Всё прахом будет

      Я убежден, что человеку обязательно нужно во что-то верить. В бога, в удачу, в науку. В собственные силы, в конце концов. Я не могу знать, существует ли Бог, но знаю точно — если бы он не существовал, кто-нибудь придумал бы его.       Август старательно избегал своих мыслей, погружаясь в работу с головой. Он боялся их, как и самого себя. Перед тем, как они сбросили атомную бомбу на Азию, его сердце сжималось. Но, в конечном счете, он ничего не почувствовал - лишь легкий мандраж, как перед выходом на сцену. Слушая об этом по телевизору, он также ничего не ощущал. Будто все это нереально, а сам он просто смотрит кино. Август посмотрел в окно, на закатное небо, снял очки и потер переносицу. Пора собираться домой. Тяжелым движением он сложил очки, бумаги и стетоскоп в портфель, повесил халат в шкаф и отправился в сторону выхода. Никого уже не осталось в больнице, только он и сторож:       - Опять работаете допоздна?       - Снова, Генри.       Сторож устало зевнул, а Август поспешил к машине.       В доме было темно и тихо. Поспешив включить свет, хозяин разделся и прошел в ванную. Умылся, ненароком взглянув в зеркало. Оттуда выглядывало серьезное мужское лицо лет тридцати, но уже с глубокой складкой между бровей. Небритый, с синеватыми кругами под глазами, Август выглядел гораздо старше своих лет. Серые глаза прожигала усталость, а седина кое-где проглядывалась в копне темных волос.       Ужинать ему не хотелось, поэтому, перебрав страницы научной литературы, он решил отправиться спать пораньше. Лежа в кровати, он еще долго думал перед тем, как уснуть, о ее холодности и жалком чувстве, копошащемся внутри. Одиночество.