Вместе МЫ преодолеем все.

Джон долго стоял у окна в своих покоях, размышляя о том, что сотворила Дейнерис. Мог ли он предугадать, понять, предотвратить эту трагедию? Эти мысли не давали ему покоя. Мрачное время, страшное время наступает на Вестерос. Две безумные королевы разрывают эту страну. Одна взрывает септу, дабы уничтожить своих врагов и сжигает множество безвинных в пламени дикого огня. Вторая, с помощью своего дракона убивает тех, кто мог бы сдаться и продолжить жить. Власть играет с людьми злую игру: те, кто стремятся подняться по этой лестнице, так или иначе, постепенно оказываются стоящими у самого края и боятся быть свергнутыми. А те, кто никогда не стремился быть лидером, оказываются избранниками своего народа. Забавно. *** На Вестерос постепенно опускалась ночь. Несмотря на то, что наступила зима, погода здесь не портилась даже в это время суток. Теплый ветер дул в лицо короля Севера, когда он решил пройтись по двору замка. Казалось, что приближение зимы чувствовал только он, видавший снег и ощущавший порывы ледяного ветра… — Ваша милость- кто-то окликнул Джона. — Вам прислали ворона из Винтерфелла. Служанка королевы протянула небольшой сверток с гербовой печатью Старков. Лютоволк был сломан, а это значит, что его опасения по поводу писем оказались не напрасными. Не стоило Сансе делать этого. — Печать взломана. Вы не хотели бы объяснить мне это, миледи? — Королева посчитала нужным вскрыть его. Она решила, что должна знать его содержание. Простите, мне мою дерзость, но я должна идти…- несмотря на мрак, Джон заметил смущение юной девы. Щеки ее пылали румянцем, а глаза так и бегали по его лицу. — Конечно. — Смущения девицы совсем не интересовали его. Содержание послания было куда важнее для его сердца, чем миллионы раскрытых чужаками писем и смущавшихся девушек. Он раскрыл небольшой сверток. Он действительно был от Сансы, это ее подчерк. Подойдя ближе к факелу, который освещал ступени, ведущие в замок, Джон наконец смог разобрать слова: «Джон, Бран вернулся в Винтерфелл. Мы ждали от тебя хоть какую-то весть, но вороны не прилетали. Ты нужен нам здесь… И еще, мой милый, я знаю, что это очень обрадует тебя, и надеюсь, что узнав об этом, ты скорее окажешься рядом с нами. Я надеюсь, что ты прискачешь в Винтерфелл и увидишь её. Увидишь Нас! Мой дорогой Джон, Арья вернулась домой. Она велела передать тебе, что с ней Игла. Мы ждем тебя. Я жду тебя. Санса Старк. » Джон вновь и вновь лихорадочно перечитывал письмо Сансы… не может быть!!! Он уже никогда не надеялся увидеть её. Он вспомнил и меч, который приказал сделать специально для ее крохотной девичьей ручки, вспомнил, как часто трепал ее волосы, как учил её стрелять из лука. Она всегда хотела играть с ними- старшими братьями. Он вспомнил Робба- своего старшего брата, или кузена- не важно. Робб погиб. Он умер, стараясь спасти отца… И его образ предстал перед глазами…отец?.. лорд Старк? Дядя? — плевать. Для Джона он всегда будет единственным отцом, который погиб, отстаивая правду и справедливость. Конечно, еще был Рикон, ставший приманкой для него в битве с Рамси. «Я надеюсь, что ты прискачешь в Винтерфелл.» слова Сансы звучали в его голове, словно она говорила это ему сама, сейчас, находясь рядом. Его жена, самая прекрасная из женщин каким-то чудом полюбила его и теперь, особенно теперь, когда он узнал о том, что его семья объединилась, ему захотелось отправится туда, на Север. Он бы обнял свою сестру и брата, поцеловал бы жену и никогда не отпускал их! В одно мгновение он спустился к воде и отыскал лодку. Он уже видел в мыслях этот момент воссоединения их семьи, слышал подколы Арьи, которая никак не ожидала его свадьбы с Сансой. Он уже чувствовал, как помогает Брану передвигаться по замку, и конечно же видел Сансу в своих объятьях, чувствовал её нежные руки в своих волосах и губы, губы на своих губах. В дали показалась странная фигура. С начала Джон подумал, что это Ланистер- десница королевы прогуливается по берегу. Но это был ребенок, мальчик небольшого роста. Он протянул Джону сверток и убежал обратно, не ответив на вопросы короля. Записка. Маленькая. Аккуратно сложенная. На ней не было ни гербовой печати, ни подписи. Разглядев ее содержимое, Джон впал в ступор. Все мысли улетучились из его головы. Не осталось ничего, лишь тупая боль, обида и страх прорезали его грудь, словно удар огромного молота, пришедший прямо в ребра. « Твой отец жив. Твой настоящий отец жив. Плыви на левую часть камня. Я буду ждать тебя здесь».