Рагнарок Старшего Бога Евангелиона 123

Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
Neon Genesis Evangelion, Лавкрафт Говард Филлипс «Мифы Ктулху», Годзилла, Лавкрафт Говард "Цикл Снов", Evangelion Shin Gekijoban, Neon Genesis Evangelion: Girlfriend of Steel, Neon Genesis Evangelion: Second Impression, Neon Genesis Evangelion RPG: The Nerv White Paper, Падение Ктулху, Ким Сергей «Чужая жизнь» (кроссовер)

Пэйринг и персонажи:
Синдзи Икари, Каору Нагиса, Рей Аянами, Аска Лэнгли Сорью, Тодзи Судзухара, Кенске Аида, Хикари Хораки, Мана Кирисима, Асари Кейта, Мусаши Ли Страсберг, Мари Илластриэс Макинами, Мария Винсенн, Маюми Ямагиси, Виктор Северов, Мисато Кацураги, Рёдзи Кадзи, Рэндольф Картер, Харли Уоррен, Харлот, Ноденс, Ньярлатхотеп, Ктулху, Годзилла
Рейтинг:
NC-17
Размер:
планируется Макси, написано 3003 страницы, 184 части
Статус:
в процессе
Метки: Альбинизм Анальный секс Антигерои Би-персонажи Библейские темы и мотивы Боги / Божественные сущности Война миров Вторжение пришельцев Гедонисты Гомофобия Драма Каминг-аут Насилие Новеллизация Охотники на нечисть Политика Приключения Психологический ужас Психология Романтика Свободные отношения Социальные темы и мотивы Спасение мира Становление героя Темное фэнтези Темы этики и морали Философия Хтонические существа Черный юмор Экшн

Награды от читателей:
 
«Весьма интересно!» от murzei_in_chaos
«За "Апофеоз Евангелиона"» от Tezkatlipoka
«За скрытый потенциал!» от Deiadora
Описание:
После Третьего Удара Синдзи Икари остался последним живым существом на планете, обречённым вечно страдать за свои грехи. Но Ангел Господа даровал ему возможность изменить свою судьбу. Не имея воспоминаний, но будучи взрослее и обладая умением проникать в иные миры через сны, Синдзи снова предстоит пережить противостояние людей и уже теперь других чудовищ, победить в войне, где его самый главный враг — предопределённая судьба, ибо Ангел Господень совсем не такой добрый, каким может показаться...

Посвящение:
Различным авторам, меня вдохновившим: Г. Ф. Лавкрафту, Скотту Бэккеру, Хидеаки Анно, студиям Gainax и Тохо, Клайву Баркеру; Байлзу Джону и М. Роду (за фанфик "Дети Древнего Бога"), Юрию Петухову (за "Звёздную Месть", душок сего отменного трэша вложил немало сил для написания фанфика), Кацухито Акияме (за мангу "Bastard!!") и авторам комикса "Ménage à 3" (http://mintmanga.com/m_nage___3)??

Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию

Примечания автора:
Официальный арт: https://vk.com/id451401227?z=photo451401227_456239023%2Falbum451401227_00%2Frev Получилось на уровне постаравшегося школьника, но, как по мне, качественно и суть отражающи.
С канонами можно ознакомиться:
Фильмы про Кайдзю: https://daily.afisha.ru/archive/vozduh/cinema/samaya-polnaya-istoriya-godzilly-19542014/
И комиксы: http://readcomiconline.to/Comic/Godzilla-Kingdom-of-Monsters-2011
Творчество Г.Ф.Л: http://knijky.ru/authors/govard-fillips-lavkraft
NGE, ребилды: http://adultmult.tv/html/evangelion.html
Fall of Cthulhu: http://readcomiconline.to/Comic/Fall-of-Cthulhu
3 Изображения некоторых персонажей:
Синдзи Икари: https://yadi.sk/a/IVSvNd8j3XbEr3/5b1c0569a69d23535606ceb6 (Только по канону у него голубые глаза)
Каору Нагиса: https://yadi.sk/a/si66m9ka3VQjZ8/5c750774a69d23ac08d9275d
Аска Сорью Ленгли: https://yadi.sk/a/IVSvNd8j3XbEr3/5b1c0569a69d23535606ceba
Рей Аянами: https://yadi.sk/a/IVSvNd8j3XbEr3/5b1c0569a69d23535606ceb7 (Мне по душе как она тут нарисована: и симпатичная, и жутковатая одновременно)
Рэндольф Картер: https://yadi.sk/a/IVSvNd8j3XbEr3/5b1c0569a69d23535606ceb8
Харли Уоррен: https://yadi.sk/a/IVSvNd8j3XbEr3/5b1c0569a69d23535606ceb9
Харлот: https://yadi.sk/a/IVSvNd8j3XbEr3/5b1c0569a69d23535606cebb
Ньярлатхотеп: https://yadi.sk/a/IVSvNd8j3XbEr3/5b1c0569a69d23535606cebc (в не очень людском виде). Он же в истинном виде: https://yadi.sk/a/IVSvNd8j3XbEr3/5b1c0569a69d23535606cebd

Глава 106. В гостях.

3 июля 2017, 13:24
По настоянию Мисато Аска временно разместилась в её квартире. Майору очень не хотелось оставлять свою подчинённую одну, опасаясь той же реакции на наркотики, что случилась у Синдзи. Хотя у Аски сильные симптомы давно прошли, и она не жаловалась на ломку, Мисато всё равно боялась за неё. Сама Аска резко и грубо отклонила предложение сидеть с сиделкой («Я что — ребёнок? Сама себе скорую вызвать не могу? Я не дибилка, как Синдзи!» — заверила она), но не отказалась временно пожить с майором. Тем более, в её квартире рабочие меняли полы, повреждённые Синдзи. Аска разместилась в одной из комнат, неиспользуемых Мисато. — Можешь взять самое необходимое, если что сбегаешь в квартиру — ты живёшь почти за стенкой, — сказала Мисато. — Угу, — Аска начала вытаскивать личные вещи из пакета. — Можешь заниматься сейчас чем хочешь… А я подумаю, как нам быть, когда я на работе. — Я же говорю, я чувствую себя нормально, — возразила Сорью. — Синдзи тоже чувствовал себя относительно нормально, перед тем как слечь в кому. Ты тоже можешь теоретически утонуть в ванной. Поэтому, я подумаю над тем, как всё организовать. — Если почувствую недомогание — мигом вызову врачей! — А если тебя сразу вырубит? Ты же понимаешь, эти наркотики состоят из неизвестных науке веществ! Я понятие не имею, что это… Тем более, Синдзи говорил, их гонит сам Ньярло… Короче, этот космический хрен со щупальцами. — А как Рей? Она что? -поинтересовалась Сорью. — Она тоже эту дрянь принимала! — С Рей вроде всё ничего. Но она «Ангел» — а вы с Синдзи люди. Короче — ладно, не буду морочить тебе голову. Я сама всё обдумаю. — Аска закончила раскладывать вещи. — Вроде всё… — Сорью осмотрела толстый футон. Потом она поглядела на дверь-сёдзи. — Какая тонкая дверь — и замка нет! — Аска, мы японцы уважаем чуждое пространство, — сказала Мисато, — потому у нас такие двери. Тебе в моей квартире нечего бояться. Ты всё разложила? — Ага… — Тогда пошли — я выпью кофейку — тебе сделать? — Спасибо — я бы не отказалась, — согласилась Сорью. После этого женщины вернулись в гостиную. Выбравшийся из холодильника Пен-Пен заинтересованно осмотрел гостью. Аска в ответ вгляделась пингвину в глаза: — Странный какой-то, — заметила она. В глазах этого странного пингвина непонятной породы словно присутствовал разум. — Пусть он тебя не напрягает, — сказала Мисато, размещаясь на соседнем диване с чашкой кофе. — У него покладистый характер. Пен-Пен поглядел на телевизор. Ведущий ток-шоу говорил слишком громко: — В штате Калифорния, США прошли массовые убийства гомосексуалистов, или лиц, подозреваемых в этом. Ответственность на себя взяла террористическая организация «орден Архангела Михаила»… — Говоривший задал вопрос находящемуся в студии эксперту: — Теперь получается, терроризм может быть не только с исламским лицом? В это время Пен-Пен подошёл к пульту, взял его с низкого дивана своими странными длинными и тонкими коготками, направил его на телевизор и немного убавил звук. — Конечно, Мэт, вся история христианства — сплошной терроризм, на самом деле. И средневековая инквизиция — это только верхушка айсберга… — Закрой свою пасть, вонючий безбожник! — вскочил какой-то фанатик в студии, попутно доставая нож. — Господь велел уничтожить пидарасов! — Стойте, мистер Чик! [1] — вскочил с места ведущий. — Успокойтесь! — Да идите вы на хуй во имя Христа! Это из-за вас, ёбаных сатанистов, слуг Ваала [2], Господь Иисус карает всех нас! — закричал мистер Чик, отмахиваясь от попытавшегося его остановить помощника оператора. Его целью был его идеологический противник — который не ожидал такого поведения (хотя должен был) и сильно растерялся. — Мы — христианская нация, мы терпели ваши зверства с 80-х [3], но теперь нам нечего терять! Грядут последние дни! И мы очистим нечистое во имя Христа! В студии начался переполох, прежде чем охрана скрутила фанатика, тот успел метнуть нож в своего идеологического оппонента. — Э… мы-мы! Мы уйдём на рекламу в следствии… непредвиденных обстоятельств! — нервно выпалил ведущий. — Оставайтесь с нами! Потом пошла реклама: — Ожидаете конец дней? Второе Пришествие Христа? Пробуждение Ктулху? Рагнарок? Армагеддон? Корпорация «Амбрелла» предлагает лучшие бункера со всем необходимым! Скидка 45% аренды на два месяца пока длиться новогодняя неделя! Пен-Пен прищурил глаза и выключил телевизор. — Правильно, мальчик, — погладила его по хохолку Мисато, — нам своей чернухи-трэшухи хватает… — Блин, вы видели, Мисато-сан? — удивилась Аска. — Он как будто понял, что увидел! — Он сообразительный, — не удивилась Мисато. — И он любил смотреть телевизор. Сейчас вот только он вечно грустный ходит, когда его смотрит, понимает, что ничего хорошего в такое время не увидит. — Он как будто разумный, блин… Вас это не пугает? — спросила Аска. — Пугает? — усмехнулась Мисато. — Господи Иисусе, да Пен-Пен — самое безобидное существо во Вселенной, наверное! — Пен-Пен положил пульт на место. Он поглядел на Мисато — с каким-то грустным выражением. После он подошёл к ней. — Он очень переживает за меня, — Мисато отставила кофе и взяла Пен-Пена на руки. — Только каким бы он умным ни был, он не может понять наши проблемы… — Мисато прижала к себе птицу. — И если бы мог, то чтобы он сделал? Он всего-навсего пингвин, пусть даже очень умный. Через некоторое время им позвонили. — Наверное, Синдзи пришёл, для Хикари рановато, — предположила Мисато, направляя с двери. — То есть это Ямагиси пришла! — Хм… никак не привыкну, что Синдзи — девочка, — проворчала Аска. Мисато оказалась права. Она пригласила Маюми в гостиную. — Привет, Аска! — поздоровалась вошедшая. — Привет… Синдзи. — И Маюми — мы теперь вместе, — усмехнулась гостья. Точнее гость — её устами. — Ага, ты овладел очередной девкой, — хмыкнула Аска. — А кто мне приставку возместит? — Аска, я всё возмещу, — пообещала Мисато. — Присаживайся, Маюми… — Спасибо, — девушка села на диван. — Извини, у меня не было выбора. Я, знаешь ли, тонул в ванной, — следом оправдался Синдзи. — Да я не серьезно — я уже новую купила, — отмахнулась Аска. — У меня всегда есть деньги. Я могу эту приставку хоть о пол разбить и взять себе новую. — Аска, не переводи деньги почём зря. Зарплату нам всем в следующем месяце сильно урежут, а то мировой кризис и придётся всем затянуть пояса, — предупредила Мисато. — Чё? Мы в Токио-3 тут мир защищаем, а нас посадят на хлеб и воду? — возмутилась Аска. — На хлеб и воду не посадят, но я сегодня утром говорила с городским комитетом, — сообщила Мисато. — Они говорят, военное правительство хочет часть снабжения направить в другие города и беженцам. Мол, заелись мы тут в Токио-3… В принципе, я согласна с ними. Нужно целесообразней распределять продукты. — Это верно, — согласился Синдзи. — Синдзи, ты сколько намерен быть девочкой? — спросила Аска. — Что за дурацкий вопрос, Аска? Я не могу добровольно вернуться в своё тело… То есть, если вернусь, оно не проснётся, — пояснил парень. — А ты можешь залезть в ещё чьё-нибудь другое тело?. — Ну, это должно быть тело сновидца. Я кроме Маюми и Картера с Уорреном сновидцев не знаю. — Ладно, посиди пока здесь, Синдзи, — сказала Мисато. — Маюми, ты же вроде не против? — Я не против, но… — Одной в своём теле лучше, — закончил за неё Синдзи. — Угу… — кивнула девушка. — Вас чем угостить? Кофе? Чай? Пиво? — предложила Кацураги. — Это тело Маюми, пусть она решает, — сказал Синдзи. — Я бы не отказалась… от чая, — сказала Маюми. — Какой? Зелёный, чёрный? — Чёрный… — Угу, одну минуту! — Мисато покинула комнату. — Синдзи, Хикари интересуется, как дела у Тодзи, — сообщила Аска. — Чего? — Она должна прийти примерно через час. Хорошее настроение Синдзи поубавилось. — Я надеялся развлечься. Что нам сказать Хикари? В комнату вернулась Мисато. — Думаю, есть смысл сказать ей правду, — в руках она держала тетрадку Тодзи, данную ей Синдзи на прочтение. — Правду? Вы считаете это хорошей идеей? — усомнился Синдзи. — Синдзи, я всегда предпочитаю слышать правду. А что ещё? Хикари уже знает, что всё плохо — сладкой ложью тут нигде не намажешь, — рассудила Кацураги. *** Гендо Икари прибыл в одно из просторных помещений Нижней Догмы. Над его головой красная контактная капсула крепилась за специальные захваты. Маркировка на неё гласила: «REI DUMMY PLUG EVANGELION 2020 REI-00». — Это экспериментальный имитатор входной капсулы, — пояснила Рицуко, стоящая подле командующего. — В нём находится перенесенная личность Рей, но душу оцифровать мы не можем… Это подделка, не более чем имитация. Машина, притворяющаяся человеком. — Она снабжает Еву образцами сигналов. Если Ева сочтёт, что внутри пилот и синхронизируется — этого будет достаточно, — рассудил Икари. Он поглядел на проход, ведущий в другую комнату. Там располагалась громоздкая кибернетическая установка «Двери Гафа» — внутри прозрачной ёмкости до сих пор пребывала обнажённая Рей Аянами. — Мы поручили ООН доставить Еву-10 для тестирования. Она должна прибыть примерно в конце недели. — Тогда мы проведём эксперимент по активизации на базе в Мацусиро, — сказала Рицуко. — А что насчёт пилота? — спросил Гендо. — Как я говорила, Имитационная Система может представлять опасность, поэтому мы выберем кого-нибудь из кандидатов, — решила глава научного отдела. — Угу, — задумчиво кивнул Гендо. — Тогда у меня есть одна идея… Рей в ёмкости раскрыла глаза и поглядела на командующего сквозь стекло… Несколько секунд они в упор смотрели друг на друга. Рей больше не была его куклой, она не желала более существовать только ради его эгоистичного желания быть с любимой женой. — «Что же, моя маленькая эгоистка, не думай, что я не смогу хотя бы попытаться исполнить свою мечту», — подумал Гендо. Он уже давно пришёл к тем же выводам, что пришёл его сын недавно. Раз все люди эгоисты, раз у него нет эмпатии, то совершенно справедливо использовать других в угоду себе. Хотя как командующий он ещё и обслуживал эгоистичную потребность в выживании огромного числа людей. Пока её обслуживала и Рей, ведь она не отказалась повиноваться его приказам, когда речь шла о противостоянии с Кайдзю. Это ещё можно было использовать как тонкую ниточку… *** Пасмурным днём через прозрачные стены лифта открылся вид на Токио-3. — Это упрочнённое стекло, способно выдержать даже обстрел слабых ракет, — сообщил Кадзи Рёдзи Рэндольфу Картеру и Харли Уоррену, которые втроем поднимались к последнему этажу с нагруженными чемоданами в руках. — Вряд ли Ньярлатхотеп будет стрелять по нам ракетами. Если это его не остановит, остальное меня не волнует, — сказал Рэндольф. Его кот разместился него на плечах. Лифт остановился, и его блестящие гладкие двери бесшумно раскрылись. — Ну, может он и не будет, но не только он один может желать вашей смерти, — напомнил инспектор. Троица вышла в просторный коридор — светлый и чистый. У стен располагались диваны и горшки с растениями. Здесь было очень тепло, почти везде были окна из упрочнённого стекла. — Здесь живут члены горсовета и важные персоны NERV, делегаты ООН, наблюдатели Сил Самообороны, — пояснил Кадзи. — Я покажу вам ваши номера. Хотя так как этот этаж не заселён, вы можете пользоваться всеми комнатами. — Я так понимаю, нам специально выдали последний пустующий этаж, — сказал Уоррен. — Ну, вы просили, чтобы было поменьше людей. Последний этаж мало кто любит, если что — с него спускаться дольше, — пояснил Рёдзи. — Но вас-то кроме богов круга Ктулху ничего не пугает, так что, какая вам разница в таком случае? Троица остановилась возле одной из высоких дверей. Рёдзи провёл магнитной карточкой, и она отъехала в сторону. За ней оказалась большая и просторная комната со встроенными в стену шкафами, диванами и письменными слотами. Здесь находилось ещё несколько дверей, ведущих в другие комнаты этих апартаментов. — Зажечь свет, — повелел Рёдзи и свет зажёгся. — Включить телевизор. — Посредине комнаты под потолком отобразился голографический экран с изображением номеров каналов. — Здесь голосовая система управления как видите. — Угу… Как в сказке, — впечатлился Уоррен. — Это не дворцы Илек-Вада или Элизии, но пойдёт, — пренебрежительно пожал плечами Картер. Его кот спрыгнул на гладкий пол и прошёлся по нему к центру комнаты, попутно обнюхиваясь и оглядываясь. — Это самые лучшие апартаменты в Токио-3. Если не во всей Японии. Даже у Императорской семьи были куда скромнее, — продолжил нахваливать Кадзи, — прежде, чем они канули в вечный круг перерождения из-за бомбардировки Токио-2. А там — по правую руку от Аматэрасу, может, будут побогаче… — Пока он говорил, Рэндольф и Харли поставили вещи и начали осматривать апартаменты. — Тем паче вы тоже король страны в другом измерении, насколько мне известно. Рэндольф несколько смутился. — Я был одно время правителем Илек-Вада, что на берегу Сумеречного моря. Вы раскопали переписки с моим друзьями-оккультистами? — Да, прошло столько времени, но что-то то осталось. — Они уже умерли, — сказал Рэндольф, осматривая диван. — Если вы действительно живёте так долго, то наверняка многие ваши близкие умерли, — предположил Кадзи. — Что поделать, — развёл руками Рэндольф. — Кстати, ваш командующий Икари, небось, обставил просушивающими устройствами и скрытыми камерами каждый кирпичик этого замечательного дворца? — Он пообещал, что ничего тут не ставил, — заверил Кадзи. — Он не ставил? Понятное дело, что не он сам лично и не прямо сейчас, — Рэндольф продолжал осматривать помещение. — Передайте ему так — если хоть одну штуку найду, то просто выкину. Хорошо? — Как посчитаете нужным, — Кадзи указал на небольшой телефон, встроенный в стену. — Вон там связь, там же есть меню номеров, можно позвонить кому угодно — хоть командующему, не стесняйтесь. Можно вызвать любой персонал. Даже проституток. — Проституток? — заинтересовался Уоррен. — Да — почти любого возраста и пола по вашему вкусу, у нас передовая страна, — сказал Кадзи. *** Синдзи пожалел, что пришёл. Ему очень не вовремя захотелось прийти поведать Аску. Хикари лила горькие слёзы, когда ей дали почитать тетрадку Тодзи. Сам Синдзи слишком хорошо мог представить себя на месте бедной девушки. Эмпатия заставляла его сострадать, но парень уже всё же смог отстраниться от этого. Всё же он слишком мало знал Хикари, и она мало для него значила, чтобы сострадать ей, как, например, Аске или Каору. — Я очень сочувствую тебе, — прижала к себе плачущую девочку Мисато. — Ты сама хотела знать правду, ты её получила, на нас не обижайся, — сказала Аска, сложа руки сидя в сторонке. Она, похожа, меньше всех сострадала Хикари, в чём-то слёзы бедной девушки её раздражали. Синдзи не удивился, он знал, что у его девушки меньше всех развито чувство сострадания. Она раньше него поняла, что все люди эгоистичны и решила избавиться себя от бремени сострадания чужим бедам. И Синдзи не мог её винить и ни один человек не имел право упрекать ни её, ни прочих бессердечных людей. Ведь раз все эгоисты, то, как один эгоист может осуждать другого эгоиста, если по-честному? — Я могу повидаться с Тодзи? — сквозь слёзы, спросила Хикари. Мисато подала ей салфетку. — Знаешь, сейчас он не в лучшем состоянии. Думаю, тебе стоит заглянуть к нему позже. В конце недели — может быть… — Хо-хорошо… — Хикари утёрла слёзы со своих покрасневших щёк, украшенных маленькими веснушками. У неё не нашлось больше слов. Открывшаяся ей истина казалась безумием больного. Как можно словами воскресить мёртвого и сделать из него чудовище? Как можно ухаживать за этим чудовищем? И это Мисато ещё не упомянула, что родного отца убил сам Тодзи. Хикари всегда недолюбливала этого мрачного человека и не стала уточнять как он именно погиб. — Хикари, может, останешься на ночь с нами? — предложила Мисато, когда та успокоилась. Она боялась, что девушка что-нибудь ещё с собой сделает. Ей хотелось её пронаблюдать (к тому же, Хикари как подруга Аски могла побыть с ней, когда она на работе). — Я… не знаю, — прошептала девушка. — Не хочу тебя одну отпускать в таком состоянии. — Я подумаю, я уже устала от своих сестёр. — Хикари утёрла последние селезенки. — Я их очень люблю, они последние, кто у меня остались. Но они меня утомляют. — Тогда отдохни от них, — с охотой предложил Синдзи, взяв Хикари за руку. Сердцебиение Маюми участилось. Ей пришлись по вкусу красивые черты лица Хикари… Точнее по вкусу они пришлись Синдзи. Просто она ощутила его любование. Она, уже поняв его жизненные принципы, быстро сообразила, о чём он мог подумать. — «Эй, если это то, о чём я подумала, то знай меру, Синдзи!» — возмутилась она. — Даже от… самых близких надо порой отдыхать, Хикари, иначе ты станешь на них сердиться, — рассудил Синдзи. — Может, ты в чём-то права, Ямагиси… — Сейчас это говорю я — Синдзи, — улыбнулся юноша устами упомянутой девушки. — Ой, это всё так страшно… парень в теле женщины, — смутилась Хикари. — Никогда бы не подумала, что такое возможно. — Хватит удивляться. Я уже убедился, что в жизни многое возможно, — сказал Синдзи. — «Я знаю, о чём ты могла подумать, Маюми», — мысленно ответил он. — «Поверь, я хочу помочь ей, доставить удовольствие себе, тебе, Аске и, возможно, Хикари, если у меня всё получиться. И не смей возражать против бесспорного добра!» — «Ты невероятно похотлив!» — «И это замечательно!» *** — Позиция «А-12», — повелел Рэндольф Картер, и диван опустил подлокотники. Оккультист уселся на него и вытянул ноги. — Что не говори, а весьма удобно… Его кот запрыгнул на подлокотник и хозяин его погладил. Из ванной комнаты послышался шум воды. — Рэнди, ты не представляешь! — усмехнулся явившийся следом Уоррен, поправляя ремень. — Они даже унитаз сделали с голосовым управлением! Неужели кому-то может быть лень надавить на сраную кнопку?!  — Это всё постмодернизм. Моя душа больше лежит к архаике… — произнёс Рэндольф. — Но думаю, это вполне уютно место. Точнее оно могло бы им быть, коль не все эти механические глаза да уши, встроенные всюду! — пожаловался Рэндольф и сказал дальше на указанном языке: — Что-то не для них, мы будем говорить на наакале. Держу пари, его в NERV не знают. — Хорошо, согласился Уоррен на наакале и на нём же спросил: — Как будем вести важные разговоры с Лилит? — В Мире Снов. И наакале пред этими ушами тоже лучше не болтать, — пришёл к выводу Рэндольф. — Если они откопали мои письма почти столетней давности, но смогут откопать твои рукописи — с переводом даже наакале на английский или бог весь что ещё. У них руки длинные и головы не глупые. — Но мы так всё обсудили, — молвил он на наакале и перешёл на обычный английский: — Я схожу за кофе, тебе захватить? — Не-а… Захвати лучше мне клубничное мороженное — я видел там аппарат для мороженного — где кофеварка — на первом этаже, — попросил Рэндольф. *** — Может Маюми останется с нами на ночь? — предложил Синдзи, когда все четверо (или вернее пятеро) ели за одним столом. — Я не против, — разрешила Мисато. — Я тоже, — согласилась Аска. Хикари промолчала с подавленным видом. — Мне… мне надо будет позвонить дяде… — неуверенно проговорила Маюми. — Хорошо, звони, — сказал следом Синдзи. Ямагиси достала телефон. — Только мой дядя Аску не так хорошо знает. Он может… — Маюми, если что-то не так, мы дадим телефон Мисато-сан, так? Он ведь должен знать майора NERV? — рассудил Синдзи. — Меня все в NERV знают, — сказала Мисато, — особенно семьи кандидатов и экс-кандидатов.  — Я звоню… — Маюми набрала номер. — Да, моя дорогая? — Эм, дядь, можно я переночую у Аски? — Переночуешь? Хм… А можно я с ней поговорю. — Э… Слушайте, — заговорил Синдзи (по-привычке, в вежливой форме, как он обычно общался с мало знакомыми людьми [4] — чем мог выдать себя) понимая, что ничего вежливого его рыжая любовница не скажет. — Мы тут вообще сидим дома у майора Кацураги. Аска временно у неё живёт. Может я дам вам поговорить с ней? — Э… хорошо, Маюми. — Синдзи передал телефон Мисато. Та обратилась максимально приветливым тоном к человеку, старшему её по возрасту. — Добрый вечер, Ямагиси-сан! Да… Она здесь с Аской и Хораки Хикари — знаете её… да-да, они очень расстроены произошедшим с Судзухарой, — Мисато снизила радостный тон. — Я думаю… Да, всё в порядке, я позабочусь о ней… Не волнуйтесь, всё будет хорошо! Угу… Да не за что меня благодарить, спасибо, до свидания! — Мисато протянула телефон Маюми. — Он разрешил, можешь остаться на ночь. — Ага… — Маюми спрятала телефон. — Он контролирует тебя как папину дочку, — заметила Аска. — Он обо мне переживает, — ответила Маюми. — Родителям нормально переживать за своих детей, — произнесла Хикари. — Значит, они тебя любят. — Да скорее держит за своё животное… — не согласилась Сорью. — Не пройти — не поехать. Я в твоём возрасте спокойно ездила в другие города. А у нас в Германии отнюдь небезопасно — из-за того, что понапустили этих сраных эмигрантов. Но я-то могу за себя постоять, однажды мне пришлось даже пристрелить пару этих приставших обезьян. — Ты отважная, — сказал Синдзи. — У каждого своё мнение, Аска, — сказала Мисато. — Вот мой отец обо мне мало заботился. Он всё время проводил за своими исследованиями. Это меня раздражало. Точнее мне до него лично не было никакого дела, просто мама очень страдала без него. Она его очень сильно любила и плакала по ночам, когда он уходил на очередную экспедицию. — Вы обижены на своего отца? — спросил Синдзи. — Не совсем. Тогда, да — я была обижена, я была девочкой, и меня люто бесило, что мама страдала из-за него, — поделилась Мисато. — Но когда я выросла, когда я поумнела, то до меня дошло, какие важные вещи он делал. Если бы не его работы, то мы сейчас не смогли бы так эффективно использовать Евы. — Мисато-сан, а в чём состояла его работа? — живо поинтересовался Синдзи. — Эм… ну, знаете ли, это вообще-то секретная информация, — заметила Мисато, — но если между нами, то он изучал двигатель Адама. То есть S2-двигатель. Синдзи вспомнил фильм, что показывали ему за Вратами Серебряного Ключа. Там был эпизод, где его отец и Кил Лоренц обсуждали некого Кацураги. То точно был отец Мисато. — Слушайте, а вы много знаете об этом двигателе? — продолжил расспрос Синдзи. — Ровно столько, сколько мне надо. То есть — не много. Это очень сложная штука, которая черпает энергию из Иной Вселенной в виде потока частиц Дирака и преобразует её в световую, — пояснила Мисато. — Без неё Ева не создаст АТ-поля, да? — продолжил расспрос Синдзи. — Вообще — создаст. Задача S2-двигателя — бесперебойно снабжать Еву энергией, — разъяснила Мисато. — Как альтернативу, мы изначально предполагали использовать внутренние батареи для Евы и особые провода. — Ева на проводе? — подивился Синдзи, представив это нелепое зрелище. — Ага, тот ещё бред, — сказала Аска, — уж лучше ядерные реакторы в желудках. — Этот вариант тоже особо не катит, — сказала Мисато. — Одна прототипная Ева вне основной серии во время испытаний рассеклась в радиоактивную массу. Вторая — такая же, прототипная — оказалась заражена радиоактивными элементами, и её пришлось уничтожить. Короче, это фиговая идея. — Мисато сделала паузу, немного подумав. — Я бы не сказала, что S2-двигатель той уж отличный выбор… — Особенно если мы не знаем, что там — в Иной Вселенной, — заметил Синдзи. — Хотя я догадываюсь. Кто там живёт… — Кто? — спросила Хикари. — Так, давайте не будет продолжать эту тему, — пресекла разговор Мисато. — Я уже устала от вселенских ужасов со щупальцами. У меня от Ктулху и Ньярла… господи — как его там? А не важно! У меня от них голова болит. Синдзи согласился с ней и не стал продолжать. Они закончили ужинать. — Я всё помою, — по привычке предложил Синдзи. — «То есть прости, ты не против, Маюми?» — «Да нет», — как всегда покорно согласилась девушка. Аска и Мисато поднялись из-за стола. Хикари осталась сидеть, поникнув головой. Аска зевнула и потянула руки: — Я, пожалуй, пойду спать. — Что-то рановато, — поглядела на кухонные часы Мисато. — Мне вчера под утро снились сраные кошмары, — пожаловалась Сорью, направляясь к выходу с кухни, — я сегодня лягу раньше. — Они у тебя давно вроде? — спросила Мисато. — Ну, да, — остановилась Аска, мрачно поглядев через плечо. — Одна и та же хрень снится. Это у меня с детства — не переживайте, я не сновидец, для меня это просто сны. — А что ей сниться? — моя посуду, поинтересовалась Маюми. — Её повесившаяся мать, — ответила Мисато, когда Аска скрылась за дверьми своей комнаты. Услышав это, Хикари подняла печальный взгляд на Мисато: — У всех своё горе. — Да, и не говори, — вздохнула Кацураги. — Ну что, может, все сегодня ляжем пораньше? — Мы с Маюми не против, — сказал Синдзи, — только мы посуду домоем. — Удачи вам в этом деле, — сказала Мисато, направившись в след за Аской. — Пойдём, Хикари. Я покажу тебе твою комнату. — Да, Мисато-сан, — встала из-за стола Хикари. — «Что ты будешь делать сегодня ночью?» — спросила Маюми. — «А ты как думаешь?» — спросил Синдзи. — «Я думаю, нам не помешает немного поднять настроение». *** Рей подошла ближе к окну, где стоял Рэндольф. — Сегодня нам не придётся ютиться на одной кровати, — сказал тот, рассматривая вечерний Токио-3. Над городом футуристических небоскрёбов шёл снег. Рей промолчала. — Ты с рождения живёшь в этом городе, да? — Да, — ответила Рей, холодно взирая на окрестности. — Тебе никогда не хотелось повидать места получше? — Нет, — Рей чуть покачала головой. После она взглянула на Рэндольфа. Взор того был устремлён к тёмному небу, затянутому облаками. Потом он посмотрел на Рей, они оба поглядели друг на друга. — Полагаю, ты никогда не хотела большего? — В смысле? — не поняла его Рей. — С самого рождения у тебя когда-нибудь было желание изменить что-то в жизни? Рей промолчала, думая над ответом. Потом она слабо помотала головой. — Но при этом тебе не особо нравилась твоя жизнь, как я понимаю. — Что вы понимаете под словом «нравится»? — уточнила Аянами. — Вы имеете в виду, чувство наслаждения? — Можно и так это сформулировать. — Картер снова поглядел за окно — на проезжающие внизу машины. — Я испытывала мало наслаждения. Я всегда думала, что существую как пилот Евы и не более того. Мне немного приятно было только от мысли, что скоро всё закончиться — что когда планы командующего будут исполнены, я смогу навсегда исчезнуть, чтобы больше не испытывать страданий, — рассказала Рей, поглядев на серое небо. Оно красновато-розовые разводы на горизонте стали темнее. — В своей жизни испытывала наслаждение только тогда, когда была с Синдзи…. Мне неприятно, что мы расстались. И теперь… я не знаю, как теперь можно испытывать наслаждение. Ради этого я решилась не исчезать, когда у меня появилась такая возможность после уничтожения Орги. — У меня тоже был жизненный кризис. Однажды, давно — когда я жил на Земле. Я утратил Ключ от своих снов. Мне тогда всё казалась бессмысленным. Хотя почему казалось? Всё на самом деле действительно лишено смысла быть: наш Творец не озаботился вложить смысл в существование всего сущего. Да и кто б ему самому мозги вложил-то? Знаешь, я думаю, наша способность радоваться чему-то — это единственное ради чего можно существовать в бессмысленном Мироздании. Вся проблема, что повод для радости у каждого свой. — Я знаю. Я хотела просто исчезнуть, и сейчас я тоже хочу… — призналась Рей. — Мне нужно найти новый способ… получать удовольствие, так? — Да — и учитывая твою личность, это будет не так просто, — Рэндольф перевернулся к Рей. — Но да ладно, тебе ведь некуда спешить? *** Закончив мыть посуду, Маюми (вместе с Синдзи) подошла к комнате Аски. — Для начала надо постучать, — произнесла девушка. — Да ладно! — Синдзи сразу открыл дверь. Аска лежала на футоне, уткнувшись лицо в подушку. — Аска, можно я переночую с тобой? Сорью оторвала голову от подушки и поглядела на стоящую в дверях Маюми. — Проходи. Маюми закрыла дверь и подошла к футоне. Девушка очень нервничала. — «Не бойся», — вкрадчиво сказал ей Синдзи. Маюми начала раздеваться. Аска поглядела на неё, переворачиваясь на бок. — Ты хочешь лечь со мной? — спросила Сорью. — Да, Аска, это же я — Синдзи. Я парень Маюми в некотором роде. И твой тоже. У тебя же не было возражений с Рей? — Нет, — зевнув, ответила Аска. Потом она встала с футона. В полутьме комнаты Маюми увидела, что Аска одета только в майку и трусы. Сердце Маюми часто забилось, но она продолжала раздеваться. Аска подошла к своей сумке, поставила её на письменный стол и зажгла лампу. — «Спокойно, Маюми. Только, спокойно», — нашёптывал в голове голос Синдзи. — «Доверься мне, пусть я всё сделаю». Икари воспользовался руками Маюми, когда она уже сняла блузку. Он избавился от лифчика и схватился за соски. Погладив их с большим удовольствием, парень расстегнул ремешок на штанах. Они оба испытали удовольствие от разогретого влечения. — Синдзи, если ты собрался заняться со мной этим без члена, то нам просто необходима эта штука, — сказала Аска, достав двойной фалоимитатор. — О, так у тебя есть эта штука? — обрадовался Синдзи. — Оу, Маюми, тогда всю будет ещё веселее. Всегда хотел её опробовать на себе — но не в зад, а в киску… — Рука Маюми пролезла под трусы и коснулась пальцами половых губ. — У меня же теперь есть киска, верно? В это время в соседней комнате Мисато готовилась ко сну. Она переоделась в пижаму, надев тонки хлопчатые штаны и рубашку. Перед тем, как лечь спасть, она решила пожелать спокойной ночи своим друзьям. Первым делом она зашла к Хикари. Девушка одна тихо плакала возле футона. Заметив Мисато. Она обернулась и утерла слёзы. — Извините… — Да ничего, меня тоже иногда гложут чувства, — призналась Кацураги. Она подошла к девушке. — Послушай, Хикари, наши сотрудники делают всё, чтобы помочь Тодзи. При появлении Мисато девушка сделала всё, чтобы снова взять себя в руки. Ей почти целый день удавалось держать свои эмоции в себе, но теперь они выплеснулись. — Я… я скорее плачу из-за всего этого ужаса! У меня больше нет веры в победу! — Я знаю, — Мисато чуть поправила свой крестик. — Всё становится безумней и безумней. Но я не собираюсь сдаваться, Хикари. И ты не должна сдаваться. Иногда может казаться, что всё очень плохо, но вот что если мы сможем победить всех этих Кайдзю, пришельцев и богов Ктулху? Думаешь, нашим предкам, тем кто пережили Вторую мировую было поначалу легко? Хикари перестала плакать и с красным лицом поглядела на Мисато. — Я знаю, я знаю — я должна быть сильной и всё такое! У меня даже нет права на что-то жаловаться: я в отличие от вас ничего не делаю для борьбы с монстрами! — рассудила Хикари. Мисато ближе шагнула к ней и обняла девушку. — Знаешь, тебе не надо сдерживать себя. Это вредно для психики, — прошептала Кацураги, погладив Хораки. Уткнувшись в мягкую хлопчатую пижаму, Хикари снова слабо заплакала. — Это в бою нельзя плакать, там надо сражаться и не думать ни о чём другом… А сейчас можно — только главное потом настроится на лучшее. Мы должны стремиться к положительному результату, потому что если не будем — то никогда его не получим. Тем временем в соседней комнате две девушки стоя ласкали друг друга. Синдзи активно участвовал в этом, запуская руки Маюми то в её влагалище, то во влагалище Аски. Та в ответ дела тоже самое — они менялись друг с другом. Маюми было очень непривычно целоваться вообще с кем-то. Конечно, теплая и мягкая кожа Аски пришлась ей по вкусу. Сексуальное желание Синдзи полностью передалось ей. Она не испытывала никакого отторжения от ласк женского тела. Аске тоже было всё равно на это. Единственное, что стесняло Маюми — ей было неудобно смотреть в глаза Аски. Впрочем, сейчас её взгляд был более всего сосредоточен на груди Аски, а не на её лице. Синдзи больше возбуждала именно эта часть тела. Потом он поднял взгляд на лицо Аски. Оно выглядело очень уверенным. В голубых глазах девушки не появилось ни капли смущения. Они ещё раз поцеловалась — на этот раз долго. — Ложись, — сказал Синдзи и взял со стола фалоимитатор. Обнажённая Аска вытянулась на футоне поверх одеяла. Маюми присела на корточки и ввела в себя один конец этого устройства. После она приблизилась к Аске и ввела другой конец ей во влагалище. — Включаем, — Синдзи запустил игрушки. Пошедшие вибрации очень приятно усилили возбуждение клитора обоех девушек. Синдзи тоже словил это блаженство. Конечно, сейчас сравнивая ощущения, ему больше хотелось делать всё своими членом… — «Или лучше всего иметь два вида гениталий?» — подумал парень. -«Нет, это уже будет как-то не эстетично…» С такими мыслями любовник взялся за дело. Продолжая целовать и поглаживать друг друга, Маюми совершала ритмичные движения, имитируя половой акт между мужчиной и женщиной. Точнее это делал Синдзи — у него с Аской все проходило очень умело. Маюми оставалось только наслаждаться ощущениями. Она и не знала, что секс может быть столь приятен. Это окончательно ослабило чувство стыда. Как можно противиться тому, что приятно и безвредно? Так чувство наслаждения достигло пика, и они обе кончили, обильно намочив жидкостью головки фалоимитатора. — «Отлично!» — сказал Синдзи. После оргазма Аска откинулась на одеяло, и устало поглядела на потолок. В этот момент дверь открылось и обе юные любовницы молниеносно обернулись. В дверях стояла Мисато в пижаме. — Э… — она озадачилась, не ожидав увидеть двух нагих девушек друг на друге. — Мисато-сан, вас не учили стучать?! — вспылил Синдзи. Ему передался весь страх Маюми — у той душа в пятки ушла от такого. — Эм, извини-извини! Да ничего страшного! — усмехнулась Мисато. Пытаясь сгладить неудобный момент. Ведь что мешать девушкам развлекаться? — А ещё говорили, японцы уважают личное пространство, — закатила глаза Аска. — Я просто хотела пожелать вам спокойной… то есть страстной ночи! Утром увидимся! — сказала Мисато. — Вам тоже хорошей ночи! — пожелал Синдзи. — Мы вас с Хикари отрывать от дела не будем! Мисато засмеялась и закрыла дверь. — «Что творят, детки, прямо как я в колледже!» — подумала майор, её сердцебиение приятно участилось. Она вспоминала про Кадзи, жаль, они этой ночью не вместе… — Боже! У меня чуть сердечный приступ не случился! — пожаловалась Маюми.  — Мда, вот что значит не вовремя, — зевая, потянулась Аска. — Вообще-то как раз во время: мы уже закончили, и оргазм она нам не сорвала, — сказал Синдзи. Он попробовал вытащить фалоимитатор из Маюми — не получилось. — Так, у меня не выходит вытащить эту штуку… — И что мне делать? — спросила девушка. — Расслабься, Маюми, — ответил Синдзи. — Я читал: это может быть, если испугать девушку во время секса. Хорошо, что это не член. — Вы как хотите, — Аска перевернулась на бок. — Я буду спасть. — Давай мы ляжем здесь. Маюми успокоиться и мы вытащим эту штуку, — сказал Синдзи. Аска чуть подвинулась к краю футона. — Располагайтесь. — Спасибо, — поблагодарил Синдзи и поцеловал Аску. Маюми легла рядом и обе девушки накрылись одеялом, повернутые спиной к спине друг с другом. — «Синдзи, а что если оно не выйдет?» — спросила Маюми. — «Не говори ерунды! Я читал — это может быть!» — «Если бы у меня случился сердечный приступ, у вас было бы больше проблем. Зачем ты это устроил?» — «Маюми, скажи, тебе было приятно?» — «Ну… да», — честно призналась девушка. Она понимала, что не сможет обмануть Синдзи — у них ведь одни органы на двоих. — «Тогда какие жалобы?! Убей в себе смущение и стыд, Маюми! Вот что я хотел! В другой раз надо устроить полноценную гомо-гетеро-лесбийскую оргию!» — «Знаешь, это в теории всё хорошо, но иногда мне кажется, что ты просто похотливый извращенец…» — «Маюми, я уже тебе говорил, что нет ничего извращённого. Пойми, человек — мера всех вещей. А то что я похотливый — так знаешь, сколько я тёр свой член до мозолей когда жил один? Ясное дело, когда есть возможность всунуть — то почему я должен отказывать себе, если мне приятно?» — «Для тебя секс — просто источник удовольствия? А ты любишь кого-нибудь по-настоящему?» — спросила Маюми. — «По-настоящему? Маюми, как я уже объяснял тебе, все люди эгоистичны в глубине души. Я люблю и дружу, пока есть удовольствие: удовольствие — это причина нам жить в этом дурацком мире». — «Понятно…» — «Ладно, Маюми, давай спать. В Мире Снов ещё поговорим. Может, куда-то сходим». — «Хорошо…» — Маюми зевнула. Через некоторое время она расслабилась и вытащила фаллоимитатор. Положив его рядом, она уснула…
Примечания:
1. Чик — пародия на Джека Чика — евангелиста-протестанта, автора христианских комиксов ("трактатов"). Джек Чик отличился радикальными идеями: в частности, по его мнению, Иисус отправит в ад не только геев с еретиками (в т.ч. католиков), но и любителей "Гарри Поттера" и настольной игры "Dungeons & Dragons".
2. Ваал (или Баал) — "бог" или "господь". Этим словом обозначались различные божества древних западных семитов. Также являлся конкретным божеством в ассиро-вавилонской этнокультуре, почитавшийся в Финикии, Ханаане и Сирии как громовержец, бог плодородия, вод, войны, неба, солнца и прочего. С распространением иудаизма, Ваалы были объявлены демонами. Ваал считается могущественным демоном в христианстве.
3. Чик имеет в виду так называемую "сатанискую панику" в США — когда в 1980-х появились слухи о многочисленных ритуальных убийствах, совершённых якобы тайным сатаниским культом. Расследование слухов ФБР ничего не подтвердили. Разумеется, сторонники теорий заговора и христианские фундаменталисты верят, что это всё правда и сатанисты смогли скрыться от ФБР.
4. В русском варианте вежливый японский обозначается просто переходом на «вы».

(бечено...)
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.