Жизнь после жизни

Больница. Лондон. Время не стоит на месте, и вот пролетел еще месяц ожидания. Лиаре было разрешено посещать Джейн раз в три – четыре дня. Гарусу же, на все его вопросы доктор отвечал односложным «скоро». Но дни сменялись один другим, а статус «скоро» оставался неизменным. - Как она? – спросил Гаррус, как только Лиара сделала шаг из палаты. Он старался хотя бы из коридора увидеть Джейн. - Она опять ничего про меня не спрашивала? Азари вздохнула и, глядя в пол, покачала головой. - Я боюсь с ней разговаривать на эту тему. Не зря же доктора тебя не пускают, - Лиара прислонилась спиной к стене, разглядывая дверь палаты Шепард. – Да и она по большей части молчит и смотрит в окно. - Похоже, я никогда не буду допущен к этой палате, - Гаррус стиснул зубы. Внутри бушевала масса эмоций, которым нужен был выход наружу. Он резко ударил кулаком в пластиковую панель на стене рядом, так что там осталась вмятина, а Лиара от неожиданности чуть отпрянула в сторону. – Прости. Что такого в том, что я появлюсь в ее поле зрения? Тем более, за все это время она ни разу не спросила про меня. Думаю, стоит это прекратить!- процедил он сквозь зубы. - Прямо сейчас! - Постой! – Лиара попыталась схватить его за плече, но провела рукой по воздуху. Турианец быстрыми шагами двинулся к палате. Чем меньше оставалось расстояния до палаты, тем сильнее билось его сердце. Он понял, что устал ждать, устал каждый раз слышать о Джейн со слов Лиары. Гаррус хотел увидеть ее сам. Обнять, почувствовать ее дыхание на своей коже, чувствовать ее сердцебиение в своих объятьях. Когда он нажимал на кнопку у двери, внутри все сжалось от того, что он был готов сейчас увидеть. Один вдох. Один удар сердца. И один взгляд на единственную кровать в палате. Джейн полусидела на кровати и, в точности как говорила Лиара, смотрела в окно. Руки лежали поверх поднимающегося в такт ее дыханию, одеяла. Сильно отросшие волосы были заплетены в тугую косу. Он никогда не видел ее с такими длинными волосами. Глаза были тусклые и смотрели в одну точку. Лицо, такое родное и любимое, выглядело непривычно уставшим и изможденным. Шепард даже не повернулась в сторону открывшейся двери. - Джейн,- Гаррус старался сказать это мягко, но получилось что-то хрипяще-сдавленное. - Гаррус? – в голосе звучала тревога, облегчение и удивление одновременно, - Ты..ты..это ты! – в уголках ее глаз блеснули слезы. Гаррус усмехнулся, он никогда прежде не видел слез в ее глазах. Никогда, не при каких обстоятельствах, Шепард не давала волю эмоциям, а тем более, слезам. Стоящий рядом с кроватью аппарат резко запищал. Похоже, поднялось давление, значит, сейчас придет врач. - Конечно я,- турианец в мгновение пересек палату и, присев на колени у кровати, уткнулся лицом в ее руку. Он вдыхал ее запах, смешанный с запахом больницы. Он чувствовал, как двигается ее большой палец по его щеке.- Джейн, я люблю тебя. Я… я так скучал. И в этот момент дверь в палату распахнулась, явив за собой доктора Эткинса. - Что вы себе позволяете! – казалось, доктора сейчас разорвет на части от негодования. - Нельзя просто так врываться в палату к моему больному! Но Гаррус молчал. Он просто наслаждался этим коротким мигом рядом с Джейн. С женщиной, которую он так сильно любил, и в чье возвращение верил изо дня в день. Для турианца сейчас время замерло, и во всей вселенной больше ни осталось никого, кроме них двоих. Ее рука, в которую он уткнулся, была гладкой и теплой. Только это сейчас было для него главным. Что-то кричал доктор, отчитывая турианца за его проступок; вокруг бегали медсестры, проверяя приборы и осматривая Джейн. А потом все стихло, будто выключили звук. - Гаррус,- тихо прозвучал в его голове такой знакомый голос Джейн. Ему на мгновение показалось, что это снова сон. И что если он проснется, то окажется в своей кровати, снова один. А раз так, то он не собирался открывать глаза. - Гаррус, - снова отозвался голос, уже больше похожий на правду. В нем послышались командные нотки Шепард. - Да, я тебя слушаю, - наконец нехотя отозвался турианец, так и не открывая глаз и не поднимая головы. - Тебе не надо было приходить. Я не хочу тебя видеть. Если бы он стоял, то непременно бы упал. Но тут ему повезло, падать было уже некуда. Гаррус потерял дар речи. Лучше бы это было сном, это было бы проще пережить. Он не мог даже звук из себя выдавить. Турианец поднял голову и смотрел в ее глаза. В них не было ни капли эмоций, только на щеках мерцали мокрые дорожки. - Вставай и уходи! – сипло практически прокричала она. Гаррус уловил в ее голосе нотки грусти и отчаяния такой силы, что одному человеку этого просто не перенести в одиночку. - Джейн, - Гаррус попытался поднести руку к ее щеке, но Шепард отстранилась и резко отвела его руку в сторону, - Но… - Я сказала ВОН! Опешивший Гаррус медленно, спиной вперед, двинулся в сторону двери. С тихим шуршанием дверь отворилась, выпуская Вакариана в больничный коридор, где его ждал доктор с не самым приветливым видом. - Теперь понимаете, почему вам были запрещены посещения? – Было видно, что Эткинсу очень сложно держать себя в руках и не сорваться снова на крик, как это было в палате. - Нет, теперь я буду настаивать на том, что бы забрать ее отсюда, - мозг хаотично прыгал с мысли на мысль, но главным было то, что Джейн здесь не место. Нужно было, как то решить вопрос ее выпиской и как можно быстрее. - У вас нет права решать это за нее. - Есть. Я ее муж, - тихо ответил Гаррус. В голове уже прорисовывался план, как задним числом сделать их брак реальностью. - Если не верите, то я предоставлю все нужные доказательства.