Не могу уснуть

Гарри снова прикоснулся к месту укуса на шее, на сей раз нежно, одними губами. Малфой закрыл глаза, эти прикосновения поразительно его успокаивали. Затем эти губы коснулись губ Драко, и на этот раз не встретили сопротивления, но и ответной реакции тоже. Блондин лежал совершенно неподвижно, и только его грудь двигалась вверх вниз. Гарри стал нежно поглаживать гладкую белую кожу, намеренно задевая соски и продолжая целовать. Понемногу дыхание Драко успокоилось, он расслабил конечности, и всё его тело охватила тяжёлая, но сладкая истома. Он чувствовал, что поглаживание рук Гарри не только успокаивали, но и вызывали возбуждение. Может, это и заставило блондина, наконец, ответить на поцелуй. Почувствовав это, Гарри яростней впился в губы своего «врага». При этом начал характерно покачивать бёдрами, с каждым разом прижимаясь всё плотнее. Драко даже не думал теперь сопротивляться и просто получал удовольствие. Вдохновлённый успехом, Поттер осторожно оторвался от губ и перешёл к груди. Тёплый язык прокладывал влажные дорожки вокруг сосков, едва касаясь их, а рука в это время опустилась на член Драко. В этот момент Драко резко открыл глаза, сознание вернулось к нему и на короткий момент его снова охватила паника и он слегка дёрнулся. Однако, нарастающее удовольствие было слишком желанно, чтобы прерывать его сейчас. «Дверь закрыта. Никто не узнает. Можно», - сказал он мысленно самому себе. Малфой руками слегка потянул Гарри за волосы, прошептав: «Иди сюда», и Поттер послушно вернулся к губам блондина. Поцелуи становились всё страстнее, возбуждение всё ощутимей. Не в силах больше терпеть Драко начала медленно стаскивать с брюнета нижнее бельё, приспустив лишь на половину, он крепко вцепился пальцами в белую задницу Поттера, да так, что там наверняка остались синяки. Но Гарри это только ещё сильнее завело. Он оторвался от Малфоя, стянул с него трусы и отбросил их в тёмный угол комнаты, а затем и свои отправил туда же. Что делать дальше он знал только теоретически. «Его любимый блондин» дрожал всем телом от возбуждения, страха и холода. Самого Гарри тоже сильно колотило, но постарался всё же держать себя под контролем, раз он уже взял всё в свои руки. Гарри двумя руками осторожно начал поглаживать кожу вокруг паха Драко, переходя на пенис. Затем он засунул два пальца в рот Малфоя и тот послушно и старательно начал их посасывать, после чего выпустил с мягким причмокиванием. Гарри потянулся к анусу. Он начал с небольшого массажа, и действовал практически вслепую, не зная как правильно, и очень боялся сделать Драко больно. Постепенно брюнет протискивал пальцы всё глубже, один, потом второй, третий. Он внимательно прислушивался ко всем звукам, которые Драко издавал и следил за каждым его движением, пытаясь узнать, как ему нравится. Судя по всему, это доставляло ему небольшой дискомфорт, но и удовольствие тоже. «Если будет больно – скажи», прошептал Поттер. Малфой уже в который раз за эту ночь запаниковал. Он снова осознал всю реальность происходящего, но ещё больше его пугала перспектива того, что Поттер намеревался засунуть в его анус нечто большее, чем пальцы. Однако отступать было поздно, и Драко просто сильно зажмурился в предвкушении. Он громко охнул когда член Гарри начал медленно входить. Всё его тело напряглось и отреагировало резкой болью на внезапное вторжение. Но когда Гарри начал медленно двигаться, боль и напряжение постепенно уступили место удовольствию. Убедившись, что теперь блондину было также хорошо, как и ему, Поттер ускорил темп и в такт своим движениям стал ласкать член Драко. Спустя всего пару минут оба были уже на грани и кончили почти одновременно, горячо залив друг друга спермой. Они прижались друг к другу, прислушиваясь к дыханию и сердцебиениям. Когда послеоргазменная истома прошла, стало вдруг сильно ощущаться «нечто» липкое между ними. Они залили спермой почти всю постель Драко. «Давай я нас вытру», - сказал Поттер и схватил какую-то свою шмотку. Оказавшись более менее чистыми, они улеглись в сухую и неопороченную постель Гарри. Оба уже засыпали в крепких объятьях друг друга, когда Драко сонно пробормотал, - «нужно будет утром куда-нибудь спрятать эту простынь». «Не волнуйся, - ответил Гарри, - что-нибудь придумаем, никто не узнает».