Война закончилась. Начало "спокойной" жизни.

      Проснулся я не в Гриффиндорской башне. Это было сразу понятно, когда моему взору открылась большая комната в тёмно-зелёных тонах. Я лежал на довольно широкой кровати, укрытый мягким одеялом. Постель же пахла моим любимым профессором зелий. Да и немного проснувшись, понял, что был прижат спиной к сильному, красивому и бледному телу. Руки Северуса прижимали меня нежно, но крепко. Сам же профессор ещё спал. Интересно, сколько сейчас времени и не пора ли мне на занятия? Уже собравшись вскочить, наконец сообразил, что сегодня выходной и снова расслабился. Тело ныло и наверняка, если бы я сейчас двинулся, то почувствовал сильную боль в районе поясницы. Но это такая мелочь! Ведь я провел ночь в объятиях грозы всех студентов! Мне страшно представить, что скажут мои друзья, если пронюхают про это. Но опять же, это такие мелочи. Главное, что Северус не оставил меня в классе, а принёс к себе в комнату. Эта мысль грела душу. Вот только, что дальше? Вчера я полностью потерял голову, но сейчас собрав мысли в кучу, могу мыслить трезво. Хотя, думаю, пока не стоит об этом беспокоиться. Ведь я знаю главное, что ни за что на свете не отступлюсь от своего. Теперь уже да. Но всё же страшно, да и ужасно стыдно. Я вчера был слишком подавлен и полностью излил душу этому человеку. А чего от него можно ожидать, я не имею ни малейшего понятия.       Борясь со своими страхами, я попытался вылезти из железных объятий мужчины. Но дёрнувшись, понял, что не стоило этого делать. Боль пониже спины ослепительной вспышкой взорвалась во мне. Зашипев и стараясь держать нецензурный лексикон за зубами, я выдохнул. Сзади послышался издевательский смешок. Он ещё и ехидничает! — Вижу, вы проснулись, мистер Поттер, — с иронией произнёс мне в шею Северус. — Угу, — тихо сказал я, борясь с жаром, который начал охватывать моё тело от дыхания мужчины на моей коже. Да ещё и щёки начали пылать, так как разум подкидывал мне всё то, что мы с профессором делали вечером. Причём, в подробностях. Боль болью, а то, что я опять хочу Северуса, меня убивало. Интересно, что он скажет, поняв, что у меня опять встал? Причём всего лишь от его голоса и дыхания в районе шеи. Вдруг меня повернули, от чего я опять зашипел от резкой боли. Но встретившись с ехидным взглядом профессора, заткнулся, начиная краснеть. Тут, он удивлённо приподнял бровь, явно почувствовав мою эрекцию. Слишком уж близко я был прижат к его поджарому телу. Ох, стыдно-то как! — Вы возбуждены? И это после того, что я вчера с вами делал? — от его слов я стал абсолютно пунцовым. Мужчина же был слегка удивлён. — Вам больно, но вы всё равно хотите продолжения? Мне казалось, что сейчас вы с ужасом от меня сбежите, поняв, что вчера натворили. — Я же уже говорил, что не откажусь ни от единого слова, что говорил вчера! — вскинулся я, обиженно смотря на своего профессора. Неужели он думает, что я был не серьёзен? Что позволил бы такое, если не хотел? Если бы не любил… Неужели он не верит, что мои чувства искренние?! Что это не просто от отчаяния. — Успокойтесь, Поттер. Не стоит столь болезненно реагировать на мои слова, — улыбнулся краешками губ Северус. — Но всё же ты и, правда, уверен, что это то, что тебе нужно, Гарри? От того, что он назвал меня по имени, меня буквально повело, а тело ещё сильнее стало наполняться желанием. Подумаешь какая-то боль! Хочу! — Я вам это докажу, — буквально промурлыкал я и обняв мужчину за шею, поцеловал его. И как только смелости набрался? Немного нерешительно, но передавая всё то, что чувствую к нему. Нежность, любовь, желание. Плевать, что Северус далеко не нежный любовник, плевать, что его язвительность и холодность родилась раньше него и плевать, что мужчину боятся и ненавидят все ученики Хогвартса. Я люблю этого мрачного человека и точка! Только вот, что он чувствует ко мне? Хотя, даже то, что когда я проснулся, он не вышвырнул меня из своей спальни, уже радует и даёт лёгкую надежду на продолжение этого безумия.       Когда я оторвался от его губ, чтобы набрать немного воздуха в лёгкие, мужчина хмыкнул. Вот только глаза пугали. Такого пламени я ещё ни разу не видел. Только вчера. Но тогда, в моём состоянии, просто не до этого было. — Гарри, ты не осознаешь своего положения. Я уже не мальчик и не в моих правилах отпускать то, что принадлежит мне. А если ты поймёшь через некоторое время, что ошибся… Не думай, что я просто так тебя отпущу. Даже не надейся на это. Ты прекрасно знаешь мой характер, мою сущность. Подумай, я дам тебе время на это, — выпустив меня из объятий и слегка приподнявшись на локте, сказал мужчина. Я чуть ли не зарычал от своей беспомощности. Неужели после всего, что мы сделали, он пытается от меня избавиться?! Никогда! Сейчас, когда я наконец ощутил, что опять живу… Нет, так просто я не сдамся, ни за что! Пора очнуться и побороться за своё счастье. Даже если это счастье, вечно мрачный профессор зелий, которые я не перевариваю. Да, вначале мы ненавидели друг-друга и то, это оказалось ложью. Теперь же я точно уверен, что без этого вредного зельевара, моё существование ничего не будет стоить.       Положив руки мужчине на плечи и силой надавив на них, опрокинул Северуса на спину и оказался на нём. Хоть лицо и пылало от смущения, но в глазах была холодная стальная решимость. На боль мне уже было чихать с высокой башни, да и его взгляд уже не так сильно пугал. — Оно мне не нужно. Я и так уже всё решил для себя. Я не отступлюсь, никогда, — упёрся я бараном, сверкнув глазами на слегка опешившего от такого напора и наглости, мужчину. — Если даже вы ничего ко мне не чувствуете, я добьюсь того, что бы вы в меня влюбились! Всё сделаю для этого. Вы правы, хватит плавиться в своей же боли, пора двигаться дальше. Вы тот, кто мне нужен. Тот, кто всегда помогал, поддерживал, хоть и не показывал это. Вы тот, в кого я влюбился окончательно и бесповоротно. Я больше не могу просто наблюдать за вами со стороны, сходя с ума от своих же чувств. Вначале мне трудно было принять это. Принять то, что я влюбился в вас. Мне было страшно только от одной мысли, что вы сделаете, узнав об этом. Даже представлял ваше перекошенное от злости лицо. Да что говорить, я сам боялся собственных чувств! Но теперь, полностью осознав и смирившись… Я не смогу отступить! Я люблю вас! И плевать, если вы сейчас просто вышвырните меня или прибьёте за всё сказанное мной. Сейчас мне не страшно. Я готов услышать то, что вы скажете. И готов бороться за ваше сердце! — Думаешь, оно у меня есть? — беззлобно фыркнул Снейп, после минутного просверливания взглядом моих глаз. Я старался не отводить глаза и всё же моё упрямство помогло мне в этом. Видно, отчаяние и упрямство, это очень жгучая смесь. — Уверен! — Вот почему Гриффиндорское упрямство пробуждается в тебе, когда этого не нужно? — вздохнул Северус, устало глядя мне в глаза. — Глупый, самонадеянный мальчишка. Ты даже меня не слушаешь. Вот с чего ты решил, что я пытаюсь тебя оттолкнуть? Ведь именно эта мысль заставила тебя всё это сказать? Помолчи и дай мне договорить. Я вижу, что ты хочешь возразить. Так вот, я не сказал тебе ничего такого. Просто хотел дать время подумать. Но раз ты настолько упрям и всё то, что ты сказал, правда, то я сдаюсь. Теперь ты так просто от меня не избавишься, Гарри. Ты мой, полностью, до кончиков твоих вечно растрёпанных волос. Тебе никогда от меня не сбежать. Я же пока он говорил, начал осознавать, что наговорил Северусу и то, что повалил своего профессора. Его же слова доходили до меня постепенно. Совсем смутившись и даже слегка испугавшись своего поведения, хотел слезть с мужчины, но вместо этого, меня жёстко прижали к себе, не давая пути к отступлению, впились в губы. Поцелуй был жаркий, страстный, но пугающе нежный и мягкий. Такого я от грозы Хогвартса не ожидал и, расслабившись, растёкся счастливой лужицей.       Когда мужчина разорвал поцелуй, я всё ещё не мог прийти в себя. Это было…незабываемо! И тут я увидел, что профессор Снейп, гроза всех учащихся, злобная летучая мышь, которая ненавидит учеников, улыбается. Да, Да, ИМЕННО УЛЫБАЕТСЯ! Причём настолько тёплой и доброй улыбкой, а не кривой, ехидной или же с отвращением, что моё сердце сладко заныло. Да, я люблю его, очень сильно и навсегда!       «Северус Снейп». Увидев, что мальчишка проснулся и попытавшись освободиться от моих объятий зашипел, я не смог сдержать смешка. Сам виноват. Не нужно было вести себя так безрассудно. — Вижу, вы проснулись, мистер Поттер, — не выдержав ехидства, произнес я, решив, что пора дать понять Гарри, что уже не сплю. Тот же буркнув согласие, напрягся. Наверняка сейчас жалеет о случившемся. Неприятный червячок начал просыпаться во мне. А стоило ли так далеко заходить? Да, вчера я потерял над собой контроль. Уже как месяц, этот мелкий засранец проверяет мою выдержку на прочность. Неужели он не осознавал, как явно показывал свою заинтересованность во мне? Все эти томные взгляды, полные желания. Как краснел, глядя мне в глаза. Отводил взгляд, как только его красивые, зелёные глаза встречались с моими. Рассеянность при виде меня. Сначала мне показалось это весьма забавным. Вскоре — начало интересовать. Потом же я начал ощущать, что ещё немного и я просто не выдержу, прижму красного от стыда мальчишку к стене, и просто наброшусь на него. Причём, сделаю это на занятии, и мне уже было плевать на остальных учеников. Я понял, что долго так продолжаться не может и на очередной отработке я сорвался. Тем более, моё волнение за состояние героя-магического-мира привалила за чёрточку «больше нормы». Парень ходил бледный, толком ничего не ел. Я наблюдал за ним в большом зале. Огрызался на друзей, почти ни с кем не общался. Круги под глазами становились всё больше и темнее. Ночами, вместо того, чтобы спать, это бедствие шаталось по коридорам школы, даже не пытаясь скрываться под мантией. Вначале я хотел просто поймать Поттера за руку во время его прогулок и отчитать, но почему-то мне показалось, что это не подействует. Так что, я решил напугать мальчишку. Да и самому немного поиграть с ним. Терпеть уже не было сил. Поттер сам нарвался. В начале парень и правда испугался, но во второй раз… Не думал, что он решит поохотиться за обидчиком. Что скажешь, Гриффиндорец и есть Гриффиндорец. Но это ладно, но то, как его тело реагировало на меня… Поняв, что в следующий раз я не смогу сдержаться и просто засажу в него свой член, решил прекратить домогательства и поговорить с ним на прямую. Да, не ожидал я такого стремительного развития событий. Но больше меня взволновало его признание. Нет, я понимаю, кошмары и всё такое. Сам мучаюсь. Но то, что парень настолько сломлен, я и представить себе не мог. Мне пришлось с ним поговорить, хоть это и причиняло мальчику ещё больше боли. Но если он продолжит винить себя, это его убьет и сломит окончательно. Только вот как всё это дошло до секса? Гарри так тянулся ко мне, что я не смог больше трезво мыслить и, как и боялся, просто набросился на него. Хотя, он был даже очень за. Теперь вот и мучается.       Не выдержав, я повернул своё личное несчастье к себе лицом. Тот опять зашипел. Я еле удержался, чтобы не засмеяться. А чего он хотел? Ох и опасно было передвигаться по коридорам к себе в спальню с этой драгоценной ношей. Но не оставлять же его было там? Переборщил слегка. Я сам виноват, что Гарри потерял сознание. Но Мордред, как же было приятно спать с мальчиком в обнимку и чувствовать его запах, тепло. Тот даже улыбался во сне, что не могло не порадовать. И тут я заметил, что Поттер опять возбуждён! Это меня озадачило, но не скажу, что я был этому не рад. Но всё же не удержался от колкости. — Вы возбуждены? И это после того, что я вчера с вами делал? — приподнял я бровь. Мальчишка же от моих слов окончательно покраснел, что меня немного позабавило. — Вам больно, но вы всё равно хотите продолжения? Мне казалось, что вы с ужасом от меня сбежите, поняв, что натворили вчера. — Я же говорил, что не откажусь ни от единого слова, что говорил вчера! — заявил Гриффиндорец с обидой. Гарри опять меня удивил. Вот что-что, а обиду я никак не ожидал увидеть на его милом личике. Да, я помню, что он говорил, но не был уверен, что это правда. Мне казалось, в те минуты, он к любому бы начал ластиться, если бы ему дали немного тепла. — Успокойтесь, Поттер. Не стоит столь болезненно реагировать на мои слова, — незаметно улыбнулся я. — Но всё же ты и правда уверен, что это то, что тебе нужно, Гарри? Слова давались тяжело. Всё во мне протестовало этому. Хотелось просто прижать мальца и отделать его как следует. А после запереть в комнате и никуда не отпускать от себя. И когда я умудрился влюбиться в этого вздорного и наглого юнца? — Я вам это докажу, — буквально промурлыкал этот недоумок. Я же сейчас опять слечу с катушек и просто изнасилую его! И не погляжу, что у него всё болит! Тут, этот наглый чертёнок обнял меня за шею и поцеловал. Настолько нежно, отчаянно, пытаясь вместить в поцелуй всю недосказанность, всю свою любовь. Я не стал включать свою грубость и лишь слегка отвечал ему, так же нежно и ласково. Хоть это мне и претит, но всё же понравилось. Вот только уверен он, что не ошибся с выбором? Я вот не был так уверен. Мальчик ещё молод, гормоны играют. В его возрасте, мальчишки очень влюбчивы. И, если честно, я просто боялся, что Гарри найдёт себе кого-то другого поняв, что ошибся. Тут он оторвался от моих губ. На щеках красовался румянец, а у самого паренька было сбито дыхание. Когда он глубоко вздохнул, я не удержался, хмыкнул. Я уже говорил ему, чтобы он дышал через нос. Но этот оболтус даже тут и то, пропустил всё мимо ушей. Вот только… Устало вздохнув, я мягко сказал. — Гарри, ты не осознаешь своего положения. Я уже не мальчик и не в моих правилах отпускать то, что принадлежит мне. А если ты поймёшь, через некоторое время, что ошибся… Не думай, что я просто так тебя отпущу. Даже не надейся на это. Ты прекрасно знаешь мой характер, мою сущность. Подумай, я дам тебе время на это. Пусть немного придёт в себя, подумает. Думаю, он поймёт, что ошибся. Жалко, но я не хочу его мучить. Тот же спал с лица и с отчаянием посмотрел мне в глаза. Нет, ещё секунда и я не выдержу! Привяжу к себе и никуда не отпущу, и пусть делает, что хочет! Долго он будет надо мной издеваться?! Я тоже не железный. И тут произошло то, чего я совершенно не ожидал и честно признаться, не был готов. Этот наглый мальчишка, чуть ли не рыча, положил свои руки на мои плечи и с силой навалившись на них, опрокинул меня спиной на кровать, оказался на мне. При этом обняв ногами и прижимаясь ко мне всем телом. Что он творит?! Ну сейчас он у меня получит! Встать неделю не сможет! Вернее — сесть. Хм, а ведь сейчас ему наверняка чертовски больно. Тут это зеленоглазое чудовище запустив свои руки мне в волосы, заговорило. Хоть мальчишка и краснел, но его глаза были полны решимости, любви, страха услышать отказ, надежды на принятие его чувств. Только из-за этого, я не скинул парня с себя и решил выслушать. А ведь так хотелось это сделать и подмяв под себя, жёстко и с упоением оттрахать. Пока у него мозги на место не встанут. Но я удержался. Видно что-то такое он прочитал на моём лице и прижался ещё сильнее. — Оно мне не нужно, я всё уже решил для себя. Я не отступлюсь, никогда. Если даже вы ничего ко мне не чувствуете, я добьюсь того, что бы вы в меня влюбились! Всё сделаю для этого. Вы правы, хватит плавиться в своей же боли, пора двигаться дальше. Вы тот, кто мне нужен. Тот, кто всегда помогал, поддерживал, хоть и не показывал мне это. Вы тот, в кого я влюбился окончательно и бесповоротно. Я больше не могу просто наблюдать за вами со стороны, сходя с ума от своих же чувств. Вначале мне трудно было принять это. Принять то, что я влюбился в вас. Мне было страшно, только от одной мысли, что вы сделаете, узнав об этом. даже представлял ваше перекошенное от злости лицо. Да что говорить, я сам боялся собственных чувств! Но теперь, полностью осознав и смирившись… Я не смогу отступить! Я люблю вас! И плевать, если вы сейчас просто вышвырните меня или прибьете за всё сказанное мной. Сейчас мне не страшно. Я готов услышать то, что вы скажете. И готов бороться за ваше сердце! От его слов, я словно окаменел. Я был поражен до глубины души. Этот парень, который даже посмотреть на меня не может, не покраснев и говорит такие вещи! Видать мальчик совсем отчаялся, подумав, что я его отталкиваю. Но с чего он вообще это взял? Глупый Гриффиндорец… Боялся, что я узнаю? Да как вообще можно было не понять?! Раз пытался скрыть, не надо было так явно показывать мне свои чувства. Наивность в этом парне просто зашкаливает. Но это меня даже немного заводит. Всё, он доигрался. Видно, никто ему в детстве не говорил, что с огнем опасно играть, а с чёрным — тем более. Пока собирался с мыслями, я сверлил Поттера тяжёлым взглядом. Но тот не отвёл взгляд, выдержал. Хотя я прекрасно знал, что это сделать не так-то просто. Особенно этому влюблённому идиоту. И почему мне так приятно понимать это? Наверное, потому, что я и сам влюбленный великовозрастный идиот. — Думаешь, оно у меня есть? — фыркнул я, чисто из вредности. Ведь я уже сдался. — Уверен! — не думая, выпалил мальчик, пытаясь увидеть хотя бы одну эмоцию на моём лице. Но у него это никак не получалось, что его явно нервировало. Мне только осталось покачать головой, и устало посмотрев на это зеленоглазое недоразумение, тяжело вздохнул. Ладно, нечего больше тянуть кота за кхм…хвост. — Вот почему Гриффиндорская упрямство пробуждается в тебе, когда этого не нужно? Глупый, самонадеянный мальчишка. Ты даже меня не слушаешь. Вот с чего ты решил, что я пытаюсь тебя оттолкнуть? Ведь именно эта мысль заставила тебя все это сказать? Помолчи и дай мне договорить. Я вижу, что ты хочешь возразить. Так вот, я не сказал тебе ничего такого. Просто хотел дать время подумать. Но раз ты настолько упрям и все то, что ты сказал, правда, то я сдаюсь. Теперь ты так просто от меня не избавишься Гарри. Ты мой, полностью, до кончиков твоих вечно растрепанных волос. Тебе никогда от меня не избавиться. Я наблюдал за каждой эмоцией Гриффиндорца. Да и это было просто, так как все эмоции и чувства у него были написаны на лице. Вот парень, наконец, осознал, что только что сделал. Да, завалить меня на обе лопатки, это опасно для жизни и Поттер это явно начал осознавать. Только вот поздно. Да и сказал ты наверняка больше, чем планировал. Вон как глазки бегают в панике. Ты совершенно не умеешь контролировать эмоции и из-за этого придётся страдать твоей заднице. Причём, прямо сейчас. И только я почувствовал, что парень собирается сбежать, крепко прижал его к себе не давая ретироваться, и поцеловал. Нет, не грубо. Нежно, глубоко, со всей страстью, что бы у Поттера закружилась голова от ощущений. Ты мой, только мой. Теперь уже поздно рыпаться, Гарри. Ты сам нарвался и теперь ответишь за свои слова и действия по полной. Тут я почувствовал, как зеленоглазое чудовище расслабляется в моих руках, тая от наслаждения. Может, он и прав, и моё сердце ещё способно на такое чувство, как любовь? Ведь если бы было не способно, от чего же тогда в груди так тепло? Оторвавшись от мальчишки, я заглянул в его глаза. Тот был как будто под алкоголем. Ошарашен, доволен и улыбался как идиот. А когда он всё-таки сфокусировал свой взгляд на мне, то с удивлением уставился на мои губы. Ну да, он ведь не замечал, как я иногда смотря на него, тепло и нежно улыбаюсь. По сравнению с Гарри, я прекрасно умею скрывать свои эмоции и надевать маски. Но сейчас этого делать не нужно. Незачем.