EX

— Проходи, не стесняйся, — ЧанЕль демонстрировал гостеприимство так естественно и непринуждённо, будто ему каждый день приходится впускать к себе на ночевку совсем незнакомых людей. Ну, почти незнакомых… — Да, конечно… Чонин неуверенно вошел в прихожую и огляделся. По рассказам ЧанЕля можно было понять, что живёт он неплохо, живя на деньги своего отца-бизнесмена, но что все обстоит ещё лучше, чем можно было вообразить, Чонин не ожидал. Он с упоением разглядывал дорогущие предметы декора — статуэтки из различных стран, оригиналы картин известных художников, мраморные и с позолотой карнизы — и у него захватывало дух. — У тебя очень красивый дом, — выдавливает он из себя, стараясь не показать, что он впервые переступил порог такой дорогой обители. До сих пор его уделом был самый обыкновенный двухэтажный дом родителей. — Да, не жалуюсь, — улыбнулся ЧанЕль, подходя к Чонину и протягивая ему стакан с какой-то жидкостью. — Эта квартира — моя гордость. Ведь я сам ее оборудовал. — Круто, — улыбнулся Чонин в ответ, так и не решаясь выпить напиток. Судя по запаху, что-то крепкое и алкогольное — Чонин никогда не пил. — Присаживайся, — Пак указал на белоснежный диван, на котором небрежно были разбросаны бежевые подушки, так и прося улечься на них уставшего Чонина. И не успел Чонин отреагировать, как ЧанЕль усмехнулся: — Хотя ты, наверное, устал… Я тебе постелю в комнате для гостей, — будто читая мысли, выдал он. Он отложил свой уже пустой стакан на барную стойку, и пошёл к самой дальней комнате, в конце небольшого коридорчика. Он отсутствовал минут пять, которых Чонину хватило, чтобы оглядеть роскошную гостиную ещё раз. Он горько вздохнул, когда ЧанЕль вышел из комнатки и подозвал его рукой с неизменной улыбкой на лице. — Теперь это твоя комната! — торжественно объявил ЧанЕль, давая Чонину пройти внутрь. Чонин уже не удивился даже, когда вошёл в просторную черно-белую комнату с огромным окном, выходящим на шумную улицу Сеула. У стены слева от окна расположилась огромная двуспальная кровать с черным покрывалом на нем. Чонину так и захотелось лечь в неё и не просыпаться. — Ну, ты тут располагайся… А я пойду… — услышал он тихий голос ЧанЕля, скрывающий в себе улыбку — он видел потрясение Чонина и понимал его удивление. — ЧанЕль, — позвал его Чонин, резко повернувшись к нему. — А он точно не будет против? ЧанЕль покачал головой и с неизменной улыбкой вышел за дверь, прикрыв её за собой. Чонин лежал на кровати и думал лишь о том, что даже богатые люди могут быть добрыми и понимающими. ЧанЕль ведь его не знает, но поверил совсем незнакомому парню, который рассказал нелепую историю о том, что он студент-интерн медицинского факультета университета Пусана (не знаю даже, есть ли такой вообще) и что его направили на практику в больницу Хоксан (её-то точно нет), и что жить бедному Чонину совсем негде. И даже если все это правда… Тогда добрый и понимающий ЧанЕль предложил пожить у него на первое время. О том, что он живёт не один, он упомянул уже в машине, когда они рассекали трассу по пути в жилище Пака. С ним живёт его парень. Новость о том, что ЧанЕль «не как все», совсем не удивила Чонина. Так как он тоже не питал нежных чувств к девушкам. И это его более чем устраивало. Но вот жить под одной крышей с парой… Разве он не будет им мешать? Ответить он не успел, так как погрузился в сладкий сон после тяжёлого дня. — Это я зря нервничаю?! — Чонин открыл глаза, услышав громкие голоса за стеной и в первое время слышал все глухо, пропуская услышанное сквозь вяло реагирующее на окружающий мир сознание. — Ты приволок неизвестного парня в дом, а я зря нервничаю?! На часах 7:18 утра, а в гостиной за дверью, кажется, скандал. — Послушай, Кен… — Что мне тут слушать, ЧанЕль? Ты даже не спросил у меня, не поинтересовался моим мнением! — Ему некуда было идти и как я мог… — Некуда идти? А ты у нас что, мать Тереза? Будешь всех бездомных к себе домой водить? — Ты утрируешь… И вообще, он может услышать, потише. — Да плевать я хотел! И как прикажешь воспринимать все это? Как мне жить в одном доме с незнакомцем?! Чонин уже минуты три слушает все это и понимает, что более паршиво себя ещё никогда не ощущал. Он прекрасно понимал парня ЧанЕля — никто не захочет жить непонятно с кем. Но как же быть теперь самому Чонину? — Кто он вообще такой? — уже более тихо спросил парень с бархатистым голосом, от которого что-то неприятно шевелилось в голове, перебирая воспоминания… — Его зовут Чонин и он интерн, приехал на практику. — Чонин? — удивленно спросил голос, снова вызывая в голове Чонина странные ощущения, уже более сильные. — Да, — ответил ЧанЕль. Затем продолжил более тихо. — Послушай, милый… Он же не собирается жить тут вечность. Потерпи немного… — Хорошо, — на удивление быстро согласился парень и Чонин расслаблено выдохнул. — Но тогда через два дня я еду к родителям. — Мы же это обговаривали… — Планы, как видишь, меняются, — с нажимом отозвался парень. Некоторое время оба молчали и Чонин подумал, что они разошлись по делам. Но вскоре послышался смешок ЧанЕля, а затем звук, будто что-то упало — похоже, пульт от телевизора. — Вот и прекрасно! — злобно выдал ЧанЕль. — Я пошёл в универ. Спустя минуту Чонин услышал звук хлопнувшей двери и вздрогнул. И как же ему теперь вести себя? Ведь кажется, он остался наедине с человеком, который не желает его видеть. Когда Чонин вышел-таки со своей комнаты, он услышал звук включённой воды в ванной и понял, что незнакомец принимает душ. Он сел на диван в ожидании. Около пятнадцати минут он выдумывал тактику поведения, но так и не смог ничего надумать. И говорить о том, что он жутко волнуется, даже не стоит. Когда звук воды прекратился, Чонин напрягся. Он встал с места и подготовился встретить парня ЧанЕля, заламывая пальцы на руках от волнения и позабыв все слова, что заготовил для знакомства. И когда дверь открылась, ему показалось, что его внутренний мир совершил сальто. — Кенсу? — понятно теперь, откуда взялись эти странные ощущения при звуке его голоса… Парень поднял голову и застыл, перестав протирать влажные волосы полотенцем. — Ты? Прошла, наверное, целая вечность, прежде чем они оба пришли в себя от столь неожиданной встречи. Между ними вдруг изменилась атмосфера, возвращая их в то совсем вроде недалекое прошлое, где им казалось, что их любовь — это дар свыше. Когда каждая совместно проведённая минута казалась лучшей в жизни, когда не было ничего, что могло помешать им, когда даже воздух был одним на двоих… Но то время закончилось и теперь между ними висит лишь фраза «не звони мне больше, видеть тебя не желаю». — Я и подумать не мог, что мир так тесен, — фыркнул Кенсу, идя на кухню. Чонин отрешенно пошел следом за ним, попутно положительно оценивая доселе неизведанную кухню. — Я тоже не могу поверить, что ты позволил назвать себя Кен, — усмехнулся в ответ Чонин, усаживаясь за огромный стол цвета слоновая кость. Кенсу обернулся и бросил на него уничтожающий взгляд, мигом стирая с лица Чонина усмешку. — Какого черта, Ким Чонин?! — грубо спросил он, поставив на плиту чайник и сев напротив. Он сверлил в Чонине дыру своими огромными карими глазами и Чонин вновь перемещается в их совместное прошлое, где эти самые глаза смотрят на него с любовью, а не с этой злостью. — ЧанЕль ведь все тебе объяснил, — Чонин опускает взгляд на свои руки, не решаясь смотреть на него. — Ты все слышал? — чуть испуганно спросил Кенсу, расширив свои итак огромные глаза. — Разве ты пытался сделать так, чтобы я не слышал? — горько усмехнулся Чонин. — Ты ведь никогда не считался с мнением людей… — Можно подумать, ты у нас такой идеальный! — Кенсу… — И слышать ничего не хочу. Он резко вскочил с места и быстро покинул кухню. Чонин тоже встал, намереваясь догнать его, но в этот момент совсем не вовремя свистит чайник и Чонин отвлекается на него, давая время Кенсу запереться в спальне. — Эй… — Чонин стучит в дверь спальни ЧанЕля и Кенсу и осознаёт, что ему совсем не нравится все это. — Открой, Су. Нам надо поговорить. — Нам не о чем говорить! И я тебе не Су! — кричит из-за двери Кенсу и Чонин понимает, что сейчас он ничего не добьётся. К тому же, ему надо в больницу. Доктор — его куратор — работает с 9. Весь день Чонин думал о том, что не зря судьба снова свела его с Кенсу. Но зачем? Они расстались больше четырёх лет назад и теперь Кенсу встречается с Чанелем. Все вроде хорошо… Только теперь прошлое иглами вонзается в сердце и не хочет отпускать. Зачем все это? — Вы уже познакомились? — спрашивает ЧанЕль, оглядывая поочерёдно Чонина и Кенсу. За столом, за которым все сели ужинать, царила весьма мрачная обстановка, которую ЧанЕль попытался разрядить. Но у него это не вышло. — Да, — сухо бросил в ответ Кенсу, даже не глядя на своего парня, а ЧанЕль лишь закатил глаза — видимо, такое поведение любимого — не редкость. — Да, Кенсу очень радушно принял меня, — попытался улыбнуться Чонин, вызвав недоуменный взгляд ЧанЕля и злобный Кенсу. — Правда, что ли? — рассмеялся ЧанЕль. — Мои друзья сюда приходить боятся, ужаснувшись от его «радушия». Он ещё громче засмеялся, но тут же чуть не подавился, наткнувшись на суровый взгляд Кенсу. — Ну, меня он принял нормально, — снисходительно произнес Чонин, переводя взгляд на Кенсу, который не взглянул на него. — Это хорошо, — улыбнулся ЧанЕль. — Как прошёл день? — Я убирался, готовил, постирал вещи и понял, что вот он — мой счастливый день, — буркнул себе под нос Кенсу, ковыряясь в тарелке с салатом. — Оу… Мило-то как, — скривился ЧанЕль и отодвинул свою тарелку от себя с кислым выражением лица. — Ты нас травануть не решил? — Давно пора, но нет, — отозвался Кенсу с улыбкой, от которой мурашки по коже бегут. Чонин усмехнулся — с юмором у Кенсу всегда были проблемы. Он был скептиком и шутить не умел также, как и понимать эти самые шутки. Перестав смеяться, он столкнулся взглядами с Кенсу и немного задержал свой, понимая, что даже просто сидеть за столом с Кенсу очень волнующе. Но ЧанЕль в это явно не вписывался. Хотя… Теперь не вписывался лишь Чонин. Так уж вышло… — Я ухожу! — крикнул из прихожей ЧанЕль. — Куда? — тут же выбежал из ванной Кенсу. — На встречу с друзьями, — ЧанЕль надевает на себя пальто и берет ключи от машины с тумбочки. — Мы договорились встретиться. — Вот как… — тянет Кенсу. — Ну, пока. Счастливого пути! — Пока, Кен. — Он ушёл так поздно? — спросил сидевший на диване Чонин, глядя на часы, что показывали 23:11. — Да, и вернётся лишь к утру. И то, если вернётся, — ответил Кенсу, присаживаясь рядом на диван, но на достаточном отдалении. — И ты…терпишь? Кенсу бросает на Чонина быстрый взгляд и тут же отводит. — Да. — Доверяешь ему? — Да. — Почему? — Так легче, чем все время переживать. — О чем? — Что он может изменить. — А он может? — Почему бы и нет? Чонин удивленно уставился на него, совсем не понимая, куда делся тот наивный и смешной Кенсу. — Ты изменился, — говорит он тихо, почти шёпотом, ощущая вдруг сильный прилив нежности к тому, к которому когда-то испытывал сильные чувства. — А ты — нет, — он встаёт с дивана и идёт к себе в спальню. — Спокойной ночи. — Спокойной, — отвечает Чонин, думая о том, плохо ли то, что он не изменился. Но вот лёжа в своей постели, он понимает, что спокойной эта ночь не будет. Не тогда, когда он знает, что там, за стенкой, лежит Кенсу, выдыхая горячий воздух из приоткрытого рта и заснув на самом краю кровати, как всегда любил… Напряжение внизу живота подтверждало все его мысли. Как давно он уже без пары? Совсем недавно он расстался с Тао, который посчитал, что иметь парня-медика — это не круто и начал встречаться с сыном адвоката Крисом. А организм явно нуждался в разрядке… И все же Чонину удалось заснуть беспокойным сном, чтобы утром проснуться от того, что кто-то настойчиво теребил его за плечо, пытаясь добудиться. — Эй, вставай! — этот кто-то начал ещё и говорить что-то. Чонин поморщился и лишь улёгся поудобнее. — Эй! — повысил голос «кто-то», начав трясти плечо настойчивей. Чонин насупился и спросонья схватил «обидчика» за локоть и притянул к себе. Тот упал на него, не удержав равновесия и приоткрыл рот в немом крике. Чонин проснулся, ощутив тяжесть на своей груди. Он нехотя открыл глаза и спустя несколько секунд распахнул их от шока. В сантиметре от его лица было такое же шокированное лицо Кенсу. — Ты что творишь?! — Чонин оттолкнул его от себя и машинально прикрыл голую грудь одеялом, почему-то смутившись представать в таком виде перед Кенсу. — Это я что творю? — пришел в негодование Кенсу. — Ты же сам… Я не. Ащщщ! Он развернулся и буквально выбежал из комнаты Чонина, хлопнув при этом дверью. — Бл**ь! — выкрикнул Чонин, снова заваливаясь на кровать и зарываясь в одеяло головой. — Где ЧанЕль? — спросил Чонин, когда они позавтракали в неловкой тишине и теперь Кенсу мыл посуду. — Я же говорил, что он может и не прийти, — спокойно ответил Кенсу, избегая смотреть на Чонина. — Ну да… И снова гнетущая тишина. — Кенсу… — начал Чонин, но Кенсу вдруг резко обернулся и бросил салфетку на столешницу. — Я знаю этот твой тон, Чонин, — говорит он и уходит из кухни, — не надо. — Почему не надо? — Чонин ловит его за локоть и разворачивает к себе. — Чонин… — испуганно говорит Кенсу, понимая, что положение у него не самое выгодное. — Позволь мне все объяснить. Почему ты не хочешь меня выслушать?! — бесится Чонин, крепче сдавливая локоть Кенсу, который пытался вырваться. — Потому что уже поздно! Крик Кенсу заставил Чонина разжать хватку и замереть в исступлении. — Уже поздно что-то объяснять и менять, Чонин, — шепчет Кенсу, отходя от него все дальше и дальше. — Все так, как должно быть… Зачем менять что-то? Ещё секунда и Кенсу снова скрывается за дверью в спальню, оставляя Чонина сползти по стенке от отчаяния. Потому что больно… Этот день проходит также уныло, как и вчерашний. Чонин и не полагал, что интернатура — это весело, и не был удивлен, когда так это и оказалось. Больные, врачи, медсёстры… И все какие-то нервные и раздражённые. Или это Чонин нервный и раздражённый? Уже и не понять… «Домой» он приходит чертовски уставшим и злым. Ему хочется спать и не просыпаться. Переступая за порог своего временного убежища, он натыкается лишь на тишину. Затем проходит время, когда он понимает, что тишина не должна быть наполнена всхлипами. Ведь не должна же… Он идёт на звук и натыкается на Кенсу, что сидит на диване и плачет. — Су… — Не зови меня так! — вскрикивает вдруг Кенсу и вскакивает с дивана. — Это все из-за тебя! Зачем ты снова появился в моей жизни?! Я же только научился жить без тебя, только решился забыть тебя! А тут ты… Ты как лавина, Чонин! Зачем ты явился! Зачем! Усталость Чонина как рукой сняло, стоило ему услышать все это. Все стало ясно без слов. Он видел, как Кенсу осознал все, что сказал, и испуганно начал пятиться к двери в спальню. Чонин понял, что сейчас не может отпустить его просто так… Он подошёл к нему и взяв за плечи, притянул к себе, сжимая в объятиях. — Я скучал по тебе, Кенсу-хен, — с улыбкой шепчет Чонин, понимая, что он и правда скучал. — Почему ты тогда уехал? — спросил Кенсу, прижимаясь к нему сильнее и обнимая его за талию. — Мои родители попали в аварию и… Погибли. Кенсу попытался отстраниться от него, чтобы взглянуть ему в лицо. Но Чонин лишь крепче сжал его. — Я тогда не хотел ни с кем общаться, а когда я вышел из своей депрессии и начал звонить тебе, ты меня отшил. — Я же не знал! Я думал, ты бросил меня… Я же не… Почему ты просто не сказал? Не написал смс… — Кенсу, я писал… Но ты ведь сменил номер. Кенсу не ответил, но крепче обхватил Чонина руками, совсем не оставляя между ними расстояния. — Он любит тебя? — спросил Чонин, чуть ослабив объятия. — Он любит Бэкхена. — А ты любишь его? — Я люблю тебя, Чонин. Чонин решил не отвечать. Во всяком случае, не словами. Он резко вырвался из объятий и схватил лицо Кенсу в ладони, жадно приникая к его губам своими. Как же он долго этого ждал, как же долго грезил этим… Поцелуй с Кенсу — это что-то неземное. Потому что сам Кенсу неземной. Это он доказал и в спальне. Не в его с Чанелем, а в гостевой комнате, где духом ЧанЕля и не пахло. Обо всем другом они подумают позже. А сейчас есть лишь они. А любимые бывшими не бывают.