Сладости

Улицы медленно начинали приобретать привычные краски: покрытая росой трава, что лишь недавно показалась из-под слоя земли, принимала в себя первые лучики солнца; темные здания, еще недано пребывавшие во мгле, окрасились в утрене-белый; уставшие за ночь фонари (,)отправились на заслуженный отдых; весенние цветы, что ночью закрывают свои бутоны, раскрыли желтые объятия; тяжелым ходом школьники устало перебирали ноги, направляясь в школу. Так же и мы, недавно проснувшиеся, шли на занятия. Не отставая, Генри шагал рядом со мной и что-то щебетал на счет выпускного. -Зик, — его пара, которая на год нас старше и учится в выпускном классе, — уже пригласил менЯ на церемонию, после, у него дома будет вечеринка. Ты ведь придешь? — с надеждой поднял свои омежьи глазки Генри. -Придётся. Но много (го) не жди. Мне нужно собирать вещи, -монотонно произнес я. Товарищ счастливо закачал головой в честь неудержимого веселья, ведь это редкое событие: я решил посетить подобное мероприятие. Генри-милая добрая омега, с которой мы давно знакомы и дружим. Светлые волосы, добрые ярко-зеленые глаза, пухленькие губы телесно-розового цвета, сладостный голос-вот описание этой маленькой заразы. Стоило войти на территорию школы, как Генри ринулся к дверям здания и повис на паре. Альфа, приняв с распростертыми объятиями омегу, покружил любимого в воздухе и нежно упустил на землю. Они крепко сплели пальцы в тот момент, когда я подошел. -Я, пожалуй, пойду, — вопросительно произнес я. Оставить их наедине после первой сцепки- лучшее решение. Генри что-то хотел возразить, но Зик закрыл ему рот поцелуем. Незаметно прошмыгнув через вахтершу в уличной обуви, я поднялся на третий этаж, где должен пройти классный час. Альфа проводил омегу к началу урока. По окончанию 4-х уроков, была долгожданная столовая. Получив свои  четвертные отметки, мы направились прямиком туда.  Генри не мог нарадоваться тому, что хорошо окончил год. Среди его оценок лишь три четверки, а оставшиеся — пять. У меня же все обстояло умеренно: все «4». -Родители уже решили, куда переезжает наша звезда? -омега состроил ехидную улыбку. -Агентство решило, что это будет Дайнер. Этот город в 3-х днях полета. Думаю, там я закончу одиннадцатый класс, -не поднимая глаз с тарелки, промямлил я.- Потом, наверно, в мед. институт. Папа хочет, чтобы я стал хирургом, а не на камеру позировал. -Тогда мы с Зиком через годик тоже к тебе, — лыбился Генри. -Окей, -я согласно кивнул. После занятий за мной подъехал Кевин. -Здравствуйте, Лауки, — он открыл дверцу серебристого Hyundai Tucson. -Привет, Кевин.-поприветствовал я мужчину в сером костюме. Попрощавшись с друзьями и сев в солон авто, Hyundai (может просто автомобиль?) тронулся с места. -Сегодня запланирована прощальная вечеринка на семь вечера, — мой отец нанял Кевина, как сопровождающего на всех мероприятиях, как охрану, и личного шофера.- Мей уже ждет вас в кафе. Так же кроме прощальной вечеринки мы празднуем окончание первого класса вашей сестры. Мей-младшая сестренка, омега. В нашей семье она олицетворяет ангелочка, спустившегося с небес. Белые, снежные волосы, ярко-голубые глаза, никогда не спадающая с лица улыбка, позитивное отношение ко всему. Она никогда не пройдет мимо какой-нибудь живности. Все от мамы, которая была такой же, но умерла полтора года назад… Я скучаю по ней. От мамы мне достались ярко-зеленые глаза (но ведь в Мей было «все от мамы») и белокурые волосы. Так как я омега, то не отличался высоким ростом. Худое, чуть накаченное телосложение и милый маленький носик. Наверно, поэтому меня взяли в модели. Как-то, год назад, мы с отцом были на важном мероприятии, где собрались большие шишки, тогда то и Ральф, заметив мою скромную, статную фигуру в толпе, подошел к нам с отцом. Отдав визитку и обсудив пару деталей с альфой, он ушел; а через месяц я пришел в агентство Ральфа. Сейчас мои фотографии печатаются в журнале «Звездные омеги». Рекламы парфюма, гелей и прочего. Прошло около десяти минут, как мы уже приехали к студии. Кевин открыл дверцу и я незамедлительно выбраться из кожаного солона, оставив учебные принадлежности на заднем сидении. В высокоэтажке студия Ральфа арендовывала пять этажей и на каждом из них была своя атмосфера: где-то стояли прилавки с косметикой, где-то новинки модных дизайнеров, на верхних этажах студия фотосъемок, куда мы и направляемся. Постоянный звук вспышек фотокамер, бегающие вокруг моделей визажисты, пристально смотрящие в камеру фотографы, меняющие декорации ассистенты. Несколько омег обернулось в мою сторону и я скромно кивнул в знак приветствия. Рафаэль же восседал в самом углу этажа на кожаном кресле и что-то печатал на клавиатуре. -Подойди сюда, Лауки, — помахал рукой черноволосый статный мужчина в дорогущем черном костюме, это был Раф.-Смотри, — указал на монитор компьютера альфа. На экране была обложка нового выпуска журнала «Звездные омеги», который должен быть в продаже с завтрашнего дня. Моя фотография с обнаженным торсом и взлохмаченными волосами стояла (мб занимала первую полосу или  эт не то?) во главе журнала. Статья « Сладостный омега Нэс (мое прозвище) покидает 《сцену》 на год.» -Вполне нормально, -кратко ответил я. -Закатим вечеринку. Шампанское, танцы, бассейн, джакузи и милые альфы нам обеспечены, -пускал слюнки директор (,) в предвкушении вечера, — а так же сладкие омеги, — альфа облизнулся. Я скрестил руки на груди и, приподняв бровь, сделал замечание замечтавшемуся Ральфу: -Я еще несовершеннолетний. -Не обламывай кайф. Пить ты, может, и не будешь, но от сладостей ведь не откажешься, -самоуверенно произнес альфа, вошедший в кабинет. Сэм-альфа из журнала «Сладости для взрослых», старше он был на года два. Черные, как ночь волосы, и серые блестящие глаза, высокий, с  накаченным телом. Да, по нему все омеги агентства сохнут. А он все за мной бегает. Достал. -От сладкого, может, не откажусь, -знает ведь. -Директор, давайте, не отпустим Лауки ни в какой другой город? Он и тут полезен. -Не начинай, Сэм. Постепенно в кабинет ворвались еще троя и начали жалобно просить то меня, то Ральфа, что бы я остался. Но обычно его ответ был: «так надо, ребят». Ну, он ведь не станет рассказывать настоящую причину ухода… ему отец запретил. К Мей я все-таки опоздал. Когда я вошел, она кинулась с визгом ко мне на шею, а потом, как она говорит, «расцеловала», а выглядело будто просто обслюнявила. Я поцеловал нежно в щечку и посадил ее на шею. -Как провела день, ангелочек? — мы шли к выходу из здания. Ну как? Я шел, а она качала ножками. -Хорошо, Витя дергал меня за косичку, а когда Вера Анатольевна пригрозила пальчиком и сказала, что так нельзя, он сказал, что я очень красивая и убежал дальше играть, — весело щебетала омега на плечах. -А я же говорил папе, что скоро около нашего дома будут кучи альф выжидать, чтобы только увидеть тебя. -Угу. Братик, -я поднял на нее глазки.- Можно я с тобой поеду в Дайнер? Мне без тебя будет скучно. -Спросим папу, малышка. Отец уже был дома к этому времени. Когда мы вошли домой, трое горничных помогли нам снять верхнюю одежду, и мы отправились переодеваться. Переодевшись в просторную и легкую домашнюю одежду, я пошел на кухню, где уже Мей, одевшишь в розовое платье, сидела за столом, а отец колдовал над плитой. Тейм-альфа-одиночка, наш с Мей отец. После того как умела мама, он долгое время прибывал в депрессии из-за потери истинного, но в присутствии Мей и меня ему становится лучше. Каждый из нас хочет, чтобы мама вернулась. -Не объедайтесь, скоро поедем в кафе, -заботливо произнес отец и поставил тарелку с оладьями. В половину пятого мы выехали из дома. Мей, усевшись у меня на коленках и обнимая за шею, тихо сопела в ключицу. Отец же сидел на переднем сидении в то время, как Кевин вел авто. Ресторан «Звезда галактики» находился в самом центре города. Трехэтажное здание, которое, казалось бы, все из черного стекла. Изнутри было не менее показушно: множество кожаных черных кресел, стеклянные овальные столы, несколько барменов, постоянно выполняющих сложнейшие перуэты со спиртными напитками. А в середине зала стояло около двадцати человек и, когда мы вошли в зал, звук хлопушек и громкие приветствия эхом раздались на этаже. -Поздравляем!!! -кричали все, в том числе и я с отцом. Радостная Мей все прыгала от счастья. Каждый подошел и вручил второклашке призент, обернутый в красивую обертку. Все веселились и пили, а Мей открывала подарки, когда я уходил. Попрощавшись с гостями, Мей, поцеловав родных, я сел в серебристое авто. Конец I главы.