Стая

Честно сказать, проблемы со Стайлзом начались даже раньше чем он переступил порог школы. На перроне, когда все ученики только сошли с Хогвартс экспресса, юный Стилински вместо того, чтобы вместе со всеми первокурсниками направиться к лодкам, рванул к каретам и стал с огромным любопытством изучать фестралов. Он обошел их кругом, заглянул им в глаза и рот и при этом не переставал задавать вопросы. Сказать, что тогда ещё молодой лесничий Хагрид был польщен любознательностью мальчишки, значит ничего не сказать. Потом он перебил профессора Дамблдора, пытающегося правильно произнести его имя, и на весь Большой зал объявил, что его можно называть просто Стайлзом. И настоящей проблемой он стал для распределительной шляпы, которая решительно не знала, на какой факультет его отправить. Где ему будет лучше, где его примут, где, в конце концов, его прибывание будет наиболее безболезненным для школы? С одной стороны он был не в меру любознательный и любопытный (ещё сидя на трехногом табурете, он уже мысленно протянул свои вечно измазанные в моторном масле ручонки к шляпе, страстно желая узнать, как она работает), а с другой - преданным другом, готовым все отдать за своих товарищей. Его нельзя было назвать очень смелым, но любопытство зачастую подводило его к самому краю пропасти. Ему бывало очень страшно, но, несмотря на это, Стилински все равно нырял в омут с головой и, кажется, другой свою жизнь не мыслил. "Ох, все равно покоя от тебя не будет, так пусть хоть факультеты сдружатся (все равно твой друг уже на Гриффиндоре). Когтевран!"