За Периметром Черной Полосы

      — Адриан, ну неужели ты ничего не замечаешь?!       Алья развела руки в разные стороны, попутно с недовольством догоняя быстро идущего Агреста. Конечно, бегать за «моделькой» со смазливым личиком и расспрашивать все подряд выглядело глупо, а местами даже нелепо.       Ей просто надоело постоянно выслушивать нытье своей лучшей подруги по поводу неразделенной любви, ничтожными попытками привлекать внимание всегда мило улыбающегося Агреста и видеть вечные страдания Маринетт, причем апатичного характера.       А все для кого? Именно, ради ничего не понимающего Адриана, который продолжает беззаботно раздавать направо-налево свои автографы, без особого усердия вырисовывая на любых предметах и вещах всевозможные корявые закорючки.       И сейчас, еле волоча ноги за всеми любимым Адрианом, девушка успела споткнуться кучу раз на совершенно пустых местах.       Она что-то недовольно бормотала себе под нос и поправляла свободную клетчатую рубашонку.       Наконец, когда парень соизволил остановиться и раздраженно закатить изумрудные глаза, Сезер со сдавленным вскриком врезалась в спину старшеклассника.       — Алья, ты вообще о чем? Что я должен замечать?       Агрест повернулся к грозно смотрящей девчушке и лишь недоуменно почесал затылок, пристально вглядываясь в злобное выражение женского лица. Он не понимал, что имела в виду его подружка, или, как он думал, очередная по уши влюбленная в него фанатка.       Настроение у парня было хорошим, но начинать такое солнечное прекрасное утро в Париже со всевозможных опросов было не самой лучшей перспективой. Адриан, ожидая логичных объяснений, стоял посреди одного из многочисленных коридоров колледжа и буквально перекидывался с ней буравящими до костей внимательными колкими взглядами.       Маринетт не было сегодня в школе, и Алья, даже толком не спросив у подруги о самочувствии и состоянии души, решила все как есть рассказать объекту воздыхания Дюпэн-Чэн, устав от постоянной беготни за Агрестом.       Девушка устало опустила руки и, посмотрев с неким сомнением на парня и покрутив мысли в голове, все же решилась начать разговор с моделью, ибо в следующий раз такого шанса раскрутить Адриана на беседу может просто напросто не выпасть.       — Неужели ты не замечаешь, как Маринетт смотрит на тебя, улыбается тебе и постоянно начинает заикаться только при одном твоем виде?       В голове в одночасье всплыл образ странноватой девчушки с тьмой неразборчивых мыслей и глупой широченной улыбкой до ушей.       Агрест давно заприметил, что Дюпэн-Чэн превращается в закомплексованную стеснительную девчонку и становится с ним либо слишком громкой, либо слишком тихой и неприметной. Но ему было как-то, честно говоря, просто все равно на эту девушку, и относился он к ней совершенно параллельно.       Ну обычная типичная девчушка со своими странностями и тьмой тараканов в голове, а дальше мысли Адриана о ней не заходили; в то время, как она уже мечтательно представляла с ним роскошную дорогую свадьбу.       Он видел в ней обычную приятельницу, подругу, хорошего товарища, но никак не привлекательную девушку, а это очень и очень сильно расстраивало саму Дюпэн-Чэн.       — Замечаю.       Голос его был холоден и непоколебим, и глаза смотрели на девушку совершенно безразлично, будто сквозь нее. Алья раскрыла рот от удивления и, словно рыба на суше, хватала быстро ртом холодный воздух от различных сквозняков.       — То есть, тебе без разницы на ее чувства? — резко спросила она.       — Извини, но это так, — парень быстро отчеканил краткую фразу и, обходя недоуменную Сезер стороной, пошел своим путем.       Рыжеволосая еще некоторое время стояла на одном месте, приходя в себя после услышанного. Но это видела и слышала не только подруга Маринетт, но еще и самоуверенная Хлоя вместе с тихонько хихикающей Сабриной.       Всем тайнам приходит конец, особенно самым сокровенным…