Мой любимый профессор

- Не хочешь, ну и не надо, - ласково ответили мне. Я резко открыл глаза, и увидел Костю... Я что, умер? - Ты как себя чувствуешь? сколько пальцев видишь? Перед глазами возникла ладонь. - Три... - растерянно пробормотал я. - Костя... - Да? - Ты живой? Тот заметно растерялся. - Конечно живой! Живее всех живых! - Тебя похоронили. Полгода назад... Он беспокойно вгляделся мне в глаза, а потом выдохнул. - Ну что ты, что ты! Это был сон... Точнее, ты был без сознания, вот тебе и привиделся кошмар. Всё хорошо, все живы-здоровы. - Угу, относительно, - донеслось со стороны. Я повернул голову. На стульях возле стены, с мрачными лицами сидели близнецы. - Владислав, ты что, не умеешь нормально просить прощения? По радостному огоньку в глазах парней, я понял, что не ошибся, и тот, у кого на скуле расползался малиновым цветом проявляющийся синяк, действительно был Владом. - Не обольщайтесь, - одёрнул приободрившихся близнецов Костя. - Костя, выйди, пожалуйста, - я сел, преодолевая головокружение. - Но... - Пожалуйста, - повторил я. Он выдохнул и, ободряюще кивнув мне, вышел. - Андрей, позволь объяснить... - Не надо мне ничего объяснять, - холодно прервал я взметнувшегося со стула Ярослава. - Вы... - я откашлялся. - Вы привыкли, что с вами двумя носятся, вами восхищаются, потому что вы, якобы, уникальны. А я вот что скажу. Вы - такие же как и все! В вас, как и в остальных людях течёт красная кровь. У вас такие же права и обязанности, как у всех граждан Российской Федерации. В конце-концов, вы не дети, и люди вам не игрушки... - Андрей... - Я не закончил. Я не знаю, понимаете ли вы весь смысл своих игр, но... Я замолк, не в силах выдавить из себя ни единого слова. - Но ты больше не желаешь нас видеть? Я закрыл глаза и кивнул. - Уходите. Перед тем, как дверь тихо стукнула, закрываясь, лёгкое дыхание пошевелило мне волосы: - Я всё равно буду тебя любить... POV Константин. Я сам не понимаю, как такое могло случиться. Только что на дороге никого не было, и вдруг появляется Андрей. В ужасе я нажал на тормоза, пытаясь остановиться, но разумом понимал, что при таком разгоне это не возможно. Тогда я свернул, но всё равно задел его. Остановившись, я выскочил из машины и подбежал к неподвижно лежащему парню. - Как он? - спросили у меня над ухом, тяжело выдохнув. Я оглянулся через плечо. Тот самый студент. Ну, если это он виноват, что Андрей был в таком состоянии, что не глядя попёрся через дорогу, то... - Без сознания. - Я уже скорую вызвал. О, это второй. Ну, точно, это с ними связано. Ладно, потом с ними разберусь. Андрею сейчас надо в больницу. - Ничего серьёзного, - дежурный медик искоса взглянул на меня. - Он до сих пор не пришёл в себя. Это значит, что наличествует... - Я же сказал, - он сердито повёл плечами. - Просто сильное нервное потрясение. Ещё пара часиков, и будет как новенький. Конечно, на сутки мы его оставим. Вы кем ему приходитесь? - Социальный партнёр. - Что? - Спим мы вместе! - чуть повысил я голос. Вот что меня по настоящему выводит из себя, так это врачи недоучки. Да и вообще, система образования оставляет желать лучшего. Знаете, как сейчас в медицинский колледж принимают? "Алфавит знаешь?" - "Знаю" - "Принят". И такой контингент нас лечит. А иные индивиды ещё и наших детей учат. Я, может, поэтому детей никогда не хотел, потому что их просто страшно растить в современном мире. - А... Хорошо... А кем ему приходятся те парни, что прорываются в отделение с боем? - он ехидно прищурился. - А это его студенты. Они были рядом, когда... - у меня дрогнул голос. - Тогда можете пойти и успокоить их. Сейчас сидеть с вашим "социальным партнёром" не имеет смысла. Я вышел в приёмный покой. Один сидел и, с мрачным видом, кусал губы. Второй мерил шагами коридор. - Как он? - они синхронно подскочили ко мне. - Жить будет. До свадьбы точно всё заживёт. Но мне интересно вот что - что привело его под колёса машины? Молчат. Я скрестил руки. - Ну, двое из ларца, одинаковы с лица, я жду. - Не знаю, - сказал тот, что справа. - Он нервенный* какой-то... - Влад! - прикрикнул на него брат. Ага, значит второй - Ярослав. - Так что произошло? Ты же его любишь, Ярослав, чем ты его так убил морально? Как дети, ей богу! Глаза опустили, надулись. Разве только пол не ковыряют носком туфли. - Я не понял, бандерлоги. Вы языки пооткусывали? - Это мы виноваты... - бесцветно протянул Ярослав. - Это я уже понял, - я важно кивнул. - Что вы сделали? - Да ничего! - взорвался Владислав. - Мы постоянно это делаем! - Вы меняетесь местами. Даже когда один из вас встречается с посторонним. - В этом случае, мы всегда меняемся. - **@**, да это просто проверка! Когда кто-нибудь из нас начинает встречаться с парнем, - Влад мельком взглянул на брата, - или с девушкой, то мы таким образом проверяем, смогут ли они различить нас. Ещё никто не мог... - До сегодняшнего дня... - ой, не нравится мне этот голос - депрессией попахивает. - Да этот твой Андрей Петрович, просто цаца фригидная! - правый стал наезжать на брата, совершенно забыв про меня. И я решил напомнить о своём присутствии сочной такой оплеухой. Это неправда, что пощёчина всегда больше уязвляет гордость, чем тело. Ладонь, пальцы которой плотно сжаты и чуть согнуты, валит ничуть не хуже доброго апперкота. И теперь Влад сидел на полу, осторожно мотая головой. - Вы ещё подеритесь, горячие финские парни! - Ярослав, словно очнувшись, встал между нами. - А тебе-то что? - обиженно протянул близнец. - На орехи всегда попадает мне, а ты сливки снимаешь... Я перевёл взгляд с сидящего, на Ярослава и обратно. - Так это ты тогда был в кафе. - Поправочка, - Влад поднялся. - В кафе был этот обжора, - пренебрежительный тычок пальцем в сторону брата. - Я был рядом, и решил принять удар на себя. Кстати, - он протянул руку, - познакомимся правильно: Владислав Демьяненко. - Константин Васильев. А что по поводу "сливок"? - Эм, думаю, лучше это расскажет Андрей. Почему мне кажется, что меня это не порадует. - Знаете, парни, я вам советую домой отправиться... - Я должен с ним поговорить! - Ярослав, не мигая, смотрел мне в глаза. - Он не захочет видеть никого из вас. - Почему ты говоришь за него? Может... Может он меня любит? - Он не любит никого... - устало бросил я, и вернулся в отделение. Удивлённые студенты проследовали за мной. Он такой хрупкий... Помню, когда я впервые увидел его, я побоялся его коснуться, чтобы не сломать ненароком. Он вызывает бесконечное желание всё время заботиться о нём. Он может казаться порой полной задницей, но на самом деле он очень ранимый. Я не шутил, когда говорил, что Андрей никого не любит. Нет, он испытывает определённые чувства, но... Любить, это значит безраздельно принадлежать этому человеку, а в душе у Андрея нет места доверию людям. Вряд ли он даже сам это осознаёт. А я никогда настолько глубоко не копался в его прошлом. Вообще, я считаю неэтичным психоанализ близких людей. - Я не хочу... - прошептал Андрей одними губами. Я погладил его по голове. - Не хочешь, ну и не надо. * * * Разговор с Константином я отложил на более позднее время. Подождал, пока он ворвётся в мою квартиру и запнётся о чемодан. - Что это? Ты уезжаешь? - Да. Кость, присядь. - Надолго? - Думаю... навсегда. Молчание. - Костя, я... я переспал Ярославом, - ну, вот, это сказано. - А, и поэтому поводу ты решил податься в Тибет, постричься в монахи, и сто лет замаливать свои грехи? Ну, скажите, чего смешного? Ему в измене признаются, а он шутит. Невозможный человек. - Хотя, нет. Ты, наверное, собрался в Иерусалим, крестным ходом задом наперёд. - Костя... - Я знаю. ЧТО?! И он так спокойно об этом заявляет? - Я... - Всё хорошо. Мне свело скулы и защипало в глазах. - Нет, не хорошо! Ты так спокоен, будто простил меня. Но даже если это так, то... - Ты всё равно не сможешь простить самого себя? - как же он умеет подбирать слова. - Да. Потому, что, если бы я этого не хотел, этого бы не случилось. И потому, что я не могу забыть тот кошмар... - Андрей, это всего лишь кошмар... - Это разговор с нашим подсознанием - ты так говорил! Я причинил тебе боль, ты любишь меня и прощаешь, но я могу снова это сделать.... Я сам не понимаю, почему. - Просто ты не любишь меня. Да как он может?! - Я люблю, и поэтому... - Нет, - сказал, как отрезал. - Я - тёплая и уютная гавань для тебя. Семья. Со мной тебе хорошо и тепло, ты испытываешь ко мне симпатию, и даже страсть. Но это не любовь. Я понимаю тебя. Рано или поздно ты должен был сделать такой выбор. Это говорит о том. что ты готов к следующему шагу... - Какому? - А это ты выберешь сам. Я уехал тем же вечером, забрав последние документы с работы. Заявление об увольнении уже давно лежало в столе у директора. А в Новороссийске я нашёл свободную вакансию. Денег за дедушкину квартиру в центре Москвы хватило на небольшой уютный домик в Кабардинке. И теперь я живу на берегу Чёрного моря. Пару раз удалось вытащить сюда Константина. Мы хорошо проводили время вместе, но ни один из нас не делал попыток вернуть прежние отношения. А о человеке, изменившем мою судьбу я не вспоминал, пока однажды не нашёл на одной из задних парт надпись. "Я люблю Андрея Петровича" _________________________________________________________________________ *употреблено специально - не ошибка и не опечатка