Игры с сознанием или Месть - это блюдо, которое подается холодным

Глава 4 «Слизеринец, всегда Слизеринец» POV Том Реддл Я не мог понять что произошло, переступив порог неизвестной комнаты, я провалился во тьму. Через какое-то время осознав, что сквозь закрытые веки прорывается свет, я осторожно открыл глаза и огляделся. Мне показалось, что я в госпитале, хотя и немного странном на вид. Кровати здесь были выполнены в старинном стиле и совсем не походили на больничные. У окна я заметил темноволосого мужчину, который не отрываясь смотрел на открывшийся перед ним пейзаж. Кроме нас, в комнате еще находилось человек двадцать. Казалось, что они спят, но увидев как некоторые из них открывая глаза удивленно оглядываются, я понял, что не один попал в эту странную ситуацию. Тут к тому самому мужчине обратилась миловидная женщина, которую я раньше не заметил. Услышав, как она его назвала, я уже с большим интересом посмотрел на волшебника, а когда он представился, все мои сомнения тут же отпали. Я не мог поверить своим глазам, передо мной стоял основатель моего факультета. Ни призрак, ни мираж, а из плоти и крови — Великолепный Салазар Слизерин. Еще находясь под впечатлением, я уселся за стол в учительской. Внимательно выслушав приветственную и разъяснительную речь Слизерина, я восхитился его гением. Провернуть такую махинацию сквозь время и пространство мог только по-настоящему великий волшебник. Увлекшись, я не сразу заметил ощущение знакомой магии. Я оглядел всех собравшихся и понял, что волны исходят от мальчика, сидящего напротив меня. Я был уверен, что не мог видеть его раньше. Шрама в виде молнии на лбу, не было ни у одного моего знакомого. Такое я бы точно запомнил. Решив, подумать об этом на досуге, я мельком оглядел остальных собравшихся и отметил то, что здесь собрались представители таких волшебных родов как Блэки, Малфои, Прюэты, Лэстрейнджи и, по-моему, еще Уизли, ну это если судить по рыжей шевелюре. Еще черты нескольких человек были мне смутно знакомы, но я пока не мог понять, к каким семьям они принадлежат. Услышав о том, что мы будем проходить ритуал проверки крови, я очень обрадовался, ведь мне до сих пор не были известны имена моих родителей, а в моем времени денег на эту процедуру у меня не было. Ложась в кровать, я думал о том, что теперь буду учиться среди равных, и надеялся, что завтра распределяющая шляпа не поменяет своего мнения о нужном мне факультете. С этими мыслями я и заснул, а утром одевшись в новенькую форму, поспешил в большой зал. День обещал быть очень интересным. Распределение началось достаточно ожидаемо, Антарес Блэк попал на Равенкло. Далее я не очень заострял внимание на подробностях, но иногда, услышав очередную знакомую фамилию и вердикт шляпы, лишь с долей удивления смотрел на них, но не более того. Сейчас меня волновало только мое распределение. Правда немного позабавило определение Лэстрейнджа на Грифиндор, а Паркинсон — на Хафлпаф. Но тут мой слух уловил фамилию Поттер и к шляпе подошел тот самый мальчик, магия которого так удивила меня вчера. Казалось, что он мысленно спорит со шляпой, так долго она находилась на его голове. Шляпа отправила его на Слизерин, но я заметил, что он был огорчен ее решением. Но тут я напрочь забыл обо всем, потому что в большом зале раздалось: — Реддл, Том. Я спокойно одев шляпу, устроился на табурете. — О, Том Реддл, добро пожаловать во времена Основателей, — поприветствовала меня шляпа. — Смотрю душой и мыслями ты верен своему факультету. В твоем случае я свое мнение не меняю. Думаю, ты прекрасно проведешь время на своем родном факультете, — и она бодро огласила: — Слизерин! Вернув артефакт на место, я направился к своим родным змеям. Подходя к обеденному столу, я заметил, что мальчик со шрамом еще больше побледнел. Мне очень захотелось его поддержать. Я положил ему руку на плечо, и очень удивился, увидев взгляд, направленный на меня. В его изумрудных глазах читалось недоверие и восхищение, а в уголках затаился страх. — С тобой все в порядке? — не выдержав спросил я. В тот же момент он посмотрел на меня с изумлением и будто легким неверием в произошедшее. -Д-да, все в порядке, спасибо, — заикаясь ответил парень. Я уже собирался спросить чего он так испугался, как напротив нас приземлился темноволосый кудрявый парень. — Феликс Юсупов, — представился он. Я конечно был не очень рад, что нас прервали, но с ленцой все-таки задал интересовавший меня вопрос: -Ты русский? Дальше он нам рассказывал какую-то забавную историю о себе и своих многочисленных родственниках из России. Он нас так заболтал, что завтрак прошел незаметно. Наскоро что-то проглотив, я пошел в кабинет для проведения ритуала проверки крови. Вот тут-то и случилось то, чего я никак не ожидал. Выяснилось, что мой отец оказался простым маглом, и я понял, как же всю жизнь ошибался. Вот, что было написано на том злополучном пергаменте: Имя: Томас Марволо Реддл — маг Отец: Томас Николас Реддл — магл; жив Мать: Меропа Морена Гонт — волшебница; мертва Родовые дары: менталистика (активна); парселтанг (активен); чары (активны); темные искусства (активны) Магическое ядро: частично заблокировано В крови обнаружено Зелье Вражды Древний род: Слизерин Сказать, что я был в шоке, значит ничего не сказать. Я конечно предполагал откуда в моей крови могло взяться Зелье Вражды, но блок на магии… Неужели… Я решил все разузнать у гоблина, ведь он предлагал ответить на наши вопросы. Результаты ритуала проведенного Леди Хафлпаф, вообще ввели меня в ступор. Значит Дамблдор решил попортить жизнь не только мне, но еще и Гарри. Не знаю почему, но я чувствовал ответственность за этого мальчика. Мне подумалось, что, может, его магия так знакома мне, потому что нам ее блокировал один и тот же волшебник. Порывистый же монолог Слизерина произвел на меня сильное впечатление, а услышав, что из-за Альбуса Дамблдора мы могли остаться сквибами, я вообще потерял дар речи, что со мной случалось достаточно редко. После обещания декана помощи в приготовлении антидота, я немного успокоился, ведь что ни говори, но Салазар Слизерин — мастер своего дела. До самого вечера мои мысли постоянно возвращались к утренним событиям и к Гарри Поттеру, к его магии. Не придумав ничего лучше, я решил, что нам с ним просто надо откровенно поговорить, вот тогда может хоть что-то в этой головоломке и встанет на свои места.