старшим братом его пары, уже проникся негативными чувствами. — Себастьян. Альфа Вашего младшего брата. — Э… ам... б… — потерял дар речи, — и-и… Сиэль! — Сгинь на кухню! Сиэль бросил в брата первую попавшуюся вещь — какой-то журнал. Нет бы выйти и не мешать, а потом задать вопросы. Братишка врывается и еще и прерывает любимый поцелуй. — Ты обалдел, жертва? — рыкнул Алоис, отмахиваясь от журнала. — Поднимай свою жопу, ее сейчас будут жестко рвать. — Сам виноват. Радуйся, что отец еще не рассказывал ничего. — Одевайся и на кухню, — вставил свое последнее слово старший, выходя за дверь. — Идиот, — брякнул младший омежка и со стоном упал обратно на подушку. Вот фиг ему, а не быстрое послушание. — Какой-то старший брат у тебя истеричка, — с улыбкой прокомментировал Себастьян, снова перетаскивая на себя омегу. Сегодня он так и проснулся, чувствуя на себе тяжесть. Будущий супруг перебрался на него и даже не пошевелился, когда стали будить. Только когда альфа начал целовать и гладить Сиэль подал признаки жизни. И только они оба разошлись, как их прервал старший братец. — Это еще он спокоен, — пожал плечами Сиэль, улыбнувшись любимому альфе. — Мне Клода жалко. Был момент, когда Алоис при мне кинул в него кусочек торта, потому что тот неожиданно сказал, что ему нужно в другой город в командировку. Алоис решил, что тот к любовнику. — А, так он еще и ревнивый параноик. Час от часу не легче. Поцеловав в макушку, Себастьян, вместе со своей ношей, приподнялся на постели, почти сел. — Давай тогда одеваться. Хочу послушать, что он еще скажет. Да и реакцию увидеть, когда скажем о твоем положении. А то родители твои еще первые проболтаются. — Спорим, что не проболтаются, — Сиэль с неохотой поднялся с любимого тела. — Может быть и промолчат, доверив эту важную информацию нам, — усмехнулся альфа, поднимаясь следом. И сразу потянулся с довольным стоном. Мышцы перекатывались под кожей. Красота. — Идем, — Сиэль накинул халат. Еще он будет ради брата наряжаться. На кухне уже слышались голоса и родителей, и старшего сыночка. А совсем недавно Адам заново прочистил ему мозги о том, как плохо шастать почти замужнему омеге по барам и клубам, где легко можно поймать неприятности на свой зад. Сиэль лениво прошел на кухню. Альфа следом. — Всем доброе утро, — улыбнулся Сиэль, садясь напротив брата. — А вот и виновник всех бед, — Алоис слегка пихнул его в бок. — Ну, рассказывай, что за ухажер ночует в доме родителей? И кстати, почему позволили? — последний вопрос уже напрямую задал родителям. Как-то до этого они еще не успели пройти. А ведь это первое, что не давало покоя омеге. — Себастьян — жених Сиэля, — пояснил Винсент с самым миролюбивым выражением лица. — И отец моего ребенка, — добил Сиэль. Добил — это не то слово. Родители, зная, какая реакция может быть, не дали взяться за чашку чая или что-то есть. Но до Алоиса сначала смысл не дошел. Потом он посчитал это шуткой. Но как-то никто над ним не смеялся, улыбались, но улыбки были наполнены радостью. — Ты беременный? — решил еще раз уточнить Алоис и вроде как его голос был спокоен. Как и он сам внешне. Но внутренне готов был взорваться. — Ага, — довольно произнес самый младший омежка. — Ага. Супер. Это просто супер. Обалдеть, — начали рваться наружу эмоции. — Ты же ни с кем не встречался. На тебя никто внимания не обращал. Как за такой короткий срок ты успел кого-то охмурить, получить метку и забеременеть? — Как-то так, — пожал плечами Сиэль, пряча за кружкой с чаем улыбку. — Я тебя сделал в этом плане. Ты с Клодом год сходился. — А ты сколько? — За один день, — ответил за младшего сына Адам. Сам еще до конца не смирился. Но уже мог нормально говорить, без криков. — За сколько?! — обалдел Алоис. — Я удивлен, что ты не понял, — хмыкнул Сиэль. — Клод с тобой носится, как с сокровищем, а ты кочевряжишься и концерты ему закатываешь. Давно бы метку получил. — У него есть кто-то на стороне, — нахмурился блондин и сжал руки в кулаки. — Я точно знаю. — Я бы тебя бросил, если бы был альфой и имел связь на стороне, — закатил глаза Сиэль. — Солнышко, почему ты так думаешь? — куда мягче поинтересовался Адам, ставя еще две чашки на стол для Сиэля и Себастьяна. — Потому что не раз чувствовал от него запах другого омеги. И рыжий волос видел на пиджаке! Не удивлюсь, если однажды застукаю его с любовником в нашей постели. Я этой сучке все патлы повыдергиваю! — Так попроси метку, — подал голос Винсент. — И кошачьи волосы не будут казаться омежьими. — Какие еще кошачьи? — покривил личико омега. — У сестры Клода рыжий кот, — Винсент улыбнулся. — Ты же сам рассказывал. — Я знаю, как пахнет его сестра, — продолжал стоять на своем омега, убежденный, что у его альфы есть кто-то другой. — А трое кузенов? — уточнил Сиэль, задумчиво вспоминая странных братьев Клода. Хотя тот фото только показывал. — Они уехали в Испанию. — Может, кто с работы? — как вариант предложил Винсент, хотя знал, что Клод точно не изменял. Видел же мужчину недавно. И запаха не было. — Или же ты просто себя накручиваешь, — с улыбкой неожиданно влез Себастьян. Поймав удивленный взгляд Алоиса, он продолжил. — Паранойя может принять такую форму, что все, что мы себе напридумывали, кажется реальностью. Тот же волос, тот же запах. Ты мог чувствовать его раньше, но сейчас он кажется тебе чужим. Ты мог видеть кошачий короткий волос, но сейчас кажется, что он принадлежит омеге. И сколько бы тебя не убеждали в обратном, ты хочешь услышать подтверждение своей теории, потому что другие ответы тебе кажутся ложью и ненужным успокоением. — И откуда ты такой умный, — Сиэль вздохнул. — В любом случае, — обратился к брату с улыбкой, — Клод давно думает о метке. Просто попроси. И он не откажет. — Откуда ты знаешь? — Делился он со мной, когда ты в очередной раз с ним поругался, заявился ко мне и уснул, — тихо рассмеялся младший омежка. Помнил Алоис тот день. Он еще проснулся будучи в своей постели. И Клод потом заявился, спрашивая о самочувствии. А вечером произошло страстное примирение на кухне. Воспоминания все еще вызывали дрожь. — Так что, брат, — Сиэль улыбнулся, — Клод за тобой хоть на край света. А ты…эх ты… И вроде как удалось сдвинут айсберг. Алоис поверил их словам и переосмыслил свое отношение к любимому альфе, которому вот уже так долго не может поверить.***
После посиделок за столом, Сиэль утащил братишку секретничать. А ближе к трем часам к ним заявился неожиданный гость. И вот тут-то произошел неожиданный поворот. — Фаустус? — не сдержал своего удивления Себастьян, глядя на альфу, с которым учился вместе на первом курсе, пока тот не перевелся в другой университет. — Михаэлис? — Клод не сдержал своего шока. — Мир тесен. Фаустус взял себя в руки, скрывая неловкость за жестом поправки очков. — Не могу не согласится, — усмехнулся Себастьян. — Значит, это ты альфа Алоиса. Породнимся скоро. — Поро… — Клод осекся, посмотрев на Сиэля. — Неожиданно. — Вы знакомы? — решил уточнить младший омежка. — Учились раньше вместе на первом курсе, — кивнул Себастьян, приобнимая за плечи. Алоис, до этого отошедший в уборную, вернулся ко всем и был удивлен, увидев своего альфу на пороге. Тот ведь говорил, что будет весь день занят. — Что ты тут делаешь? — Решил сделать тебе сюрприз, — Клод подошел к своему омеге и, немного наклонившись, быстро коснулся в приветственном поцелуе его розовых губ. Тот все еще стоял несколько удивленным потому и ответить не смог. Но когда отмер неожиданно для альфы, крепко обнял. Сюрприз удался. После всех разговоров с родней, он понял, насколько сильно себя накрутил. Несмотря на свою занятность Клод смог вырваться, чтобы увидеть его. Алоис был счастлив. Вот теперь удивлялся Клод, инстинктивно обнимая любимого глупого омежку. — Раз семья решила собраться вместе, — Винсент хлопнул в ладоши, — предлагаю остаться всем до вечера. Принято было единогласно. Приятно было посидеть полным составом за столом и поговорить по различным темам. Но самой главной стала тема свадьбы. Когда будет и как проходить. Сколько затрат уйдет и сколько гостей будут приглашены. Но и на другие интересные темы перескакивали. Что Алоису, что Сиэлю было интересно послушать истории университетской жизни обоих альф. Забавно так сложилась у них жизнь, решившая вновь свести старых знакомых, да еще и породнить. К вечеру родители с трудом отпустили своих деток с их ухажерами. Они так давно не собирались вместе и хотелось чтобы еще чуть-чуть побыли дома. А те разрывались. Как-то и с родителями тоже хотелось еще немного посидеть и с любимыми мужчинами побыть наедине. И конечно их омежьи инстинкты взяли вверх. С любимыми. Какое-то время пары еще трепались у подъезда. А после разошлись. Из-за пробок Сиэль с Себастьяном еще не скоро оказались дома. А ведь пришло время собирать потихоньку чемоданы. А на следующее утро, взяв отгулы, они стали перебираться в квартиру Себастьяна. Все так быстро закрутилось и завертелось. Еще совсем недавно они оба были свободными людьми, а сейчас уже начали жить вместе. Не за горами свадьба и ожидание ребеночка. Судьба — странная штука. Сведет же два сердца в абсурдной ситуации, а потом рассказывай своим деткам, как же вы познакомились.
