Школа смерти

В этом мире живет много людей. Есть хорошие, есть плохие, есть те, кто просто выполняет свою работу, живя спокойно и размеренно. Но есть люди, которые выбиваются из привычного нам понятия «человек». Сумасшедшие, что искусно притворяются людьми. По комнате разносится дикий смех, не имеющий причины. У этого звука нет эмоций. Он забирается под кожу и сводит с ума. — Н-нет… — послышался приглушенный всхлип, — пожалуйста… Нет… Тихий шепот утонул в темноте. Резкий металлический скрежет и тишина…

***

— Детектив, подъем! — Люси потрясла спящего парня за плечо. — Вставайте! — ответом ей послужило тихое мычание и переворот на другой бок. — Черт, зачем ставить будильник, если ничего не слышишь? Девушка сердито стукнула по одеялу и вышла из комнаты. Сегодня утром она проснулась от надоедливой трели будильника из соседней комнаты. Ее долго мучил вопрос: издевается или нет? После десяти минут наслаждения повторяющимися звуками Люси решилась заглянуть в спальню хозяина квартиры, который так учтиво оставил ее спать вчера на диване. Никакой реакции. На его лице не дрогнул ни один мускул, хотя девушка не стесняла себя рамками приятного, пока будила это наглое создание. В итоге, плюнув на это бесполезное занятие, Люси вернулась в гостиную в поисках своей сумки. Ничего. В смысле ни вещей, ни гостевой спальни, ни продуктов в холодильнике не было. И если с отсутствием гостевой она смириться готова (в конце концов диван ее не съест), то пропавшие вещи были весьма серьезной проблемой. Повторная пытка Драгнила ничего не дала, поэтому, отбросив все приличия, Люси начала обыскивать хозяйскую спальню. Ни к чему не придя, девушка раздражённо цыкнула и, зло зыркнув в сторону посапывающего детектива, отправилась решать другие проблемы. А проблемы были и достаточно серьезные. В трёх одиннадцатых классах обнаружились два социопата и одна напуганная до смерти девушка. И если с теми двумя можно разобраться путем психиатрической лечения, то с девочкой могут возникнуть серьезные проблемы. — Черт, — Люси закусила губу, всматриваясь в неровные строчки, написанные трясущейся рукой. Будь это работой мальчика, блондинка бы посчитала это обычным почерком, но… Люси вздохнула, отложила листок в сторону, и потерла уставшие глаза. Убийцы среди учеников нет, но это не означает полное отсутствие проблем. Она изучила всех студентов старшей школы, но никто не вызвал подозрений. Да, есть некоторые отклонения, но все в пределах нормы. Они снова в тупике. — Может, я чего-то не заметила? — Не исключено, — громкий возглас, раздавшийся из-за спины, заставил девушку содрогнуться. — Давно проснулись? — Уже жалею, что не сделал этого раньше, — Нацу подошёл ближе к девушке и закинул ей руку на плечо, всматриваясь в аккуратно сделанные заметки и сладко зевая, — ты так увлеченно бубнишь себе под нос, что перестаешь замечать все вокруг. — Что это я не замечаю? — обидевшись на насмешливое замечание, она скинула его руку со своих плеч. — Кипящую кастрюлю, например. — Черт! Люси вскочила, спохватившись, и метнулась к плите. Занявшись анализом, она совсем позабыли об этой дурацкой кастрюле. Ей никак не давал покоя серийный убийца. Изучив дело, она была уверена, что этот человек — сумасшедший. Но не думала, что это один и тот же человек. Между убийствами прошло столько лет, да и почерк, откровенно говоря, изменился. Она нахмурилась. Нужно срочно искать выход. Ей были слишком небезразличны судьбы детей, чтобы нарушить обещание, данное детективам, но и долго оставаться на месте она не могла. Люси было страшно. Она боялась дядю, его сына, свою работу… Ей было тошно от самой себя, от своей беспомощности. За последнее время столько всего свалилась на ее хрупкие плечи, что девушка потерялась. Она не знала, что делать дальше. — Осторожно! Оклик детектива раздался раньше, чем Люси почувствовала боль. Она ошпарилась кипятком, выронив кастрюлю. Девушка зажмурилась до цветных пятен, схватившись за руку. — Дура! — Нацу, подбежав к Люси, подставил ее обожженную руку под ледяную воду, крепко удерживая девушку в своих объятиях. — Ты за собой совсем не следишь? Если так хочется повитать в облаках, сядь и не шевелись! Нацу зло ворчал себе под нос и не сразу обратил внимание на притихшую девушку. Люси молчала, стеклянным взглядом уставившись в пустоту. Ей было больно и обидно, но эти чувства словно отошли на второй план. Ее пронзила невероятная догадка. — Как он их выбирает? — Что? — Нацу не сразу вник в тихие слова блондинки, — Кто? — Разный возраст, пол и семейное положение, — детектив не перебивал, внимательно вслушиваясь в каждое слово своей напарницы. — Школа большая, многие ученики даже незнакомы друг с другом. Так почему именно они? Он играл с ними, прежде чем догнать. Упивался их страхом, управлял ими, контролировал каждое их движение… Глаза Люси расширились от осознания, и она было рванула прочь с кухни, чтобы подтвердить свою догадку, но ее остановила сильная рука Нацу, обвивающая ее талию. — Пустите! — Куда? — Нужно кое с кем поговорить, проверить догадку, — девушка забились сильнее, — Отпустите же наконец! — ничего не добившись, Люси замерла и жалобно прошептала: — Пожалуйста… На кухне царило молчание, нарушаемое лишь звуком льющейся воды. Нацу все ещё прижимал девушку спиной к своей груди и чувствовал, как тяжело она дышит. Ее руки нервно дрожали, а все тело было напряженно. Он не мог понять, что случилось с той самоуверенной и язвительной Люси, которая никогда не упускала момента отпустить едкое замечание в его сторону. Нацу был уверен, что дело не в убийце. Девушка чего-то боялась. Вот, почему ее поведение казалось ему странным и неестественным, словно она медленно сходит с ума. — Скажи, что происходит, — он зашептал, наклонившись к ее уху, — тогда отпущу. — Ничего. — Девушка, — он хмыкнул, — которая умудрилась обогнать меня на мотоцикле, рискуя жизнью и нарушив пару тройку правил, глупо обожглась горячей водой. — Это с каждым может случиться! — Слабо верится. — Верь во что хочешь! Злость, возникшая на пустом месте, медленно переросла в истерику. Девушка билась в сильных руках, рыдая как маленький ребенок. Парень молча сносил все удары, лишь теснее прижимая ее к себе и успокаивающе гладя ее по волосам. Он по себе знал, как трудно вынести все трудности жизни в одиночку, особенно, если твоя работа связана с расследованием.

***

— Спасибо, — Нацу учтиво улыбнулся официантке, принесшей их заказ, и перевел взгляд на подавленную девушку. — Успокоилась? Глаза Люси были ещё красными, а на голове сбилось воронье гнездо. Драгнил не дал девушке времени привести себя в порядок, вытащив ту за дверь, стоило ей успокоиться. Она не сопротивлялась. Люси была эмоционально выжата. И не столько из-за груза ответственности, сколько из-за детектива. Она не привыкла показывать свои чувства посторонним, предпочитая плакать в одиночестве в укромном месте. Возможно поэтому девушка была гордой обладательницей сдержанности и благоразумности. Она никогда не делала ничего с горячая. Всегда ждала, когда уляжется буря эмоций в душе, и принимала решение на здоровую голову. Переезд застал ее в расплох. Цунами внутри нее только начало набирать мощь, когда ее лишили единственного места, где она могла спрятаться от окружающей действительности. Сейчас ей было невероятно стыдно за ту сцену на кухне. Люси понятия не имела, что делать сейчас и куда деть глаза. — Это нормально, — Нацу не уточнял что именно, — если бы не сегодня, то в другой день это точно бы произошло. И лучше все же, когда есть с кем пережить такой момент. — Люси ни капельки не полегчало от его слов. Она все продолжала сидеть и рассматривать узор на скатерти. — В первый раз я тоже рыдал. — откровенничал детектив, чем вызвал мгновенную реакцию со стороны девушки. Светлая макушка взметнулась, а глаза выражали непередаваемую смесь сомнения и удивления. — Быть следователем нелегко. Невольно переживаешь все эмоции жертвы, и каждое дело становится личным. — Почему ты стал следователем? — Нацу скрыл довольную ухмылку, уловив огонек интереса в ее глазах и неформальное обращение. Значит, она больше не обижается и не смущается. — Помнишь, я рассказывал о семье? — дождавшись кивка, он решил рассказать о личном. Очень личном. — Мой отец был военным, поэтому мы с братом росли в ежовых рукавицах. Отец многому нас научил, поэтому с детства у меня был, скажем так, необычный набор навыков. Мы всегда были уверены в своих силах… — по его лицу скользнула тень грусти и сожаления, а голос прозвучал с необычной иронией, — Моих родителей убили на моих глазах, а я не смогу даже пошевелиться в тот вечер. Брат учился заграницей и узнал о случившемся от полиции. Но я до сих пор не могу ничего сделать… Люси понимала его. Рассказ давался Нацу с трудом, но он ничего от нее не скрывал. Девушка даже не думала его жалеть, по своему опыту зная, что ни жалость, ни какое-либо другое проявление сочувствия не снимет камень с его души. Может стать только ещё хуже. — Зачем ты меня сюда привел? — девушка встрепенулась, стряхивая неприятное ощущение. — Напротив торговый центр, — Нацу широко улыбнулся. Пусть он не показывал, но был безмерно благодарен своей спутнице. — И? — Будем снимать с тебя стресс шопингом! — Угу, — девушка угрюмо вздохнула, — хорошо придумал. Не знаешь, где бы мне ещё денег раздобыть? — Знаю! — парень сверкал довольной улыбкой, — Я не то, чтобы бедствую… — протянул с намеком, но тут же быстро добавил: — только не надо сейчас рассказывать о своей самостоятельности и отнекивается тем, что «никогда не понимала, что другие девушки находят в шопинге». — передразнил Драгнил только одному ему известную девушку, а может и несколько… — Хм… — Люси отпила горячего чая и загадочно улыбнулась. — Не то, чтобы я любила шопинг… Но вот халяву обожаю до глубины души. Молодые люди, переглянувшись, звонко засмеялись, привлекая к себе внимание. Пусть день начался несколько скомканной, но его продолжение однозначно стоило того. Нацу ещё никогда так не наслаждался походами по магазинам, которые обычно ограничивались продуктовым, и лишь изредка он покупал себе какие-то вещи. Казалось они обошли уже весь торговый центр. Побывали во всех магазинах одежды, где Нацу не упускал момента пошутить над внешним видом Люси, по смущать ее, показав какой-нибудь развратный комплект белья, за который удостаивался сильным подзатыльников, или словить девушку, когда та, не удержавшись на двадцати сантиметровой шпильке, рухнула ничком вниз. Они испугали продавцов в магазине электроники, когда накинулись на демонстрационную приставку, как заядлые игроки. В итоге, закупившись продуктами они вернулись домой. Анти-стрессовая терапия Нацу помогла девушке расслабиться. Люси удалось забыть на время о плохих мыслях, а детектив тактично не напоминал, наслаждаясь спокойным вечером в приятной компании. Но такие приятные моменты тем ценны, что рано или поздно заканчиваются…