Вне закона

      Тэхён протяжно зевает и поднимает голову с поверхности стола. Старшие входят в отделение по одному и, судя по недовольным восклицаниям и понурому виду, операция вновь провалилась. Он слегка потягивается на месте, поправляет форму на груди, безуспешно разглаживая складки и ищет в толпе выбеленную макушку. — Хён! — восклицает он и подзывает к себе одного из старших офицеров сеульской полиции центрального района. Ким Намджун собственной персоной. — Опять всю смену проспал? — Нет, сейчас очередь Чимина, я просто домой не пошел, — оправдывается Ким, — Что в этот раз?       Тяжелый вздох срывается с губ Нама. — Квартира полностью пуста. Рассыпанный кокс — единственное, что осталось после них. Вот правда, третий раз уже.       Со стороны кто-то зовет Намджуна, из-за чего тот спешит скорее к остальным и скрывается в коридоре.       Никаких зацепок нет, но Тэхён уверен, что среди них есть предатель, который сбывает всю информацию. Иначе как так просто какие-то барыги с такой легкостью продумывают свои шаги на отступление?       Мысль настолько крепко засела в голове, что Тэхён решает во что бы то ни стало выяснить всё полностью. Полдня уходит на то, чтобы просканировать часть некоторых из отделения, выявляя подозреваемых. В кафетерии это выглядит более чем странно: он прячется за какой-то брошуркой, пока его сослуживец сидит напротив и скептически смотрит на друга. — Что тебе опять в голову взбрело?       Ким вздрагивает от внезапного вопроса и укоризненно смотрит на Пака. — Слышал же, что они в третий раз провалили операцию? — получив в ответ кивок, он продолжил, — Так вот, я думаю, что у нас есть сбытчик информации. — И как ты пришел к этому умозаключению? — Логически поразмышлял.       Скептический смешок даже не удивил. Тэхён привык к тому, что его недооценивают. — Ладно, допустим. И по каким же критериям ты вычисляешь потенциального преступника? — Ну, он должен быть подозрительным и в один из моментов выдать себя.       Чимин смотрит на друга нечитаемым взглядом, пытаясь понять, правду он говорит или просто прикалывается. — Знаешь, лучше бы ты обратил внимание на того, кто появился у нас недавно, это хотя бы логично.       Ким щелкает пальцами и восторженно смотрит на Пака. — Точно! — восклицает он, привлекая внимание посторонних, — А у тебя неплохо голова варит, войдешь в долю? Вместе расследуем, найдем вредителя и искореним его. Давай?       Пак удрученно возвел взгляд к потолку, прекрасно понимая, что Тэхён теперь не отстанет от него. — А у меня есть выбор? — Никак нет!

***

      До конца дня Тэхён штудирует списки недавно принятых на работу, а также некоторых стажеров. После нескольких страниц досье некоторых работников, глаза начинают болеть, но Ким не останавливается - засиживается допоздна, подсвечивая помещение одним только монитором и внимательно читает. Каждый маловажный факт может быть подсказкой, поэтому он не имеет даже права на ошибку.       Выписывая имена сразу нескольких человек, он-таки оставляет компьютер и собирается домой.       Квартира встречает его привычной тишиной и одиночеством. Родители - в Тэгу; отношения построить не получается так же, как и завести собаку; слишком часто пропадает на работе. Поэтому приходится довольствоваться варенным рисом с кимчи и сном в обнимку с подушкой.       Но если обычно такой сценарий был в привычку, то сегодня уснуть не получается, даже несмотря на прошлую бессонную ночь. В голове куча зацепок, но Ким не уверен ни в одной из них. Нужно хоть какое-то подтверждение своим домыслам. Но, увы, из воздуха они не появятся.       Также Тэхён понимает почему Чимин с таким скептизмом относится к его идеям. Весь отдел знает его в лицо, как странного Ким Тэхёна, который слыл своими невозможными методами дедукции, однако всегда попадал в точку и это наверное единственная причина, по которой с ним до сих пор считаются.       Да, когда-то давно он захотел поступить в полицейскую академию только из-за того, что форма на нём смотрелась чертовски круто. А окружающие только пальцем около виска крутили, мол, парень, ты куда вообще лезешь? Только потом, спустя какое-то время, он втянулся. Ему нравилось возиться в разных делах, разбирать отчеты и нестерпимо хотелось посадить за решетку всех убогих, которые порочат людской мир. Отличный стимул для хорошей учебы был обеспечен. — Ну, так что скажешь? — интересуется Пак, когда на следующий день они вновь сидят в кафетерии. — Только три новичка привлекли мое внимание, — воодушевленно начинает Тэхён, доставая из папки файл, — первый - это Ким Сокджин. Пришел полгода назад, но по чину уже выше нас, что очень подозрительно.       Протягивая Чимину лист, он ждет его мнение, а сам высматривает этого самого Сокджина. Тот сидит за одним столом с Намджуном и Юнги (напарником Кима). Он выглядит слишком ярким по сравнению с остальными полицейскими. Цветочная внешность не соответствует его профессии. — Вообще-то его перевели из соседней провинции и он уже имел это звание. — Да? — Уверяю.       Тэхён молча комкает информационный лист и протягивает следующий. — Чон Хосок. Единственная странность — он слишком добрый.       Тяжелый взгляд сразу заставляет отложить этот листок. — Ладно-ладно. Итак, последний подозреваемый — это Чон Чонгук. В роли стажёра последние три месяца, получил звание золотого за определенные заслуги и высоко ценится среди хёнов. Слишком идеальный, да? Ещё и красавчик такой.       Ким смотрит на маленькую отксерокопированную фотографию Чона и только удивляется. Младше его на целых два года, но выглядит наоборот ровесником. — И? — С помощью своего умения втираться в доверие, он манипулирует старшими и выпытывает у них всю необходимую информацию, понимаешь? — поясняет Тэхён и откидывается на спинку стула, складывая руки на груди. — Мало оснований, ты его даже не знаешь. Гукки правда хороший малый. — Меня Намджун с ним на дежурство поставил. Вот и посмотрим, что он из себя представляет.       Пак на это только глаза закатывает. — Тэхён, ты конечно мой друг, но иногда бываешь таким глупым, ей богу.

***

      Чон Чонгук представляет собой молодого юношу, довольно-таки складного, с приятной внешностью и едва заметным шрамом на щеке, которого неосознанно хочется коснуться. Правда, парнишка младше его на два года, а достиг достаточно. К тому же, он довольно-таки учтив. Даже приносит ему кофе на дежурство, причем тот самый, который так любит Тэхён.       Они усаживаются друг напротив друга, каждый за своим столом. Ким не перестает наблюдать за стажером, но активно прикрывается каким-то делом, изредка подсматривая.       Тэхён не может отвести взгляда от рельефной спины, когда Чон стоит к нему задом, разбирая в шкафу папки. А когда наклоняется, чтобы переложить, так Ким забывает, как вообще дышать. Брюки плотно обтягивают накаченные ноги и (явно) упругий зад, что желание ударить (да посильнее) приходится подавлять в себе. — Хён, подай документы, — просит младший, даже не поворачиваясь. Тэхён сначала не улавливает суть вопроса, а потом, спохватившись, берет несколько папок со стола и подходит к Чонгуку.       Тот кивает только, не обращая внимания на Кима.       Такое, несомненно расстраивает. Он привык, что люди смотрят на него всегда. И теперь, когда объект, которым он заинтересовался, ведет себя так равнодушно, понимает, как его подобное напрягает. Недовольство плещется на поверхности, поэтому Ким возвращается на место и намеренно громко ведет себя, складывая руки на поверхности стола или выдвигает ящик стола. Но Чону хоть бы хны: перебирает там себе документы, составляет их чуть ли не в алфавитном порядке.       Тэхён от нечего делать решается посовещаться с Чимином на этот счет. «Он слишком мутный. По-любому замешан.»       Ответ приходит меньше чем за минуту: «Серьёзно? Два часа ночи, Тэхён, я сплю.» «Что ты в него вцепился-то так? Хуже стервятника.»       Ким начинает остервенело давить на дисплей, высказывая свое полнейшее негодование, изливаясь броскими словами. Только спустя минуту переводит дыхание, смотрит на Чона (который вновь уселся напротив) и в итоге стирает всё написанное, ограничиваясь коротким ответом. «Ему абсолютно на меня плевать.»       Тяжелый вздох срывается совсем непроизвольно. Тэхён утыкается лбом в стол и протяжно воет, не обращая внимания на удивленного Чона. — Всё в порядке? — интересуется Чонгук, складывая руки на груди и полностью облокачиваясь на стол. — Нет. — В чем дело? — В тебе.       И только после сказанного Ким запоздало прикусывает язык и жмурится, надеясь таким образом избежать неловкости. Но щёки алеют, как маков цвет, а взгляд на себе ощущается ещё ярче, чем прежде. — Нет, ты ни в чем не виноват. Просто тишина меня добивает, — оправдывается Тэхён, поднимаясь со своего места, но не смотря на младшего, — Я привык общаться, а тебе, кажется, со мной неуютно. Я понимаю, меня редко терпят и ты не обязан… — Это неправда! — прерывает непонятный набор слов Чон и внезапно улыбается, настолько ярко и непринужденно, что дыхание перехватывает, — Просто мне казалось, что ты недосягаем, хён. Общаешься только со старшими и о тебе так много говорят, что я даже не удивлялся, когда ты попросту не обращал на меня внимания. Я же всего лишь обычный стажер. — Всё не так! — восклицает Тэхён, да так, что эхо разлетается по отделению, — Я не настолько заносчивый. — Хён, тебе невозможно не поверить.       И смотрит так внимательно, что Ким теряется на мгновение. Тепло совсем внутри опрометчиво внезапно и пугает. Но он только поддается эмоциям и отвечает Чонгуку улыбкой.

***

      Когда через пару дней Тэхён предлагает организовать слежку, Пак его энтузиазм не разделяет и красноречиво смотрит, мол, ты серьезно? Но Ким абсолютно серьёзен (серьёзнее некуда), поэтому он не слушает вразумительную речь друга, а только выясняет, куда обычно ходит Чонгук помимо работы.       Небольшой тренажерный зал пестрит наличием людей различной мускулатуры. Чаще взгляд падает на парней накаченных и подтянутых, реже на хиляков, которые, судя по всему, решили изменить себя. Девушки в основном занимали беговые дорожки или же выстраивались в очередь перед зеркалом с телефоном в руках, что смотрелось весьма комично.       Он оглядывает зал в поисках Чонгука и находит его на «Бабочке». Тот сидит прямо, потный и старательно сводит перед собой руки, напрягая мышцы. Грудь вздымается от частых тяжелых вдохов, а губы плотно сжаты. Мокрая чёлка прилипает ко лбу, прикрывая глаза. Когда он заканчивает упражняться, то сидит некоторое время с закрытыми глазами, переводя дыхание. Зрелище на миллион. Кто-то трепет Кима за плечо и он неосознанно отрывается от созерцания прекрасного. — Вы впервые в зале? — интересуется незнакомый парень, судя по всему, инструктор. — Э-э, я да. — Тогда пройдите за мной. Покажу вам основные тренажеры, с которых вы можете начать.       А потом время потеряло свой порядок и Тэхён окунулся во все эти упражнения, тренажеры, что забыл о первичной цели. Чон теряется среди других посетителей и наблюдать за его дальнейшим передвижением не удается. Тренер просто не давал и минуты на свободные мысли, постоянно иструктировал и внимательно следил за выполнением. Почему-то он стойко уверен в том, что если Чонгук выглядел весьма сексуально за выполнением упражнений, то Тэхён напоминал скорее помирающего, которому осталось немного.       И хоть Ким не рассчитывал на занятие, но не жалеет, что в последний момент положил необходимые банные принадлежности.       Мышцы приятно тянет, а голова совсем пустая и Ким припоминает, почему же всё-таки не любит заниматься спортом. Выбирая между умственной деятельностью и физической, он всегда выбирал ум. В конце концов в его работе он занимает не последнее место, а сложенное телосложение и выносливость от природы только прибавляли к карме. Но сейчас сил не хватает совершенно и хочется попросить Пака подбросить до дома на патрульной машине. Но, зная вредного друга, рассчитывать на подобную роскошь не стоит.       Ким расположился перед небольшим зеркалом в раздевалке в одном только полотенце, держащимся на бедрах. Он зачесывает мокрую чёлку назад, ища в сумке необходимое. Он достает дезодорант ровно в тот момент, когда чувствует на своих плечах горячие ладони.       По раздевалке проносится истошный вопль, а Тэхён жмурится, направляя баллончик на человека позади и выпрыскивает содержимое. Страх сковал тело и это отнюдь не то, что должен испытывать полицейский. В воздухе насыщенно пахнет «запахом настоящего мужчины» (если верить этикетке), а также он снова свободен: его больше не держат. Теперь только слышится истеричный ржач, эхом отталкивающийся от стен. Ким разворачивается и смотрит на нарушителя покоя. Чон опирается о шкафчик и сгибается в три погибели, уже полностью переодевшись. Но, судя по влажным волосам, он только недавно покинул душевую кабинку. — Хён, ты бы видел свое лицо! Ох, это так весело! — глаза у Чонгука светятся задором и не заметить это трудно. Ким судорожно хватает воздух ртом и держится за грудь. — Чон Чонгук, зачем так пугать?! — в сердцах восклицает Тэхён и не может отойти от испуга. — Надо быть осмотрительнее, — усмешка так и сквозит во фразе, — всегда начеку, не так ли? — Я в зале чуть не умер, какой начеку?       И тут Чон словно опомнился. Он облокачивается на стену спиной и складывает руки на груди, смотря на старшего. От подобного взгляда становится неуютно и только тогда Тэхён вспоминает о том, что он наполовину обнажен. — Точно.А я не знал, что ты в тренажерку ходишь.       Легкий смешок срывается с губ. — Я решил попробовать.       Когда испуг окончательно покидает тело и дыхание восстанавливается, Ким сам слегка посмеивается над своей неловкостью. На выходе из здания они обмениваются номерами и улыбками. Подобное греет Тэхёна внутри.

***

      Среда ознаменуется днем рождения Намджуна и у Тэхёна давно готов подарок. Поэтому он врывается в отделение с хлопушкой, коробкой под подмышкой и радостно восклицает. Ким опускает взгляд, являя в свет свои милые ямочки и искренне благодарит Тэхёна.       А потом он зовет приближенных вечером в небольшую забегаловку, чтобы отметить. Хоть Тэхён клялся себе когда-то давно не пить в будни, но за здоровье хена не грех. Поэтому он вливает в себя одну стопку за другой и соревнуется с Чимином кто выпьет больше. Ожидаемо, что вскоре голова сильно кружится и он неконтролируемо посмеивается.       В голове полнейший сумбур, а ещё он спорит с Паком, что тот не сможет добиться внимания от Юнги. Но тот раззадорился и не отступится так просто. Именно поэтому подсаживается ближе к инфантильному объекту и плавно переводит всё внимание угрюмого полицейского на себя.       Тэхёну принципиально нельзя много пить: он становится слишком развязным и не думает головой. Он находит взглядом скучающего Чонгука и, подпирая рукой голову, внимательно всматривается в младшего. Тот, судя по всему, не пил: только и может, что наблюдать за остальными. Особенно когда Намджуна тянет танцевать, а Сокджин пытается его удерживать от неосознанного порыва. Он усмехается данной картине и замечает краем глаза внимание к своей персоне. Ким смотрит не мигая: прямо в глаза и настолько пристально, что Чонгук чувствует себя неловко. Словно никаких эмоций в таком непривычном контакте, но всё ощущается по-другому: никаких барьеров. Рамки срываются и они продолжают смотреть друг на друга, находясь слишком близко (стоит только руку протянуть).       Не отдавая отчета своим поступкам, он вызывается его проводить. Чимин, всё так же не отлипающий от Юнги, зачитывает напутствия, коротко объясняет, как пройти, пока Чонгук поудобнее перехватывает хёна у него на спине.       Идти, как оказывается, недолго. Тэхён дорогу не запоминает, только вдыхает приятный аромат от шевелюры младшего и сжимает периодически руки на сильных плечах. Факт того, что завтра будет стыдно — неоспорим. Но пока Ким может, он вжимается грудью в спину младшего и хочет, чтобы этот момент не заканчивался. На секунду он прикрывает глаза, совсем не удивляясь цветным кругам. Запоздало приходит мысль о том, что это - первый раз, когда они так близко друг к другу.       Приятная мягкость тёмных волос удивляет. Тэхён думал, что Чонгук красит их, но на самом деле они приятные и шелковистые. А ещё Чон даже не возникает на подобные действия старшего, чем он решает воспользоваться — рука свисает аккурат вдоль груди и он кладет ладонь туда, где сердце отбивает четкий и громкий ритм. То, что Чонгука волнует их близость, очень радует.       Около подъезда Тэхён решает спуститься с уютной спины. - Давай я тебя доведу сам, — предлагает Чон, обнимая его так, чтобы он не упал, пока достает ключи. В лифте держится непринужденное молчание, но Тэхёну отчаянно хочется приблизиться и ощутить мягкость чужих губ. В небольшой кабине воздух накаляется до предела, а по спине скатывается несколько капель пота.       Около своей двери он не доверяет ключи младшему. — Вдруг ты маньяк и хочешь воспользоваться моим состоянием? — отшучивается Ким, поворачивая ключ в замке. — Я не хочу, чтобы ты это забыл, будет интереснее, когда ты протрезвеешь и будешь вспоминать…       Но договорить не успевает, потому что Тэхён разворачивается к нему и мягко касается губ.       Они целуются. Чонгук припирает его к стенке, кладя руки на талию и вдавливая в шершавую поверхность. Он вжимается бляшкой ремня аккурат в пах, отчего Кима пробивает дрожью. Тэхён не может понять от чего голова кружится: от Чонгука или от алкоголя в крови. Чон целует далеко не нежно: впивается в губы, играясь кончиком языка, а Ким понимает, что наконец дорвался. Они не сдержаны, упиваясь возможностью долгожданной близости.       Они врываются в квартиру хаотично, Чонгук до сих пор не спешит выпускать Тэхёна из захвата, а тот не особо-то и стремится (всё устраивает). Он опять около стенки, только губ намеренно не касаются, словно провоцирует, даря всё внимание шее. Руки пробираются под джемпер и мажут по коже, Тэхён не может сдержать судорожного вдоха и жмется ближе.       Там, где его касается Чонгук, кожа будто загорается. Сумбур из головы не уходит, а верхняя одежда остается лежать небольшой горкой на полу, пока Тэхён тянет Чонгука на себя в сторону комнаты, в надежде добраться хотя бы до кровати, ведь перспектива предаваться страсти на полу не устраивает. — Хён, может стоит остановиться? — шепчет в темноту Чон, но Кима такой расклад не устраивает (он слишком долго ждал этого момента). Поэтому он красноречиво валит Чонгука на постель и мостится сверху, стягивая ненавистный джемпер с себя. Ким наклоняется ближе к младшему и ведёт языком по шее (до самого подбородка), мягко чмокая.       Ловить звезды от одних только прикосновений становится чем-то необычным, но, с учетом их ситуации, всё кажется совершенно другим. Тэхён размеренно двигается на чужих бедрах, ощущая бугор, но только довольно скалится. Он хочет вести и он это делает, практически ненавязчиво: раскачивается над младшим и шумно выдыхает, ощущая, как пальцы сжимают с силой его бока и ведут выше, к соскам.       В непроглядной темноте Тэхён с трудом различает Чона, но по наитию наклоняется, тычась в губы.       Полностью подчиняется, когда его переворачивают на спину, смещая с главенствующего места и врываются требовательным поцелуем в рот. Чон ведёт по нёбу, сплетается с языком, а Тэхён дает ему свободу и позволяет расстегнуть на себе джинсы. Когда он касается члена, Ким несдержанно стонет и откидывается на подушку.       Мыслей в голове не остается, в ровной степени как воспоминаний.

***

      Утро встречает головной болью, сухостью во рту и звуком входящего сообщения. Тэхён тянется к краю постели и, с трудом разлепив глаза, открывает диалог. «Общий сбор на следующей неделе. Соберутся все. А ещё на вчерашней сходке пристрелили Донхека ».       И только после Ким понимает, что телефон в руках - не его, а с кухни доносятся приятные запахи готовящегося завтрака, отчего к горлу подкатывает тошнота.       Самое обидное — он помнит всё, что вчера наговорил Чонгуку во время их небольшой прелюдии, но абсолютно не помнит, что было дальше. Наверное самый провальный случай на памяти Тэхёна. Но, судя по тому, как тело приятно ноет, он остался довольным. Хотя точно понять трудно.       Видеть Чонгука после ночи не то, чтобы неловко, но да. Он не представляет, как теперь ему в глаза смотреть. Поэтому позорно сбегает в душ, чтобы привести себя в порядок. Ким старательно намыливает каждый участок тела, замечая пару темно-фиолетовых пятнышек, но от подобного только вспыхивает ярче помидора. Тактика в голове колеблется от «сделай вид, будто ничего не было» до «страстно набросься на него». Тэхён бы рад, только стыд съедает его чайной ложечкой, намеренно ощутимо отламывая по кусочку, словно чизкейк.       Приходится полностью одеться и идти на зов ароматного кофе. Он переминается с ноги на ногу на своей же кухне, пока Чонгук стоит к нему боком, словно не замечая. Непримечательная мелодия насвистывается сама собой и он отвлекается от сковороды, поворачиваясь к Киму. — Как себя чувствуешь? — интересуется он, приветливо улыбаясь.       У Тэхёна до сих пор болит голова и настоящая засуха во рту. Но видя такого доброго и милого Чонгука, само по себе вырывается тихое «нормально». - Я договорился, чтобы ты сегодня вышел позже на смену, так что не переживай.       Чон не чувствует себя замкнутым и его, судя по всему, не смущает то, что произошло ночью. Он только кормит своего хёна и потом собирается домой, оставляя напоследок горячий поцелуй на губах.       Что делать со своими чувствами, Тэхён не знает совсем.       Он окончательно путается.

***

      Тэхён окончательно теряется в мыслях, потому что они расходятся по разные стороны. Он стоит на развилке, где с одной стороны - раскрытие предателя, а с другой - новый обаятельный сотрудник, официально вступивший в их ряды. Нельзя путать работу с чувствами и Ким это прекрасно осознает, но так хочется противоречить себе.       Суббота впервые становится выходным за последние несколько недель и Тэхён не знает чем себя занять. Поспать до обеда не удается: он вскакивает пораньше на автомате. Поэтому, когда силы девать некуда, он решает, что стоит прибраться. Ким, не жалея сил, натирает пол, периодически вспоминая, какая же у Чонгука улыбка. Было приятно осознавать, что она была адресована именно ему, а не, допустим, Намджуну или Сокджину.       Тэхён испытывал по началу чувство вины, когда всё только завязалось с Чоном, оправдывался, что всего лишь втирается в доверие. Однако он совсем теряется, когда становится слишком увлеченным, что Чимин начинает обижаться на долгий ответ в "Какао". Неоднозначные чувства путают. Ему нравится Чонгук искренне. Так, что хоть наизнанку вывернуться, но этого не отнять. Он казался слишком идеальным. Хотя, чаще Тэхён его идеализировал. Но как нет, когда перед ним появляется такой шикарный парень.       Но чувства - это одно, а раскрытие личного дела — совершенно другое. Именно поэтому основной план для выведения Чона на чистую воду до сих пор важен.       Сондже, давний знакомый, предлагает встретиться и пропустить по баночке пива, а Тэхён совсем не против. С учетом того, что Чонгук ссылается на какие-то дела, а Чимин не отвечает. Поэтому он решается выбраться из квартиры, оставляя после себя непривычную чистоту.       Он добирается до места в кратчайшие сроки и по адресу нового места проживания узнает знакомый район. Как раз тот, где во второй раз произошла неудавшаяся облава. В переулке замечается знакомая спина и Тэхён прирастает к месту, видя Чонгука, который спешит завернуть. Ким движется плавно и направляется следом. Чон уже около дома, заходит в невысокое здание и скрывается за дверью. В последний момент Тэхён успевает сфотографировать его.       Остаток дня проходит в коматозном состоянии. Он не знает, что думать. До последнего хотелось надеяться, что Чонгук не причастен. Теперь же шестеренки активно работают в голове, сопоставляя факты. Ким вспоминает, что Чон за последние несколько дней часто отпрашивался пораньше и пропадал непонятно где. Если всё так, как он думает, то отныне придется снять розовые очки, пока стекла не разбились и не причинили вред.       Сначала Тэхён решает поделиться всеми достоверными данными с Чимином, подробно всё объясняет, припоминает сообщение и ждёт вердикт друга. Тот задумчиво почесывает затылок и отодвигает порцию салата в кафетерии. — Знаешь, а вот теперь я начинаю понимать, почему ты зацепился за него. Может он и правда пытается втереться в доверие, а потом нагло разглашает информацию?       Ким утыкается лбом в стол и вымученно стонет в голос. Он не хочет, чтобы Чонгук был предателем. Он же совершенно не такой. Мягкий и милый, а временами страстный и несдержанный. Как он может предать доверие хороших знакомых?       Старшие ему так доверяют, а он...       Яркие эпитеты чуть не срываются с языка, но Киму настолько горько, что произносить он их не собирается, а только слушает вкрадчивый голос Чимина. — Давай так: пока присмотримся и если хоть чем-то его повадки подтвердятся, то будем брать.       На том и порешили.       Они возвращаются в отдел со стаканчиками кофе, усаживаясь поблизости. Тэхён кидает на младшего редкие взгляды, замечая, как тот перебирает различные папки, явно не относящиеся к их отделу (таких у них попросту нет).       Он решает идти в обход, подходя ближе к младшему, укладывая голову тому на плечо. Чон сразу переворачивает документ и откладывает его в сторону. — Ты чего? — интересуется Чон, поворачиваясь к нему, мягко касаясь щеки сухими губами. От одного такого действия в груди невообразимо щемит. — Это я у тебя спросить хотел. Постоянно занят, где-то пропадаешь. — Работа, хён. — Понимаю.

***

      В субботу Тэхён настроен серьезно. Он узнал в отделе кадров место проживания Чонгука и теперь активно готовился. Даже прихватил табельное оружие (так, на всякий случай). Чимин говорит, что они слишком спешат, но Ким устал от недомолвок и хочет выяснить всё полностью, чтобы разобраться и потом уже думать, исходя из полученной информации.       Поэтому Пак, пришедший ближе к часу, только прибавляет уверенности. — Ты выяснил, чем он будет сегодня заниматься? — интересуется тот, закрепляя кобуру под плащом. — Да. У него сегодня свободный день, поэтому будет торчать дома. Вроде, собрался позаниматься у себя, не хочет идти в тренажерку, — поясняет Ким, поправляя волосы.       До сих пор в голове не укладывались следующие действия.       Тэхён не мог осознать всю серьёзность ситуации ровно до того момента, пока они не оказались около входной двери. Руки мелко подрагивали и частые судорожные вдохи невольно срывались с губ. Оба переглядывались между собой, думая о том, как бы вскрыть замок. Под ковриком не было запасного ключа, а звонить в дверь - слишком неразумно в их случае.       Доходит практически до громогласных споров, но Пак решается повернуть дверную ручку и та поддается. Чимин кидает на друга самодовольный взгляд, за что получает ощутимый тычок под ребра.       Они медленно пробираются по коридору, пока Тэхён готовит оружие, не снимая с предохранителя, потому что использовать его против Чона не собирается (так, припугнуть скорее.) Останавливаются они ровно напротив, судя по всему, ванны, откуда и доносятся звуки. Чонгук выходит из комнаты, придерживая полотенце на бедрах и тут же застывает в удивлении. — Полиция! Вы арестованы! — четко проговаривает Тэхён, с сожалением смотря на Чона. Тот словно не может понять, что происходит и скептизм так и читается во взгляде. — Тэхён, ты чего... — Немедленно руки вверх!       Чонгук тяжело вздыхает, но недовольно смотрит на своих друзей, однако смиренно поднимает руки до уровня головы. — Хорошо, раз ты так настаиваешь…       И отпускает. Узел плавно развязывается и белое полотенце плавно падает к ногам, от чего Чимин тут же прикрывает глаза себе и другу. Но Тэ отодвигается в сторону, и улыбается совсем по-дурацки, выдыхая еле слышное «хы». Не так должен себя вести полицейский при аресте. Однако данная мысль не задерживается в голове, потому что неизвестно, когда в следующий раз перед ним откроется подобный вид. — И всё-таки, в чём меня обвиняют? — интересуется Чон. — За распространение конфиденциальной информации преступной группировке, — отвечает Чимин, совсем раздосадованный поведением друга, который не может до сих пор оторваться от манящих изгибов. — Наркодиллерам что-ли? — Именно.       И Чонгук доступно объясняет, фактически на пальцах, что Намджун доверил ему задание на поиск необходимых источников, над чем он и работал по сей день. Он подробно расписывает о своих уходах с работы, слежке по ночам и только когда замечает понимание в глазах сослуживцев, поднимает с пола полотенце. — А я говорил, что он не при чем! — восклицает Пак, всплескивая руками. Тэхён выглядит оскорбленным. — Да? Тогда почему ты согласился на всё это и поддерживал, а? — сверкает недовольством Ким, убирая оружие.       Чон слушает перепалку неудавшихся следователей, ровно до того момента, пока Пак не покидает его обитель с громогласным хлопком двери. Он встречается взглядом с притихшим Тэхёном, а тот выглядит крайне неловко: мнется с ноги на ногу и прячет взгляд. Совсем, как на следующее утро после дня рождения Намджуна, только разница ощутимая. Он, конечно, понимал, во что ввязывался, когда признал свои чувства к Тэхёну. Но такого он точно не ожидал. - Прости, - полушепотом выдыхает Ким, не замечая, что младший сокращает между ними расстояние. - Хён, очень обидно, что ты обо мне такого мнения, - отвечает он, напирая на парня. Тэхён ступает назад, опасливо взирая на Чона, пока не упирается спиной в стену. - Я не...       Но Чонгук не намерен слушать. Он перехватывает руки старшего, пригвождая их к стене и усмешка появляется на его губах. - Настало время отбывать наказание, - шепчет ему Чон практически в самые губы, - сопротивление бесполезно.