Такие люди тоже любят

Мы зашли в кафе. Тут было не так много народу, и Света сразу нашла нужного человека. Мы подошли к столику, который стоял в самом конце зала. За столиком сидел темноволосый парень, весьма привлекательный, даже можно сказать смазливый. - Ирина, это Рой. Рой, это Ирина. – Света представила нас друг другу. - Рад познакомиться, – парень встал и протянул мне руку. – Рой Мустанг. - Да, мне тоже очень приятно. – Мне потребовалась вся моя сила воли, что бы сдержать смешок. Точнее, что бы не заржать в голос. Да, да, знаю, над фамилиями смеяться некрасиво, но все же. - Извините, у меня мало времени. Сами понимаете, работа. Так что сразу спрашивайте то, что Вас интересует. - Хорошо, раз вы сами попросили, – кивнула я, поудобнее усаживаясь на диване. – Зольф Джей Кимбли. Это имя Вам что-нибудь говорит? Парня передернуло. - Откуда Вы знаете это имя? - Я первая Вас спросила. - Хорошо. Да, я знаю этого человека. Я служил с ним. Теперь Вы отвечайте. - Я познакомилась с ним на одном мероприятии. - И чем же я Вам могу помочь? – поднял брови Рой. - Я хочу узнать какую-либо информацию о нем. - Зачем она Вам, это информация? Вы кто вообще? - Она – его девушка. – грубо вмешалась Света. Рой секунд десять смотрел на меня, не отрываясь, а затем засмеялся. - Вы меня разыгрываете? – сквозь хохот проговорил он. – Да что бы его эгоизм позволял ЕМУ с кем-то ВСТРЕЧАТЬСЯ? – Рой выделил эти два слова. – Он чисто физически не может любить кого-то кроме себя. Я серьезно посмотрела на парня. - Ну, ладно, хорошо, допустим, я Вам поверил. И какую же информацию Вы хотите узнать? - Любую. Особенно, о его характере. Просто многие, с кем я общалась, говорят что он… Не совсем хороший человек. – Я опустила глаза. - Да? И что же они говорят? – Парень заметно напрягся. - Говорят, что он психически неуравновешенный человек, эгоистичный, самовлюбленный, жестокий, что он дьявол во плоти, и все такое… - Я замолчала, когда увидела взгляд парня. - А хочешь, я расскажу тебе, как он стал таким? – серьезно, почти угрожающе произнес Рой, наклонившись к моему лицу. - Хочу. – Я старалась говорить как можно спокойнее. - Что ж, я расскажу тебе все до последней детали, потому что я хочу, что бы ты поняла, насколько этот человек ужасен. – парень откинулся на спинку плетеного кресла. – После армии все мы были ещё зелеными. Как говорится, пороху ещё не нюхали. Опустим все организационные моменты и дорогу до места назначения. Мне было страшно. Всем было страшно. Никто не знал, что будет дальше. После нашей первой вылазки, и первых военных действий плохо было всем. Все очень нервничали, ожидая следующей операции. С наступлением ночи на всех нападала страшная хандра. Кто-то кричал, что он хочет домой, чтобы его забрали. Кто-то молча сидел на кровати, смотря в одну точку. Кто-то чувствовал себя более-менее нормально. А кому-то повезло больше всех. Они были уже мертвы. Мне «выпала честь» ночевать с Зольфом в одной палатке. Каждую ночь ему снились кошмары. Он кричал во сне, метался по постели, а потом до утра не мог заснуть. Он курил. Много курил. Бывало, он выкуривал за день по три, а то и по четыре пачки. Хотя, никого это не интересовало. Когда ему не спалось, он начинал курить. Иногда становилось невыносимо находиться в палатке, и приходилось среди ночи вставать, и выходить на улицу, что бы подышать свежим воздухом. Да, многие курили, в том числе и я, но не столько, сколько он. Скоро Зольф замкнулся в себе. Он боялся. Войны. Смерти. А больше всего – сорваться и показать свой страх. Но ничего. Он улыбался. Он стремился быть лучшим. А в его кошмарах сливались воедино изуродованные лица убитых на войне. И всё его существо заполняла ненависть и злость, бушевавшая внутри и норовящая вырваться наружу… - Рой замолчал, но через несколько секунд продолжил. – В один прекрасный день Зольфа как будто подменили. Он стал холодным, безжалостным убийцей. Зольф чувствовал, что его затягивает. Огонь. Пламя. Взрывы. То, чего надо бояться, непреодолимо влекло его к себе. Он сходил с ума, и ему, похоже, это нравилось. Он словно змея, чьи зубы исходят ядом. Именно в этот момент он приобрел свою улыбку. Её нельзя было назвать жизнерадостной. Хотя, и улыбкой-то это было сложно назвать. Скорее, это была ухмылка, усмешка. Оскал хищника, который загнал свою жертву в угол и вот-вот вцепится её в глотку. Война делает с любым то, о чем невозможно было даже подумать. На поле боя он был жестоким. Мне было очень странно наблюдать за Зольфом с такой стороны. Каждый раз, когда я спрашивал его: «Почему?», он постоянно мне отвечал: «Потому что нам отдали приказ. Я здесь не причем. Я просто исполняю долг перед армией». Он часто повторял: «Смотри в лица тем, кого убиваешь. И помни их, ведь тебя они никогда не забудут». Ему дали прозвище «Багровый». Я думаю, Вы догадываетесь почему. Так же его называли «Красный Лотос», но привязалось почему-то первое. О нем ходили слухи по всему батальону. Подрывник-психопат чеченской войны. Но, знаете, его больная психика находила выражение не столько в его поведении, сколько в философских взглядах. Он не безнравственный, он скорее… аморальный. Он руководствуется принципами «выживает сильнейший» и «победителей не судят». Багровый уважает решительных и волевых людей, но ни в грош не ставит ничью жизнь, даже собственную и готов расстаться с ней ради своих извращённых идеалов.