Я солгал

- Нет, - отвечаю я твердо на ее просьбу обучить стрельбе. - Я спрашиваю только из вежливости. Если ты откажешься, научусь сама, — говоря это, она уже вертела пистолет в своих крохотных руках. Я раздраженно выдыхаю. О, она ведь научится. Еще как. Ей будет несложно после приключений в Мексике. Мне же с другой стороны… Стоит только представить. Прижать ее ближе для опоры, покрепче сжать тонкие пальцы, провести руками по плечам, чтобы придать равновесия. Вдохнуть сладкий запах волос, чтобы окончательно завершить процедуру медленного самоубийства. Последнее вовсе не входит в основы обучения стрельбы, но никто не говорил, что я этого не сделаю. Представил. Нужно в ванную. Кейт знает, как обращаться с оружием. Все, о чем она просит, это немного практики. Все, чего хочу я, чтобы меня перестало трясти, как паршивого сопляка. Соберись Гекко, это всего лишь девчонка с пистолетом. В пустыне полно мест, где можно научиться стрельбе. Мы выдвигаемся ближе к вечеру, когда солнце только собирается на покой. Небо приобретает персиковые оттенки, сливаясь с тем единственным, чего никогда не будет мало на этой проклятой земле - песком. В пути Кейт то и дело перезаряжает оружие. Мне ненавистна сама мысль, что этим рукам вообще есть необходимость прикасаться к пистолету. Но эти руки уже убивали: по принуждению, не имея выбора, ведомые не желанием своей хозяйки, а необходимостью выжить. Мы об этом не говорим, стараемся как можно реже вспоминать, но это нисколько не меняет того факта, что все это остается нами пережито. Я заслужил все то дерьмо, что свалилось на меня во время мексиканских приключений. Та, что рядом, старательно пытается совладать с орудием убийства лишь бы приобрести еще один способ защитить себя, она… — Держи крепче, — я стараюсь избегать не только зрительного контакта, но и прикосновений. Стою в стороне и внимательно, скептически скрестив руки на груди, наблюдаю за тем, как Кейт целится в расставленные мною банки. -Расставь ноги для опоры, и ради всего святого не зажмуривай правый глаз, иначе я лишусь руки. Из меня больше получается блистательный кретин, чем отличный учитель. Кейт дышит тяжелее обычного и крепче сжимает пистолет в руках. -Если пуля прилетит в тебя, будем считать, что урок прошел не зря, - говорит она и уверенно спускает курок. Пуля пролетает мимо банки, но выстрел чистый. Я усмехаюсь, как придурок. Если бы она попала, пришлось бы столкнуться вовсе не с самонадеянным взглядом. Хуже. Кейт бы искренне была рада своей маленькой победе, поворачиваясь ко мне с той самой «я только что кого-то мысленно убила» улыбкой. Этого я бы не вынес. -Какой от тебя смысл? - ворчит Фуллер, перезаряжая пистолет. От злости ее движения резкие, она делает все точно и правильно. В то время как меня вид принцессы с оружием провоцирует думать о том, за что уже можно было самому пустить себе пулю в лоб. Кейт выглядит горячо с пушкой в руках, пусть совершенно не совместимо, но ,черт возьми, горячо. Она пытается выровнять дыхание, но получается с трудом. Ей что-то мешает и это не только мое присутствие. Словно ноги сами меня повели ближе к ней. Я будто не успел даже подумать об этом. Подойдя к ней сзади, я не соображал. И мне совершенно не чем было думать, когда я осторожно положил свои руки на ее напряженные плечи. Она миниатюрна. Ее дивные волосы пахнут лесными ягодами. Как только я подхожу, дыхание Кейт учащается. Я однозначно не помогал ей сейчас сосредоточиться, скорее наоборот. -Расслабься, - шепчу я, то ли ей, то ли себе. Руки мои в это время медленно и с ювелирной нежностью проводят по рукам девушки. Я бы сорвал с нее эту совершенно ненужную куртку. Но этот кусок ткани словно был воплощением того едва ощутимого барьера, которому слабо удается сдержать меня самого от своих же мыслей. А после и действий. Как я и предвидел. Я направляю оружие в ее крохотных руках на цель, стараясь не отвлекаться на горячую кожу под своими руками, сбивчивое дыхание и сладкий аромат. Кого я обманываю. Я не стараюсь. Я готов снова пережить ад, лишь бы избавить себя от этих мыслей, которые словно змеи скользят в разум, как только я сам прижимаю Кейт ближе. -Не думай о том, в кого ты хочешь выстрелить. Думай о том, что ты хочешь попасть, - шепчу я ей, наклонившись. Я чувствую, как Кейт пробивает мелкая дрожь, дыхание так и остается прерывистым. Мне же лучше не думать вовсе. Я сам причина катастрофы, и я же ее несчастная жертва. Ее аромат пьянит разум, заставляя меня вообразить, что провести носом вдоль ее мягких волос -отличная идея. Медленно, слишком, чтобы заметил кто-то посторонний, Кейт отклоняется назад, соприкасаясь своей спиной с моей грудью. Черт возьми, пусть уже выстрелит хотя бы в меня. Одна моя рука, ведомая хрен знает чем, спустившись с плеча плеча, уверенно проводит по спине Кейт. С ее стороны раздается тихий выдох. Мгновение спустя из наркотической оболочки меня вырывает оглушительный звук выстрела. Металлическая банка сокрушительно принимает на себя пулю и отскакивает от точного выстрела, приземляясь на сухую землю. Дыхание Кейт приходит в норму, мои руки находят себе место в карманах. Там, где они, черт возьми, должны были быть все время. Отстранившись от нее, я словно теряю источник тепла. Даже несмотря на то, что там, где мы находимся, жарко всегда. -Отличный выстрел, -говорю я, наблюдая за тем, как Кейт слегка нервозно по новой перезаряжает пистолет. Она мимолетно поворачивается, наградив меня той самой улыбкой. -Ты говорил мне думать о том, что я хочу попасть, - говорит она уже на обратном пути, после того как все банки были сбиты, а мои руки крепко накрепко держались в карманах. Сейчас Кейт после сказанного отчего-то хитро усмехается. -Я, если честно, думала совсем не об этом, - уже шепчет она, все еще ухмыляясь. С пассажирского сидения она придвигается ближе. Ее рука тянется к моей шее, пальцы нежно начинают перебирать волосы. Это дьявольски приятно, и она, проклятье, отлично знает это. Я делаю вид, что сосредоточен на дороге, когда на самом деле единственное, на чем я действительно сосредоточен, это Кейт. Кейт и ее руки. Ничего не говоря, только ответив ухмылкой на ее хитрую улыбку, я вдавливаю педаль газа в пол. Когда мы доберемся домой, мы обязательно подумаем о том, о чем не должны. Вместе.