Chances

— Лорен, — резко начала Дайна. — Повторяю в миллионный раз: ты выглядишь отлично. Окей? Успокойся, чувак. Ты заставляешь меня нервничать, хотя не я сегодня иду на свидание. Лорен пробежала пальцами по идеально завитым волосам, спасибо Дайне и Элли. Как только они получили SOS звонок от Лорен, они тут же привели её в комнату Дайны, потому что у неё было много разных штук для волос. Лорен обычно ничего не делала со своими волосами, за исключением сушки феном, ей просто это не было нужно. Но Дайна всегда творила чудеса с волосами, и это всегда выглядело удивительно, так что Лорен попросила её и Элли помочь ей. Они были более чем счастливы помочь ей. Лорен скрывала все, потому что, ну, она на самом деле не очень хотела говорить Дайне и Элли о девушке из тамблера. Она просто сказала им, что она собирается встретиться с особенным другом и она хочет хорошо выглядеть, и они тактично не пытались вмешиваться в ее личную жизнь. Лорен посмотрела на себя в зеркало, нервно кусая нижнюю губу. Она выглядела довольно хорошо и чувствовала себя так же. Ее друзья сделали очень хорошую работу, сделали акцент на глаза, заставляя их выглядеть более зелёными, чем обычно. Не было чувства, что на её лице тонна макияжа, но в то же время, она чувствовала себя привлекательной. Она до сих пор нервничала из-за вечера. Когда она думала о возможной встрече раньше, её живот скручивался от волнения. В течение всего дня, в животе летали бабочки, потому что, черт возьми, она собиралась встретить ту, с кем она болтала последние несколько месяцев. — Черт, — нервно хихикнула Лорен, вытирая ладони о черные узкие джинсы. — Я так боюсь, ребята. Внезапно Элли встала с кровати Дайны и положила руки Лорен на плечи. — Послушай меня. Ты прекрасно выглядишь, как всегда, и ты великий человек, который собирается сегодня вечером увидеть своего друга, а затем у вас обоих будет лучший вечер в жизни, хорошо? Ты не должна нервничать, потому что нет для этого повода. — Слушай Эллисон, Лорен, — Дайна похлопала девушку по спине. — Серьёзно, все нормально. Кроме того, мы сделали тебя чертовски горячей, так что твой друг просто обязан в тебя влюбиться. Лорен улыбнулась Элли и Дайне. — Спасибо вам, ребята. Я очень ценю вашу помощь и то, что вы терпели меня последние несколько часов. — Ты имеешь в виду последние несколько дней, — пробормотала Дайна себе под нос. — Всю неделю, — добавила Элли. Лорен закатила глаза. — Хорошо, да, я бесилась всю неделю, но это на самом деле случится. О Боже. Это сегодня. О мой Бог. РЕБЯТА. ЭТО СЛУЧИТСЯ. ТАК. НЕ ВОЛНУЙСЯ. БЛЯТЬ… Дайна закрыла рот Лорен ладонью. — Господи, чувак! Давай успокаивайся! Успокойся. Ты сейчас с ума всех сведешь. Лорен послушно кивнула головой, позволяя Дайне убрать руку. Она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. — Простите, простите, — извинилась она. Затем на ее лице появилась улыбка. — Она просто очень много значит для меня. Я не хочу все испортить. Лорен посмотрела на часы и увидела, что уже пол восьмого. Они договорились встретиться в восемь в небольшом кафе, примерно в двадцати минутах езды от ее колледжа. Она обняла и поблагодарила друзей в последний раз, вышла из общежития и поспешила к стоянке, чувствуя, как дрожат её колени. Эта девушка значит гораздо больше для Лорен, чем она думает. Эта девушка нравится Лорен. Она любит бабочек. Она невольно улыбается только при мысли о ней. Она любит, когда ее сердце замирает каждый раз, когда ее телефон загорается, оповещая о сообщении от неё. Ей нравится, что эта девушка заставляет ее чувствовать. И она на самом деле очень рада, что она нервничает. Это означает, что она волнуется, и ее чувства подлинные. Она отодвинула чувство неуверенности и тревожность в сторону. Она была в таком отличном настроении всю неделю, ожидая этот вечер. Этот вечер означает, что можно забыть о Камиле. После того, как Лорен услышала разговор Камилы с её подругами, она, вроде, объявила ей бойкот. Она официально перехотела сближаться с девушкой. Но сегодня она не будет думать о Камиле. Сегодня для Лорен существует только её подруга. Лорен заметила глубокий оранжевый оттенок заката в далеке и вздохнула. Это будет незабываемая ночь.

***

Камила сидела в своей машине и смотрела на себя в зеркало, настраивая себя на вход в кафе. И она боялась до смерти. Несмотря на то, что она никогда не говорила этого, Камила почти уверена, что она ясно дала понять девушке с тамблера, что она лесбиянка, путём тонкого флирта и проникновенных комплиментов. Она никогда прямо не писала: «Я лесбиянка», потому что, ну, это сложно. Это сделало бы ее более реальной, а она сама не до конца приняла этот факт. Она так старалась быть натуралом. Она гуляла с парнями, которых она даже не знала в этом году и ненавидела себя за это потом. Она ненавидит быть не в комфорте с собой. Тамблер действительно единственное место, где она чувствует себя открытой. Никто не знает, кто она, но в то же время, они знают «настоящую её». Камила не стала скрываться в тамблере. Она открылась и смогла найти девушку, которая приняла ее за то, что она настоящая. Впервые в своей жизни, она нашла кого-то, кто заставил ее чувствовать себя в безопасности, в комфорте и счастливой. И сегодня Камила, наконец-то, встретится с ней. Они обе не представляют, кого они увидят перед собой. Это будет интересно. А вообще, Камила чувствовала себя так, будто ее сейчас вырвет. Нервы, волнение и ожидание становились все сильнее и сильнее каждый день, ведущий к этой субботе. Дни проходили мучительно медленно и были ночи, когда она не могла спать вообще, потому что она была слишком занята криком в подушку. Камила сидела в автомобиле уже некоторое время. На самом деле, она приехала на час раньше. Ей нужно было некоторое время, чтобы подготовить себя, но все время в мире не могло дать ей подготовиться достаточно. Она просто надеялась, что она сможет говорить по-английски, а не забудет все буквы, как только они встретятся. В машине становилось слишком жарко, и Камила решила, что это сигнал двигаться вперёд и зайти в здание. Она глубоко вздохнула, прежде чем открыть дверь машины и выйти. — Ну, удачи, — прошептала она себе под нос.

***

Лорен вышла из машины в теплый вечер, как только часы пробили восемь. Она не могла остановить дрожь ее пальцев независимо от того, насколько сильно она старалась, и чем больше она думала об этом, тем хуже ей становилось. Она не удивится, если ее пальцы начнут дрожать так сильно, что они просто оторвутся от её ладони. — Боже мой, Боже мой, Боже мой, Боже мой, — бормотала она себе под нос, пока шла к двери милой и уютной кофейни. Как только она зашла внутрь, она сразу же просканировала зал взглядом в поиске девочки-подростка, которая, скорее всего, будет сидеть в одиночестве и, вероятно, будет чертовски горяча. Сначала она никого не нашла. Почти все в зале были или среднего возраста, или старше, или мужчины. Лорен молила бога, чтобы «она» на самом деле не оказалась шестидесяти пятилетним мужчиной. Но она продолжала осматривать зал, пока ее глаза не остановились на девушке, сидящей за столиком. Но вместо того, чтобы с радостью улыбнуться, она нахмурилась и сжала губы. Камила. Какого черта она здесь делает? В самом деле? Из всех ночей, она должна была быть здесь именно сегодня? Они посмотрели друг на друга одновременно, и одновременно закатили глаза. Что ж. По крайней мере, это чувство взаимно. Не позволяй ей разрушить твою ночь. Потому что Камила не стоит этого. Лорен села за свободный столик в другой стороне зала. И она не могла не думать, почему же Камила здесь именно сейчас? Время шло, и каждый раз, когда звонил колокольчик над дверью, Лорен с надеждой поднимала глаза, чтобы увидеть человека, которого она ждала всю вечность. Но её не было. 15 минут. Никого. 30 минут. Никого. 45 минут. Люди начинали уходить. 55 минут. Сотрудники начали убирать. И через час, Лорен, наконец, просто перестала смотреть на дверь, когда она открывалась. Она уже знала, что та, кого она ждёт, не придёт. Подошел официант и остановился рядом со столом Лорен. Она посмотрела на него снизу вверх с ужасно грустными глазами, даже не стараясь скрыть свое разочарование. — Ой. Ммм, я прошу прощения, мэм, но мы сейчас закрываемся, — мягко сказал мужчина, явно понимая, в каком состоянии сейчас Лорен.  — Мы можем что-нибудь сделать? Лорен просто покачала головой, ей было слишком больно, чтобы открывать рот и говорить. Это было целиком и полностью трудно. Она знала, что все это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Становилось все труднее и труднее бороться со слезами, которые застилали ей глаза.  Официант кивнул и осторожно попятился. Ночь, которая должна быть самой лучшей, оказалась самой худшей в жизни девушки. Никогда еще она не чувствовала себя так пусто. Эта девушка сделала ей больно, даже не делая ничего. Вот в чем проблема: она ничего не делает. Лорен не могла поверить, что она провела всю неделю застенчиво улыбаясь, как идиотка, потому что эта девушка заставила ее верить, что она чувствует то же самое, и что она тоже хочет увидеть ее. Теперь Лорен сидит в этом кафе одна, тратит час своей жизни на девушку, которая только что оставила ее умирать. Ну, по крайней мере, она думала, что она одна. Как только она встала, чтобы уйти, она удивились, когда поняла, что Камила все еще здесь. При нормальных обстоятельствах, она никогда бы не подошла к Камиле для чего-нибудь, особенно для утешения. Но сегодня не нормальный день. Они обе выглядели так, будто эта ночь — что-то ужасное. Минус плюс минус равно плюс, не так ли? Лорен сморгнула слезы и медленно направилась к Камиле. Она осторожно положила руки на поверхность стола и закусила глаза. — Камила? — тихо сказала она. Девушка быстро подняла голову и вытерла слезы с лица. — Что тебе надо? — проворчала Камила холодно, явно не желая разговаривать. — Что ты здесь делаешь? — спросила Лорен мягко, пытаясь успокоить ее. Она не была в настроении бороться или спорить. — Почему ты волнуешься? — Камила прикусила нижнюю губу и отвернулась, чтобы Лорен не заметила её слезы. Лорен плавно скользнула на стул напротив нее, изо всех сил стараясь не плакать. И как только она подумала, что печальнее минуты быть не может, Камила громко всхлипнула. — Камила… — прошептала Лорен, поднимая руку и осторожно накрывая ладонь Камилы, лежащую на столе. Этого было достаточно, чтобы заставить меньшую девушку посмотреть на нее. — Что случилось? Лорен практически видела, как все стены и барьеры, построенные между ними, рушатся с каждой секундой. Ее карие глаза смягчились, плечи опустились, и она задышала спокойнее. — Я… — начала Камила дрожащим голосом. — Боже, это звучит так глупо, но я должна была встретить кое-кого здесь сегодня вечером, час-полтора назад, и она не пришла. Меня отшили. Лорен застыла. Она смотрела на Камилу, пытаясь осознать, что она только что сказала. Она просто не так поняла, так ведь? Но такого просто не может быть. Это просто совпадение, что они ждут кого-то в один и тот же день, в одном и том же месте и в одно и то же время. Горло Лорен вдруг пересохло, а дыхание перехватило. Ее руки начали дрожать, и она вдруг услышала биение крови в ее ушах, продолжая смотреть на Камилу с широко открытыми глазами. О мой Бог. — Лорен. Лорен, ты в порядке? — беспокойно спросила Камила. Её брови поползли вверх, когда она наблюдала состояние соседки. После того, как Лорен вернула самообладание, она сглотнула и глубоко вдохнула. Существует только один способ, чтобы все прояснить. — Камила. Будь честна со мной прямо сейчас, хорошо? — меньшая девушка нерешительно кивнула головой, не понимая, что происходит. Лорен, с другой стороны, чувствовала так, будто её сейчас вырвет. — Т-ты Wake Me Up в тамблере? Рот Камилы открылся, и она поняла, что теперь парализована она. Она попыталась что-то сказать, но у неё не получилось. Поэтому она просто кивнула головой. Дыхание Лорен снова пропало, как только Камила кивнула. Она посмотрела Камиле в глаза, понимая, что она тоже все поняла. — Я Sweet Disposition.