Свалка

Комната Аметист напоминала свалку. Пёрл брезгливо поморщилась и примостилась с одного-единственного чистого краешка кроватного покрывала. — Господи боже, как ты здесь живёшь? — Прекрасно, — Аме сунула в ещё не согретые бледные руки огромную чашку чая. Керамика приятно обожгла холодную кожу — как-никак, на улице повалил снег. Аметист тем временем спихнула с кровати ворох одежды, примостилась возле Пёрл и вытащила из рюкзака вязание. Её ещё не законченный свитер должен был быть фиолетового цвета. — Так, давай начнём, — улыбнулась балерина. Удивительно, но в эти часы, во время помощи Пёрл по любому предмету, Аме становилась довольно старательной и сосредоточенной — по крайней мере в сравнении с её поведением в обычной жизни. Спицы бодро мелькали в пальцах Аметист — за неделю дополнительных занятий у неё стало получаться гораздо лучше. Пёрл следила за этим, попутно давая тихие подсказки и осторожно отпивая остывающий чай. — Ещё петельку. Да. Теперь следующий ряд, — взгляд чуть-чуть соскользнул с фиолетовых петель на пухлые пальцы, державшие спицы. Временами Пёрл завидовала некоторым подругам — особенно, может, тем двум, Ляпис и Перидот. Так запросто ходить под руку и целоваться прямо в классе! Шутка ли — быть такой… Смелой, что ли? А пальцы Аметист ей нравились. Пухленькие — пропорционально фигуре, ловкие милые пальчики. — Пёрл, — балерина подняла голову, — А выйдет на груди или спине там связать типа оленей или звезду? Ну можно и после того, как покажем Блэквуду, потом-то можно будет и попортить его. — Ты не испортишь, — махнула рукой Пёрл. — У тебя прекрасно получается. — Хах, ну спасибо, — Аме улыбнулась, потянулась, хрустнув, кажется, всем телом, и продолжила работу. — На кухне бутерброды есть. — Ну нет, я сюда ничего лишнего не принесу. У тебя и так свалка. Когда ты убиралась в последний раз? — Ну в воскресенье… Позапрошлое… Может быть… — Аметист фыркнула. Пёрл строго покачала головой и встала, выбирая на полу место почище. — Я не буду продолжать помогать тебе, пока мы не уберёмся. Безжалостно отправив Аметист в ближайший магазин за мусорными пакетами, Пёрл по-хозяйски оглядела комнату. В основном она была завалена грязной или чистой, но неглаженой одеждой, упаковками из-под чипсов и черновиками — великим множеством черновиков. Кажется, с тех пор как Пёрл начала помогать Аметист с домашкой, та не выкинула ни одного черновика. «Как ребёнок, честное слово, — Пёрл скинула с кровати всю грязную одежду и аккуратно уложила чистую. Благо комната была не очень большой, и работы виделось не так уж много. — Что здесь у нас?..» Самым незахламленным местом (после того краешка кровати, конечно) оказалась верхняя полка книжного шкафа. Книг там было всего две штуки, зато каких-то заколок, резинок и разного мелкого сора было полно. Правда, это всё лежало в удивительно подозрительном порядке — резинки для волос в аккуратной стопочке, заколки тоже, даже горстка фантиков, кажется, подчинялась какой-то системе. Пёрл даже не решилась тронуть этот странный образец организованности Аметист, лишь аккуратно рассматривала её мелочёвку. Девушка не заметила, как хлопнула дверь квартиры. В комнату шумно влетела Аметист, шурша пакетами и на ходу скидывая куртку. — Прикинь, там есть розовые мусорные паке… — Пёрл резко отпрянула, стул, на котором она стояла, пошатнулся, и балерина не слишком грациозно грохнулась на кучу нестиранных футболок и немного об угол стола. — А ещё балерина, — фыркнула Аметист, прикладывая к локтю Пёрл новую холодную пачку мороженных овощей. Красноватый пока синяк на бледной коже смотрелся странно неуместно. — Летела-то вообще не по-балерински. — Нет такого слова, — Пёрл прикусила губу — не то от боли, не то с досады. Аме аккуратно положила подушку под пакет и пристроила сверху руку подруги. — И вообще, я просто собиралась разгрести твой жуткий бардак на верхней полке. Почему там у тебя всякий хлам, а книги под столом валяются? — Они под столом стоят, — запротестовала Аметист. — И вообще, там не хлам! — А что же? Всякая бесполезная мелочёвка. Зачем тебе столько заколок и резинок? Ты же их даже не носишь! — Затем, — Аметист насупилась и надула губы. Балерина нагнулась и подняла с пола упавшую вслед за ней резинку в жёлто-белую полоску. — Подожди… Это же мои резинки! — Пёрл сунула находку Аме под нос. — Я же даю их тебе каждый день, когда тебе делают замечание из-за причёски. Выглядит очень растрёпанной. Все мои резинки стянула! — Ну можешь забрать, — Аметист тряхнула головой. Волосы закрыли её хмурое лицо. Пёрл покрутила резинку в пальцах, раздумывая о чём-то своём, прижала пакет овощей локтем к боку и полезла за спину Аметист. Сев поверх мятых брюк, балерина принялась одной рукой собирать волосы Аме в хвост, держа в ушибленной руке резинку. Подруга её всё это время молчала. — Закрепи сама, пожалуйста, — Пёрл протянула Аметист резинку, — у меня локоть ноет. Аме молча стянула волосы жёлто-белым и чуть опустила голову. Пёрл вдруг подалась вперёд и обняла девушку здоровой рукой, уткнувшись острым носом в мягкую шею. — Я не хотела тебя обидеть, но ты правда так захламляешь свою комнату, что у тебя и в голове бардак, — балерина чуть передвинула голову — так, чтоб невзначай коснуться губами чужой кожи. — Мне хочется, чтобы у тебя было чисто. — Это же твои вещи, — голос Аме звучал чуть глухо, но не расстроенно. — Я их постоянно забываю в школу брать, но это твои вещи. Я не могу их выбросить или типа того. Пёрл кивнула и прижалась губами к шее чуть более явно. Аметист неловко хихикнула и принялась болтать ногами. Говорить что-то смысла не было.