Будни национального героя

Если подумать, все началось в одно ясное мартовское утро. Гарри никогда не умел разговаривать с журналистами: ни в четырнадцать, ни в семнадцать, ни в двадцать три. И не важно, кем он был: четвертым непредвиденным участником турнира Трех Волшебников, Героем, убившим Волдеморта на глазах у сотен магов, или звездой британского Аврората. — О чем думает Гарри Поттер? Чем он живет? Что любит? Эти вопросы сводят с ума тысячи наших читателей. Поделитесь с нами частичкой вашей жизни, мистер Поттер, — белозубая улыбка застыла на ярко накрашенных губах журналистки. Гарри нервно облизнулся и огляделся, наивно надеясь найти путь к спасению. Его прижали к стене прямо у входа в его любимую булочную. И он понятия не имел, как сбежать. — Э-э, ну… — красноречиво промямлил он. Журналистка прищурилась и кивнула фотографу. Пара ослепляющих вспышек, и Гарри с тоской вспомнил, как удачно тогда получилось со Скиттер. Почему не все журналисты незарегистрированные анимаги? Посадил в банку — и живи спокойно. — Скажите, мистер Поттер, а ваше сердце уже кем-то занято? Миллионы наших читательниц только и ждут, как заграбастать себе такое сокровище. Гарри почувствовал, как волна жара опалила щеки. О, стоит лишь представить, какое выражение было б на лице Снейпа, если б он это услышал. Кстати, о нем... — Да, — вдруг громко сказал он. — Вообще-то, я уже люблю кое-кого, так что… Он широко улыбнулся в камеру, надеясь, что такое заявление приведет женщину с пером в руках в полный восторг и ему удастся уйти. Глаза журналистки, и в самом деле, зажглись маниакальным огнем. — И кто эта счастливица, мистер Поттер? Вы давно встречаетесь? Это мисс Грейнджер? Она предпочла вас? Вы скрывали ваши отношения, чтобы… — Нет! Нет! Это не Гермиона! О боже, — Гарри отчаянно замахал руками. — Вы в жизни не угадаете. Просто напишите, что я не свободен, ладно? И извините, но мне пора. Он резко дернулся в сторону и позорно сбежал в переулок, где и аппарировал. Гермиона его убьет.

***

— Гарри, по-моему, зря ты это ей сказал, — нахмурился Рон, кидая газету в камин. Эта привычка у него появилась еще в Хогвартсе, и Поттеру она очень даже нравилась. — А мне кажется, что Гарри сделал все правильно. Хотя заголовок, конечно, — Гермиона поморщилась и поднесла чашку с чаем ко рту. Отхлебнув немного, она продолжила: — «Будни национального героя». Ну как это связано с твоим признанием? Кстати, говоря о признании, ты собираешься когда-нибудь… — Нет! — Гарри с ужасом посмотрел на подругу и переглянулся с Роном. Тот согласно кивнул. — Если ты хочешь избавиться от Гарри, то лучше запытай его до смерти. Гуманнее будет. — Рон! Ты же прекрасно знаешь, что Снейп не станет его убивать! — Вот именно! — вмешался Гарри. — Часик послушаю его комментарии и сделаю все за него. Рон рассмеялся и пошурудил кочергой в камине. — А он на вечеринке у Хмури будет? — Не знаю. Обычно он… Черт, я его уже месяца два не видел. — Гарри, — Гермиона встала с дивана, подошла к креслу, в котором расположился юный герой, и присела на корточки, мягко коснувшись колен друга. — Ты должен с ним поговорить. Ну кому лучше от того, что ты так мучаешься? Рон стоял у камина с кочергой наперевес и задумчиво кусал губы. Гарри с надеждой посмотрел на своего лучшего друга, но тот почему-то не стал вставать на его сторону. — А… А может, тебе и правда стоит сказать? — неуверенно начал он. — Не смотри на меня так! Ты сам знаешь, я от него не в восторге. Но ты же уже не первый год… И вообще… Это как уши домовику отрезать… Это просто выражение, Гермиона! Поставь мою любимую кружку… Ай! Черт... — Рон с улыбкой потирал лоб, в который попала диванная подушка. — Вот и помогай тебе после этого. — Просто мне потом с ним работать еще, — произнес Гарри, широко улыбаясь. — Да и… он любит мою маму… Это все так странно. — И не говори, дружище, — Рон подошел к нему, хлопнул по плечу и сел на подлокотник кресла. — Но, знаешь, если бы я в свое время не струсил и признался, то не потерял бы столько времени, — он нежно улыбнулся Гермионе, и та согласно кивнула. — Вот именно. Гарри бросил взгляд на камин, где догорали последние остатки газеты недельной давности. Может, ему и правда стоило сказать сначала Снейпу о своих чувствах, а потом уже всему миру?

***

— Поттер? Вас так не устраивает компания друзей, что вы решили скрасить вечер в кладовке? — Снейп удивленно приподнял бровь и оглядел ряды винных бутылок. — Или я о вас что-то не знаю? Он сделал шаг вперед, Гарри вдруг отмер, обрел дар речи, и… — Нет! Держите ее! …и дверь за ним тихо захлопнулась. — Ну вот теперь мы вдвоем будем коротать вечер в кладовке, профессор, — с досадой проговорил он, и Снейп, моментально сориентировавшись, обернулся. Он осторожно коснулся двери и обреченно вздохнул. — Никогда не одобрял параноидальных идей вашего бывшего коллеги. Гарри мрачно фыркнул. Палочки, заходя в дом Грозного Глаза, надо было сдавать прямо на входе. Учитывая тончайшую сеть охранных заклинаний, скрупулезно выплетенную хозяином, гости могли не беспокоиться о своей безопасности. Тем более что приглашали лишь избранных, способных защитить себя и без нее. Но без палочки выйти из магически закрытой кладовки было невозможно. — И чем вы здесь занимались последние пятнадцать минут, мистер Поттер? — Ждал, пока меня придут спасать, — Гарри мягко улыбнулся. — Стоило догадаться, что это будете вы. Снейп поморщился. — От вредных привычек избавиться сложнее всего. — И не говорите, — Гарри кивнул и похлопал по столу рядом с собой, махая вперед-назад ногами. — Присоединяйтесь, профессор. Снейп сложил руки на груди и покачал головой. Больше расположиться в комнатке три на два метра было негде, так что он остался стоять у двери, сверля взглядом бывшего студента. Гарри отвечал ему тем же. Со времен учебы прошло уже пять лет, а Снейп оставался все тем же. Брюки, камзол, застегнутый на все пуговицы, тяжелая мантия, свисающая с плеч, — все черное, кроме белых манжет рубашки. И, естественно, волосы, темной вуалью скрывающие виски и скулы. — Что расскажете, профессор? — Гарри нервно улыбнулся, чувствуя, что игру в гляделки ему не выиграть. По крайней мере, пока его сердце так сумасшедше стучит в груди. — А что вы хотите услышать? Отчет по последнему составу уже на вашем столе, господин аврор. — Правда? — Гарри округлил глаза. — Я же только утром вам его отправил. Это… Неужели я удачно попал в перерыв между вашими делами? — Ну что вы, мистер Поттер. Если бы я ждал перерыва, чтобы сделать анализ для вас, то едва закончил бы только отчет по самому первому делу. Гарри закусил губу, чтобы его улыбка была не настолько очевидной. Снейп насмешливо ухмылялся ему, и Гарри безумно захотелось подойти к нему поближе, хотя бы для того, чтобы точнее рассмотреть веселых чертят во взгляде. — Не думал, что вы станете меня выделять из всех клиентов. — Разве? — Снейп снова поднял бровь. — Мне казалось: решение суда именно это и подразумевало. Гарри подавил желание показать язык. Ему было приятно думать, что для Снейпа его просьбы важны, но напоминание о суде мгновенно стерло улыбку с лица. Размечтался. В кладовке повисла неловкая тишина. Гарри не собирался снова доказывать, что сделал все возможное для Снейпа в те дни, а тому, видимо, разговаривать с ним и вовсе не хотелось. Поттер тяжело вздохнул и покачал в воздухе ногами. Ну и пусть ему двадцать три, пусть он молод, красив, богат, знаменит и… вообще, пусть он сам Гарри Поттер, но… Он мельком взглянул на спокойное лицо Снейпа. Но признаться в любви этому человеку — было за гранью его возможностей. — Ну а что насчет вас, мистер Поттер? — вдруг нарушил тишину Снейп, и Гарри резко поднял на него взгляд. — Что насчет меня? Снейп нахмурился и сделал короткую паузу, прежде чем снова заговорил. — Что расскажете? — Ничего, — буркнул Гарри. — С журналистами вы, кажется, более разговорчивы, — тон Снейпа был ровным. Это был удар ниже пояса. Гарри свел брови, вглядываясь в бледное лицо, частично скрытое тенью. Красивые губы были изогнуты в ехидной усмешке, но в глубине черных глаз таилась грусть. — Следите за моими интервью? — Нахожу проблематичным быть не в курсе, когда каждая газета буквально вопит о вашей личной жизни, не говоря уже о вечной болтовне моих сотрудников, — Снейп чуть приподнял брови в насмешливом раздумье и взмахнул рукой. — Я, наверное, могу уже вашу биографию писать. Гарри вздохнул. — Не думаю, что она мне понравится. Хотя, если моя популярность после публикации упадет, можете рассчитывать на любой гонорар. — Боюсь, не в ваших силах исполнить мои желания. — А чего вы хотите? — Гарри наклонился вперед, жадно всматриваясь в лицо Снейпа. Тот лишь приподнял уголок губ. — Вам лучше не знать, мистер Поттер. Гарри сдержал разочарованный стон. Ему хотелось не просто обернуться вокруг Снейпа и присвоить себе, а буквально залезть внутрь него, узнать все: каждую деталь, любую мелочь. Чтобы Снейп рассказывал по вечерам о прошедшем дне, делился радостями и печалями, позволял исполнять свои мечты. И чтобы весь мир был в курсе: Снейп принадлежит ему, а он — Снейпу. Коротко встряхнув головой, Гарри задумчиво окинул взглядом его стройную фигуру и едко усмехнулся. Размечался... — И что вы хотите узнать? — Расскажите, кто эта таинственная незнакомка, что завладела вашим сердцем? — Снейп издевательски хмыкнул, складывая руки на груди и сжимая длинными бледными пальцами предплечья. Это была точная цитата, и Гарри смущенно отвел глаза в сторону, щеки жарко загорелись. Найдя в себе силы, он снова посмотрел на Снейпа и слабо улыбнулся. — Думаю, ответ вам не понравится. — Я в этом уверен, мистер Поттер, — Снейп скривился и впервые за разговор перевел взгляд на пол. Гарри тихо вздохнул. — Тогда зачем спрашиваете? — Может, хочу иметь что-то для шантажа национального героя? В бархатном голосе звучала плохо скрытая за насмешкой горечь, и сердце Гарри тут же откликнулось болезненным стуком о ребра. — Угрозы рассказать о моем участии в ограблении ваших запасов в школе уже не актуальны? — Хотите признаться? — Ни за что, — Гарри широко улыбнулся, встретившись взглядом с теплыми черными глазами. Уголки губ Снейпа еле заметно дернулись вверх. — О ваших криминальных наклонностях я могу написать статью. Но, боюсь, вас это не напугает. — Вы правы. — А вот раскрытие рокового имени… — Профессор, — брови Гарри удивленно взметнулись вверх. — Не знаю, почему вас это так интересует. Но… Просто… Снейп сверлил его нечитаемым взглядом, и Гарри терялся. Желудок вместе со всеми бабочками грозил свалиться вниз под ударами сошедшего с ритма сердца. К счастью, кишки завязались узлом и не давали ему хода. — Поттер, прекратите мямлить. Я не стану ей рассказывать. — Я знаю! — вспылив, воскликнул Гарри. — Я не сказал, кто это, только потому, что мои чувства безответны. Я… не хочу, чтобы имя этого человека смаковали на всех углах. — Вы ведь не признавались ему? Глаза Гарри шокировано округлились, из приоткрытых губ вырвался шумный выдох. — Что?.. Но... Откуда вы знаете, что… О нет, Гермиона вам… — Гарри замотал головой. — Поттер, вы идиот, — почти ласково произнес Снейп, но в его тон примешалось какое-то странное чувство, Гарри не смог понять какое. — Если бы это была девушка, вы бы не старались так обходить любые местоимения. А с мисс Грейнджер я вижусь даже реже, чем с вами. Смущение липкой волной окатило Гарри, и он поморщился. — Вы правы, я идиот. — Еще и потому, что не признались в своих чувствах, — голос Снейпа понизился, став от этого только более завораживающим. — Уверен, что все не так плохо, как вы думаете. — Я просто не вижу смысла, профессор. Ну скажет он мне, что я сошел с ума и что видеть меня больше не хочет… — Гарри замолк, глядя на Снейпа. — Кому от этого будет лучше? — Вам, например. — Вы так считаете? Снейп только кивнул. И Гарри вдруг с ужасом понял, что собирается сделать. Сердце заколотилось в горле, в ушах, в груди, в животе, даже, казалось, в пятках и то он чувствует набат, отмеряющий последние секунды его разумной жизни. «О боже, боже, боже, боже», — проносилось в голове, пока его губы расползались в нервной улыбке. — Ну что ж. Тогда я так и сделаю. — Правильный выбор, мистер Поттер. — Ага, — шальная улыбка сменила нервную. — Профессор Снейп? — Да? — Я вас люблю. Гарри закусил губу, глядя, как на лице Снейпа меняются выражения. Вот он хмурит брови, беззвучно шевелит губами, а вот его глаза распахиваются от удивления и недоверия. И наконец он гневно раздувает ноздри знаменитого носа и делает два широких шага к Гарри, оказываясь к нему слишком близко. На крохотную долю секунды Гарри почти поверил, что его сейчас поцелуют, но Снейп стиснул в пальцах его рубашку. — Вы думаете, что это смешно, Поттер? Гарри сжал дрожащие руки в кулаки и, сглотнув, покачал головой. Черные глаза были в считанных сантиметрах от его собственных, он даже мог почувствовать жаркое дыхание на своих губах. — Тогда что все это значит? — прорычал Снейп, встряхнув его. — Что я вас люблю? — промямлил Гарри. Он всегда поражался, как Гермиона может отвечать на его вопросы. Гарри, даже будучи абсолютно уверенным в ответе, не мог не усомниться. А сейчас он не был в состоянии даже нормально думать. — Поттер, — Снейп скривился, как от боли, и вдруг уронил свою голову ему на плечо. — Поттер. — А? — по всему телу Гарри маршировали толпы мурашек, и он замер на месте, боясь пошевелиться и спугнуть. А Снейп вдруг провел кончиком носа по изгибу шеи, потом — вдоль уха и вздохнул, послав волну сладкой дрожи по позвоночнику. — А что, если я скажу, что не верю вам? — произнес он куда-то в висок, и Гарри на секунду показалось, что тот его… нюхает? — Ага, — невпопад ответил он, захваченный врасплох близостью Снейпа. — Что «ага», Поттер? Снейп вдруг отстранился и даже сделал шаг назад, и Гарри закусил губу, сильнее сжал кулаки, сдерживая порыв последовать за ним. — Ну, то есть, я не буду удивлен. Я... Знаете, я думал, что к этому моменту уже буду мечтать о смерти, наслушавшись ваших комментариев, — Гарри несмело улыбнулся и попытался поймать взгляд черных глаз, но Снейп, как назло, смотрел мимо него, а потом и вовсе отвернулся. — Правда, глупо все получилось? Я знаю, что вы любите мою маму, — кстати, уверенность в этом действия Снейпа значительно поколебали, — и что я идиот, и прочее. И со мной даже поговорить не о чем. Я даже заготовленную речь в вашем присутствии связно произнести не могу. Но... Я правда вас люблю. Снейп молча стоял спиной к нему. Это было совершенно нечестно. Гарри и по лицу-то его эмоции читать не умел, а уж по складкам мантии — и пытаться не стоило. Он взглянул на свою ладонь, с удивлением отметил, что она больше не дрожит, и спрыгнул на пол. Самое страшное позади, а самое трудное, как оказалось, только впереди. Какими клещами надо из Снейпа ответы вытаскивать? — Что скажете, профессор? — А что вы хотите услышать, мистер Поттер? — Мои чувства безответны? — А разве это важно? — Действительно, — язвительно произнес Гарри, сверля его спину взглядом. — Какое мне дело до вашего отношения ко мне? Я же просто признался вам в любви. — И я прекрасно услышал вас в первый раз! Прекратите повторять это как заведенный. Гарри упрямо сощурил глаза. — Не повторять? Как скажете, профессор, — с наигранной покорностью произнес он и, набрав полную грудь воздуха, затараторил: — Я люблю вас, я люблю вас, я люблю вас, я люблю вас, я люблю вас, я люблю вас, я… Снейп резко развернулся и заткнул ему рот ладонью, второй схватив за затылок. — Поттер, вы… — прорычал он и вдруг замолк, словно потерялся, утонул в глазах Гарри, — …просто невыносимы. — Мммм, — неразборчиво ответил тот, но Снейп не спешил убирать руку с его рта, и Гарри приоткрыл губы и мстительно лизнул палец. На вкус он оказался чуть солоноватым, но почему-то все равно потрясающим. Глаза Снейпа потемнели. Непостоянное сердце Гарри теперь упало в желудок и схоронилось там. Он знал этот темный взгляд, излучающий опасность всему живому. Обычно он активировал у Гарри реакцию бей-или-беги, но сейчас и так барахлящий инстинкт самосохранения отключился вовсе. Волна жара окатила его с головы до ног. — Не нарывайтесь, Поттер. Гарри снова провел языком по его ладони, Снейп сократил всякое расстояние между ними, и его тяжелое, сбившееся дыхание коснулось кожи. — Поттер, пожалуйста… не нарывайся. Гарри подумал, что его идиотизм заразен — Снейп, видимо, подхватил вирус, и болезнь прогрессировала прямо на глазах. Иначе бы тот не забыл, как Гарри реагировал на подобные предупреждения. Тем более сейчас, когда разум, шокированный происходящим, отключился, и он просто бездумно следовал за желаниями. Гарри чуть улыбнулся — насколько ему позволяла железная хватка ладони, и в третий раз лизнул ее. Снейп выдохнул сквозь приоткрытые губы, уже открыто прижимаясь всем телом к Гарри. — Ну почему ты такой идиот? — прошептал он. — Почему ты никогда меня не слушаешься? Скажи, почему? Я не железный, знаешь ли. Если ты будешь так упрямо меня… провоцировать, я не стану сдерживаться, Поттер. А от этого никому лучше не будет. — Ммм, — снова промычал Гарри и сощурился, готовый уже кусаться, чтобы его отпустили. Что, кажется, отразилось во взгляде — Снейп убрал ладонь, устроив ее на щеке. — Всем будет лучше. — Я собственник, Поттер. И параноик, и… — Ага, самый ужасный, грозный, саркастичный, невыносимый... или это уже про меня? — Гарри улыбался. Он еще не совсем понимал, что происходит, но это явно не было отказом. Черт. Неужели он упустил пару счастливых лет ругани со Снейпом не на работе, а в постели? А тот вдруг мягко улыбнулся и крепко обнял его, вжимая в себя изо всех сил. — Я тебя никогда не отпущу, если ты решишь быть со мной… Хотя, думаю, ты сбежишь, если захочешь, — хмыкнул Снейп, щекоча дыханием волосы на макушке. Гарри не ответил, он приник к жесткой груди, жадно втягивал запах, пытался разобрать его на составляющие и умирал от счастья. Зажмурившись, он попытался притиснуться к Снейпу еще теснее. — Знаешь, о чем я мечтал одно время? — глухо спросил он. — О чем же? — Что я назову тебя по имени, а ты не рассердишься. Снейп тихо рассмеялся. — Можешь рискнуть. Гарри слабо кивнул, чуть отстранился. И поморщился, когда Снейп моментально ослабил объятие — а ведь говорил, что не отпустит! Гарри оставил руки лежать на его талии и посмотрел в глаза. — Северус. Казалось, что даже воздух заискрил между ними, Снейп начал склоняться к его губам, и... — Гарри! Вот вы где! — ворвался в кладовку громкий голос Рона, из распахнутой двери полился яркий солнечный свет. Гарри испуганно вздрогнул и резко повернул к нему голову. — Гермиона меня убьет, — пробормотал Рон, оценив обстановку, и начал медленно отступать. — Гарри, не говори ей, ладно? Считайте, что меня здесь не было. Прошу прощения, в общем. Снейп дернулся, пытаясь вырваться из объятий, но Гарри судорожно сжал руки на его талии. — Рон, оставь дверь открытой, ладно? И мы квиты! — Я исчез, — нервно улыбнулся тот и почти убежал в сторону гостиной. Гарри перевел взгляд на Снейпа, и в груди испуганно трепыхнулось сердце: слишком собранным, слишком холодным тот выглядел. — Северус, не начинай. — Как вы быстро привыкаете к отсутствию субординации, мистер Поттер. Гарри обреченно вгляделся в черные из-за расширившихся зрачков глаза и покачал головой. — Я теперь от вас не отстану, профессор. Серенады буду петь под вашими окнами, сочиню стихи и буду декламировать их, следовать за вами по пятам. Облизывать стану при каждом удобном случае… И неудобном тоже. Вот скоро будет банкет по случаю победы, я вас там тоже… Глаза Северуса оттаяли, и он слабо улыбнулся. — И за что мне такое сокровище, Гарри? Тот пожал плечами, счастливо улыбаясь. — Ой, простите! Я... я... Гарри?! То есть... Я лучше пойду, ладно? Вы не отвлека... кхм... да... пойду... — раздался рядом голос Невилла, но Гарри даже не подумал обращать внимание на весь остальной мир: так нежно целовал его Северус.

***

Гарри нервно вышагивал у порога булочной. Два шага, поворот на каблуках, еще пару широких шагов обратно, снова поворот, остановиться, оглядеть внимательным взглядом округу, вздохнуть и повторить все по новой. Когда рядом появилась знакомая брюнетка с ярко-красными губами, Гарри уже почти отчаялся. — Мистер Поттер! Какая неожиданная встреча! Не расскажете ли… — привычно затараторила она, заслоняя ему пути отхода. — Расскажу! — радостно перебил Гарри, даже не думая сбегать. Еще чего, не после же получаса терпеливого ожидания. Журналистка недоуменно переглянулась с фотографом и нахмурилась. — Все расскажу! Записывайте! Я люблю Северуса Снейпа, хочу провести с ним всю свою жизнь, а еще он потрясающе целуется! И если он меня убьет, когда прочитает ваш выпуск, его прошу не винить. Это все моя самоубийственная глупость. Записали? Се-ве-рус Снейп! Вы должны его знать. А теперь мне пора, хочу купить хорошего вина к ужину, а то он на работе устает, надо же хоть дома расслабляться. Гарри широко улыбнулся фотографу. — Ну что вы стоите? Фотографируйте! Ну же! — его ослепила одинокая вспышка, и он улыбнулся еще шире, хотя это, казалось, невозможно. — Вот так, молодец. Я пошел, до встречи! Гарри размашистой походкой шагал по улицам дождливого Лондона. Мысль о том, как Северус отреагирует на грядущий выпуск, пугала, ужасала и веселила одновременно. Но теперь-то Снейп точно согласится идти с ним в качестве пары на банкет по случаю пятилетия Победы. А значит, все не зря. Северус Снейп же неотъемлемая часть будней национального героя. Да и разве могло быть иначе?