Один день из жизни

— Дорогой, просыпайся! Пора на работу! — Слышатся из всех бедных кварталов Англии голоса худощавых жён рабочих ровно в семь часов утра, на что те всегда отвечают: — Дорогая, ещё пять минуток… — Никаких пять минуток! Ты ведь прекрасно знаешь, что тебе будет, если опоздаешь! Против такого аргумента бедным работягам ответить нечего, так что они с тяжёлым вздохом поднимаются со своих жалких подстилок, лишь отдалённо напоминающих кровати, и одеваются в уже изрядно потрёпанную рабочую форму, минуя чистку зубов, завтрак и прочие процедуры, что сейчас так нужны современному человеку. — Дети в школе? — Интересуются отцы мальчиков и девочек, вынужденных работать на фабрике бок о бок со своими родителями. — А где ж им ещё быть? — Вопросом на вопрос отвечают матери. — Кстати, Лиза забыла отдать мне пять пенсов… — Ты всё о деньгах, дорогая! — А как же иначе! Мы ж не буржуи проклятые! Ой, — замечают женщины, — пока мы тут с тобой лясы точим, прошло уже десять минут! Иди на работу! Неприветливо скрипит дверь, на улице показываются тысячи, если не миллионы, не расчесанных мужских голов. Трамваи наполняются с невероятной скоростью, затем, когда людей внутри машины становится столько, что яблоку негде упасть, общественные транспорты относительно быстро едут по улицам английских городов к ближайшему заводу. Совсем по-другому начинается день аристократии: старой и новой. — Доброе утро, дорогой! — Будит заспавшегося дворянина, или успешного предпринимателя красивая девушка в дорогом на вид платье — жена богача.  — Тебе тоже, милая, — с улыбкой на лице отвечает тот. — Какое чудесное утро! — Да, определённо. Но у тебя много работы сегодня. — Знаю, знаю, подписать различные бумажки. — Говорит молодой человек, поднимаясь с роскошной кровати. — А заодно узнать, не произошли ли какие-нибудь инциденты на одной из моих фабрик, да. — Не думаю, что это займёт много времени, дорогой. — Я знаю. — Бросает глава фабрик по производству железа, одевая строгий деловой костюм. Через пять минут он уже сидит в своём кабинете и со скучающим видом смотрит на часы. — До открытия осталось пятнадцать минут… Эх… Чем бы заняться… — Господин! — Сказала служанка, заходя в кабинет. — К Вам только что пришли письма и… — Дай сюда, — резко оборвал её владелец фабрик, выхватывая из рук бумаги. — Посмотрим, что тут у нас. А ты иди, — галантным жестом указал он девушке на дверь.

***

— Опять ты опоздал! — Приветствуют начальники своих подчинённых, едва они заходят внутрь ненавистной фабрики. — Одна минута опозданием не считается, — угрюмо отвечают те, становясь на свои рабочие места. Работы предстоит очень много. — Ты у меня попляшешь, — сквозь зубы говорят начальники. «И все те пять килограммов, что они изготовят за день, уйдут на создание железной дороги, не оставив мне, их руководителю, практически ничего! Это несправедливо! А глава этого зоопарка наверняка сейчас как сыр в масле катается, чёрт бы его побрал!» А работа уже началась, и не утихнет, пока не сядет солнце: дети начали работу в шахтах, рабочие начинают изготовление железа, ну, а глава фабрик приступил к «тяжёлой» работе, выражающейся в виде заключения договоров (половину которых он даже не читает), вложению денег в дела, которые должны увеличить его доход и периодически узнавать о том, какие инциденты произошли на его предприятии. Вечером, когда работа заканчивается, рабочие сажаются на омнибусы и едут домой, где их ждут усталые жёны, дети, только что вернувшиеся из школы («Завтра вам придётся идти со мной на фабрику. Я знаю, вы этого не хотите, но что делать!») и маленькая комнатушка, совершенная не пригодная для жизни: голые ободранные стены и четыре подстилки из соломы. А вот у богача, основавшего сеть фабрик, ситуация обстоит намного лучше: роскошная кровать, обои, купленные за огромную сумму и портрет семьи. В этой роскоши и засыпает основатель фабрик. Ему снится сон о том, что как только железная дорога между Лондоном и остальными городами островного королевства будет построена, он, основатель фирмы, построившей всё это великолепие, станет всемирно известным. Наконец, свет в последнем окне потушен. Англия погружается в сон.