Душа знает лучше

      Иду я, значит, никого не трогаю, и тут бац. В спину впивается что-то длинное и плоское. Какой-то подонок всадил мне танто (кинжал самурая) в спину. Я, уже привыкший к таким покушениям (и не только), с разворота въебал локтем ему в морду. Тот, походу, вырубился, так как валяется на земле и не поднимается, а из дыры в моем животе все еще идет кровь. Он проткнул меня насквозь... Кажется, я теряю сознание...       Точно, я же еще не представился. Меня зовут Итан Винтейрз. Мне 20 лет. Я наследник крупной компании, известной даже за рубежом. Вообще, я - второй сын. По правилам унаследовать всё должен был мой старший брат, но он слишком мягкий, не потянул бы. Из-за наследства на меня постоянно покушались: одни пытались убить, другие - соблазнить, чтобы получить доступ к богатству. И тех и других я посылал. Пару раз даже убивал, но с меня снимали все обвинения. Как-никак будущий президент компании, распространившейся по всему миру! Шлюх я терпеть вообще не мог. Они мне были омерзительны. Не понимаю, как можно раздвигать ноги перед всеми. В общем, их я посылал с особой жестокостью, а очень настырных - приходилось связями. Но сексуальный опыт у меня имелся.       Насчет моей внешности... Я достаточно красив: черные до середины шеи волосы, ультрамариновые глаза, прямой нос, тонкие губы. В ушах серьги: три в левом и две в правом. В языке пирсинг, а на спине татуировка в виде голубого лиса. Еще было несколько шрамов, оставшихся от покушений. Тело у меня средней рельефности. Когда слишком мускулистые, я не люблю, поэтому и сам до такой степени не качаюсь. Занимался многими популярными видами спорта. Хорошо развиты рефлексы. К слову, моей скрытности позавидовал бы ниндзя: порой в упор не видели. Учился я на программиста. По всем предметам было 5, изредка 4, поэтому эта профессия мне давалась легко.       И вот я лежу без сознания на кладбище. Что я тут делал? Меня сюда позвал лучший друг. Когда я у него спрашивал, нах нам сюда идти, он отвечал, что надо и, мол, ты потом узнаешь. Ну, пришел, и? Чтобы узнать, нужно вернуться в сознание, но мне кажется, я уже не смогу. Предчувствие и развитая интуиция. Думается мне, что он предал меня. Позвал сюда, чтобы меня убили, а сам, наверняка, за это еще и деньги получит. Все люди такие алчные...

***

      Сколько я пролежал без сознания? Не знаю. Может несколько часов... Неважно, главное, что мое тело приходит в сознание. Так, вроде бы все в порядке: голубое небо, белые облака, яркое солнце, которое светит мне в глаз, и зеленый лес. Возле кладбища был лес, так что всё нормально. Но не нормально то, что я не чувствую боли от ранения. Или, может, для тела это был шок, поэтому нет ощущений? Странно... Я попробовал встать, но не получилось. Видимо конечности затекли. Пришлось вставать, держась за дерево.       Сначала хорошо было бы осмотреть себя, но меня привлекло небольшое озерцо посреди леса. Осмотревшись повнимательнее, я увидел, что это не то место, где меня вырубили. Думая о том, что я решу этот вопрос позже, принялся себя осматривать. Это вышло бы лучше, если бы я видел себя в зеркале. Но так как сейчас я не дома, а в лесу зеркал нет, я решил подойти к озеру.       Я в шоке. То, что я увидел, нельзя назвать обычным. У меня появились лисьи уши и хвост. Сейчас я стою на солнце, из-за чего от его света цвет шерсти черный. А если я встану в тень, что-нибудь изменится? Попробуем... Хм, шерсть стала немного светиться синим. Глаза, кстати, тоже стали полыхать голубеньким. Наверное из-за того, что они у меня синие. Зрачки у глаз остались черными, но стали вертикальными как у кота. Некоторые зубы также удлинились, таким образом превратившись в клыки.       Одежда на мне та же, что и перед смертью: черно-зеленая рубашка в клеточку, черные джинсы и такого же цвета кеды с белой подошвой и разными шнурками. На шее висел кулон в виде равнобедренного треугольника. Мой любимый. На дворе стоял Сентябрь, поэтому я был легко одет.       Немного успокоившись, решил проверить рану: она затянулась, чему я был рад. Ведь не каждому приятно ходить с дырой в животе. Про удобства я молчу. Рубашка почти не пострадала.       Принимая во внимание последние факты, могу утверждать, что я в другом мире. Ну, или что-то вроде этого.       С собой у меня были только ключи от дома. Кладбище было недалеко от того места, где я жил. Легко можно было дойти пешком, поэтому деньги на проезд мне не требовались, а телефон пострадал в одном из нападений и был до сих пор в ремонте. Да и я не думаю, что здесь есть связь.       Немного поразмышляв над ситуацией, решил, что для начала надо найти людей или кого-нибудь дружелюбного из этого мира. Мы же не хотим, чтобы меня убили в первый же день моей новой жизни? Правильно, не хотим, поэтому лучше не попадать в передрягу. Но также не стоит отрицать тот факт, что я сам могу быть для них страшнее медведя в голодную пору. По возможности, с дружелюбными существами нужно поговорить. Если, конечно, я пойму их язык. Или если они поймут меня...       Так, ладно, когда встретим, тогда и будем решать, а пока надо придумать, куда идти. Хм... С той стороны озера есть тропинка. Я обошел озеро, дошел до тропинки и дальше топал уже по ней.

***

      Иду и думаю: "А тут так же, как и в фэнтези-книгах?" Если да, то это должно быть интересное приключение! И опасное, конечно же, тоже.       В книгах пишут про вампиров, оборотней, огров и т.д. А какой расы я? Скорее всего оборотень... Получается, я тоже буду выть на луну? А в полнолуние у меня будет гон? Но я не хочу ни того ни другого... Лучше не буду думать об этом.       Тогда, пока идем, давайте порассуждаем о вампирах. Они пьют кровь - это точная информация. Вампиров, которые не пьют кровь, я не приму. Так, дальше. Они избегают солнце - а вот это довольно сомнительная информация. Раз это другой мир, то, может быть, тут они не избегают солнце, а некоторые даже загорают? Очень интересно. Это мы тоже выясним. Насчет чеснока и осиновых кольев - вранье, чушь полная. Ну вот кто в это верит? Чеснок не любить и избегать могут и люди. Например, если у них аллергия или просто из-за запаха. От осиновых кольев, засаженных в сердце, не только вампир умрет. Они, может, и бессмертны, но и отбросить коньки могут, если постараться.       А пока я думал об этом, то заметил, что возле тропинки растет куст с какой-то ягодой. Мыслью о том, что она может быть ядовита, я себя нагружать не хотел. Частично из-за того, что очень голоден. Когда только успел проголодаться? Это модернизированное тело забирает много энергии. Ладно, неважно. Главное, что можно подкрепиться.       Я подошел к кустику, сорвал и съел пару ягод. И тут услышал, что за ним кто-то пищит. Можно даже не прислушиваться, потому что звук довольно громкий. И если послушать интонацию, то скорее всего пищат от печали и... от голода? Я заглянул за кустарник. Там лежала умирающая лисица, а рядом кричал новорожденный лисенок. По размерам тельца ему было примерно пару дней отроду. Даже то, что они голубого цвета, меня ни чуть не удивило. Я, наверное, все свое удивление истратил, когда только пришел в себя. На мир, на себя...       Так, не отвлекаемся. Я подошел к ним, взял лисенка на руки и дотронулся до лисицы. "Защити его. Спасибо." И она перестала дышать. Видимо, умерла. Но почему я ее слышал? И почему она умерла, как только я дотронулся до нее? Я опасен?! Могу убить лишь коснувшись?! Если так, то лисенок, наверное, уже умер! Мои глаза посмотрели на лисенка, дремавшего у меня на руках. Видимо, он успокоился и решил отдохнуть. Хм... Ну, он вроде бы живой... Так что же это было? Я так и не понял... Убиваю я, черт возьми, с одного касания или нет? Ладно, разберемся попозже. К тому же с лисенком все отлично. Вон, даже сопит. Но перчатки все же надо будет прикупить. Или, наверное, даже лучше смастерить. Но вернемся к нашим лисам. В конце лисица сказала защитить его. Это ее предсмертное желание? Раз так, то я его выполню. — Хорошо, я позабочусь о нем, - ответил я вслух. Не знаю как и почему, но я чувствовал, что она услышала.       Ну что, лисенок, теперь ты что-то вроде моего питомца. Тебе надо дать имя... Хм... Думаю, тебя будут звать "Тайро". — Я буду защищать, любить и ухаживать за тобой, Тайро, - повторил я более развернуто, но уже ему.