Сердце Льва

No one gets out alive, every day is do or die. The one thing you leave behind... Is how did you love, how did you love? It's not what you believe; those prayers will make you bleed. But while you're on your knees... How did you love… Shinedown – «How Did You Love?»

      - Ну что скажешь? Такой посох тебе нравится больше? – Александра всплеснула руками и медленно покрутилась перед сидящим в кресле тевинтерцем.       Дориан отложил книгу, которую читал перед ее приходом, и пригладил усы, оценивающе рассматривая закрепленное на спине у магички оружие.       - Совсем другое дело. Эта изящная и смертоносная вещица достойна Инквизитора, - маг подошел поближе и взял в руки посох, который девушка отцепила от крепления. Серебристая рукоять оружия оканчивалась навершием в виде трех пугающих драконьих голов.       - Это прощальный подарок Кальпернии. Посох Распада. Наносит большой электрический урон, но я думаю еще добавить к нему оскверняющую руну, - предвкушая удачные битвы, магичка даже потерла ладони.       - А вы, девушка, становитесь кровожадной! – захохотал Дориан, возвращая посох. – Но тебе идет. А что со старым посохом, кстати?       - Подарила Соласу, он давно им восхищался.       - Странные у вас здесь вкусы, ну да ладно... Хотя мне обидно, что эльфу постоянно достается лучшее оружие в нашей команде, - надулся маг, но больше из принципа.       - Как тебе не стыдно, мы всегда делим находки поровну. А тебе я отдаю самые вычурные вещицы, как ты и просил. Не вредничай, - Александра опустилась в кресло, которое раньше занимал маг, и взяла с полки первую попавшуюся книгу. – Ладно, я хочу немного почитать, надо очистить голову от всех этих дел в ставке командования.       - Отдыхай, пока есть возможность. Несомненно, грядет большая битва, - с этими словами Дориан удалился, оставив магичку в печальных думах.       В последнее время Тревельян стало казаться, что все окружающие смотрят на нее как на жертвенного агнца, которому предстоит отправиться на заклание. Александра знала, что Корифей все еще силен. Не получи она метку, которую Солас называл Якорем, магичка вряд ли имела бы много шансов в битве против древнего магистра, даже со всеми своими союзниками. Чудовище где-то затаилось и наверняка планировало очередное злодеяние. Александра должна была найти его первой, чтобы иметь преимущество неожиданности. Но каждый раз при мысли о подобной битве, у девушки внутри все холодело.       Даже Солас с которым она обсуждала случившееся в Храме Митал, говорил с ней так, будто прощался.       - Ты оказалась не такой, как я ожидал. Ты меня поразила.       Слышать эти слова от обычно замкнутого эльфа было удивительно. Он даже не высказал своего неодобрения из-за того, что магичка отказалась выполнять ритуалы в храме.       - Инквизитор. Я хотела с вами поговорить, - из полумрака библиотеки возникла Лелиана. Благодаря своей темной накидке женщина практически сливалась с окружением. Тревельян подумала, что глава разведки могла стоять там, в темноте, уже некоторое время, тихо наблюдая за ней. Эта мысль заставила Александру поежиться. Впервые она поняла чувства Блэкволла, который говорил, что Лелиана его пугает.       - Конечно, присаживайтесь, - магичка махнула рукой, и рыжеволосая красавица опустилась в соседнее кресло, сложив на коленях руки в какой-то смиренной, безжизненной позе.       - Я хочу извиниться перед вами, Александра, - голос Лелианы был тих, а глаза задумчиво смотрели на девушку.       - За что? – несколько возможных вариантов ответа промелькнули в голове магички, но она тут же подвергла их сомнению.       - За то, что винила вас в смерти Джустинии. Это сказывалось на моей работе и вместо того, чтобы стать собраннее, я перекладывала свои ошибки на вас.       Леди Соловей вздохнула, и в этом вздохе магичка ощутила безграничное одиночество. Александра смущенно отвела взгляд, не зная, что сказать.       – Простите мои неуместные откровения по поводу командира и Героини Ферелдена, - продолжала шпионка. Магичка вздрогнула и посмотрела на женщину. – Мне стыдно говорить об этом, но я хотела причинить вам боль. Если вы сможете простить мою эгоистичную выходку, я обещаю, что такого больше не повторится, и я не поставлю свои капризы выше интересов Инквизиции и Инквизитора. Даю слово.       - Вам, наверное, трудно было решиться на этот разговор, - после минутного молчания произнесла оторопевшая Александра. - Я благодарна за этот шаг навстречу. Мы хорошо работали вместе, пусть так будет и впредь, - она протянула руку и Лелиана сжала ее пальцы своей прохладной, сухой рукой.       - Почему вы вдруг решили сказать мне это? – спросила магичка, когда глава разведки встала с кресла, чтобы уйти.       - Потому что вас ждет большое испытание. Возможно, самое серьезное в вашей жизни. Я не хочу, чтобы между нами оставались обиды и недоверие, - ответила Лелиана и немного помолчав, добавила: - И еще кое-что. Насчет командира Каллена. Боюсь, что мои необдуманные слова могли навредить вашим отношениям. Если так, то мне искренне жаль. Но если у вас есть какие-то сомнения по поводу его мотивов, подумайте о том, что он воин, солдат… Не робкий юноша, который будет страдать по прошлому, если он счастлив в настоящем. Подумайте об этом, и отбросьте сомнения, если они у вас есть.       Не дожидаясь ответа, Лелиана скрылась в полумраке зала так тихо, что Александра не расслышала ее шагов.

**

      В последнее время Тревельян много бродила по Скайхолду, тихой тенью скользя по коридорам, переходя из комнаты в комнату, поднимаясь на крепостные стены, заглядывая в пустующие башни, которым до сих пор не нашли применения.       У Александры было странное чувство, как будто она прощается с этим местом, хотя пока не знает точно день и время своего отъезда.       Магичка пыталась убедить себя, что это всего лишь ее богатое воображение и она готова к противостоянию с Корифеем. Однако в глубине души девушка боялась, что исчерпала весь запас своей удачи.       Стоя в одиночестве на крепостной стене, она чувствовала такую тоску в сердце, что хотелось разреветься, заранее оплакивая свою вероятную героическую смерть.       Александра достала счастливую монетку Каллена из внутреннего кармана нижней рубашки и крепко сжала прохладный кругляш в руке.       «Уныние и страх могут повредить мне больше, чем реальная схватка с врагами. Стоит замешкаться, сделать неуверенный шаг... и меня поглотит пропасть отчаяния", - думала девушка, глядя с огромной высоты на покрытую льдом реку далеко внизу.       "Ты должна быть осторожна. Корифей по-прежнему думает о себе как о боге. А боги не умеют проигрывать достойно".       Слова Соласа вновь и вновь всплывали у нее в памяти.       Спрятав монетку, Тревельян решительно направилась к лестнице, ведущей во двор. В борьбе с подобным состоянием магичке часто помогала молитва, этому ее научила в Круге Оствика церковная сестра Марианна. Порой, когда еще совсем юной Александре становилось грустно и одиноко, или она готовилась к экзаменам или возникал какой-либо конфликт, магичка отправлялась в часовню Круга и проводила там некоторое время в тишине и покое.       Александре нравилась небольшая часовня Скайхолда. В центре помещения стояла простая статуя Пророчицы Андрасте, алтарь, и по краям - несколько лавок и невысоких подсвечников с еле теплящимися огоньками медовых свечей. Здесь было тихо и почти всегда безлюдно, потому что основную службу мать Жизель проводила в более просторном зале.       Миновав сад, окрашенный закатным солнцем в багрянец, девушка направилась к дверям часовни и вошла в сумрачное помещение. Последние лучи заходящего светила падали на статую Пророчицы сквозь разноцветные стеклышки красивого витража, и сначала она услышала голос, ставший уже таким родным, а затем увидела Каллена.       - Пускай впереди только тьма, но Создатель направит меня. Да не суждено мне будет скитаться по неверным дорогам Загробного мира. Ибо нет тьмы там, где свет Создателя, и ничто сотворенное Им не будет утеряно… - командир молился у алтаря, опустившись на одно колено и смиренно преклонив голову на сложенные руки.       Подумав, что незаметно уйти не получится, Александра решилась подойти ближе.       - Ты молишься?       - Молюсь за тех, кого мы потеряли… И за тех, кого я боюсь потерять, - Каллен глянул через плечо, совсем не удивившись их встрече. Он знал, что девушка иногда приходила сюда одна.       - Боишься?       - Конечно, боюсь! – Каллен не оборачивался, и она услышала в его голосе волнение, которое он пытался скрыть. – Корифей подчинил своей воле мертвого Серого Стража в Храме Митал. На что еще он способен? – мужчина удрученно покачал головой, словно стряхивая наваждение. – Рано или поздно он нанесет ответный удар. Нам потребуется много сил и каждый черпает их, откуда может.       Командир поднялся с колен и подошел к Александре. Он замер, не глядя на девушку, словно перед его глазами стояла картина пугающего, мрачного будущего. Тревельян поняла, что видит сейчас на его лице отражение своих собственных страхов.       - Когда настанет время, тебе вновь придется с ним сразиться… - голос Каллена становился все тише, и он почти прошептал: - И, храни меня Андрасте, я сам должен буду отправить тебя на битву с ним… - лицо командира исказилось мукой. Каллен прикрыл глаза, борясь с терзающими его чувствами.       Сердце девушки обливалось кровью, и в этот момент она поняла, как сильно хочет верить в возможность счастливого исхода. Ей нужно было, чтобы они оба верили в это.       - Не волнуйся, со мной твоя удача, помнишь? – Александра дотронулась до его плеча.       Каллен невольно рассмеялся, и повернулся к девушке, привлекая ее к себе.       - Это успокаивает меньше, чем я надеялся.       Они сжали друг друга в объятиях, настолько крепких, что обоим было трудно дышать.       - Что бы ни случилось, ты обязательно вернешься, - прошептал Каллен ей в волосы, и магичке стало щекотно от его теплого дыхания. Александра опустила голову ему на плечо, согретая объятиями, чувствуя, как окутывающий ее страх исчезает словно дымка.       - Это приказ, командир?..       - Нет, - ответил Каллен, поглаживая девушку по спине и вдыхая аромат ее волос. – Но как один из твоих советников, я настоятельно рекомендую.       - Ну если так… - Александра рассмеялась и чмокнула командира в губы. На большее она не решилась, все-таки они стояли в священном месте.       Каллен взял девушку за руку и повел из часовни. Они вместе прошли через сад и расстались в главном зале. Тревельян предстоял важный разговор с Морриган, который больше не следовало откладывать.       - Меня ждет командир Эллен, - перед уходом сообщил Каллен и усмехнулся. - Она хотела дать несколько советов по управлению армией.       - Она хвалила тебя, - улыбнулась магичка, вспоминая свою наставницу. - Сказала, что ты очень уважаем своими людьми. Слышать такое из ее уст весьма почетно.       - Я польщен, но мне бы хотелось, чтобы вместо советов, она рассказала историю своей жизни, - хмыкнул Каллен и, поцеловав Александру, ушел в казармы.

***

      Встреча с Митал в обличье ведьмы Флемет поразила Тревельян так же сильно, как и Морриган. Разыгравшаяся на глазах магички семейная драма, едва не закончившаяся для ведьмы потерей сына, заставила Александру поволноваться и порадоваться, что она не рискнула сама пить из Источника Скорби.       Магичке нравился Киран, хотя и был странноватым мальчиком. Глядя на них с Морриган, Александра впервые задумалась о собственной возможности иметь детей.       В Кругах редкие маги рисковали вступать между собой в брак и рожать ребенка, которого сразу же забирали в церковь под наблюдение - не проявится ли магический дар. В некоторых Кругах, судя по рассказу Каллена о Киркволле, даже любовные письма оказывались под запретом. Однако Вивьен считала, что столь жесткое руководство было скорее исключением, и недосмотром со стороны Искателей.       Теперь, когда Тревельян была с Калленом, все изменилось, но все же, она не могла заглядывать так далеко в будущее. Слишком многое еще предстояло сделать, слишком многое стояло на кону и зависело от их действий.       В ночь после возвращения из Тени, в которую умудрился проникнуть сын Морриган при помощи элювиана, Александра лежала на кровати, и, подперев рукой щеку, рассказывала Каллену о том, что они узнали. О драконе Корифея, и возможности уничтожить его, ослабив магистра. Командир лежал рядом, закинув одну руку за голову, и внимательно слушал, иногда задавая Тревельян вопросы.       - И все-таки эти ваши хождения по магическим зеркалам меня настораживают, - заметил он. - Я пытался выяснить у Морриган принцип их действия, но она сказала, что не сможет объяснить в достаточно простых для меня выражениях. Обидно, знаешь ли. В Кругах были хорошие библиотеки, и я довольно начитан.       - Я знаю это, милый, - Александра рассмеялась, любуясь его лицом и сильным телом, часть которого не была прикрыта одеялом. Она подумала о том, что большинство женщин, и Морриган, наверняка, не была исключением, глядя на Каллена, думают о многом, но отнюдь не о книгах. - Не обращай внимания, Морриган со всеми такая. Мне кажется, это ее способ самоутверждения. Тебе же, в отличие от некоторых, это совсем не нужно. Ты хорош во всем.       - Ты, правда, так считаешь? - по лицу командира расплылась довольная улыбка, и он приподнялся, нависая над девушкой. Вглядываясь в ее лицо, Каллен понизил голос в своей потрясающей манере: - Для меня это самое главное.       - Конечно, - она смотрела на мужчину влюбленными глазами, испытывая наслаждение от одного его присутствия так близко. - Но пора вновь проявить свои способности кое в чем...       Каллен впился в ее губы поцелуем, не давая закончить фразу, и вскоре ей уже не хотелось болтать, а лишь умолять командира не останавливаться.

****

      Рассказав Александре о своих страхах, Каллен смог переступить через них, и двигаться дальше, стараясь по мере сил и возможностей быть для Тревельян опорой и поддержкой во всем. Ожидание подвоха от судьбы, как и страх за ее жизнь никуда не ушли, но теперь он снова мог нормально дышать, мог действовать, не теряя хладнокровия, как умел прежде.       Каллен запретил себе допускать хоть единую мысль о том, какова будет жизнь без нее, потому что знал – Александра стала его сердцем.       Они находились в ставке командования, когда Корифей совершил новую, отчаянную попытку создать Брешь в Завесе и проникнуть в Тень во плоти.       Мгновенно осознав, насколько малочисленны военные силы, добравшиеся из Арборской глуши до Скайхолда, командир некоторое время молча смотрел на магичку. Они думали об одном и том же – что наступил момент, которого оба боялись. Корифей знал, что Вестница Андрасте осталась без поддержки своего войска, и девушке предстояло отправиться навстречу монстру лишь с ближайшими товарищами и тем небольшим количеством боеспособных воинов, которых сможет организовать Каллен за считанные часы.       Когда они вновь оказались у Храма Священного Праха – там, откуда все началось, и Каллен увидел, как древние руины уносятся ввысь вместе с магичкой, он гневно зарычал от невозможности быть в этот момент рядом с ней. Теперь ему оставалось лишь положиться на Создателя и сразить своим мечом как можно больше демонов, оставшихся на земле.       Безжалостно круша врагов, он отключился от всех эмоций, хладнокровно оглядывая поле боя.       ...Вот сражается Кассандра, на нее навалились два демона, прозванных Ужасом, нужно помочь Искательнице.       Теперь прикрыть Сэру, метко отстреливающую сразу по несколько чудовищ.       Отбить щитом очередную атаку демона Отчаяния. Эти особенно липли к командиру, чувствуя страх за магичку, сжимающий его сердце...       Высоко в небе, там, где виднелись остовы руин, вырванные магией Корифея вместе с кусками породы, раздались вопли драконов. Два огромных зверя сошлись в смертельной схватке, и Каллен вспомнил рассказ Александры о том, что Морриган научилась оборачиваться драконом. Слабая надежда затеплилась в сердце командира. Она там не одна. Он видел, что Варрик, Вивьен и Блэкволл были рядом с магичкой, когда их унесло в небо, а теперь вот и ведьма пришла на помощь.       Эти часы бесконечного боя, когда малочисленные силы Инквизиции – все, кого сумели собрать в Скайхолде, сражались с призванными Корифеем демонами, показались Каллену вечностью.       Когда раздался страшный грохот и руины вернулись с небес на землю, он почти не верил, что все закончилось. Утирая пот со лба, и боясь сделать вдох, Каллен бросился к руинам, хотя его уже опередили другие товарищи Инквизитора.       Он услышал слова Кассандры, обращенные к Тревельян, стоящей на ступенях храма.       - И что нам делать теперь?       Искательница, так же как и все остальные, еще не верила в победу, и на каждом лице была написана растерянность.       - Теперь мы возвращаемся в Скайхолд.       Спокойный, мелодичный голос магички живительным бальзамом пролился на сердце командира. Расталкивая стоящую перед Александрой толпу, он пробился к девушке и обхватил ее за плечи, вглядываясь в любимое лицо. Несмотря на кровоподтеки, синяки и царапины, она показалась ему прекраснейшим на свете созданием.       Глаза Александры радостно сияли, когда она с легкой улыбкой смотрела на командира. Они не могли найти слов, чтобы выразить сейчас свои эмоции и просто крепко обняли друг друга.       Немного позже они сидели в полевом лазарете, где магичке делали перевязку – дракон Корифея обжег Александре многострадальную левую руку.       Тревельян рассказывала Каллену о своем бое, о том, как отчаянно Корифей пытался доказать самому себе и окружающим, что у него есть право стать богом.       - Знаешь, я так боялась его все это время. Но когда мы остались практически один на один… Я посмотрела на него как… как на бешеного пса. Он почти вызывал чувство жалости, бессильно взывая к древним богам и пытаясь оскорблять моих друзей, - девушка поморщилась, аккуратно переместив руку, и удобнее устроилась в объятиях командира.       - У меня было похожее чувство, когда я понял, что Мередит сошла с ума, - ответил Каллен, прижимая Александру к себе еще крепче. – Я так не хочу оставлять тебя здесь.       - Ничего, я приеду в Скайхолд через пару дней, - ответила магичка, хотя тоже не желала расставаться. – Ты должен быть там, вместе с другими советниками, мы не можем надолго оставлять нашу крепость без присмотра. Сейчас Инквизиция слишком уязвима. А мне после падения с неба запретили быстрые скачки на лошади. По крайней мере, несколько недель.       - Да, я знаю, - он поцеловал ее в лоб, затем в губы и погладил по волосам. – Я бы донес тебя до крепости на руках, если б мог.       - Я доеду до крепости, и там ты донесешь меня на руках до самой спальни, - рассмеялась магичка.       - Договорились. И потом несколько недель у тебя будет постельный режим. Это настоятельная рекомендация лекаря, я сам слышал.