Каракули

И если честно, то Диппер и не знал — был ли у него соулмейт. На своих руках, да и еще где-либо на теле, он никогда не видел и намека на какую-то запись или рисунок. Он даже не знал, как именно это должно было выглядеть. Возможно, они и были — Диппер их просто не замечал. Но разве такое вообще возможно? У Мэйбл очень редко появлялись какие-то слова, чаще всего — обычные цифры, бледно-фиолетового или розового цвета. Это выглядит странно, но Мэйбл нравится — это, все-таки, ее любимые цвета. Сама она старается руки не пачкать, что получается с трудом, и только изредка пишет что-то у себя на запястье, совсем незаметно — какие-то подбадривающие фразочки для соулмейта. Диппер лишь косо поглядывает на свою руку, чешет запястье, на котором записаны очередные заметки и думает: а может, у него есть татуировка на спине? Но Мэйбл говорит, что там ничего нет. Поэтому он исписывает свои руки разнообразными рисунками и заметками — просто потому что ему нравится и никто против ничего не имеет. Но возможно, ему просто хотелось достать другого человека так сильно, чтобы тот наконец ответил. Мэйбл же говорила, что ее соулмейт ей ответил почти сразу же и попросил больше такой «херни» не делать. Это было довольно весело — наблюдать за тем, как сестра переписывается со своей рукой. Но больше такого не повторялось. Они просто жили спокойно, зная что есть друг у друга и когда-нибудь встретятся. Ведь так получилось, но живут они в разных странах — Мейбл на такую поездку целую вечность копить. Но она по этому поводу никогда не унывала. Диппер же просто ждал того момента, когда ему хоть кто-нибудь ответит. И что есть кому отвечать. И одновременно с этим сгорал от любопытства. Когда это случилось, они сидели в столовой во время большой перемены: Диппер проверял очередное домашнее задание Мэйбл по английскому, когда та в свою очередь от скуки разрисовывала его руку разнообразными котятами и звездочками, тут же смазывая их в неприятные кляксы рукавом своего свитера. Диппер в этот момент думал, что же в голове у его соулмейта и существует ли тот вообще? Но он быстро избавился от этих мыслей, возвращаясь к разговору с не требующей ответа сестры и чужой домашке. Это казалось куда интереснее. Мэйбл очень часто сильно давила на ручку и Дипперу казалось, что у него там царапины остаются или она вдруг решила сделать из очередного кролика татуировку. Но он даже взгляда от тетради не отрывал, полностью пытаясь сосредоточиться на задании. До тех пор, пока Мэйбл не вскликнула достаточно громко и отпустила руку брата, уронив при этом ручку на пол. Диппер непонимающе посмотрел сначала на нее, а потом перевел взгляд на свою руку. Мэйбл сделала тоже самое, а затем рассмеялась, чуть заметно покраснев. Диппер же покраснел куда сильнее, чуть ли не сливаясь цветом со своей футболкой и попытался спрятать свою руку под стол, попутно ударившись локтем. Не каждый же день на твоей руке появляется огромный, блин, член — почти во всю руку. Он косится на Мэйбл, а та лишь разводит руками, пытаясь подавить смех. — Ты что, правда думаешь, что это мне рисовать куда интереснее щеночков и котят, а Диппер? — она играет бровями и это вызывает у Диппера неловкую улыбку. — Тебе просто, наконец повезло. Радуйся! И Пайнсу казалось, что это уж очень сомнительное везение и вовсе не повод для радости. Он лишь качает головой и смотрит на это нечто, аккуратно нарисованное черной ручкой.