Шизофрения на марше

— А какие у магов есть проблемы? — Гермиона решила поинтересоваться у своего вселенца. — Главная проблема — отсутствие мозгов и непонимание наличия второй стороны медали, без которой в магии никуда. — Это как? — Взять например метлу. Что самое сложное в её создании? — Заставить летать? Или что-то ещё сложнее? — Самое сложное — создание защитных чар. — От чего защищают? — Представь, ты столкнёшься с птицей, лоб в лоб. — Я её увижу. — А если ночью? — Значит будет больно. — Давай скажем честно. Столкновение с совой или птицей аналогичного размера скорее всего завершится смертельным исходом. Если тебе в глаз попадёт насекомое — останешься без глаза. Вороны и голуби менее других птиц подвержены воздействию защитных чар. Встречный поток ветра на большой скорости доставляет много проблем. — Даже ветер в лицо — это проблема? — На скорости двести километров в час на палке просто не удержаться. Сдует. — Я об этом не думала. — Столкновение со зданием или горой на скорости пятьдесят километров в час заканчивается гарантированным смертельным исходом. Ты удивишься, если узнаешь, сколько волшебников убивается или калечится из-за элементарного превышения посадочной скорости. — Слишком большая скорость, когда коснулся земли? — Конечно. — Я не думала об этом. — Ещё одна проблема заключается в высотности и скорости. — А в чём проблема? — Чем выше полёт, тем больше расход магии. Чем быстрее полёт, тем расход выше. А теперь вопрос на засыпку: как долго держатся чары на метле, и что будет, если чары прекратят действовать в полёте? — Как долго держатся, я не знаю. Если чары прекратят действовать, наверное придётся разбиться насмерть, если не владеть левитацией. — Правильно. — А у левитации какие проблемы? — Ты наверное заметила, что во время левитации вестибулярный аппарат не работает. А во время полёта это чревато большими проблемами, поэтому стараются летать, слегка наклонившись вперёд. — А что с трансгрессией? Профессор МакГонагалл говорила, что есть проблемы. — Мой знакомый погиб. У него был тайник в заброшенном доме. Его не было два месяца, за это время дом снесли. Он трансгрессировал прямо в дом и материализовался в нескольких метрах над землёй. Упал и разбился насмерть, стал привидением. — Грустно. То есть если промахнуться чуть выше или ниже уровня земли — это конец? — Можно и выжить. Помнишь, Невилл Лонгботтом рассказывал, как он запрыгал, как резиновый мячик? — Да. Значит он выживет. — Не обязательно. Когда он упал с метлы, сломал себе руку. В следующий раз может сломать шею, разбиться насмерть или умереть от инфаркта. — А инфаркт здесь при чём? — Большинство выпавших из окна умирают от инфаркта, не долетев до земли. У волшебников инфаркт нередко заменяется на магический выброс. Но он может и не произойти. И если материализоваться после трансгрессии в десяти метрах над землёй, пока сообразишь, что происходит… Можно успеть разбиться насмерть. Ты учти, в обычно в Европе ежегодно каждый двадцатитысячный погибает, упав с высоты собственного роста. Можно раскачиваться на табурете, поскользнуться, зацепиться ногой и так далее. — Я не думаю, что так просто упасть. — Бывает, идёт дождь, ночью ударит мороз, и как следствие, утром очень скользко. — Я так падала… Два раза. Это больно, но не смертельно. — Случаи бывают разные, в том числе со смертельным исходом. Вернёмся к трансгрессии. Есть Тот-кого-нельзя-называть, на чьём имени стоит так называемое «Заклинание табу». Тебе надо попасть в бункер достаточно глубоко под землёй и активировать небольшой антиапаррационный амулет. Почти все прибывающие окажутся в глубине земли. Это смертельно. — А если в воде? — Если ты будешь в батискафе на глубине сто метров, и защита в пределах десяти метров от него, то все будут появляться в воде. Их моментально сдавит водой, при трансгрессии оттуда давление упадёт. Труп готов. Это так называемая кесонная болезнь. — Никогда не думала о таких проблемах. А ещё какие есть? — Взять например ритуал по неуязвимости от маггловского оружия. Сам по себе нехитрый, но очень тяжело делать список исключений. — А зачем этот список? — Неуязвимость от холодного оружия обычно отключают. — Зачем? Это же плохо. — С одной стороны, если тебя попытаться пырнуть ножом, лезвие сомнётся. С другой стороны, у человека растут волосы и ногти. Их постричь будет проблематично. — Об этом обычно не думают. — Есть детская шуточная поговорка: «Не бойся ножа, а бойся вилки, один удар — четыре дырки. Не бойся вилки — бойся ложки, один удар и ты в лепешку». — То есть даже просто поесть сложно? — Ложку эти чары как оружие не воспринимают, а нож и вилка воспринимаются, как оружие. — Это может осложнить жизнь. — Может, ты даже не представляешь — как. Если смотреть со стороны — весело. Жертве ритуала — не очень. — А от яда можно защититься? — Да, но учти. Защита от яда означает также защиту от лекарств, витаминов и биологически активных добавок. — А добавки зачем? — Это нередко концентрат полезных микроэлементов. — Понятно. — А теперь учти, появляется новая проблема. Если ты будешь питаться едой из магазинных продуктов, то там часто используются разные способы повышения урожайности и лечения животных. Всё это будет попадать в тебя и это быстро приведёт к магическому истощению. Вывод всего этого из организма требует много магических сил. — А если это не делать, будет ещё хуже, — возразила Гермиона. — Сомневаюсь, — в свою очередь возразил вселенец, — во-первых основной мусор не переваривается, проходит через пищевод и уходит через анус. Многое выводится почками вместе с мочой, есть потоотделение. Часть вредных веществ уходит в волосы, которые потом состригаются. — То есть проблемы от противоядной защиты могут быть большими? — Конечно. Открою страшную тайну. Большинство обзаведшихся такой защитой умирают от побочных эффектов этой самой защиты. Доходит порой до абсурда. Как известно, выхлопные газы автомобилей — зло. Если их концентрация достаточно велика, то перестаёт дышать кожа. А это чревато смертельным исходом. — Но ведь мы дышим лёгкими. — Прекращение кожного дыхания отрубает терморегуляцию организма. Это будет медленная и мучительная смерть. — Как всё сложно. — Ты учти, очень много волшебников умирает не своей смертью. То несчастный случай, то бракованное зелье, то колданёт сломанной волшебной палочкой. — От сломанной волшебной палочки можно самоубиться? — Да, совершенно без проблем. А ещё при мне погиб человек, так называемый егерь Гриндевальда. Он взял волшебную палочку раненого и решил демонстративно добить его «Авадой». — Захотел покрасоваться? — Да. — А дальше? — Палка-махалка была завязана на кровь, поэтому заклинание отразилось и убило кидавшего. Эта большая глупость тогда нас спасла, хотя и не всех. — Никогда нельзя колдовать чужой волшебной палочкой? — Да. Это вопрос жизни и смерти. — Но нам сказали, что хорошо, если в этой школе такая волшебная палочка у каждого десятого. — По закону подлости, известному американцам, как закон Мёрфи, когда тебе приспичит колдануть, это окажется именно завязанная на кровь волшебная палочка. Неприятные последствия прилагаются. — Это же дорого. А если бедны, как Уизли? — Некоторые колдуют палочками родителей или других родственников. А что касается Уизли, то можно вспомнить палочку Рона. — Она в плохом состоянии. — Правильно. А теперь вспомни, у него старший брат, от которого досталась палочка, работает у гоблинов взломщиком заклятий. — Он мог получить завязанную на кровь волшебную палочку в наследство? — Я не о том. Это волшебная палочка явно вскрывалась. Он мог попробовать осуществить кровную привязку на старой палочке, которую не жалко. Колдовать младший брат в этом случае может, поскольку близкий родственник. — А так как он не имеет опыта, он может ошибиться? — Конечно. Он может сделать недостаточно качественно. А ещё волшебные палочки плохо переносят поломки древесины. Маленькая незаметная трещина, и заклинание может отразиться в колдовавшего. — Даже если он хозяин? — Да, даже если он хозяин. Кровная привязка снижает этот риск, но там могут быть свои проблемы. А теперь заметь, Рон носит палочку в кармане мантии, если он неудачно сядет или упадёт, а вдруг словит заклинание в дуэли в коридоре, то палочка может быть сломана. Маленькая трещинка превратится в полноценную поломку. Если ты колданёшь такой палочкой, последствия могут быть катастрофическими. — Даже от самого безобидного заклинания? — Простейшее заклинание «Вингардиум левиоса». Оно отражается, тебя подбрасывает вверх, и ты просто ломаешь себе шею от удара об потолок или проламываешь черепушку. — Это просто от сломанной волшебной палочки, завязанной на кровь? — Конечно. Особенно это касается дешёвых школьных волшебных палочек. Которые подаются на Косой аллее по двадцать-тридцать галлеонов за штуку, если они новые. А подержанные и того дешевле. — А ещё какие проблемы? — Один особо умный человек решил защититься от камней и грунта, ему предсказали смерть от них. Хорошая идея, но выяснилось, что его не держит земля. Просто завяз и ушёл под землю. Так и погиб, таким образом предсказание сбылось. — Нам это на уроках не говорят. — И не должны. У магического образования другие задачи. — Какие? — Видишь ли, внукам Гаррика Олливандера, мадам Малкин или Флориана Фортескью нет смысла учиться в волшебной школе. Для их детей оптимально получить самое обычное начальное образование, где их научат читать, писать и считать, а тайнам и тонкостям семейного ремесленного производства они научатся дома. Поэтому школа нужна для систематизации знаний, кругозора, появления друзей и связей. — А у обычных людей? — Со школой аналогично. Но учить группу учеников дешевле, чем одного. А ещё это учит взаимодействовать и общаться с другими людьми. — А с производством? — Обычные люди могут построить завод. Маги вынуждены много делать руками, хотя отдельные вещи механизированы. — Какие? — Корпус твоей палочки выточен на деревообрабатывающем станке. Так быстрее, дешевле и качественнее, а сборка и настройка проходят исключительно вручную. — Понятно. Просто наши волшебники с предубеждением относятся к электричеству. — До недавнего времени мой дед обтачивал детали на станке с водяным приводом. — Как водяная мельница? — Да. — А почему он отказался? — Появились станки с программным управлением. Помощник вставил заготовку, ввёл размер и включил станок. Здесь без электричества никуда. — Никогда бы не подумала, что маги такие продвинутые бывают. — Большинство металлических артефактов делают немцы, у них почти вся металлообработка на обычных маггловских станках. Потом наносятся чары. — Клеймо «Сделано в Германии» есть и у волшебников? — Конечно. Очень котируется. Качественно и дорого. Относительно массовый выпуск качественных артефактов немцам даётся легче остальных. — А Китай? — Наводняет мир дешёвыми палочками, мётлами, зельями и артефактами. Качество от приемлемого до полного отстоя. — Всё, как среди нормальных людей. — Маги и магглы взаимосвязаны. — А у нас? — А у вас многое делают по старинке. Это мило, но нельзя стоять на месте. Но мы вернёмся к безопасности. Ты слышала про хоркруксы, которые не дают человеку окончательно умереть. Почему-то некоторые волшебники считают, что создание хоркрукса даёт бессмертие. — Странно. Ведь должно давать. — Необязательно:  раскалывается душа. С одной стороны это не даёт умереть окончательно, но, если мы признаём существование души, значит мы не умираем насовсем. Тело умирает, но душа остаётся жива. — Логично, — согласилась Гермиона Грейнджер со своим вселенцем. — То есть мы не умираем насовсем в любом случае. — Проблема в том, что после создания хоркрукса человеческая душа теряет целостность и, как следствие, начинает разрушаться, процесс аналогичен гниению. Именно поэтому хоркруксы, созданные для выживания во время учебного процесса при обучении некоторым видам магии, потом сливаются с душой, а филактерия, где она была, уничтожается. — А долго живёт душа после потери целостности? — Не больше пятисот лет, если он один. Хотя некоторые создавали десяток. Некоторые волшебники, которые очень не хотели умирать, живут более тысячи лет. Регламент требует создания двух хоркруксов, они не существуют отдельно более трёх лет, если не успел обучиться, то перед созданием нового, он только один, должно пройти не менее, чем пять лет, и создаётся максимум на год. — А если не освоишь? — То всё, ученик непригоден для освоения этих областей магии. — А почему люди создают хоркруксы? Они получаются обманутыми? — Незнание законов не освобождает от ответственности. В некоторых книгах написано про создание этого, но не прописаны все издержки. Именно поэтому сильные маги умирают, как правило, от несчастных случаев. Чем дальше в лес, тем толще партизаны. — Это как? — Чем дальше ты углубляешься в сильные области магии, тем проще ошибиться и выше цена ошибки. — Теоретически можно убиться во время первого занятия по полётам, но по идее: в школе чародейства и волшебства это сложно. — Конечно. Именно поэтому в этой школе запрещено колдовать в коридорах, учебная программа очень простая. Она составлена по рекомендациям международной конфедерации магии. — Интересно, почему программа простая? — Ответ для неприличия прост: в некоторых странах требуют получения стандартного среднего образования, поэтому специально оставлена возможность освоения. В некоторых странах есть свои особенности магии, на это требуется время. Например, в индийских школах каждый день обязательно медитации по несколько часов. В Хогвартсе большой выбор факультативов. — У меня в обычной школе было аналогично, только там факультативы обязательны. Обязательно надо записываться и ходить. После выполнения домашнего задания свободного времени не остаётся. То есть во всех странах одинаковая обязательная программа? — Есть существенные различия. Но главное: большинству магических умений учат дома. Именно поэтому Тёмные властелины обычно появляются не из аристократии. Если посмотреть на так называемого Того-кого-нельзя-называть. Мать ведьма, умерла при родах, вырос в приюте, то есть магических знаний набрался в школе. Наверняка стал заниматься серьёзными вещами, требующими очень аккуратного отношения, стал очень сильным, зато в итоге по официальной версии убился о годовалого ребёнка. Надо сказать, очень много сильных тёмных магов именно так и кончают. — Он убился потому, что чего-то не знал? — А теперь одно из важнейших правил магической техники безопасности: никогда не кидайся в заведомо слабых или беззащитных заклинаниями. Особенно сильными и смертельными, заклинание может отразиться. Если бы всё так было просто, как кажется сторонникам всемогущества магов, миром правили бы не магглы, а маги. А пока маги прячутся от магглов и отчаянно комплексуют. — То есть он нарушил технику безопасности? — Да, причём вопиющим образом. Если хочется убить ребёнка, надо брать нож. От невинного младенца, вне зависимости от того, маг он, сквиб или вообще маггл, заведомо опасное заклинание может просто отразиться. — То есть убить ребёнка нельзя? — Этому тёмному волшебнику надо было воспользоваться ножом. Но вообще, любое насилие над младенцами плохо влияет на душу. Маг после убийства невинного младенца может стать предателем крови или сквибом. — Как-то всё запутано. — А ещё больше запутано в истории про Гарри Поттера. Ты знаешь, что такое эвтаназия? — Да. — Так вот, "Авада кедавра" изобретена, чтобы убивать тяжело больных или сильно травмированных во время экспериментов магов. Выжить волшебнику нельзя, просто прерываются мучения. Своеобразный акт милосердия. Дом Поттеров сильно разрушен, что видно по фотографии в "Истории взлёта и падения Тёмных сил в ХХ веке". "Авада кедавра" не даёт такого разрушительного эффекта. По официальной версии там было три заклинания, дом должен стоять целым. Вдобавок ребёнка не завалило обломками. — А магический выброс? — Он слишком маленький. Кроме того, он не очень сильный волшебник. — Почему? — Потому что очень сильные в условиях его воспитания превращаются в обскуров, а у него только магические выбросы. — А что такое обскур? — Это такое тёмное разрушающее облако. — То есть у него на этого самого обскура просто не хватило сил? — Конечно. Но лучше держаться в стороне от этого Гарри Поттера. Директор школы Альбус Дамблдор опытный интриган и профессиональный педагог. Гарри Поттер получил вожделенное школьниками место ловца и метлу в подарок. То есть очевидно, что это игра, у директора школы есть план в отношении этого мальчика. И что главное, мы не знаем, что это за игра и какая её цель. Возможно, что он просто привлекает внимание, а ключевой фигурой является совсем другой человек. Что интересно, другой человек может не знать об уготованной ему роли. — А что ещё странно? — Гибели Джеймса и Лили Поттеров никто не видел. То есть либо был свидетель, либо всё придумано. Возможно родители Гарри живы, а возможно Гарри Поттер на самом деле не Гарри Поттер, слишком сильно похож на отца. — Есть специальные чары? — Да, ритуал называется "Личина бастарда", ребёнок после него внешне очень похож на человека, на которого завязан. Легко внести отдельные отличающиеся штрихи, например глаза и цвет волос матери. Это придаёт правдоподобность. Полное сходство слишком подозрительно. — Какую технику безопасности соблюдать мне? — Твоя задача: вести себя тихо, много учиться и лишний раз не отсвечивать, насколько это возможно. — Понятно.