At the closed door

      Я покинул Большой Зал, сразу же, когда понял, что находиться там больше не имеет смысла. Дети узнали, что я (бывший) Пожиратель смерти, а значит и делать мне там теперь было совершенно нечего. Кроме, как конечно страдание мазохизмом, выслушивая про себя все самое «хорошее» и «лестное», чего мне безусловно не хотелось.       Тяжелый вдох и выдох.       В памяти парня удачно всплывает последняя оставшаяся бутылка огневиски. Решив наплевать на обед, ужин, уроки и другие, такие неважные на тот момент вещи, Драко направился в башню старост.       Заветный поворот, грубо сказанное: «союз» и привычное, медленно разливающееся по телу тепло. Обжигающее горло напиток был выпит слишком быстро, хотя парень искренне пытался растягивать это сладостное мгновение как можно дольше.       И добили же его эти малолетки. Так опасно потерять контроль — непозволительная роскошь.       Опустив, казавшуюся такой тяжелой, голову, взгляд Драко невольно остановился на метке. С падением Лорда она стала значительно светлее, но на его бледной коже все равно выделяется слишком явно. Осталось лишь одно утешение — метка больше никогда не начнет жечь. Так не кстати, Драко вспомнил сколько раз в очередной агонии от боли и гнева он пытался содрать кожу, раздирая все в кровь.       И ведь теперь все, кому не лень будут напоминать ему о его незавидном прошлом. От этого уже не скрыться.       Ненавижу.       — Ты даже снаружи чудовище, Малфой. — горько хохотнул парень, откидываясь на спинку дивана. Усталость и привычная от алкоголя легкость накрыли Драко невидимым одеялом. Не в силах сопротивляться, парень отдался царству Морфея.

***

      Почему Грейнджер не может послать свое гриффиндорское достоинство и оставить наконец человека в беде?! Почему ей вечно нужно что-то доказывать?!       Да долби эту дверь сколько тебе дури хватит, Грейнджер. Я еще не дошел до ручки, чтобы открывать её всяким благородным гриффиндорцам!       Она ведь не всерьез решила, что будто бы поняла мое внутреннее состояние?       Словно в этом мире есть хоть один человек, способный понять меня…       Стук в дверь наконец прекратился и Драко тяжело вздохнул.       Нельзя было тогда оставаться в гостиной, слишком необдуманный поступок.       Мерлин, это гриффиндорский устав — помогать всем и каждому или она априори такая ненормальная? Неужели она взаправду думает, что может изменить человека, которого совершенно не знает? Или увидела во мне покаянного? Или я выгляжу настолько жалко, что даже Грейнджер — девушка, которую я оскорблял все эти годы решается мне помочь!       Нет, я действительно не понимаю Грейнджер — её пытала в Мэноре, на секундочку моя свихнувшаяся тетушка, в то время, как я стоял рядом, без единой возможности вмешаться или помочь. Я наблюдал за тем, как эта хрупкая снаружи, но безмерно сильная внутри девушка — ломается. Как она корчиться на полу, как Белла ножом вырезает это мерзкое слово: «грязнокровка». Слово, которое я уже не в состоянии произнести в её сторону. Мерлин, да пусть она маггла, но она такой же человек — из плоти и крови… Я уверен, что наша кровь ничем не отличается — такая же красная и с металлическим привкусом. Лорд хотел уничтожить всех нечистокровных, хотя и сам был полукровкой. Что за ирония, Мерлин?       А что случилось теперь? Грейнджер ходит с таким решительным взглядом, пытаясь всяко разно вывести меня на разговор. И что она хочет от меня услышать? Мою незавидную историю? Хочет взглянуть на мир моими глазами? Побывать в моем прошлом? Вот только жалости мне не хватало.       …И ведь был такой человек, который понимал меня, — смотря в потолок, с грустью на сердце вспомнил Драко. — когда-то был.       Когда-то он искренне хотел мне помочь. С самого начала и до конца — он знал и верил. Настойчиво пытался до меня достучаться, как и эта Грейнджер. Только я так же не ответил ему. Думал, что он ничего не понимает и даже пытается отобрать мои заслуги и достижения. Смешно.       Предполагал ли я, что Лорд таким образом пытается меня контролировать? Быть уверенным, что я, например, предан ему…? Нет.       Я боялся лишь того, что не выполню приказ, что не смогу защитить родителей. Но это пришло ко мне после…       Сначала я считал, что был выбран для этого.       Безумно гордился полученным заданием.       Но…       Когда я понял, что не справляюсь.       Когда я понял, что не готов и ничего из задуманного не получается.       Когда стало понятно, что я не убийца.       Он спас жизнь мне. Он спас жизнь этому Поттеру.       Если бы я и смог с кем-то теперь поговорить, то это однозначно был бы Снегг. Ему наверное и не пришлось бы что-нибудь рассказывать, достаточно было бы просто ослабить блок, который я, благодаря ему же и научился ставить.

***

       — Поттер. — прорычал в подушку Малфой, слыша голоса и тихое копошение за его дверью.       «Какого Мерлина он тут вечно забывает? На что ему его рыжая, если он постоянно пропадает в комнате у этой Грейнджер?» — сквозь сон думал Драко, ворочаясь в постели.

***

      Голова болела с самого утра. Ни холодный душ, ни стакан воды не помогли Драко прийти в себя. Выпитый огневиски, а также бессонная ночь дали о себе знать не самым приятным образом. Все время парень провел в раздумьях, отключая свой разум лишь на несколько минут отдыха. Неторопливо двигаясь на завтрак, в сторону Большого Зала, парня окликнули.        — Малфой!        — Забини. — растянуто ответил Драко, оборачиваясь.        — Нужно поговорить.        — Да неужели. — прошипел Драко, приближающемуся Блейзу.        — Поверь, самому неприятно.        — В таком случае можешь не утруждать себя.        — Если наш разговор злит тебя, так же сильно, как и меня, то извини, потому что в таком случае я точно не отступлю. — пытаясь скрыть улыбку заключил Блейз, останавливаясь напротив Драко.        — Да, вижу ты находишься в весьма удручающем состоянии.        — Следующий по коридору класс пустует.        — Мог бы молча туда пройти. — заметил Драко, следуя в оговоренный Забини кабинет.       Пустой и пыльный класс встретил их полутемной комнатой с отвратительным запахом древности.        — Слушаю. — презрительно осматривая класс произнес Малфой.        — Может быть, ты хотя бы наедине со мной начнешь себя вести по-нормальному? — как можно более дружелюбно отозвался Блейз, очищая край парты и облокачиваясь на нее. Малфой сделал то же самое, располагаясь напротив Блейза.        — Забини, с чего такое ненормальное влечение к моей персоне?        — Просто я тут понаблюдал за тобой…        — Вот, это точно нездоровое внимание.        — Да, да, я услышал тебя, Малфой. — торопливо сказал Блейз. — Итак, видимо я был тем единственным мостиком, соединяющий тебя и окружающий мир.        — Не приписывая себе…        — Я не закончил. — перебил Драко парень. — Ты вообще общаешься с кем-то?        — Ты же следил за мной! — наигранно удивился Драко. — Между прочим, я ведь с недавнего времени считаюсь мертвым для тебя.        — О, знаешь ли я решил воскресить тебя в своей памяти.        — Бестолковый поступок.        — Безусловно. — прижимая руку к сердцу говорил Блейз. — Но ты вообще отдаешь себе отчет?        — Более чем.        — А я что-то сомневаюсь в этом. — решительно заговорил Блейз. — Малфой, еще раз говорю тебе, что нельзя играть в молчанку с миром.        — Еще раз напоминаю, что мне плевать на мнение подозрительно добрых итальянцев.        — Подозрительно добрых? — хохотнул Блейз. — Между прочим, я изо всех сил пытаюсь быть с тобой вежливым и снисходительным.        — О чем я, заметь, тебя не просил.        — Да Поттер свою Уизли бросит быстрее, чем ты кого-то о чем попросишь или снизойдешь до нормального человеческого общения. — на этих словах Малфой недовольно скривился, вспоминая ночные посиделки Поттера у Грейнджер.        — Если ты такой любитель поговорить и завести друга, какого Мерлина ты привязался к…        — Слизеринцу, давшему обет молчания? Или ты хотел сказать…        — К Пожирателю смерти. — прошипел Малфой.        — Ой, да брось. — рассмеявшись произнес Блейз. — эти свои угрозы можешь смело оставить в прошлом. И, кстати, к бывшему Пожирателю смерти, если уж на то пошло.        — Ты…        — Малфой, ты ведь весьма умный парень. То, что я с тобой не общался ранее, меня довольно сильно огорчает, потому как я бы смог взяться за твое воспитание намного раньше. Но и это не беда! — веселее продолжил Блейз. — Мы сделаем-таки из тебя приличного человека, Малфой.        — Так. Прекрати мне эти выражения! Ты вообще можешь оставить меня в покое? Мне еще одной Грейнджер не хватало. — вспылил Малфой, невольно упоминая в разговоре Грейнджер.        — Ох, ну надо же. Грейнджер тоже заметила в тебе человека!        — Заткнись. — рыкнул Драко, на что парень снова рассмеялся.        — Может не в тему сказано будет, но твое настроение оставляет желать лучшего. Я уверен, что даже дементоры избегали бы встречи с тобой.        — Вот и мне удивительно, какого Мерлина ты до сих пор здесь!        — А мне вот интересно, что при всей твоей злости ты все еще не уходишь и слушаешь меня.        — Верно. — заключил Малфой и покинул кабинет, чем заставил Блейза еще раз рассмеяться.       Да что эта выскочка итальянская себе позволяет! — возмущался всю дорогу до Зала Малфой.       В Большом Зале было не пройти. Многие ученики совершенно не спешили на завтрак, тем самым устраивая приличное скопление в проходе. Разогнав всех грубыми словами, Малфой направился к столу Слизерина и занял свое привычное место рядом с Панси, которая уже ждала его.        — Драко. — наклонившись к парню тихо проговорила Панси, на что Малфой лишь устало перевел на нее взгляд. Однако, девушка приняла это как знак того, что может продолжать. — Ты плохо выглядишь в последнее время.       Да неужели? Проницательность на высоте, но как всегда не вовремя.        — Уже столько времени прошло с начала учебного года, а ты еще ни разу мне ничего не сказал. — дотрагиваясь до руки Малфоя ласково произнесла девушка.        — Ты что-то определенное хочешь от меня услышать? — серьезно заговорил Малфой, аккуратно освобождая свою руку. Недавно подошедший и севший напротив них Забини, усмехнулся.        — Драко. — обиженно вытянув губы произнесла девушка.        — Панси, давай закроем эту тему?..        — Что? — рассек воздух ярый вскрик Грейнджер и все факультеты разом отреагировали на случившееся, повернувшись к Золотому Трио.       Заметив на себе слишком много взглядов, Грейнджер выскочила из-за стола, скрываясь за большими дверями Большого Зала, оставляя растерянных Уизли и Поттера одних.        — Извините. — громко ответил Уизли и поняв, что представление окончено, все нехотя стали возвращаться к еде.        — Видимо, кто-то прочитал газету. — злорадно усмехнулась Панси.        — О чем ты? — серьезно поинтересовался у девушки Блейз.        — Да ладно, вы что, правда не в курсе?        — По-моему, по нам более чем понятно, что мы не в курсе. — грубо ответил Драко.        — Ох. В «Пророке» опубликовали часть вашего интервью… Кстати, почему ты не сказал, что будешь там? — обиженно произнесла девушка, обращаясь к Драко.        — Потому что не собирался быть там. — прорычал Малфой. — Что именно там опубликовано? — поинтересовался парень, стараясь выглядеть при этом беззаботно и молясь Мерлину, чтобы про него там не было ничего особенного.        — Если коротко, то личная жизнь героев. Просто про Грейнджер там написали больше всего. — усмехнувшись заключила девушка.        — С чего бы? — возмутился Драко.        — Во-первых, про Поттера написали лишь то, что по его душу готовиться биография. Во-вторых, в «Пророке» очень «удачно» осветили её недавнее расставание с Уизли, соответственно мельком написали и про него. И в-третьих ей теперь приписывают двойной роман, что уже весьма интересно.        — Двойной роман? — непонимающе переспросил Блейз.        — Да и весьма удивительно, что ты, Драко этого не знаешь.        — С какой стати я должен это знать? — презрительно фыркнул парень.        — Может, потому что, по мнению автора статьи, ты являешься одним из претендентов на её сердце? — совершенно серьезно и чуть обиженно заявила Панси, в то время как Драко побледнел.        — Что? — спустя некоторое время крикнул Забини и теперь уже Зал повернулся на него. — Простите. Представление окончено! — сразу же сообщил он, уже ожившей публике. — Мне даже страшно спросить кто второй. — уже тише добавил он, обращаясь к Панси.        — Поттер. — как ни в чем не бывало сказала Панси.        — Что? — уже оживился Малфой. — Какого Мерлина происходит?        — Это я и хотела от тебя услышать, дорогой!        — Панси, я не знал, ясно? — прорычал парень.        — Яснее некуда.        — Я рад. — поднимаясь с места заключил Драко. — У тебя есть газета?        — Держи. — брезгливым тоном, словно держа что-то неприятное, сказала девушка, протягивая Малфою газету. Взяв её в руки, парень сразу же свернул и положил во внутренний карман мантии направился на занятия.

***

      Обед Малфой благополучно пропустил, желая провести это время за чтением газеты. В течении всего дня больше половины учеников активно обсуждали его за спиной, стоило ему пройти рядом. Устав от неизвестности и чужих перешептываний, Драко поднялся в башню, с целью узнать причину всего произошедшего. Однако, раскрыв «Пророк», заголовком которого была фраза: «Любовный треугольник героев войны или тайный умысел Пожирателя смерти?», Драко скривился. Желание узнать содержание газеты сразу сошло на нет и парень отбросил газету на журнальный столик, стал успокаиваться, смотря как в камине играет огонь.       Придя через некоторое время в себя и набравшись сил встретиться с чем-то однозначно неприятным, парень все же решился продолжить чтение, снова беря в руки «Пророк».       «Из достоверных источников стало известно, что в школе Чародейства и Волшебства Хогвартс произошло негласное интервью с героями Второй Магической войны. Весьма странно, что среди приглашенных гостях этого мероприятия был и бывший Пожиратель Смерти — Драко Люциус Малфой, который, правда, еще в начале сорвался на присутствующих детей и досрочно покинул Зал…»       Драко потер переносицу заставляя себя читать дальше.       «Некоторые из очевидцев утверждают, что причиной его состояния могла быть ревность, которую мистер Малфой испытал к мисс Грейнджер. Напомним, что вначале, девушка держала за руку мистера Поттера. К сожалению, нам неизвестно, как на это отреагировала девушка мистера Поттера — мисс Уизли.       Что же может связывать героиню войны, участницу Золотого трио, лучшую студентку школы и бывшего Пожирателя Смерти?       Следует отметить, что в прошлом, мистер Малфой и мисс Грейнджер объединяла взаимная ненависть, потому как парень позволял себе говорить в сторону девушки слово: „грязнокровка“. Лично я не думаю, что парню удастся исправить свои ошибки и завоевать сердце девушки…»       Да, меня вывели из себя, но ни в коем случае не Поттер с Грейнджер. Мне безусловно обидно за то, что ко мне уже начинают обращаться, как к прокаженному. Но чего я от них мог ждать? Что после всего случившегося меня оставят в покое? Что забудут? Глупо. Еще находясь в Малфой-Мэноре я осознавал, что стороной меня это не пройдет, но чтобы так!       Слова из статьи все еще отдавались в груди Малфоя тупой болью. Безусловно, сразу же после прочтения парень кинул газету в камин, спокойно наблюдая за её горением, но, если честно помогло это не сильно.       Огневиски, к большому сожалению парня, больше не осталось и Драко принял решение немного полетать. Открыв окно и призвав метлу, Драко вылетел в ночь. Холодный воздух нещадно хлестал по лицу, руки замерзли мгновенно, но отступать Малфой не собирался. Потратив добрые несколько часов на полеты вокруг замка и над Озером, он вернулся в замок, залетая в оставшееся открытым окно комнаты. Уставший от полета и упав на пол перед кроватью Драко застонал. От боли и бессилья, от непонимания и новых, еще неизвестных ему чувств.       Думая над тем, что Грейнджер должна была уже прийти с ужина, Малфой стоял под её дверью, тщетно пытался достучаться до девушки, которая по предположению Драко, просто не хотела к нему выходить.        — Грейнджер! Грейнджер, открой наконец эту дверь. — уже громче стал кричать он. — Если ты сейчас же не откроешь…        — Малфой! — спокойно произнесла девушка стоя за его спиной, отчего парень дернулся.        — Какого Мерлина! — возмутившись произнес парень.        — Не знаю, в курсе ты или нет, но когда люди не открывают дверь или не отвечают — это значит, что их нет в комнате. Или же они заносчивые слизеринцы. Но я, слава Мерлину, не слизеринка, так что раскричался ты тут зря.        — Где ты была? — грубо отозвался он.        — Малфой, ты последний человек, которому я бы это сообщила! — разозлившись на парня произнесла девушка.        — Нам нужно поговорить. — безапелляционным тоном заявил он.        — Неужели. — ядовито сказала Гермиона, вспоминая как сама недавно просила его об это, но ответом ей был грубый отказ.        — Все свои упреки при этом, можешь оставить при себе. — деловито заметил парень, присаживаясь на свое слизеринское кресло. Последовав за Драко, Гермиона села в свое гриффиндорское кресло, напротив парня.        — Я слушаю. — копируя тон Малфоя сказала девушка.        — Какого соплохвоста мне приписывают роман с тобой?! — с отвращением произнес он.        — О, Малфой, я понятия не имею с чего они взяли, что у тебя вообще есть сердце и какого соплохвоста они считают, что ты его отдал мне. — так же в тон парню возмущалась девушка.        — Да уж представь себе, у меня есть сердце! Однако, это не значит, что я его отдам какой-то… — парень запнулся, понимая, что не может произнести не только слово-табу, но и простую грубость в сторону девушки.        — Грязнокровке? — воспользовавшись заминкой парня и поняв все по своему, вспылила девушка, поднимаясь. — Мерлин, Малфой…        — Нет. Я не это хотел сказать. — искренне говоря, стал перебивать её парень.        — Безусловно. — горько ответила парню Гермиона и направилась в свою комнату.        — Подожди! —  вскакивая за девушкой произнес Драко.        — Малфой! Я без единой идеи почему это написали! Не нужно срываться на мне, уж поверь, я не хотела оскорбить твою чистую кровь! — кричала ему девушка. — Если тебя настолько коробит от того, что тебе приписывают роман со мной, то высказывай все свое отвращение автору статьи, а не мне. Не думаю, что я заслужила твое презрение. — закончила девушка и громко хлопнув дверью, скрылась в своей комнате.        — Мерлин! — устало произнес Драко, понимая, что совершил очередную ошибку. Ему ведь просто хотелось узнать реакцию девушки, но никак не обижать её. И почему это вдруг чувства других стали важным?        «Что же, теперь она меня точно ненавидит» — горько заметил парень и направился в свою комнату, осознавая, что девушка ему не откроет.       Я никогда не был хорошим человеком.       Я совершил слишком много ошибок.       Я намеренно причинял людям боль.       Но сейчас, мне почему-то не хочется быть плохим человеком.       Мне хочется забыть свое отвратительное прошлое.       Мне хочется стать кому-то нужным.       Но я стал слишком ужасным внутри.