Caught in Carcosa

Они были там. Они лежали на умирающей земле, в пыли и грязи, кровь сочилась через их раны. Голова Раста лежала на коленях у Марти, и казалось он спит. Марти казалось, что время приобрело другое течение, мгновения растянулись, выстрел из пистолета, занесенный Желтым Королем топор, вонзающийся в плоть, еще выстрел, отчаянный, смешанный с адреналином в висках, с привкусом железа. Казалось что все это было очень давно, вчера или неделю назад. Или во сне. Марти моргнул, и отпечаток света на его сетчатке секундой ранее казался чем-то невероятно далеким. Прошлым, историей. Он держал Раста в руках, прижимал к его животу свою руку, и чувствовал биение сердца напарника. В каждое из этих мгновений самое страшное было - не почувствовать следующий удар. Раст ускользал. Марти чувствовал это как никогда остро. Взгляд Коула был мечтательным, бредящим, блуждающим за кромкой сознания, за границами того, что Марти мог осознать или понять. Их когда-нибудь найдут? Их тела? Неужели они умрут здесь, в этой ловушке, в Коркосе, пойманные в сеть из чужих костей, игрушек, воспоминаний? Марти удерживал голову Раста на своих коленях, неосознанно поглаживая, словно пытаясь утешить. Он никогда не касался его так, он никогда не трогал его волосы, тем более длинные, не касался его лица... -Посмотри, - прошептал Раст, не громче шелеста сухих щепок, но Марти был очень близко, и он услышал. Он поднял взгляд вверх, и нервно втянул воздух. Это было прекрасно. Кусок темного неба, звезды и бесконечное сияние спирали, туго закручивающейся, скользящей, пульсирующей. "Это то, что видит Раст, - стучало в мозгу у Марти, - Это то как он видит мир после работы под прикрытием? Наркотический бред, галлюцинации разделенные на двоих?". Его ум еще пытался найти ответы, но не смотря на это он не мог бы оторвать взгляда. -Ты видишь? - прошептал Раст, и Марти хотелось сказать ему: «Подожди, не говори больше ничего, береги силы» – и еще: «Пожалуйста не умирай». но он не сказал ничего, а Раст продолжал: -Время - просто плоский круг. -Если это так, чтобы не было дальше мы снова будем напарниками, снова вместе? - это вырвалось против воли Марти. Он был готов расплакаться, он видел как Раст слабел с каждой минутой и отчаянно не хотел его терять. Что если здесь умрет только один из них? Что если это будет Раст? Как дальше будет жить Марти с этим? Раст слабо улыбнулся и закрыл глаза. Он все еще дышал, мерно, его сердце билось, а Марти вдруг вспомнил тот день, когда они отправились к байкерам, и как он чувствовал тоже самое сидя в машине, сжимая в руке телефон, громоздкий допотопный аппарат, единственную нить, которая связывала его и Раста в тот момент и ждал, ждал, ждал. А страх, липкий и противный, бурлил в его животе, стягивал свой узел, мешал Марти думать. И он вспомнил другой момент, до этого, еще в доме Раста, тот уже Краш, в простреленной кожаной куртке. Весь бледный, а кожа отливает нездоровым желтым в свете настольной лампы. Тяжело дышит, он под наркотиками, которые стащил из вещдоков в участке. Помятый, потный и сальной, прокуренный, от него несет алкоголем и саморазрушением. -Запомни Марти, ты должен держать его заряженным, - повторял он сбивчиво, облизывая губы, - Ты меня понимаешь, Марти? -Да-да, - Марти кивал, не в силах отвести взгляд. Он пытался думать о деле, но возвращался мыслями к жене и девочкам, ко всем проблемам его обычной жизни. Он хотел спросить что-то еще, про то, как прошла встреча с Мэгги, но тут Раст сделал резкое движение, захватил Марти за загривок и прижал свои губы к его. Это было неожиданно, пугающе, болезненно. И прежде, чем Марти успел хоть как-то отреагировать Раст отстранился, в его глазах все те же нотки безумия, Он прижал к губам рукав, в незаконченном жесте. -Держи его заряженным, - сказал он еще раз, кинул трубку Марти и вышел из комнаты. «Время - замкнутый круг», - эта мысль пульсировала в такт сердцебиению. И если это так, все выборы, что Марти принимал будут случаться снова и снова. И Раст снова поцелует его, в наркотическом бреду, и он снова будет стоять как истукан. И он снова изменит жене, и та снова и снова будет уходить от него и забирать дочерей с собой. И, опять и опять, Раст будет ехать с ним из одного конца штата в другой, собирая зацепки, говоря о разлагающемся городе, о городе-воспоминании, о привкусе пыли и сажи на губах, о своей дочери, о вере и о ценностях. И он снова и снова будет приходить к нему домой стричь его газон, хотя Марти просил его, и будет просить из раза в раз, никогда, блядь, так больше не делать. Сейчас Марти вдруг понимает, почему Раст пришел в тот день. Он пришел чтобы показать Марти, как это будет больно - терять жену. Реши Раст просто сказать что-то вроде: «Заканчивай ей изменять, она хорошая женщина, представь себя на ее месте, как бы тебе было больно, если бы она была с другим?», это бы не сработало. Да и Раст никогда бы не стал говорить такой сентиментальной хрени. Его методы взаимодействия с людьми всегда отличались оригинальностью. Но жена ему изменила, так или иначе. И это так же будет повторяться снова и снова. И Марти будет снова и снова избивать Раста, когда тот даже не пытается ответить ему. Почему он был так зол? " Я трахнула твоего напарника," - вот как сказала Мэгги, это как клеймо, высечено где-то в памяти Марти. «Я трахнула», нет, не «Меня трахнул твой напарник», словно... Марти глубоко вдохнул. Это всегда было на поверхности, это всегда было с ним. Злился ли он на Мэгги? О да, конечно. Так же, как он злился и на Лизу, когда та притащила какого-то парня к себе домой. И в этом-то и проблема. Он злился одинаково слабо. Это никогда нельзя было сопоставить с той болью и той яростью, которую он испытывал, вспоминая о Расте последние десять лет. Он ненавидел его, он гадал - а не помер ли тот в канаве? Он затаив дыхание ждал, что тот все еще вернется, в один из дней... И когда тот вернулся, десяток лет спустя, вся злость и вся обида что жила все это время в душе Марти, что он культивировал так тщательно - она просто растворилась. Это значит? -Раст, Раст, хэй, - Марти прошептал это, одновременно желая привлечь внимания и боясь потревожить напарника. Не понятно, был ли Раст без сознания или просто закрыл на минуту глаза. Марти чувствовал его пульс, чувствовал горячую кровь, прижимая к ране свою руку. Раст был жив, без сомнений, но слышал ли он его? - Давай съездим на Аляску, когда выберемся отсюда, вместе, а? Посмотрим на северное сияние, пропустим по бутылочке пива, отморозим себе задницы так, что Луизиана будет казаться просто сном. Ты поедешь со мной, Раст, как в старые добрые времена? Раст просто улыбнулся уголками губ. И если жизнь - это замкнутый круг, Марти будет снова и снова говорить это Расту, не в силах сказать то, что он теперь знает совершенно точно, и ловить его улыбку, и улыбаться ему, всем сердцем и всей душой.