Primo and Second

Я проснулась под обед. Переодела пижаму и спустилась вниз. В кухне были все хранители. Лампо, как только увидел меня, тут же встал из – за стола и меньше чем через минуту поставил на стол тарелку с овсянкой. - Спасибо. – я улыбнулась ему и села за стол. - Доброе утро, а точнее уже обед, Вторая. – Джи улыбнулся. За ним пожелали доброго обеда и все остальные. - И вам доброго. Я хотела сегодня сходить в магазин, купить детские смеси, поэтому после обеда я отлучусь. - С тобой сходить? – предложил свою помощь Джи. - Нет, спасибо. Я сама. - Как тебе угодно. После обеда я вернулась в свою комнату и переоделась в легкий сарафан. На улице лето. С тех пор меня больше не бросает ни в жар, ни в холод. Наверное, это было из – за беременности. В магазине я встретила Хару и предложила ей зайти к нам. - Так хочется на твою малышку посмотреть. Как ее зовут? - Викторика. - Красивое имя, оно что – то значит? - Так звали маму Джотто. - Не знала. - Да я сама незадолго до свадьбы узнала. Тебе тоже скоро рожать, потом я к тебе приду, на малыша посмотреть. Кстати, а у тебя кто будет? - Мальчик. - О, как хорошо. Может, наши дети подружатся. - Ты намекаешь на любовь – морковь? - Ну да. – мы с ней посмеялись. - Мой младше Викторики. - Ну и что? В одном же году все равно родились. Да и неважно, в каком году. Как говорится, любви все возрасты покорны. - я улыбнулась, и она улыбнулась в ответ. Мы с ней пили чай, она рассказывала о Джи, о его семье. Оказывается, она не знала про Джотто. Я ей рассказала, и она принесла свои соболезнования. Как только Викторика проснулась, я накормила ее, и она опять уснула. Под вечер Хару ушла домой. - Тсуна! Викторика все плачет и плачет. Я уже не знаю, как ее успокоить. – Джи был в панике, рядом с ним стоял Асари. - Сейчас я попробую. Да, попробовала. Но все тщетно. Она есть не хочет, соску сосать тоже. Что делать – то? Я уже под конец позвонила Шамалу, спросила, что нужно делать. Он сказал, что, может, мое настроение ей передается, поэтому она успокоиться не может. Ну, да я сейчас была на взводе. Я ходила кругами по всей комнате с малышкой на руках, пыталась ее убаюкать. Она только успокоилась, и тут раздался крик Лампо: «Наконец – то!» Викторика заплакала вновь. За этим последовал крик Лампо: «Черт! Как же я не люблю детей». Да, мороки с ними, но они цветы жизни. Вот так натерпишься, а потом они уже будут взрослыми и лишний раз к тебе не заглянут, называется, где благодарность за наши бессонные ночи у кроватки. Я вышла на балкон с малышкой на руках и посмотрела на небо, вот упала звезда... а вот еще одна. Красиво ночное небо. Я посмотрела на Викторику и увидела в ней Джотто. Она похожа на него. Я улыбнулась ей, а малышка в этот момент успокоилась, посмотрела на меня и улыбнулась в ответ.